А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Прибытие на Марс" (страница 1)

   Иван Беров
   Прибытие на Марс

   1

   Железная дверь скрипнула, упорно не желая впускать хозяина страшных комнат. Сморщенная костлявая рука владельца космического звездолета «Тавриус» мощным рывком заставила непослушную дверь распахнуться. Сразу же после этого по многочисленным коридорам шестнадцати палуб грузового звездолета прошелся отвратительный скрипучий звук, от которого даже у замороженных внутри криогенных капсул инопланетных четырехруких гуманоидов заложило уши.
   – Наконец-то, док, – стоявший на страже охранник уже давно поджидал своего командира. Широкоплечий атлет сделал попытку поприветствовать вошедшего в помещение командира, но могучая треугольная шея, облаченная в кевларовый бронежилет, упрямо не хотела сгибаться.
   Ксайрс невзрачно отмахнулся от неуклюжего поклона, как бы прощая своего верного слугу. Широкоплечий страж тут же прислонился к стене, погрузив своё объемистое тело в царившую возле входа тень. Старик одобрительно покачал головой. Его верный помощник Триз отлично подобрал контингент исполнителей для этой долгожданной поездки, о которой старый исследователь инопланетных форм жизни давно мечтал. О да, вернуться туда, где, еще шестилетним юнцом будущий ученый впервые открыл двери общеобразовательной школы. Вспомнить, как он со слезами на глазах впервые испытал на себе действие химического реактива. Как ему в первый раз в жизни улыбнулась миловидная голубоглазая ассистентка по лабораторной работе. А воспоминания о том, как ему вручали диплом по профессии генетика-специалиста, просто жгли сердце. Как давно это было! Всего лишь пару-тройку сотен лет назад, но верная память и работающий без перерывов мозг исправно хранили в своих архивах знаний каждую секунду прожитой жизни, чтобы в любой момент давно ушедшие события все также свежо могли восстановить свой ход во взбаламученных мыслях старого доктора. Вернуться домой – это было по-настоящему неописуемо. И, как и любой вежливый гость, почитающий законы приличия, Уолтер Ксайрс прибывал на Марс не с пустыми руками. Своей родной планете он вез своё самое лучшее творение – ну или хотя бы одно из лучших.
   Большая продолговатая цистерна, сделанная из инертных полимеров, была до краев наполнена бурлящей темно-зеленой жидкостью. Герметичный колпак со встроенным выпускным клапаном и термической системой дезинфекции периодически выбрасывал избыточные потоки горячей воздушной массы. От этого и без того маленькое помещение хранилища химических материалов наполнялось едким горьковатым запахом.
   Доктор коротко, не оборачиваясь, махнул амбалу-стражнику рукой в знак того, чтобы тот не проронил больше ни звука и удалился.
   Мощная дверь коротко пискнула, проворачиваясь в ржавых тугих петлях. Повинуясь приказу, охранник вышел, оставив чудаковатого доктора один на один с его шедевром.
   – Дэггс, – сморщенные временем пальцы поглаживали мягкую и гладковатую на ощупь поверхность большой химической посуды. – Ты дашь всем билет в долгожданный лучший мир. Ты получишь свободу, выйдя в этот перенаселенный жалкими существами мирок. Погрязшие во лжи и мраке невежественные создания вроде человека разумного наконец-то получат то, о чем мечтали их предки. Ты принесешь в их разум и тело необходимую жаждущим перемен людям гармонию. Ты подаришь им целый мир, полный счастья и наслаждений, взяв взамен их устаревшую и прогнувшуюся планету. Вместе мы сможем создать такой мир, о котором все могли только мечтать. Мир, в котором каждый будет себе хозяином, а я стану богом. – Старческое тело, в котором жизнь и смерть стояли рядом, сотрясалось от злого и глупого смеха.
   Грохочущий звук титановых подметок крепких солдатских сапог, топающих по пластиковому полу космического корабля, прервал мечты работника науки об идеальном мире.
   Старая, но верная и надежная железная дверь была варварски распахнута мощным ударом ноги. Из-за этого, быстро прокрутившись на ржавых и скрипящих от трения и времени петлях, стокилограммовая плита, закрывающая вход, сильно врезалась в стену, оглушив при этом всех присутствующих волной неприятного грохота.
   Крепкие зубы Ксайрса, заимствованные от генетических доноров-клонов, заскрипели в ответ распространяющемуся через ушные раковины и слуховой проход отвратительному звуку.
   – Уймись, – стоявший в дверном проеме киборг, чье механическое тело представляло собой шедевр военных технологий в области робототехники, а электронный мозг был оснащен искусственным разумом девятого поколения, который был запрещен, безо всякого уважения и церемониальных обращений просто ткнул пальцем в сторону доктора и продолжил:
   – Твой заключенный, вернее, пассажир нашего «Тавриуса» из шестого блока сбежал.
   Ксайрс, долго приходя в себя после оглушающего скрипа, медленно повернул голову в сторону вошедшего киборга.
   – Тогда иди и поймай его, – недовольно проворчал старый доктор. – В конце концов, я тебе платил не за то, чтобы ты приходил и просто констатировал факт побега одного из моих подопечных. На Центавре твоя банда зарекомендовала себя как одна из лучших в плане поимки и конвоирования сбежавших рабов. Так вот, извольте выполнять свою работу! И еще – у всех моих творений, пусть даже у тех, кто родился жалким вирусом и просуществовал всего лишь долю секунды, даже у них всегда было имя! – Тихий голосок старого ученого резко поднялся до крика. – Понимаешь, собственное имя! Кстати, кто он?
   Киборгу явно не нравилось такое пренебрежительное отношение к самому себе и своим людям, но старик хорошо платил, а потому вполне мог позволить себе парочку неуважительных фраз.
   – Какой-то червяк, длинный и толстый, просто своей тушей пробил стенки бака и уполз в сторону грузовых цистерн, – наемный воин нарочно обозвал шедевр Ксайрса, у которого было свое имя, червяком. – Мои андроиды, охранявшие его, сейчас все мертвы. Причем их не просто убили, их съели, обглодав все металлические вставки.
   А вот это происшествие явно в планы сверхумного доктора не входило.
   – Как это случилось? – деловито спросил Ксайрс, пытаясь скрыть свое раздражение.
   – Твоё творение уничтожило четверых моих людей, оказавших сопротивление во время попытки к бегству. А еще, – киборг подошел почти вплотную к человеку, – этот индивид проделал дырку в межпалубных коридорах на третьем и втором уровнях. И сейчас, возможно, перед самой посадкой мы можем получить дыру в верхней обшивке корпуса, а ты в это время играешься со своим зеленым чаном и даже не пытаешься оказать нам возможную помощь.
   – Тебе до содержимого этого зеленого чана еще расти и расти, – хотел подшутить над подручным Ксайрс, но делать этого не стал, лишь ограничив свои чувства недвусмысленным искривлением губ.
   – Нашел о чем волноваться! – стоявший перед киборгом гуманоид с почти молодым лицом и укрепленным техноимплантантами старческим телом бесцеремонно перебил нахального киборга. – Глупая куча сплавленных вместе гаек и болтов!
   Обычный кусок металла, сделанный обычными человеческими руками, созданный специально для того, чтобы помогать людям, сейчас посмел ворваться в закрытое помещение, помешал своему боссу и еще посмел высказать какие-то претензии! Этот представитель охраны благодаря своему продвинутому программному обеспечению переходил все законы приличия и уважения, особенно к старикам. Стоявшее в массивном дверном проеме не менее массивное механическое тело обладало шестью огромными руками, каждая из которых могла поднять десять тонн груза. Покрывающие слои титановой брони – одной из самых лучших – великолепно подчеркивали красоту инженерного шедевра. Толстые, как каменные колонны Капитолия, ноги прочно держали это массивное тело на палубе звездолета. Такой набор технических и физических параметров невольно вызывал уважение у каждого, кто смотрел на эту шестирукую машину смерти. Страшно было только подумать, что мог себе позволить этот биоорганический организм в приступе гнева. Однако ученый, хоть и проживший не одну сотню лет, тоже мог похвастать парочкой сюрпризов своего пока еще родного, но усовершенствованного тела. И старожитель имел еще много не сказанных слов для начальника своей охраны, но его не начавшаяся речь была тут же перебита прозвучавшим по всему помещению сигналом тревоги.
   – Что это такое? – Ксайрс с истинным интересом повернул голову в сторону мигавшего индикатора. – Это еще что за сюрприз? Тоже сюрприз, связанный с моими подопечными? Или с червяком?
   Стиго молчал.
   – Тогда почему эта штука не выла, когда червяк, как ты его обозвал, – Уолтер Ксайрс бросил в сторону Стиго злобный взгляд, – пробил стену палубы?
   Киборг упорно продолжал хранить молчание, игнорируя адресованные в его сторону вопросы.
   Такая ситуация коварному доктору уже не нравилась, но шестирукий только пожал плечами. От подобной реакции своего начальника охраны Ксайрса бросило в мелкую дрожь.
   – Отвечай! – гневно бросил ученый.
   – Все сейчас прояснится, – довольно произнес Стиго. – Мои многорукие парни вот-вот найдут причину тревоги и быстро разберутся со злостным нарушителем.
   А вот это для планов умного доктора было уже слишком, и это как раз за считанные часы до финальной посадки на космодроме.
   – Я же просил тебя заранее разобраться с остальными членами торговой команды. – Старого ученого всего трясло. Гнев просто переполнял Ксайрса, но он себя сдерживал, стараясь не пускать в ход свои кулаки. – Что ты тут стоишь?! Я не для этого набирал на борт своего корабля тебя и твоих четырехруких приятелей.
   Киборг все замечал, в том числе и волнение доктора, но человеческая частичка составляющей его сознание программы иногда любила проявить такие вредные качества людской натуры, как неуместный спор и пререкание.
   – Во-первых, – начал киборг, стараясь своим выступлением как можно сильнее разозлить Ксайрса, – звездолет не твой, а ты просто взял его в аренду. Во-вторых, я привык работать, как ты недавно произнес, со сбежавшими заключенными, но я еще ни разу не нанимался в смотрителя зоопарка, – киборг сложил две верхние руки на своей груди крест-накрест. – И, наконец, в-третьих, на борту «Тавриуса» среди членов торговой команды оказался до боли знакомый нам обоим кибернетический организм.
   – Змей, – Ксайрс нервно шлепнул суховатой ладонью по плотной стенке контейнера.
   – Космический Змей, – поправил шестирукий монстр своего нанимателя.
   Ксайрс даже сам удивился, когда в голосе Стиго отчетливо прозвучали ноты уважения. Впрочем, удивляться этому доктор не стал, поскольку в нем самом жила неописуемая гордость за одного из первых своих творений. Сколько лет прошло с тех пор, как щуплый и хилый мальчуган попал из лап алчных наемников на экспериментальный хирургический стол любопытного доктора.
   Стиго, служивший в те времена надзирателем в маленькой небольшой тюрьме, в которой старый доктор держал своих питомцев, до сих пор помнил, как получивший вполне исправное тело один из подопытных Ксайрса вернулся к своему «создателю». Воспоминания радовали и обжигали память одновременно. Когда-то место полумертвой маски и неживых полимерных хрящей занимало вполне человеческое лицо с теплой кожей, хоть и серого цвета. А в этом столь грозном шестируком теле было намного меньше металлического и полимерного хлама, чем сейчас. И всеми этими утратами Стиго был обязан гневу Космического Змея. Большие шарообразные кулаки грозно сжались, до треска скрипя кожей и суставами.
   Ксайрс едва не улыбнулся, вспомнив, что Стиго являлся первым серьезным противником, которого молодому кибернетическому организму удалось сокрушить в поединке. Но Стиго всё равно уважал Змея, поскольку тот хоть и вышел с ним на драку, но дрался честно. А у самого Ксайрса всплыли приятные воспоминания о том прекрасном дне, когда ему удалось продать один из своих неудавшихся шедевров в армию некоего олигарха с планет Стрельца. Уолтер никогда не считал себя суперкоммерсантом, но вот та сделка явно ему удалась. Может, потому старый доктор до сих пор уважал и хранил память о Космическом Змее, что именно продажа этого результата генетических опытов обеспечила новую лабораторию большой денежной суммой, так необходимой на тот момент для исследований. Но все приятное быстро потеряло свою красоту в гигантских всполохах огня и пламени – то, что Змей оставил от одной из самых лучших лабораторий по генетике в четырех звездных системах. Вот этого поступка ученый не мог простить своему творению до сих пор.
   «Но не-е-т, нынешние планы ты мне не испортишь», – волновался Ксайрс.
   – Подумаешь, – взвился ученый, – едва услышал это имя, и уже в кустах! Я не для этого тебя нанимал!
   Киборг резко подошел почти вплотную к доктору и тихо произнес:
   – Вообще-то ты меня создал, Уолтер, но это не дает тебе полной власти надо мной и моей жизнью. – Произнесенные голосом машины слова о жизни так потрясли старого геномолога, что он сначала не знал, как на них реагировать. Но между тем Ксайрс чувствовал, что электронные мозги Стиго просто боятся столкнуться со своим собратом в честном поединке. – Звучит сигнал корабельной безопасности, а это означает, что бортовые компьютерные системы зафиксировали грубое моральное правонарушение, что-то вроде хладнокровного убийства. Мои ребята не должны были прибегать просто так к помощи открытого насилия. Они все делают тихо, я этому сам их научил. А вот если кто-то другой вышел из своей криокапсулы раньше срока и случайно наткнулся на одного из моих ребят – вот это другой разговор.
   – Тогда разверни свою толстую механическую спину и разберись с возникшей проблемой!
   Ксайрс только потом подумал о негативном смысле сказанных им слов, но было поздно что-либо менять, и доктор молча сжал кулаки в ожидании реакции со стороны Стиго. И она не заставил себя долго ждать.
   – Если бы не ты со своими дурацкими экспериментами, я бы давно уничтожил этого типа. Тем более что он всегда следил за порядком, а я ненавижу тех, кто следит за порядком. Я и тебя, дряхлик, не уважаю за твою излишнюю мягкость и твое дотошное желание все обо всем узнать. Если…
   – Довольно! – Проапгрейденный старик, которому не нравилось, когда его открыто оскорбляли, быстро достал из своего кармана портативный инъектор и вколол себе тройной заряд зелья, вызывающего агрессию и повышающего физическую силу у гуманоидов.
   Зоркие глаза шестирукого киборга увидели быстрые и незаметные движения старика. Монстр отреагировал незамедлительно, схватив одной из своих ручищ тонкую шею Ксайрса чуть пониже челюсти.
   – Теперь мне понятно, почему на Веге твоих собратьев по разуму плавили сотнями.
   От накатившей волны злобы монстр попытался сжать дряхлый сегмент человеческого тела, соединяющий голову и туловище. Попытка не удалась. Хрупкая на вид шея старого ученого на деле оказалась для киборга не слабее хорошего стального прута. Из-под маски Стиго послышался изумленный вздох, а Ксайрс все еще продолжал зло смотреть в глаза своего солдата. И более того, ученый улыбался.
   – Надеюсь, – тихо произнес доктор, – на этот раз тебе удастся справиться с нашим уважаемым оппонентом.
   Стиго знал, о ком идет речь, поэтому могучая шея киборга аккуратно сделала кивок головой, подтверждая его намерения. Его серая жилистая рука, не торопясь, отпустила шею Ксайрса. Союзники снова прекрасно понимали друг друга.
   – Хорошо, – чуть громче произнес ученый, слегка растерев рукой место захвата, – возьми себе в помощь робота, Ковалевского и… – Ксайрс злорадно усмехнулся, – и сообщи о нашей небольшой охоте мистеру Тризу. У него есть свои соображения по поводу дальнейшей судьбы Космического Змея.

   – Вперед, пошел! – раздавался шумный голос, объединивший в себе голоса всех фанатов «Кибербоев Без Правил» – одного из самых популярных видов спорта в Солнечной Системе три тысячи сто десятого года. Многие болельщики от усердия срывали свои голосовые связки, и их голос превращался в каркающую хрипоту, но даже несмотря на это продолжали во всю ширь открывать рот и беззвучно поддерживать своего кумира, на которого ставили приличные деньги. Дерущиеся на арене роботы представляли собой огромнейший интерес для публики всех возрастов, начиная от десятилетних мальчишек, обожающих роботов, и заканчивая седовласыми стариками, вспоминающими свою молодость. При этом и те и другие во время баталии воображали себя на месте дерущихся фигур и любили время от времени увеличить хотя бы ненамного свой капитал, делая успешные ставки на победителя. Вот и сейчас зрители смотрели как загипнотизированные на плавные, точные и быстрые движения двух фигур дерущихся роботов-гладиаторов.
   – Сокруши его, убей, убей!!! – небольшой мальчишка, держащий в одной руке стакан с мороженым, а в другой персональный трехмерный транслятор, в больших розовых очках, явно испортивший себе окончательно зрение, подбадривал понравившегося ему бойца – Желигерда.
   К сожалению, слова паренька остались лишь незначительным шумом на фоне общего гвалта, когда соперник Желигерда – Троил – нанес один из своих сокрушающих ударов: энергетическим метакулаком в соединение плечевой и шейной брони, покрывавшей корпус оппонента. Желигерд отлетел на целых пятнадцать метров вправо. В какой-то момент при попытке подняться на ноги Желигерда качнуло в сторону. Сказался результат многочисленных атак, направленных в голову – потеря ориентации. Это видел весь стадион, отчего крики, выражающие неописуемый восторг, стали еще громче. Это также не ускользнуло от внимания Троила, но он не стал сразу идти на завершение успешной серии атак, а решил нарочно медленно пройтись по периметру арены, раззадоривая публику. Троил как на выставке расправил мощные плечи, сделанные из углеродистой стали и покрытые гальваникой, спина прогнулась, выставив широкую грудь, облаченную в металлический панцирь. Словно рыцарь из далеких Средних веков, Троил медленно начал трансформировать свою правую руку в вибрационный пробойник – демонтажный инструмент, представляющий собой аналог строительного отбойного молотка. Этот процесс сопровождался бледно голубым свечением, охватившим часть правой руки, начиная от локтевого сустава и заканчивая кистью. Сначала увеличение запястья, затем – удлинение биополимерных пальцев и их соединение в эдакую конусообразную форму и, наконец, легкие периодические движения кисти, сопровождаемые негромким звуком, напоминающим шум электродвигателя. Зрители на трибунах обожали наблюдать за процессом трансформации конечностей, замирая от восторга, однако довольный гул все же не смолкал. Завершив процесс, Троил сделал круг почета вокруг практически поверженного противника и приготовился к нанесению решающего удара – в грудную клетку. Издав победный клич, Троил отвел трансформированную руку назад и слегка согнул коленные суставы. Затем последовал прыжок и резкое точное движение правой трансформированной конечностью. Быстрая атака очень походила на бросок кобры. Стадион замер. Секунды превратились в часы, мгновение в вечность. Вершина трансформированных пальцев-конуса уже коснулась поверхности и без того сильно деформированного нагрудного панциря Желигерда, оставляя за собой сноп бело-желтых искр. В месте контакта оставался черный ужасный кратер-шрам на панцирной пластине. Шестимиллиметровая углеродистая сталь, покрытая особым полимерным составом, начала трещать и с громкими хлопками стала отламываться, что свидетельствовало о том, что грудная пластина будет вот-вот пробита. Зрители на трибунах встали со своих мест, поддерживая и одобряя действия своего героя. Однако в тот самый миг, когда демонтажное оружие уже почти завершило своё страшное дело, Желигерд схватил своей левой рукой трансформированную руку оппонента чуть повыше локтевого сустава и нанес удар правым кулаком в правое плечо Троила. Раздался громкий хлопок. У того, кто сидел в первых рядах, на какой-то момент заложило уши. Крепкие стальные цилиндры и шаровые соединения, из которых состоял плечевой сустав Троила, лопнули; сжатый воздух, который находился в них под давлением в несколько десятков атмосфер, резко вырвался наружу и произвел гидродинамический удар, что и стало причиной неожиданного звукового явления. Оторванная конечность еще продолжала конвульсивно дергаться во время падения, отчего создавалось впечатление, будто рука обладает собственной волей и не зависит от головы и тела. Троил, однако, продолжал стоять на ногах, но не предпринимал никаких попыток сделать что-либо. Лишь голова его слегка повернулась и посмотрела вниз – на всё еще двигающуюся часть своего тела, которая словно не желала смиряться с таким положением и всё равно рвалась в атаку. Робот всё еще продолжал с изумлением наблюдать за своей оторванной рукой, как вдруг что-то резко ударило его в грудь. Изумленный Троил, всё еще вращая головой, пролетел пару метров и упал навзничь, проминая весом своего металлического тела зеленое травяное покрытие арены. Из груди Троила торчали три металлические стрелы, каждая из которых пробила панцирную броню и наполовину вошла в тело. Поврежденный робот попытался встать, но, несмотря на все усилия, попытка оказалась неудачной. Его словно оглушили: сенсоры, контролирующие его энергетическую систему, отказали; вышли из строя стабилизаторы высоты; произошел сбой в работе всех систем наведения на цель и математического анализа. Всё, что еще сохраняло дееспособность – это зрительные и звуковые анализаторы. Повинуясь им и следуя направлению вибрации, он смог чуть повернуть металлический корпус головы и увидеть шагающую в его сторону фигуру. Было в ней что-то странное: сделана из металла, вся мятая и со странной выбоиной на правой грудной пластине. Это были последние мысли человекоподобного робота Троила. Когда Желигерд подошел к корпусу своего недавнего противника, до него донёсся лишь слабый гул системы охлаждения машины, которая когда-то была Троилом. На стадионе возникла продолжительная пауза. Такого поворота событий не ожидал никто, особенно букмекеры, которые поставили на победу явного лидера этого матча – Троила. Но невзирая на всеобщее изумление, затишье продолжалось недолго. Чемпион мёртв – да здравствует новый чемпион: этот закон выживания выполнялся на протяжении существования всей человеческой расы.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация