А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Баффер" (страница 41)

   Проверив «макаров», убрал оружие в карман.
   – Михалыч.
   – Студент?
   – Почему ты его убил?
   Он стоял рядом с крыльцом, смотря куда-то мимо меня. Похоже, мой ответ его не слишком интересовал.
   – Не почему, Студент, а для чего. Убил я его для того, чтобы остальные крепче поняли суть изменений, произошедших в мире. Ну и для того, чтобы он не полез убивать вас с Ильей. Меня-то он даже найти не смог бы, иначе не пошел бы с такой толпой.
   – А семья? Ты же пообещал их тоже? Они тебе не угрожали!
   – Студент, если им до утра не помогут погрузиться и уехать, значит, деревенские с моим приговором согласны. Помнишь, ты про мирской сход говорил, про духовность, естественную мораль? Ну вот все это в реальности так и выглядит. Неприятно, да?
   Он стоял, молча смотря под ноги. Хорошо, что у него нет дальнобойной магии, мог бы глупостей наделать.
   – С большой силой приходит большая ответственность.
   – Студент, хватит говорить цитатами. Ты не Бен, я не Питер.
   – Ты убил человека.
   – Убил. Мне еще двоих надо убить, тех, что с ружьями в лесу лежали. Они там легли еще до того, как основная делегация из деревни вышла.
   – Страховать хотели, наверное? Поговорить шли, боялись! Не все же маги?!
   – Не убеждай себя, Студент, а то накрутишь, поругаемся. Говори, что хотел.
   Он кивнул.
   – Я ухожу.
   – Илья! Собери Диме ужин на дорогу. Ты, Студент, плащ возьми, кажется, прояснилось ненадолго, скоро опять дождь пойдет.
   Он молчал, но я не выговаривал ему и не пытался оправдаться, видимо, поэтому он никак не мог найти повод для ссоры. Ничего, послушает, что ему в деревне местные скажут, посмотрит, как сейчас понаехавшие суетятся, глядишь, и остынет.
   Когда он выходил, я молча протянул руку, и он так же молча стащил с запястья браслет. Символический ключ от нашего дома. И совсем уж символично, что, коснувшись моей руки, он рассыпался прахом. Проследив, как парень уходит по дороге, прошел в дом и растопил плиту. Чайку сейчас горячего выпью, сразу жизнь просветлеет. А то как-то все-таки не очень хорошо получилось. Все же прогнуть меня хотели или ритуально умертвить, в качестве заявки на магическую крышу округи? Скорее все-таки второе, и тогда следующим председателя бы кончили. Маленький переворот в отдельно взятой деревне. Через часик схожу, посмотрю на тех двоих, послушаю, что они говорить будут, может, выяснится что-то.
   – Михалыч, а ты его убьешь?
   Я отвлекся от попыток заварить чай и оглянулся на Илью. Уже на «ты»? Пожалуй, это скорее плюс.
   – Почему так решил?
   – Ты говорил, что кто много о тебе знает, тот может это знание использовать.
   – Говорил. Вообще стоило бы, конечно, но, с другой стороны, убивать своих – это последнее дело.
   – Он свой?
   – Да, просто молодой, ребенком быть перестал, взрослым быть еще не привык. Вот и мотает его.
   – А я тоже таким буду?
   – Куда ж ты денешься. Лет в двенадцать начнется. И авторитеты будешь подвергать сомнению, и бузить, и искать свое особенное место в жизни. Это со всеми бывает, гормоны.
   – А если я не хочу? Никак?
   – Только перетерпеть. Держать себя в руках, злость переводить на какую-нибудь инертную цель. Типа скейтбордом заняться или охотой на демонов. Главное, четко понимать, что это – пройдет и дальше можно будет жить нормально, головой.
   Взяв рацию, пощелкал, вызывая.
   – Але, кто там? Ленок, дай отца. – Председатель ответил почти сразу, значит, уже вернулся. – Еще раз здоров, председатель. Студент ушел, встреть его, хорошо? И не вояку надо, к бабе подсели, с детьми чтобы.
   Не слушая, что ответят, я положил рацию на место и, подумав, выключил совсем. Черт с ними, буду нужен, сами прибегут, говорить не хотелось.
   – То есть вы специально это все сделали?
   Мальчишка наконец сложил все услышанное сегодня и теперь смотрел на меня, сев на тот стул, где получасом раньше сидел Студент.
   – Специально? Илья, как ты это представляешь – сидим мы с председателем в темной-темной комнате и составляем коварные планы? Не, все проще. Он сказал, я услышал, он намекнул, я подумал и ответил. Потом удачно подвернулся этот тип, претендент в местные бароны, как его председатель сподвиг на мысль прийти ко мне не знаю, он жук хитрый. Я защищаюсь, как могу, и вот уже Дима уходит защищать деревню от меня, жуткого лесного упыряки.
   – Вы его потому и посадили подальше от моста, чтобы он планы не нарушил?
   Опять на вы. Студент простой, как две копейки, с ним просто, а как бы мне Илью понять?
   – Нет. Я его посадил подальше, чтобы он под пули не попал, в случае чего. Потом дома сам слышал, осталось только дополнить увиденное им отдельными штришками. Что он видел из кустов? Как мы спокойно говорим, и вдруг я убиваю человека, второму угрожаю. Может, даже не видел, что это маг был. Слов-то он в отличие от тебя не слышал, что произошло, не понял. Теперь будет считать, что ушел по своему желанию, и это будет его держать в деревне надежнее, чем обещания или хорошая награда.
   – Разве это хорошо?
   – Чего тут плохого?
   – Но это же обман?
   – Илья, скажи, чего хотелось Студенту?
   Мальчишка всерьез задумался и ответил, когда начатый мной счет прошел «девяносто два».
   – Быть нужным?
   – Да. Этого хотят все. Теперь он нужен, ему объяснят, как плохо в деревне без мага, а на меня, убогого да головой скорбного колдуна, надежды нет. То ли помогу, то ли убивать начну вдруг, как сейчас. Вот и будет он защищать деревню от меня. А попутно и от залетных бандитов.
   – А я?
   – Ты ж в его глазах совсем малек, скажешь, нет?
   Он кивнул.
   – Значит, и тебя защитить попробует. Думаю, дня через три придет, станет уговаривать пойти с ним. Он же парень неплохой, в сущности.
   – Тогда почему вы его сразу туда не отвели?
   Помешивая чай в стакане, я рассказывал Илье все. И как именно проверял Студента на адекватность, и как старался научить чему-то, выдал расклады по политической и экономической жизни в деревнях и вокруг, да что, по моему мнению, будет с нами дальше. Он слушал сосредоточенно, иногда кивая, но когда я закончил и отвлекся на остывший чай, упрямо мотнул головой:
   – И все-таки это неправильно, когда без твоего разрешения тебя вот так…
   – Наверное. Но деревне нужен свой маг.
   – Мы не свои?
   – Нет. Мы соседи. Каждый раз к соседу с просьбой бегать не дело.
   – А эти люди? Они еще придут?
   – Сегодня часть уедет. Слишком мало я в деревне показывался, не научились меня там бояться всерьез, вот приезжие и расслабились.
   – А если бы пугали?
   – Тогда меня боялись бы и попытались убить в спину. Могло и получиться, иногда для безопасности надо держать баланс между страхом и безразличием. Кстати, выбери время, когда оба будем свободны, надо будет проверить, как ты с оружием обращаешься.
   – Мы из пистолета будем стрелять?
   – И из него тоже. Рожок из автомата выпустишь, чтобы понимать, как оно, дробовик тебе еще рано. Снесет отдачей, неэффективно. Хотя, если упереть приклад во что-то и стрелять из-под мышки…
   Я посмотрел на мальчишку. Он, казалось, уже забыл, что только что было. Ну вот и ладно, что-то все равно в голове останется, пусть даже это будет моя любительская политинформация.
   Все мальчики любят оружие. Даже те, кто так хорошо притворяется, что любит только сладкое и летать. Постреляет, развеется, повеселеет. На море, может, сводить?
   Допив чай, собрался, накинул невидимость и побежал к той точке, где все еще лежали два стрелка. По пути думал, надо ли их расспрашивать, или послушать, что будут без меня говорить? Мысль прикончить их на месте была, но, обдумав, я от нее отказался. Кровь – такое дело, начнешь лить, не остановишься. Вот если они завтра не уедут, тогда придется, конечно.
   Попытка подслушать не удалась. Оба были или разведчиками, или просто хорошими охотниками, так что меня они как-то чуяли. Постоянно оглядываясь, прошли на мост, тихо говорили, видимо, помня, что я могу быть рядом невидимкой, потом закинули винтовки за спину и быстро пошагали в деревню. Проводив до первых домов, я вернулся. Слушать, что говорят о произошедшем, было лень, к тому же в вечерних сумерках да под снова пошедшим дождем прыгать по чужим дворам не хотелось, так что я пошел обратно.
   Постояв у моста, снова обдумал произошедшее. Все вроде правильно, ничего не забыл? Вроде. Сегодня на крыльце подежурю, чтобы не пропустить, если придут нас жечь, а завтра… Ничего, не уедут, так мужикам руки или ноги прострелю, покричу, нагоню страху. Бабы орать начнут, сделаю вид, что уговорили, дам еще день срока. Кто замазан был – уедут. Главное, чтобы Студент не пришел их защищать, но это уж председатель сообразит, как устроить.
   Уже когда я подходил к калитке, из кустов кто-то вежливо кашлянул.
   «Где я?!»
   Ох ничего себе! Расслабился я что-то.
   – Заходите в дом. Илья, у нас гости! Воду грей!

   36

   – Значит, говоришь, они все умерли?
   – Да.
   – Большой черный зверь?
   – Собака. Не волк, большая черная собака.
   – Вот как?
   Сидящий напротив меня молодой мужчина оглянулся на Дару. Вроде бы лето, но с этими дождями и беготней в слишком легкой одежде девочка замерзла, так что пришлось закутать ее в одеяло, усадить на низкую скамеечку, сунуть ноги в тазик с горячей водой, а чашку с горячим супом в руки. Девочка устало и сонно смотрела перед собой.
   – Черная, прозрачная. Сквозь стены проходила. Дедушка Нури приказал мне уносить сестру.
   – Забыл, как тебя звать?
   – Олег. – Он говорил с заметным акцентом, и сказанное прозвучало как «Алэх», но вполне могло быть, что это и есть его настоящее имя.
   – Олег, как ты меня нашел?
   Он пожал плечами, отхлебнул из чашки травяного чая с медом.
   – Дара. Она может чувствовать свои вещи.
   – Отсюда довольно далеко до вашего дома.
   – Не имеет значения. Она может их помечать. Дедушка Нури сказал ей делать для тебя особые вещи, которые можно будет рассмотреть, потом.
   – Следить может только она?
   – Да. Другие бы не нашли.
   – Старик готовился к бегству?
   – Тот человек, мракоборец, который нам помогал в обмен на крестики, недавно умер. А нам стали предлагать продать Дару.
   – Шеф?
   – И он, и другие люди. Они знали, что она умеет. Обещали хорошие деньги, покровительство, у… моего дяди в городе проблемы были, сказали, что решат все.
   – Сами устроили, наверное?
   – Наверное. И тут ты пришел.
   – Они испугались?
   – Они мало чего боятся. Глупые.
   Встав, он подошел к девочке, сел на корточки рядом и что-то заговорил, погладил по голове, успокаивая, потом вернулся за стол.
   – Дедушка собаку увидел, она брата грызла, сказал мне бежать. Я по три браслета с твоими камнями на каждую руку надел, сестру схватил и побежал. Видел, как собака сквозь забор проскочила, в стену прыгнула. Стена целая, а на ней темное пятно, как огонь поднесли. Стреляли, но что ей пули? У нас трое мужчин только умели воевать, мы мирные люди.
   – Туда возвращался?
   – Нет, ночь просидел в лесу, там место было. Затем утром смотрел… с другого места, дядя приготовил, чтобы за деревней следить. Дом пустой, вокруг никого, соседи только мимо ходят. Если бы наши были живы, то показали бы, дядя придумал, как.
   – И ты повез Дару в город?
   – К родственнику… он дедушкиному брату племянник.
   – В Уфе?
   – Да.
   – И что?
   – Нету его. И дом весь в темных пятнах.
   Что бы это могло быть? Черная, бесплотная собака, оставляет подпалины… где-то я это видел. Призыв адской гончей? С другой стороны, мои храны тоже не очень похожи на их описание в игре, так что возможны варианты.
   – Тогда ты поехал ко мне? Что, больше негде остаться?
   – Есть где. Но всем Дара нужна.
   – Мне, что ли, нет?
   – Нет. Дедушка Нури сказал, что ты не получил того, что хотел, и только из вежливости ездишь. Понял, что нам твоя помощь нужна.
   – Он хорошо обо мне думал.
   – Наверное. Тебе она как маг не нужна. Ты ее как ребенка можешь оставить.
   – И ты обо мне хорошо думаешь. Слишком хорошо.
   – Дедушка… Ай, Михалыч! – Он сморщился и махнул рукой. – Не к кому больше! Только я и сестра от всей семьи остались. Я сутки сидел, думал! Мы семьей сюда приехали… долго рассказывать, некуда мне ее везти, поверь. Возьмешь? Мне уходить надо.
   – Мстить пойдешь?
   – И это тоже. И другое. У тебя дом, у тебя сила, я видел, тебя уважают. Нас просто боялись.
   – Меня сегодня приходили убивать.
   Он безразлично пожал плечами.
   – Да, я видел. Но ты жив. Значит, и сестру убережешь.
   Интересно, откуда он наблюдал? Я ведь все поле с прилегающей опушкой просвечивал.
   – Оружие, припасы тебе нужны?
   Он вдруг улыбнулся, быстрым движением протянул руку и сжал мне ладонь.
   – Спасибо, Михалыч! У меня есть, я… знаю, куда идти.
   – О том, куда ты девочку увез, кто-то еще знает?
   Улыбка поблекла, он осторожно выпрямился, снова взял чашку со стола.
   – Нет. Только я. Машина, угнанная там, у шоссе стоит, в кустах. Грязь, не проехать. Я невидимым шел. В городе никого не спрашивал. Нас в армии учили, это просто, Дара пальцем показывала, я на карте линию. Отъехали, опять показала, еще линию, и уже понятно, куда ехать. Карта тут, со мной, вот.
   За многословием он прятал понимание – только он знает, где находится такой ценный ресурс, как девочка, способная создавать, по сути, стационарные заклинания. Слишком ценный ресурс. Слишком большая опасность, что он проболтается. Валить его надо, что по уму, что по сердцу – не нравится он мне чем-то. Только вот не поймет Илья, если я гостя убью. Точнее поймет, но не примет. Через неделю бы понял, я бы увел Олега в новый, недавно поставленный портал и там уже…
   – Могу до Гнединска подбросить. Или в Хабаровск.
   Он машинально кивнул, посмотрел на девочку, рядом с которой сейчас уселся Илья, потом согласился:
   – Хабаровск хорошо. А к Черному морю никак?
   – Сейчас нет. Могу к Тихому океану отправить.
   – Спасибо, не надо. Хабаровск.
   – Давай тогда скажи девочке, что она тут остается, поспишь, утром отправлю.
   Он благодарно кивнул, засуетился, укладывая капризничающую сестру.
   Всю ночь я боролся с желанием парализовать его и утащить куда-нибудь подальше, но так и не смог переступить через какую-то черту. Да, это было бы правильно, это обезопасило бы мой дом и меня, но убивать того, кто только что потерял всю семью и просит меня позаботиться о девочке? Правильно, разумно, даже в чем-то созвучно его желанию сберечь Дару. Но он просто молодой парень, сколько ему, двадцать два? Двадцать три? Просто хотел как лучше. Правда, его желание может привести к тому, что призрачный пес найдет уже меня. Только этого достаточно… Все, хватит.
   Наутро завтракали в тишине. Илья, по обыкновению, молчал, иногда поглядывая то на меня, то на гостей, Олег ел сосредоточенно, заправляясь перед дальней дорогой. Дара, насупившись, ковыряла овсянку и оживилась, только когда Илья добавил ей на тарелку варенья. Еще одна сладкоежка, на мою голову.
   – Олег, я тут приготовил в дорогу.
   Невидимый легкий броник, нож, автомат «Кедр», уже не помню, как у меня оказавшийся. Еды не дал, у него с собой были какие-то консервы. Положил немного монет, все равно в нашей глуши их и тратить не на что.
   – Спасибо.
   – Через пятнадцать минут уходишь. Попрощайся с Дарой.
   Он снова стал перед девочкой на колено и начал что-то говорить. Та посмотрела на меня, на Илью, отрицательно замотала головой, потом кинулась на шею брату. Он ей через сколько ступеней родства брат? Может, просто фамилия одна, но заботится. Олег оторвал малышку от себя, что-то строго сказал, я опять понял только одно слово «Нури», погрозил пальцем. Она заплакала, кивнула, снова полезла обниматься.
   Трогательная сцена, но я с некоторой паникой прогонял все возникающие проблемы – мне же теперь надо как-то о ней заботиться, а она даже по-русски не говорит!
   Наконец, прощание закончилось.
   – Илья, посиди с Дарой, хорошо?
   Парень кивнул, протянул ладонь девочке, та, недоверчиво его осмотрев, все же пошла за ним.
   – Олег, сейчас открою портал. Войдешь – немного побудешь неподвижным, не пугайся. До города три километра, рядом дорога. Ну, там сам справишься. Куда идти есть тебе, так?
   – Да. Спасибо.
   Кивнув, я продолжил:
   – Сюда больше не возвращайся. Будет что сказать – оставь в Гнединской Гильдии, я там часто бываю. Ну, не Гильдия, она у них «Белым кругом» называется, но суть одна.
   Теперь кивнул он.
   – Все, время. Врата – развалины. Это, не забывай, что ты сейчас невидимый, на дороге осторожней будь.
   Проследив, как он уходит, я посмотрел в портал. Вот он стоит, вот огляделся, сначала вокруг, ища опасность, потом по сторонам, пытаясь найти приметы перехода. Вот сделал шаг…
   Все. Ушел.
   Через три минуты переход погас, я машинально проверил время восстановления и пошел в дом.
   Вот еще загадка. Что у них там стряслось? Почему он приехал именно ко мне, не верить же, что больше не к кому? Кто они вообще и откуда? Теперь, наверное, не узнать. Точно понятно только одно – надо готовить новый дом и решать, где он будет. В этом я слишком многим нужен, к тому же если в самом деле адская гончая… они же поисковые твари, кажется? Найдут, наверное.
   Недавно поставил новый камень в пяти километрах от относительно небольшого городка, американского аналога нашего Гнединска, даже название такое же лошадиное – Кватерхорс велли. Лошадей я там, правда, не видел, ни четвертинок, ни целых, но жили в городе нормально, весь день сидел, наблюдал – машины ездят, магазины работают, люди спокойно с детьми ходят, даже какое-то подобие деревенской ярмарки имелось. Надо будет сходить, проверить, чем торгуют, как к пришлым относятся, что в обмен на товары берут. Колдануть немного, реакцию посмотреть. Но это потом, а пока…
   Проблемы начались сразу и во всем. Самая простая – размер сиденья в туалете. Затем надо было обзаводиться одеждой, то, что на девчонке, нуждалось в стирке, и это еще одна проблема. И надо куда-то ее положить спать, надо чем-то занять, потому что скучающий маг семи лет от роду – это жутко. Ладно, ложки гнет, видел уже, но как она может дерево стен заставлять течь, как пластмассу горячую?! Единственная светлая нотка – Илья нашел с ней общий язык. Французский.
   С трудом удалось выяснить, что она еще турецкие слова употребляет, и французский у нее какой-то не такой, как у Ильи в колледже был, но все равно, хоть как-то можно объясниться. Я быстро спихнул на пацана все заботы о девочке, напоказ не замечая его укоризненного взгляда. Мракоборцы, демоны, чума и политиканы – все фигня, вот успокоить рыдающую девочку – это подвиг, да.
   В первый день она тосковала. Плакать начала сразу, как только ушел Олег, плакала долго, отчаянно и тихо. Была бы постарше, накачал бы снотворным, как Студента, но такой крохе давать таблетки было боязно. Пришлось сидеть рядом, держать за руку, что-то успокаивающе говорить, пока наконец она не выплакалась. Во второй посидела насупившись, с утра, заскучала и полезла исследовать все, что можно. Замки против нее были бессильны, девчонка их вроде бы даже не замечала, так что оба ноута быстро стали ее собственностью и один тут же был сломан. Пришлось применить силу, пару раз шлепнув для вида, на что последовала психическая атака. Слезы я переношу плохо, особенно детские, так что уже на третий день доступ к игрушкам она получила, тут же поняла, что ничего ей по возрасту интересного там нет (еще бы, я все поудалял заранее, чтобы точно не нашла), и ноут был забыт. На пятый день снова встала проблема с одеждой, и я был настолько на взводе, что, когда председатель, о чем-то толковавший с Мариной Степановной, начал было интересоваться, для кого я беру девчачью одежду, то все, на что меня хватило, это кинуть в него оцепу и прошипеть в лицо замершему «Не лезь!».
   Тетка испугалась, председатель не очень. Во всяком случае, я не верю, что две женщины из местных, шедшие по каким-то своим делам через хутор в лес, в самом деле случайно «по-соседски» забрели к нам. Так в деревне узнали, что у меня теперь есть и воспитанница. Дара в этот момент как раз чинила старое ведро. Ловко это у нее получалось – помяла пальцами, дохнула пару раз, потом защипнула металл, словно тесто у вареника, пальцем разгладила, подула, и все, ведро готово к использованию. И я и бабы были весьма впечатлены.
   Потом заявился сердито сопевший Студент и, как я и предсказывал, начал агитировать Илью переселиться в деревню, но у меня не было настроения спорить, так что я попросил его уйти от греха. Затем Илья показал Даре, как он может «поднимать» людей. Я все понимаю, дети, скука, магия, но два часа счастливого визга парящей в небе девчонки меня добили. Два часа не уставая! Времени было уже около семи вечера, но днем на свою голову убедил их поспать, и в результате после дневного отдыха дети были очень уж активны. Часика четыре-пять они точно еще спать не запросятся, а значит…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 [41] 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация