А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кинжал в постели" (страница 9)

   Но он знал, что, сделав одно лишь движение, он напугает ее еще сильнее. Она бог знает что подумает! Поэтому он остался там, где стоял.
   – Это случилось давно, – пробубнил он, глядя в ее широко распахнутые прекрасные глаза, наводненные ужасом. – Я убил убийцу своего сына, Мари. И отсидел за это семь лет. Должен был девять.
   – Отсидеть, да? – неожиданно вставила она и судорожно сглотнула.
   – Да… Вышел по УДО.
   – А что это? – Страх постепенно покидал ее, вытесняемый любопытством. Глазки заблестели, она снова закинула ногу на ногу.
   – Условно-досрочное освобождение, – выдохнул он.
   Боголюбов не знал, плакать ему от радости, что она преодолела страх, или смеяться ее наивности. Ну, нельзя же быть такой, Мари! Нельзя!
   – Ты хорошо себя вел, да? – спросила она, вытянув шею и снова рассматривая Боголюбова так, будто видела впервые.
   – Обычно я себя вел, – он решился и присел перед ней на корточки. Спрятал лицо в ее ладошках. – Обычно, Мари, я себя вел.
   – А как же тебе удалось выйти раньше? – Она осторожно погладила его коротко стриженные волосы. – Кто-то помог?
   – Да, помог.
   – Кто? Друзья?
   Она вдруг нагнулась и чмокнула его в макушку, а он растрогался чуть не до слез. И это после всех его откровений? А если он выдаст себя с потрохами, что тогда она станет делать?
   – Нет, не друзья. У меня нет друзей. – Он судорожно вдохнул, выдохнул. – Когда я переступил порог тюрьмы, я даже не знал, кто так старается.
   – А потом?
   – Потом она приехала к моему дому, представилась, и я узнал, кто это и зачем все это.
   – Она?! – Мари обхватила его голову руками, подняла и уставилась в его глаза внимательно и строго. – Ты хочешь сказать, что это жена Лесика???
   Ух ты! А она не такая глупая курица, какой ее видит Алика. Вычислила моментально. И глазки у нее хорошие и умные.
   – Да, – не стал он врать. – Это она.
   – Она послала тебя ко мне, чтобы ты тут шпионил?! – Полные губы Мари задрожали. – И ты… Ты переспал со мной из-за того, чтобы…
   – Глупыш, – тихо хмыкнул Боголюбов и снова спрятал лицо в ее ладонях, пробубнил: – Она меня с тобой спать не заставляла. За это могут и наказать.
   – Как? – Она напряглась, пальцы дрогнули, надавив ему на виски.
   – Отправить обратно на зону.
   Боголюбов оторвался от нее, слишком уж пахло от нее зовуще и сладко. Опустился на пол, глянул на Мари исподлобья. Понять теперь, о чем она думает и что о нем думает, было сложно. Глаза сделались черными-черными, смотрят мимо. Рот сжался.
   – Я сразу отказался, – нехотя признался Боголюбов. – Она выставила условие. Вот я и начал искать.
   – Кого?!
   – Убийцу ее мужа.
   – А я при чем?! – изумленно воскликнула она. – Я его не убивала!
   – Ты просто одна из списка.
   – Из списка? Что за список?!
   – Ею был составлен список людей, с которыми контактировал ее муж.
   – Ага! Понятно!
   Она нервно рассмеялась. Вскочила со стула, принялась расхаживать по кухне, мелькая у него перед глазами полуголой попкой, загорелым животом и стройными бедрами.
   – Не психуй, – попросил тихо Боголюбов, поднялся с пола, отряхнул штаны. Шагнул к выходу с кухни, но проговорил, прежде чем уйти: – Извиняться не стану. Не виноват. Спать с тобой не собирался, в планах не было. Увлекся. Очень…
   – Что очень? – услыхал он со спины.
   – Очень увлекся. После жены ты первая женщина… Первая за восемь лет…

   Глава 9

   Господи! Прости ее, дуру грешную!!! Прости, прости, прости!!! Зачем она только все это придумала?! Зачем вовлекла этого уголовника в свои планы?! Что вот теперь делать???
   Алика металась по дому от одного окна к другому, силясь рассмотреть в сгущающихся сумерках наружное наблюдение, установленное за ее домом. Наблюдатели остались, она была в этом уверена на сто процентов. Только где?
   Сейчас, вот сейчас чуть еще смеркнется, и она выберется на улицу, прокрадется вдоль забора и заглянет в каждую щель. Где же эта норушка?
   Машина с сотрудниками обнаружилась прямо возле ее калитки. Парни и не прятались особо. Один в форме, скорее всего местный участковый. Двое других в штатском, коренастые, угрюмые. Разговаривали громко, курили без конца. Пока Алика торчала по другую сторону забора минут десять, силясь подслушать, о чем они говорят, парни искурили по три сигареты. А это полпачки! Значит, сильно нервничают, хотя по разговору понять было сложно. Обсуждались футбольные матчи, бокс, поездки к теще и подарки женам.
   Все будто бы обыденно, но курить-то столько зачем!
   Алика промерзла до костей, вернулась в дом, вскипятила чайник. Заварила крепкого чаю и минут десять грела руки об огненную чашку. Ей нужно было срочно предупредить Боголюбова. А как, если телефон у него отключен?! И чего это он вдруг взялся отключать телефон, когда отправляется на встречу с этой проституткой? Неужели он все-таки переспал с ней? Она не стала спрашивать в прошлый раз, когда он задержался. Он не рассказал. И Алика забыла.
   Но сегодня…
   Сегодня она вдруг забеспокоилась. А что, если эта тварь и Боголюбова сумела соблазнить?! Что, если ее чары настолько сильны, что этот суровый, умный, крепкий мужик не устоял? Но как же так! Как же так можно! Он же в деле. Он обещал помочь ей разобраться со смертью мужа. Неужели он не понял, что эта женщина опасна?! Что она, возможно, и некто другой, стоит за смертью Алексея!
   Господи, где же он?!
   Она с тихим бешенством отшвырнула телефон. Он запрыгал по столу, докатился до края и свалился на пол с глухим стуком. Теперь может и не работать, подумала она рассеянно.
   И пусть! Ей все равно никто не звонит. Вернее, не звонил до сегодняшнего полудня. Боголюбов обычно от нее звонков ждал, сам не навязывался. А сегодня вот позвонил следователь, тот, который посадил его и который начинал вести дело о гибели ее мужа. Потом следователя поменяли. Воскобойников вежливо представился и напросился на встречу.
   – С целью? – удивленно воскликнула Алика. – Что-то новое по делу?
   – По которому? – осторожно спросил он.
   – По делу гибели моего мужа!
   – Нет, к сожалению, нет. У меня к вам вопросы другого характера.
   И, приехав, Олег Иванович вдруг прямо с порога начал живо интересоваться Боголюбовым:
   – А где он?
   – А когда вы его видели в последний раз?
   – Вы не можете сказать, где он провел вечер позавчерашнего дня и следующую за ним ночь?
   – Что вы можете сказать о нем как о человеке?
   Алика сильно растерялась. И минут десять потрясенно моргала, рассматривая Воскобойникова. Он ничуть не изменился с того дня, как говорил с ней после похорон Леши. Так же высок, грузноват, неприятен. И так же беспардонен в своем желании докопаться до сути. Тогда он точно так же бомбардировал ее вопросами. Невзирая на ее скорбь.
   – Простите, – выдохнула Алика, когда Воскобойников соизволил заткнуться. – А с какой стати вы задаете мне все эти вопросы?!
   – Ах да! Совсем забыл сказать, что я все, все, все знаю! – Не разуваясь, он прошел в ее гостиную, прошелся по ковру, наследив, и сел за стол, принявшись тут же барабанить пальцами по столешнице.
   Отвратительный тип! И что, интересно, он все, все, все знает?!
   – А знаю я, милая Алика, что вы намеренно хлопотали за моего бывшего подследственного – гражданина Боголюбова.
   – Хлопотала? – Она нервно рассмеялась. – В каком смысле?
   – В том, чтобы его выпустили раньше срока на два года.
   – И зачем мне это?
   Она старалась владеть собой, хотя взбесилась невероятно. Какой гадине понадобилось раскрывать ее карты?! Кому она недоплатила, чтобы держали рты на замках?! Просила же! Просила и платила! Твари продажные!
   – Уж не знаю, для каких таких целей он вам понадобился. Но!..
   Он на мгновение прервал барабанную дробь, выбиваемую длинными крепкими пальцами по ее столу, поднял указательный правый перст к абажуру.
   – Но могу догадываться, уважаемая гражданка Гладьева.
   – Я теперь Верещагина, – поправила она его мимоходом.
   Уселась напротив него за стол, ясно давая понять. что никаких хлопот с чаем или кофе не будет.
   – Пусть так, – не стал он спорить. И уставился на нее неприятным взглядом неприятных глаз. – Но думаю, вызволили вы Боголюбова для того, чтобы он помог вам найти убийцу вашего мужа. А рассудили следующим образом: раз полиция не чешется, пускай этим делом займется тот, кто уже однажды этим занимался. И у кого это получилось. Так ведь?
   Алика промолчала. Воскобойников почти угадал.
   – Только хочу вам сказать, что вы совершили серьезную ошибку, Алика.
   Она оставила и эту реплику без комментариев. Хотя Воскобойников ждал.
   – Во-первых, вместо того чтобы помогать вам разбираться с вашим делом, Боголюбов затеял свое. И затеяв его, попал в жуткий переплет. А во-вторых… Признаюсь вам честно, что меня до сих пор гложут сомнения…
   – Какого рода? – поторопила его Алика, пауза, устроенная Воскобойниковым, затянулась.
   – А того ли человека убил Боголюбов? – Он привстал, потянулся к ней через стол, обдав чесночным запахом изо рта. – А вот что он снова убил, сомневаться уже не приходится, уважаемая гражданка Верещагина.
   – Что-о-о??? – Она тоже вскочила с места и тоже наклонилась через стол, и они теперь почти касались лбами друг друга. – Что вы сказали?!
   – Хочу сказать, что ваш Сереженька влип теперь по полной. Теперь у него нет смягчающих дело обстоятельств. И вам надо серьезно подумать. Прежде чем скрывать информацию о нем: а того ли человека вы защищаете? И не станете ли соучастницей? Итак, начнем все сначала! Когда вы видели его в последний раз, гражданка Верещагина?!
   И она размякла, растеклась, как растаявшее мороженое. И начала говорить.
   – В последний раз видела вчера утром… Позавчера? Да, видела. Работали над списками подозреваемых. – Она не стала отрицать, что Воскобойников попал в самую точку. – Потом ему кто-то позвонил, он еще очень удивился.
   – Кто позвонил, во сколько? – Олег Иванович строчил в своем блокноте, как стенографист – быстро, ловко.
   – Кто – не знаю. Имен он не называл. А вот во сколько?.. Где-то около шести вечера. Может, чуть позже. Можете установить время, телефон ему покупала я, сим-карту тоже подключала я.
   – Как кто-то мог узнать его номер? – задал Воскобойников резонный вопрос.
   – Не знаю… Хотя… Ему несколько раз звонил кто-то из его соседей. Кто-то, кто присматривал за его квартирой, пока он сидел. Значит, номером телефона их Сергей снабдил. И эти соседи могли его номером поделиться. Разве нет?
   – Логично. Значит, ему позвонили в начале седьмого. Что было дальше?
   – Он собрался и уехал. Сказал, что ненадолго.
   – И? Вернулся? Во сколько?
   – Нет, не возвращался. Он переночевал у себя на квартире. Я позвонила ему в половине десятого. Он уже был дома. Был расстроен чем-то. Я спросила, кто его вызывал на встречу. Он не ответил. Пробубнил что-то…
   Алика соврала. Боголюбов сказал ей. И даже причину своего расстройства вкратце поведал. Но выдавать его не следовало. Мало ли, вдруг это навредит ему еще больше. Хотя куда ж больше-то! Его снова обвиняют в убийстве! Ужас!!!
   – Так. А вы можете быть уверены, что он был дома? Он мог быть…
   – Да. Он на днях подключил свой домашний номер. Я позвонила сначала на мобильный, а когда он сказал, что дома, перезвонила на домашний. Я, конечно, обеспечена, но не настолько, чтобы швыряться деньгами.
   И снова она соврала. Она просто проверяла его. Ей важно было знать, что он не соврал. После Лешкиного предательства она уже никому не верила. Никому! И уж тем более уголовнику со стажем. Вот и перезвонила на домашний, а Боголюбов снял трубку и после догадливого хмыканья продолжил свой рассказ. Условились встретиться утром. Он заехал, они кое-что обсудили. И он поехал к Мари. Только почему-то на такси. А на вопрос, где его машина, ответил, что в гараже. Это все было вчера.
   – Экономлю на расходах, – ядовито отозвался он перед тем, как выйти за ее порог. Это он ее предыдущий комментарий ей вернул.
   – Вчера утром вы увиделись, и что?
   – Ничего. Все в порядке. Он поехал по городу, имея в кармане список знакомых моего мужа. Поехал с целью разговорить их.
   Про Лешкину любовницу она не заикнулась, хотя Сергей поехал прямиком к ней. Прошлый его визит мало что прояснил, хотя и пробыл он у нее долго. Может, правда переспал с ней?! Ужас!!!
   – А можно взглянуть на тот список? – Воскобойников подергал недоверчиво вялыми губами.
   – А он у вас есть, уважаемый! Я вам его давала! И вам, и тому следователю, которому вы передали дело.
   Воскобойников озадаченно крякнул и заткнулся на время.
   Алика уселась на место, отодвинув стул подальше от стола. От чесночного духа изо рта следователя ее мутило, а еще больше мутило от мысли, что Боголюбов, воспользовавшись предоставленной ему свободой, снова кого-то убил. И она даже догадывалась – кого, если это правда! Потому что позавчера, когда он говорил по телефону, она отчетливо слышала имя, что он назвал.
   – Понятно… – Олег Иванович глянул на нее исподлобья. – Значит, подведем итоги. Позавчера он от вас отправился на встречу с человеком, который ему предварительно позвонил. После встречи он вернулся к себе на квартиру, чему свидетельство телефонный разговор с вами. Сколько, получается, он отсутствовал?
   – Часа два-три, – подергала она плечами.
   Ей вдруг попался на глаза собственный безымянный палец на правой руке. Пустой, без колечка. Сделалось так тошно, так жаль себя, что хоть реви. Она спрятала обручальное кольцо в шкатулку еще до того, как Леша пропал. Она спрятала его туда, когда узнала о его измене. Потом, когда все начало налаживаться, надеть не поспешила. А после его гибели стало уже и ни к чему.
   Как противно! Как гадко обошлась с ней судьба! Все убого как-то, некрасиво, грязно. Боголюбов тоже что-то начудил. Неужели правда убил кого-то?!
   – Вчера утром как он выглядел?
   – Нормально.
   Он всегда нормально выглядит, хотелось ей сказать. В отличие от некоторых! Через два часа после возвращения из тюрьмы, искупавшись и переодевшись, он уже был в порядке. Только глаза холодные и пустые, а в остальном…
   Не будь такой глубокой раны в ее сердце, она, может быть, даже им и увлеклась. Настолько он был хорош! Все же Маринка не упустит случая и попытается его соблазнить. Не надо было посылать его к ней, ой не надо.
   – Ага… Нормально, стало быть.
   Воскобойников встал, походил по ее ковру в грязных ботинках. Свинья! Боголюбов вот не наследил, когда она его привезла сюда в первый раз. Постеснялся.
   – А морда не расцарапана была? – вдруг, словно очнувшись ото сна, спросил следователь.
   – Не-ет, что вы! – воскликнула Алика изумленно. – А с чего это ей быть расцарапанной? Он же не в клетке с тиграми ночевал.
   А с тигрицей, тут же прострелило ей мозг. Вдруг правда он с Маринкой ночевал, а? Ничто не мешало ей приехать к нему. Он был дома, это бесспорно. Но один ли?!
   – Наша жертва отчаянно боролась, – задумчиво, будто беседовал с самим собой, проговорил Воскобойников. – Эксперт навскидку предположил, что под ногтями у нее остались частицы эпителия. Так что…
   – У нее?! – ахнула Алика и тут же подумала, что Сергей убил Маринку.
   Та могла обнаглеть, а он мог не выдержать. Господи! Господи, зачем она – дура – все это затеяла?!
   – Да, погибшая – женщина.
   – Так что же?
   – Что? – не понял тот, направившись к выходу.
   – Вы перед этим сказали, «так что». Так что?
   – А, вот вы о чем. – Он ядовито улыбнулся. – Так что пускай молится ваш подопечный, гражданка Верещагина. Ну, и вы с ним заодно.
   Он ушел минут через двадцать после того, как ворвался в ее дом, а ей показалось, что он пробыл тут целую вечность. Натоптал, провонял ее гостиную чесноком, осквернил все в душе. Заставил сомневаться насчет Сергея. И уж если быть до конца откровенной с самой собой, заставил ее немного ревновать. Да, да, к этой поганой девке, разрушившей ее семью.
   Алика металась по дому, потом попыталась дозвониться до Боголюбова, когда заметила наружное наблюдение. Теперь вот подслушивает под забором как дура. Промерзла до костей.
   Она, осторожно пятясь, стараясь не хрустеть палой листвой, вернулась в дом. Заперла входную дверь. Пошла в кухню и чуть не завизжала от страха, упершись взглядом в мужскую спину, сгорбившуюся над газовой плитой. Тут же поняла, что это Боголюбов ест тушеную курицу прямо из кастрюли, облегченно выдохнула и прошептала гневно:
   – Скотина!
   – А?
   Сергей обернулся, вытер скомканной салфеткой сальный рот, виновато улыбнулся.
   – Как ты вошел? – строго спросила Алика, отходя к окну и усаживаясь у кофейного столика.
   – Через забор. – Он пожал плечами. – Ничего не понял, когда ворвался в проулок, хорошо не заметили. Меня пасут?
   – А как же!
   – А чего это вдруг?
   И он тут же подумал, что это Алика решила его отправить обратно в тюрьму, потому что узнала про его шалости с Мари. Но, судя по ее встревоженному виду, она была ни при чем. И кстати, гневный румянец ее удивительно красил. И волосы растрепанные куда больше ей шли, чем зализанные за уши.
   – Это наружное наблюдение, – начала строго, как учительница, Алика. – Пасут, как ты изволил выразиться, тебя.
   – А чего вдруг? – повторил он и вытащил из кастрюли куриную ногу.
   Курица была невероятно вкусной. После хилой еды в доме Мари и долгих лет тюремной кухни он мог запросто съесть все, что было в кастрюле.
   – Наружное наблюдение установил Воскобойников Олег Иванович, – начала с самого начала Алика. – Знаешь такого?
   – Думаю, да.
   У него вдруг пропал аппетит, стоило вспомнить высокого нескладного следака с мутным безразличным взглядом. Он приезжал на задержание, хотя и не должен был. Это дело оперативников. А тут вдруг выпендрился, явился. Ах да! Их же в тот день телевидение снимало.
   – Так вот этот следователь установил за тобой наружное наблюдение. А перед этим навестил меня. И грозился закрыть с тобой вместе.
   – Тебя?! Тебя-то за что?!
   – А тебя есть за что, да? – Она грозно стукнула кулачком по столу. – Почему он сюда явился?! Почему тебя пасут, черт побери!!!
   – Так я подумал, что меня снова хотят закрыть. Что мое условно-досрочное закончилось.
   Боголюбов пожал плечами, закрыл кастрюлю с курятиной, а то и правда все сожрет. Вытер сальные рот и руки салфеткой и только тогда открыл кран. Тщательно вымыл руки с мылом, умылся, вытерся кухонным полотенцем.
   – А с чего это оно должно закончиться? – спохватилась Алика, наблюдая за его перемещениями по кухне.
   Он был очень сильным, этот малый. Сильным и грациозным. И опасным, по всей видимости. Но она почему-то его не боялась, хотя Воскобойников и приписывал ему новые злодеяния. К слову, руки его не были расцарапаны. Он закатал рукава по локоть, таская куски курицы из кастрюли. И лицо и шея тоже не носили никаких следов. Кого же тогда расцарапала убитая женщина? И кто она вообще? Не та ли, что звонила ему позавчера?
   – Я подумал, что это ты меня решила вернуть обратно в зону. Ты же обещала. Если я накосячу, – пробубнил он, стоя к ней спиной и чрезвычайно тщательно вытирая уже давно сухие руки ее кухонным полотенцем.
   – А ты накосячил? – удивилась она.
   – Не знаю, косяк ли это. – Боголюбов повернулся и коротко глянул на нее, тут же отводя глаза. – Я переспал с Мари.
   – Что???
   Ее будто под дых ударили! У нее будто землю из-под ног выдернули, как крохотный коврик. Откровения Алексея не показались ей такими гнусными, как это.
   – Ты переспал с этой шлюхой??? – ахнула она вторично и вдруг истерично расхохоталась. – Ты с ней переспал!!! Господи, как же это…
   – Противно, наверное, – произнес он вполголоса и тут же уточнил: – Тебе, наверное, противно.
   – А мне плевать, знаешь! – заорала она и вскочила на ноги, но тут же спохватилась, подумала, что их могут услышать с улицы, и понизила голос до гневного шепота. – А мне плевать, кого трахает только что освободившийся уголовник! Мне не плевать, как он проводит время, отведенное ему для дела! Ты мне нужен для дела! А ты им не занимаешься! Вместо этого ты… Ты…
   Ей вдруг засаднило горло и защипало глаза. Прямо точь-в-точь как тогда, когда она объяснялась с Алексеем.
   Гадость какая!
   – Алика, не бесись, – спокойно оборвал ее Сергей, подошел к ней и вдруг дунул в лицо. – Сейчас волосы в глаз попадут.
   – Не твое дело! – прошипела она, отпихивая его. – И я имею полное право беситься! Потому что, вместо того чтобы выкачивать из нее информацию, ты ее… Гадость какая!
   Не такая уж и гадость, мимоходом подумал Боголюбов. Все было просто супер. Если, конечно, не считать того, что Мари проводила его сильно уязвленной. Вот и Алика разозлилась. А с чего? Ревнует?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация