А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Право на Спящую Красавицу" (страница 11)

   Прислужница

   Красавица с трудом поверила глазам, когда за дверьми верхних покоев увидела леди Джулиану – та играла в шахматы с Принцем. Тут же было много других знатных дам в компании лордов, включая одного вельможу с вьющимися белыми волосами ниже плеч. Все гости сидели, склонившись над шахматными досками.
   Зачем, зачем здесь леди Джулиана, эта изящная, пышущая красотой и здоровьем девушка? Ее толстые косы пронизывала багровая лента, а груди облегал бархат платья. Стоило Принцу прошептать леди на ухо нечто остроумное, как ее смех тут же заструился по комнате.
   Красавица не могла понять, что сейчас чувствует: ревность или обычное унижение?
   Леон так грубо украсил ее, что лучше б ей было явиться в верхние покои совсем голой.
   Сначала он отмыл ее от семени Принца, потом грубо собрал волосы в две косы по сторонам и скрепил их сзади, так что оставшиеся свободными прядки торчали во все стороны. Затем грум нацепил ей на соски висюльки с драгоценными камнями, соединенные двумя тонкими золотыми цепочками на манер ожерелья.
   От висюлек болели соски, да и цепочка позвякивала при каждом вдохе, как колокольчики. Однако это было еще не все.
   Ловкими пальцами Леон помял ей пупок и тут же залепил его воском, на который насадил блестящую брошь: красивый камень, обрамленный жемчугом. Пупочек Красавицы будто превратился в лонную щель; казалось, ей в живот кто-то пытается проникнуть.
   На уши повесили тяжелые серьги на тугих застежках, щекотавшие шею. Не избежали подобной участи и лонные губы. На руки надели браслеты в виде змеек, на запястья – инкрустированные камнями оковы. Со всеми этими украшениями Красавица, сбитая с толку, почувствовала себя еще более раздетой, ведь они не скрывали – напротив, подчеркивали – ее обнаженные прелести. И наконец, на шею ей нацепили отделанный камнями ошейник; на левую щеку, словно мушку, приклеили камушек.
   Мерцание камней и золота раздражало, хотелось сбросить украшения, но тут Леон запрокинул Красавице голову и вставил ей в ноздрю кольцо. Ободок его больно, хоть и не глубоко, впился в плоть, и Красавице, несмотря на страх, захотелось плакать. Руки так и тянулись сорвать все эти побрякушки.
   – Ах, – восхищенно произнес Леон. – Только с красотой, подобной твоей, я и могу работать в полную силу.
   Он наскоро пригладил Красавице волосы и объявил, что она готова.
   И вот девушка вползла на четвереньках в огромные сумрачные покои, поспешила к Принцу и немедля поцеловала ему ноги.
   Принц даже на мгновение не оторвался от игры, и, к жгучему стыду Красавицы, первой ее приветствовала леди Джулиана.
   – О, так ведь это наше золотце! Как преобразилась!.. Приподнимись, хорошая моя, – прощебетала леди Джулиана и отбросила одну косу за плечо. Она погладила ошейник Красавицы; от ее прикосновений кожу слегка покалывало, однако Красавица не смела даже украдкой взглянуть в лицо юной леди.
   «Почему не я сижу на ее месте? В красивом платье, свободная и гордая? – подумала вдруг пленница. – Что происходит? Почему я на коленях и со мной обращаются как с вещью? Ведь я принцесса! – Потом она вспомнила о многочисленных пленниках и пленницах Замка и тут же ощутила себя глупее некуда. – Прочие заложники скорей всего думают так же».
   Леди Джулиана внушала ей ужас куда больший, чем остальные лорды и дамы.
   Вскоре самой леди Джулиане захотелось чего-то большего.
   – Встань, дорогая, я тобой полюбуюсь. Не стану напоминать, что тебе делать с руками и ногами.
   За спиной у Красавицы кто-то рассмеялся и заметил, дескать, имя у рабыни Принца воистину говорящее. Из рабов, кстати, в комнате она была одна, и ею овладело отчаяние.
   Красавица вновь закрыла глаза, а леди Джулиана тем временем погладила ее бедра, ущипнула за зад.
   «Как она не видит, что мне плохо?! – подумала Красавица. – Почему не оставит меня в покое?»
   Сквозь прищур она заметила, как леди Джулиана лучезарно улыбается.
   – Что скажет ваше высочество? – с искренним любопытством обратилась юная леди к Принцу, который по-прежнему был поглощен игрой.
   – Она мне не рада, – пробормотал наследник трона. – Говорит, во мне слишком много страсти.
   Красавица старалась стоять ровно, готовая исполнить любое поручение. Лорды и дамы смеялись, обсуждали ее, какая-то леди спросила, мол, разве не должна рабыня наполнять кубки присутствующих – пусть все на нее и полюбуются!
   «Не насмотрелись еще?!» – мысленно возмутилась Красавица. Вдруг здесь будет еще хуже, чем в Большом зале? И вдруг она прольет вино?
   – Красавица, возьми кувшин в буфете и аккуратно наполни кубки гостей, затем возвращайся ко мне, – по-прежнему не глядя на нее, сказал Принц.
   Красавица отошла к скрытому в тени буфету, где стоял золотой кувшин. Вдыхая фруктовый аромат вина, пленница подошла к первому столу, чувствуя себя страшно неловкой и неуклюжей.
   «Я просто прислужница, рабыня», – внушала она себе.
   Руки Красавицы дрожали, когда она наполняла кубок за кубком. Сквозь туман она видела, как ей улыбается знать, слышала похвалу. Попадались и высокомерные гости, что отнеслись к пленнице как к пустому месту. Потом вдруг кто-то ущипнул ее за зад, и Красавица ахнула. Гости расхохотались.
   Всякий раз, нагибаясь к столу, она вспоминала, что живот у нее голый. Видела, как мерцает промеж грудей цепочка. Каждый, казалось бы, незначительный жест леди или лорда заставлял еще больше отчаиваться.
   Наконец Красавица наполнила кубок последнего гостя, что сидел, откинувшись на спинку кресла и положив руки на подлокотники. Этот лорд улыбнулся Красавице.
   Леди Джулиана смотрела на нее большими светящимися глазами.
   – Прелестно, прелестно… Как жаль, что вы желаете владеть ею самолично, ваше высочество. Дорогуша, – обратилась она к Красавице, – отставь кувшин и подойди ко мне.
   Красавица исполнила повеление госпожи, и леди Джулиана тут же щелкнула пальцами, указав на пол. Красавица опустилась, готовая поцеловать ей колени, однако, по странному велению сердца, припала губами к ее серебряным туфелькам.
   Все случилось очень медленно и будто даже не с ней: Красавица словно со стороны увидела, как опускается на четвереньки и пылко целует ноги леди Джулиане.
   – Что за диво! – восхитилась леди. – Прошу, отдайте мне ее на час.
   Она нежно погладила Красавицу по затылку, трепетно поправила ей волосы, и у Красавицы на глаза навернулись слезы.
   «Я вещь», – напомнила себе пленница, и в душе у нее что-то дрогнуло. Сердце продолжало бешено колотиться, но Красавица ощущала странное тихое отчаяние.
   – Я бы даже не привел ее сюда, – сказал Принц, – если бы на то не была воля моей матери. Королева повелела обращаться с Красавицей как с любой другой рабыней, не прятать от двора. Если бы не матушка, я бы приковал Красавицу к кровати и порол ее без устали. Следил бы за каждой слезинкой, что скатывается у нее по щекам, за каждой переменой в лице.
   Сердце Красавицы подскочило к горлу и забилось там подобно молоточку.
   – Я бы, наверное, женился на ней…
   – Вы во власти безумия, – промолвила леди.
   – Да, она меня сводит с ума. Разве другие не видят?
   – Разумеется, нет, – сказала Джулиана. – Красавица мила, но у каждого своя любовь. Сами знаете. Или вы предпочли бы, чтобы все сходили с ума по ней, подобно вам?
   – Нет, – покачал головой Принц. Не отрываясь от доски, он помял груди Красавицы и стиснул их так, что пленница поморщилась.
   В следующий миг все гости встали.
   Заскрипели по полу ножки кресел, и вельможи преклонили головы.
   Красавица обернулась.
   В покои вошла Королева: в зеленом платье, перехваченном расшитым золотом поясом, и прозрачной белой вуали, что лишь едва прикрывала ее черные волосы.
   Совершенно растерявшись, Красавица упала ниц и стукнулась лбом о пол, затаив дыхание. Даже так она видела, что Королева подошла и встала над ней.
   – Прошу садиться, – сказала Королева, – и продолжать игру. Ты, сын мой, как управляешься со своей пассией?
   Принц явно не знал, что ответить.
   – Подними ее и дай рассмотреть, – распорядилась Королева.
   Принц поднял Красавицу за руки и заставил ее привстать на цыпочках. Красавица до боли прогнула спину; сережки на сосках терзали нежную плоть, украшения между ног растянули лонные губы в стороны. Сердце билось так сильно, что брошь в пупке, казалось, вот-вот выпадет. Кровь набатом стучала в голове, чуть не выдавливая глаза.
   Красавица смотрела себе под ноги, но видела только цепочку между грудей и подол королевского платья.
   Монархиня внезапно и с силой шлепнула ей по грудям. Красавица вскрикнула от боли и неожиданности, и тут же паж плотно зажал ей рот ладонью.
   Девушка в панике застонала и невольно дернулась. Слезы готовы были пролиться из глаз, а пальцы пажа больно впивались в щеки.
   – Ну-ну, Красавица, – прошептал Принц. – Яви себя моей матери в лучшем свете.
   Паж подтолкнул пленницу в спину.
   – Она не так плоха, – заметила Королева, и в голосе ее прозвенел металл. Даже Принц, как бы он ни наказывал Красавицу, не проявлял такой чистой злобы.
   – Она всего лишь боится меня, – продолжила Королева. – Не грех и тебе так же меня опасаться, сын мой.
   – Матушка, прошу, будьте к ней снисходительны, – произнес Принц. – Позвольте мне оставить Красавицу при себе, в моих покоях, я сам ее вышколю и всему обучу. Не отсылайте ее на ночь в Рабскую.
   – Сын мой, пусть она для начала проявит достаточно покорности. Сегодня ей предстоит Взнуздание.
   – Не так скоро, матушка…
   – Это пойдет ей на пользу, сделает ее покладистей.
   Королева повернулась, так что взметнулся шлейф платья, и покинула покои.
   Паж отпустил Красавицу.
   Принц тут же взял ее за руки и повел в коридор. Следом за ними шла леди Джулиана.
   Королева намного опередила их, и Принц гневно подгонял Красавицу. Под сводами перехода эхом разносились ее всхлипы.
   – Бедняжечка, несчастная наша принцессочка, – причитала леди Джулиана.
   Наконец они вернулись в покои Принца, и леди Джулиана – невероятно! – тоже вошла, как к себе в комнату.
   «Неужто лорды не признают границ между покоями друг друга? – возмутилась Красавица. – Или они пали столь же низко, как опускают нас?»
   Однако Принц остался в кабинете, да и вокруг были пажи, и дверь оставили открытой.
   Он отпустил Красавицу, и леди Джулиана своими мягкими холодными руками перехватила ей запястья. Заставила опуститься на колени перед креслом, в котором устроилась сама.
   Из складок своего платья леди извлекла расческу на длинной серебряной ручке и принялась ласково причесывать Красавицу.
   – Это тебя успокоит, золотце мое, – приговаривала она. – Не бойся так.
   Красавица опять чуть не расплакалась, она возненавидела эту милую леди, захотела убить ее. Но несмотря на роившиеся в голове злые мысли, Красавице вдруг захотелось прильнуть к госпоже и проплакаться. Красавица вспомнила, сколько друзей осталось у нее в Замке отца, сколько фрейлин, и как легко было проникнуться к ним любовью. То же чувство ей хотелось разделить и с леди Джулианой. Когда юная дама причесывала ее, по голове пробегали мурашки, щекочущей волной спускались по плечам и спине.
   Леди свободной рукой нежно погладила ей груди, и Красавица почувствовала себя беззащитной. Чуть приоткрыв рот, она обернулась к госпоже и, сдавшись, опустила голову ей на колени.
   – Бедняжка, – сказала Джулиана. – Взнуздание, такой ужас… Потом, правда, ты скажешь спасибо, что тебя подвергли ему в самом начале, ибо этот урок сделает тебя очень послушной.
   «Пустые слова», – подумала Красавица.
   – Возможно, – продолжала тем временем леди Джулиана, – я погоню тебя сама.
   Что бы это значило?
   – Отведи ее в Рабскую, – распорядился Принц.
   Вот так, без объяснений, грубо, без прощаний!
   Красавица упала на четвереньки и ринулась к ногам господина. Она осыпала его сапоги поцелуями, надеясь… на что? На последние поцелуи? На что-нибудь, что развеет ее страхи перед новым испытанием?
   Принц, выждав некоторое время, поднял Красавицу и передал ее леди Джулиане. Та нежно заломила пленнице руки.
   – Будь паинькой, милочка.
   – Ты ее и погонишь, – распорядился Принц. – Постарайся, чтобы зрелище всем запомнилось.
   – Разумеется, я постараюсь, и всем понравится, – ответила леди Джулиана. – Вам же обоим будет лучше. Она – рабыня, а все рабы мечтают о твердой руке хозяина и госпожи. Если уж нет свободы, они стремятся хотя бы к ясности. Я буду с нашей Красавицей как можно более строгой и в то же время нежной.
   – Верни ее в Рабскую, – распорядился Принц. – Королева не позволит мне оставить Красавицу при себе.

   Едва проснувшись и открыв глаза, Красавица заметила, что замок преобразился.
   По всей Рабской ослепительно горели факелы, а принцев и принцесс тщательно к чему-то готовили: девушкам расчесывали волосы и вплетали в них цветы, юношей натирали маслом и расчесывали не менее тщательно, чем принцесс.
   Леон, необычно возбужденный, буквально сдернул Красавицу с ложа.
   – Сегодня Праздничная ночь, Красавица, – сказал он, – и я позволил тебе поспать чуть подольше. Нужно поторапливаться.
   – Праздничная ночь? – шепотом переспросила она.
   Леон молча усадил девушку на стол и принялся ее готовить.
   Перво-наперво разделил волосы на пряди и стал заплетать их в косы. Шея открылась и неприятно мерзла, к тому же грум плел косы чуть не от самой макушки – теперь Красавица будет выглядеть еще более по-девчоночьи, нежели леди Джулиана. В волосы грум вплетал длинный ремешок из черной кожи, концы которого скрепил застежкой с медным колокольчиком. Косы толстыми, тяжелыми змеями легли у грудей Красавицы, шея и лицо ее теперь были открыты.
   – Очарование, ты само очарование, – как всегда восхищенно произнес Леон.
   Он натянул ей на ноги высокие кожаные сапоги, нагнулся зашнуровать их у колен и поправил их на лодыжках. Сапоги сидели плотно, как перчатка. На носочках и на каблуках они были подкованы. Очень жесткие, мыски надежно защищали пальчики.
   – Что… что будет? Что такое взнуздание? – обеспокоенно спросила Красавица.
   – Тс-с, – шикнул грум, разминая ей груди, чтобы, как он выразился, «придать им ровный оттенок».
   Затем он умастил ей веки и ресницы маслом, слегка напомадил губы и соски. Красавица инстинктивно отпрянула, однако грум, будто не заметив, работал уверенно и быстро.
   Больше всего беспокоил холод. Тогда как ноги плотно облегала кожа, остальные части собственного тела казались Красавице не просто голыми, а чудовищно уязвимыми. Даже украшения не причиняли ей таких страданий.
   – Что сейчас будет? – вновь спросила она, однако Леон резко уложил ее на стол животом и принялся натирать ей маслом ягодицы.
   – Быстро заживает, – произнес он. – Принц как чувствовал, что тебе сегодня предстоит, и пощадил тебя накануне.
   Красавица задрожала от ужаса. Значит, ее будут пороть? Разве ее не высекли прилюдно? Или на сей раз народу придет куда больше?
   Девушке стоило огромных трудов терпеть удары на публичных порках, хотя от руки Принца она готова была снести любое наказание. Впрочем, последний раз прилюдно ее секли на постоялом дворе, когда дочь Корчмаря отшлепала ее на потеху солдатам и простолюдинам.
   «От этого никуда не деться», – сказала себе Красавица. Стоило представить, как придворные следят за ее унижением, словно за каким-нибудь ритуалом, и в ней зажглось любопытство, которое вскоре уступило место панике.
   – Милорд, прошу, скажите…
   Вот еще нескольким рабыням заплели косы и обули в подкованные сапоги. К тому же испытанию готовили и принцев.
   Тут и там сновали на четвереньках юноши с щетками и ваксой – они спешно натирали обувь участникам сегодняшнего ритуала. Зады у них алели после порки, на шеях висели непонятные таблички.
   Леон снова посадил Красавицу, нанес последние штрихи, и тут же отполировать Красавице сапоги подоспел принц. Он хныкал, и зад его был ужасно красен. Надпись у него на шейной табличке гласила: «Я в опале».
   Подошел паж и дал мальчику ремня, чтобы поторапливался.
   Впрочем, размышлять о его беде времени не было: грум повесил Красавице на соски ненавистные колокольчики.
   Красавица вздрогнула, однако колокольчики держались крепко и не упали. К тому же Леон велел ей отвести руки за спину.
   – Пошла, – сказал грум. – На полусогнутых. Колени поднимай как можно выше.
   Неохотно Красавица подчинилась и тут же увидела вокруг себя других принцесс: те бодро маршировали в сторону коридора, изящно покачивая грудями.
   Шагать хоть сколько-нибудь изящно в подкованных сапогах было очень сложно, но вскоре Красавица поймала ритм. Леон шел рядом с ней.
   – Итак, дорогая, – произнес он, – первый раз – самый трудный. Праздничная ночь поистине страшна, и я думал, что тебе отведут роль попроще. Однако Королева лично распорядилась взнуздать тебя. Твоей погонщицей станет леди Джулиана.
   – Да, но…
   – Молчи, не то придется вставить тебе кляп. Королева разозлится, к тому же ротик твой сильно потеряет в красоте.
   Тем временем все девушки собрались в длинном коридоре. Сквозь узкие окна виднелся сад.
   Пылали факелы, и деревья отбрасывали неровные тени. Девушки остановились прямо под окнами, и Красавица сумела наконец выглянуть наружу.
   С улицы раздавался многоголосый хор гостей: они смеялись, переговаривались. И – о ужас! – в саду, в разнообразных позах были расставлены наказанные пленники.
   Тут и там на высоких столбах висели принцы и принцессы; сильно выгнувшись, они, привязанные за руки и ноги, буквально лежали на плоских верхушках, и волосы принцесс свободно колыхались в воздухе. Пленники в роли ужасных украшений сада!.. Наказанные могли видеть лишь небо над собой, тогда как остальные вволю любовались тем, как они беспомощно корчатся в путах.
   И всюду, всюду были лорды и леди; свет факелов выхватывал из темноты то длинные расшитые платья, то остроконечные шляпы с воздушными вуалями. Пришли сотни гостей, и для всех под сенью деревьев накрыли столы.
   В саду прислуживали красиво наряженные рабы; они наполняли кубки и разносили кушанья на больших блюдах; у девушек на грудях висели цепочки, у юношей – поблескивали кольца на восставших членах. Как и на пиру в Большом зале, звучала музыка.
   Некоторые девушки в колонне постепенно теряли выдержку. Одна заплакала, и грум принялся ее утешать. Прочие оставались спокойны; тут и там грумы втирали еще масло в упругие попки или что-то нашептывали своим принцессам.
   Красавица боялась все сильней и сильней.
   Ей было страшно смотреть в сад, и тем не менее она выглядывала в окна, каждый раз примечая все новые ужасы. Одних пленников приковали к стене слева; других – к колесам огромных сервировочных тележек.
   – Что с нами будет? – шепнула Красавица.
   Девушку, что стояла прямо перед ней и никак не могла успокоиться, паж-великан схватил за ногу и, вздернув над полом, резво выпорол. Красавица ахнула, глядя, как бедняжку секут и как стелятся по полу ее косы.
   – Тс-с, это для ее же блага, – сказал Леон. – Наказание истощит в ней страх, бедняжка успокоится. А когда ее взнуздают, станет куда раскрепощеннее.
   – Нет, вы скажите…
   – Стой смирно. Следи за теми, кто пойдет впереди. Когда приблизится твой черед, я все объясню. Помни, эта ночь очень важна, и Королева не спустит с тебя глаз. Принц, если ты его подведешь, будет в ярости.
   Красавица снова выглянула в сад и вдалеке заметила фонтан – он тоже служил орудием пытки. Вкруг центрального столба под струями воды, по колено в чаше, стояли, взявшись за руки, наказанные пленники. Их тела влажно блестели.
   Грум, что ухаживал за принцессой впереди Красавицы, хохотнул и сказал, дескать, кое-кому сильно не повезло пропустить Праздничную ночь, и что это – целиком ее вина.
   – Ты прав, – ответил ему Леон, а Красавице объяснил: – Он говорит о принцессе Лизетте. Ее до сих пор не выпускают из Пыточной, и она, бесспорно, злится, что пропустила праздник.
   Праздник?! Как ни боялась Красавица, она все же кивнула – и кивнула, как ни в чем не бывало. Она вдруг совершенно успокоилась и прислушалась к своему сердцу, взглянула как бы со стороны на свое тело. Казалось, в ее распоряжении полно времени, чтобы изучить саму себя. Слушая, как скрипит кожа сапог, чувствуя прохладу ночного воздуха, она думала: «Да, это – мое, и я должна быть на празднике. Зачем я в душе противлюсь происходящему?»
   – Мне отвратителен лорд Герхард, – тихонько пожаловалась принцесса перед ней. – Он ничтожество, почему его сделали моим погонщиком? – Грум сказал нечто, и она хохотнула. – Он же медленный, никуда не спешит. А я люблю бегать! – Грум рассмеялся, и она продолжила: – Что мне будет? Еще порка? Я согласна, если б только можно было вырваться и побежать…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация