А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Часы пробили смерть" (страница 6)

   – Не хочешь же ты сказать, отец, что все события в жизни человека предопределены судьбой при его рождении? И никакая сила не может их предотвратить или изменить? – Чарльз бросил на отца отчаянный взгляд и добавил: – Я боюсь, что леди Патриция будет безутешна.
   Лесничий сочувственно обнял сына за плечи.
   – Ты и я должны самоотверженно служить ей, – возразил он с серьезным выражением лица. – Самоотверженно. Мы в вечном долгу перед лордом и леди Маклауд.
   Дискуссию на теологические темы Томас Галланд решил не вести – пусть сын сам во всем разберется.
* * *
   Когда мистер Галланд и его сын прискакали в замок Гайфилд, Чарльз невольно бросил взгляд на окно башни. В детстве они с Патрицией часто стояли у этого окна и любовались открывающимся из него красивым пейзажем. И в годы их долгой разлуки, когда он представлял себе, как вернется в Хайленд, прежде всего ему виделась сияющая от счастья Патриция, стоящая у окна башни и радостно машущая ему рукой.
   Реальность оказалась иной: вместо слез радости – слезы неутешного горя! И, как назло, именно ему и его отцу выпала скорбная миссия сообщить Патриции об убийстве ее родителей.
   «Сможем ли мы когда-нибудь стать такими же беззаботными и веселыми, как прежде? – размышлял Чарльз. – В счастливые дни детства мы даже не догадывались, какой безжалостной и жестокой может быть жизнь».
   Идя позади отца к парадным дверям замка, Чарльз едва переставлял ноги. Ему казалось, что с момента его приезда миновала целая вечность.
   – Думаю, будет разумнее, если сначала я поговорю с леди Патрицией наедине, – голос отца вывел Чарльза из ступора. – Известие об убийстве родителей будет для бедной девушки чудовищным шоком.
   Прежде чем Чарльз сумел возразить отцу, старый дворецкий Джеймс распахнул перед визитерами парадные двери и бесстрастно заявил:
   – Господа еще не вернулись с прогулки, господин старший лесничий.
   Отец и сын молча переглянулись.
   – А леди Патриция дома? – поинтересовался мистер Галланд.
   Старый Джеймс заметил странный взгляд, которым обменялись отец и сын, но объяснения ему не нашел.
   – Леди Патриция наверху в башне, она встречает родителей у окна, – нерешительно ответил дворецкий.
   Выражение лица Чарльза изменилось:
   – Вы думаете, что она там одна, Джеймс?
   Дворецкий все меньше понимал причину волнения молодого джентльмена, но виду не подал и сделал подтверждающий жест.
   Чарльз молча отстранил дворецкого и быстрым шагом направился к лестнице, ведущей в башню. Джеймс, протестуя, замахал руками, но остановить Чарльза уже не мог. Только когда лесничий в нарушение всех правил этикета решительно последовал за сыном, дворецкий понял, что случилось нечто ужасное.
   Согласно этикету дворецкому следовало немедленно последовать за отцом и сыном и решительно воспрепятствовать их встрече с юной леди, так как общение дочери хозяев замка с прислугой мужского пола было категорически запрещено. Старый верный Джеймс поступил по правилам и начал подниматься по крутой каменной лестнице в башню вслед за лесничим и его сыном, но… годы берут свое – он уже не мог двигаться так резво, как они: ему поневоле пришлось отстать, делая остановки, чтобы отдышаться.
* * *
   Чарльз нашел Патрицию лежащей без сознания на холодном каменном полу у окна башни.
   – Патриция! – воскликнул молодой человек в отчаянии и бросился к возлюбленной.
   Он встал на колени перед лежащей в обмороке девушкой, обнял ее и прижал к своей груди:
   – Патриция, это я, Чарльз! Я вернулся к тебе, дорогая! Умоляю, открой глаза! Пожалуйста, очнись, любимая!
   В отчаянии Чарльз прижимал к себе хрупкое тело девушки, словно желая вдохнуть в нее жизнь силой своей любви. Он неистово целовал щеки, лоб, губы и волосы Патриции, чтобы разбудить ее любящее сердце. Но юная леди никак не реагировала на проявления мужской любви и страсти – она безжизненно лежала в объятиях Чарльза, и все его отчаянные мольбы так и не смогли пробудить ее.
   – Срочно пошли за врачом! – крикнул молодой человек лесничему. – Патриция без сознания!
   Мистер Галланд удивленно посмотрел на сына:
   – Но ведь она еще ничего не знает!
   – Чего она не знает? – переспросил старый Джеймс, все еще поднимаясь по лестнице.
   Мистер Галланд знал, каким потрясением для старика будет эта новость. Он спустился к нему, крепко взял дворецкого за плечи, поддерживая его, и произнес, запинаясь:
   – Лорд и леди Маклауд… они… понимаете ли… браконьерами…
   Джеймс уставился на лесничего непонимающим взглядом широко раскрытых выцветших стариковских глаз.
   – Но ведь они… не умерли? – пролепетал он почти беззвучно.
   – Их подло убили.
   Старик покачнулся и, если бы не крепкие руки лесничего, обхватившего его, покатился бы кубарем с лестницы. Мистер Галланд осторожно усадил старого преданного слугу на широкую ступеньку лестницы.
   Чарльз тем временем поднял Патрицию на руки и начал осторожно спускаться по лестнице со своей драгоценной ношей. Молодого человека переполняли противоречивые чувства: с одной стороны, он был в отчаянии, увидев Патрицию в глубоком обмороке, а с другой стороны, он был безмерно счастлив хотя бы уже от того, что просто видит ее!
   С согласия дворецкого Чарльз перенес девушку в ее спальню и осторожно уложил на широкую постель, передав заботу о ней горничным на ближайшие десять минут.
   Часто тоскливыми одинокими ночами Чарльз рисовал в воображении сцену своего возвращения в Шотландию. Но в его романтических чувственных мечтах не было места жестокой смерти, нестерпимой боли и безысходному отчаянию! Там была только искренняя радость, верная любовь и жгучая страсть! А все произошло так, словно могучий железный кулак страшным ударом вдребезги разбил его хрустальную мечту!
* * *
   Лорд и леди Маклауд, учитывая все трагические обстоятельства, были без лишнего шума похоронены в фамильной усыпальнице. В похоронной процессии участвовали только немногочисленные родственники и друзья из самого ближнего круга. Разумеется, присутствовал и мистер Галланд с сыном.
   Не было только Патриции. Сознание так и не вернулось к ней. Она находилась в коме, будто бы выбирая между небом и землей.
   Когда оба гроба внесли в склеп, Чарльз не выдержал и зарыдал:
   – Лучше бы я задохнулся от одиночества на чужбине! Если бы я только мог знать! Я бы все отдал, чтобы они продолжали жить!
   Этот статный и красивый взрослый мужчина плакал, как ребенок, не стесняясь своих слез.
   Мистер Галланд стоял возле сына, положив руку ему на плечо:
   – Клянусь, что и я бы отдал все, чтобы они продолжали жить!
   Священник осенил отца и сына крестным знамением и произнес:
   – Неисповедимы пути твои, Господи!
   Некоторые участники похоронной церемонии начали шушукаться и втихаря бросать на отца и сына косые взгляды, но никто не осмелился оскорбить их прилюдно.
* * *
   Дни шли за днями, но вывести Патрицию из комы никак не удавалось. Она жила в своем собственном мире, в который никому не было доступа. Даже медицинскому светиле, знаменитому во всей Шотландии доктору Фэнмору не удалось установить с ней контакт.
   – Все говорит о том, что леди Патриция глубоко погружена в себя, – говорил Чарльз в отчаянии, умоляя врача о помощи. – Надо же что-то предпринять.
   Доктор Фэнмор задумчиво потер подбородок:
   – Если любовь не сможет освободить ее из плена, ею самой же и созданного, то и медицина окажется бессильной.
   – Я сделаю это, – страстно воскликнул Чарльз. – Я люблю ее так сильно, что никогда не смогу отказаться от нее. И даже если мне придется посвятить годы жизни, чтобы вывести Патрицию из этого состояния, я не отступлю ни на шаг, пожертвую этими годами и никогда об этом не пожалею!
   Чарльз лихорадочно размахивал руками.
   – Никогда ни один мужчина не любил женщину так сильно, как я ее люблю! – воскликнул он.
   Доктор Фэнмор понял все.
   – Ну, коли так… – начал он смущенно, – и если юная леди тоже…
   – О, да! – вставил свое слово мистер Галланд. – Я давным-давно знаю, что эта юная леди любит моего сына так же сильно, как и он ее. Поэтому их и разлучили. И леди Патриция жестоко страдала из-за этой разлуки, как и мой сын.
   – Я снова вернулся в замок Гайфилд, потому что у меня не было больше душевных сил выносить разлуку с леди Патрицией, – проговорил Чарльз грустно. – Я был готов на все, лишь бы снова увидеть ее. Я даже хотел похитить ее, конечно, если бы она согласилась!
   Доктор Фэнмор снова задумчиво потер подбородок и сказал:
   – Если дело обстоит так, как вы говорите, то есть шанс освободить юную леди из созданной ею самой темницы! Нужно активно и настойчиво взывать к ее чувствам! Разумеется, никто не сделает это лучше вас, молодой человек!
   – Что я должен делать? Когда можно приступать?
   Доктор Фэнмор, тронутый готовностью Чарльза сделать все возможное для спасения возлюбленной, дал ему ряд четких указаний, как глобальных, так и касающихся, казалось бы, незначительных мелочей, а на самом деле не менее важных.
   Чарльз с искренней благодарностью пожал доктору руку:
   – Тысяча благодарностей, доктор Фэнмор. Клянусь, я все отлично запомнил и ни на йоту не отступлю от ваших указаний. Выполню все ваши рекомендации. И, если все получится, мы попросим вас быть свидетелем на нашем бракосочетании…
   – Не торопи события, дружище, никогда не торопи события! – остановил сына мистер Галланд. – Сначала – одно, а потом – другое.
   Доктор Фэнмор положил руку на плечо Чарльза и сказал ему на прощание:
   – Очень надеюсь, что у вас все получится. Имейте в виду, это ваша последняя надежда. Соберите волю в кулак и действуйте. Любовь – это не только дар Божий, это еще и тяжкий труд!
   – Аминь! Не посрамим дар небесный и приложим к нему еще и дары земные! – проговорил Чарльз, ухватившись за внезапно возникшую надежду, как утопающий за соломинку. – Было бы слишком жестоко и несправедливо, если бы ее молодая жизнь прекратилась, толком и не начавшись!
* * *
   В течение нескольких долгих недель Чарльз сидел у постели Патриции. Каждый день он подолгу смотрел на нее и все никак не мог наглядеться. Молодой человек был счастлив уже тому, что может просто сидеть с ней рядом. Он был уверен, что девушка чувствует его присутствие, хотя установить с ней контакт пока не удавалось. Часто он читал ей вслух. В этот день он выбрал мелодраматическую пьесу о влюбленной паре: на их пути к счастью стояло немыслимое количество препятствий, но они преодолели их, проявив решительность, мужество и… смекалку.
   Чарльз читал пьесу за всех персонажей и неожиданно для себя с головой погрузился в эту любопытную историю. Он читал с таким выражением и чувством, что его собственное признание в любви не прозвучало бы более искренне и волнующе. При этом многие высказывания персонажей пьесы были ему близки и понятны – он чувствовал и пережил то же самое.
   В какой-то момент у Чарльза перехватило дыхание, он умолк, привычно бросил нежный взгляд на Патрицию и обомлел: она открыла глаза! Кровь начала громко пульсировать у него в висках, на лбу выступили бисеринки холодного пота. Он молча смотрел на Патрицию, не решаясь пошевелиться, из боязни испугать ее или чем-нибудь навредить.
   – Это действительно ты? Ты здесь? – спросила девушка, едва шевеля дрожащими пересохшими губами.
   Ее слова прозвучали так, словно она не верила собственным глазам и боялась, что спугнет возникшее перед ней видение.
   – Да, это я, я здесь, – ответил Чарльз так тихо, словно выдохнул.
   Но Патриция не успокаивалась.
   – И ты не видение? Не призрак? – прошептала она едва слышно и начала ощупывать стеганое покрывало, пока не коснулась его руки, державшей книгу.
   Чарльз вздрогнул от ее прикосновения, его сердце чуть не выскочило из груди:
   – Я здесь… с тобой… и я люблю тебя больше, чем могу выразить словами!
   Чарльз накрыл ладонью тонкую руку Патриции:
   – Я никогда не прекращал любить тебя всем сердцем и душой. И я всегда буду любить тебя, что бы нам не уготовила судьба.
   Патриция закрыла глаза и повернула лицо к Чарльзу. С клокочущим в груди сердцем он ждал ее ответа! Достаточно ли сильна ее любовь, чтобы пренебречь условностями?
   – Я получила тайные знаки судьбы, но не смогла их расшифровать. А когда я догадалась, несчастье уже случилось.
   Но Чарльз не понимал, что она имеет в виду.
   – Путь судьбы предопределен, надо оставить прошлое позади и смотреть только вперед. У нас с тобой все впереди!
   Чарльз прижал руку Патриции к своей щеке:
   – Все будет так, как ты захочешь, дорогая! Я очень люблю тебя и мечтаю подарить тебе счастье!
* * *
   Любовь – лучшее лекарство! Патриция быстро пошла на поправку. Чарльз трогательно заботился о ней, предупреждая любое желание.
   Но иногда взгляд Патриции устремлялся куда-то вдаль, и туда Чарльзу не было доступа. В такие моменты он чувствовал, что между ними стоит нечто неведомое.
   – Давай поговорим откровенно, – предложил он однажды.
   – Я уже все знаю от твоего отца. Он меня предупредил заранее: о судебном процессе над убийцами сообщали все информационные агентства. Мне кажется, я предвидела это убийство.
   – Предвидела? – Чарльз удивленно уставился на нее.
   – В этот день произошло много странных событий, – серьезно ответила Патриция.
   – Каких событий?
   – Событий, которые на самом деле не происходили, – ответила девушка. – Событий, которые происходят только в кошмарных снах… Может быть, даже не только здесь…
   Изумленный Чарльз хотел воззвать к логике и здравому смыслу Патриции, но, увидев выражение ее лица, промолчал.
   – Пойдем положим цветы на гробницы твоих родителей, – предложил он. – Я попросил садовника срезать белые лилии.
   Глаза Патриции засияли:
   – Ты не забыл, что мама любила белые лилии?
   – Я ничего не забыл, – твердо ответил Чарльз. – Я глубоко уважал твоих родителей. И я знаю, что и они хорошо относились ко мне, и если бы я не был сыном лесничего, то все между нами было бы совершенно по-другому.
   Патриция стремительно подошла к Чарльзу и обхватила его за шею:
   – Ты мужчина, которого я любила раньше, люблю сейчас и буду любить всю свою жизнь!
   Чарльз притянул Патрицию к себе и прошептал:
   – А я люблю тебя еще сильнее!
   Он нашел ее губы и прильнул к ним долгим поцелуем счастливой молодой любви.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 [6] 7

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация