А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Провидение зла" (страница 18)

   Глава 9
   Ночь

   Игнис не мог поверить, что под маской неизвестного скрывается не искусный воин, а его сестра. Нет, он знал об этом, но уж больно серьезным бойцом она ему показалась. Не он ли смеялся над Камой, которая часами упражнялась на заднем дворе замка с мечом, словно должна была отправиться в дозор к Светлой Пустоши или еще куда похуже? Не он ли, ее старший брат, подшучивал над сестрой, когда она надевала порты, грубую рубаху и вставала против него в зале для борьбы? И впрямь, странным было бросать на суконные, набитые соломой тюки ту, которую следовало носить на руках. Но она снова и снова вскакивала на ноги, шипела, когда он позволял себе пожалеть ее, сама готова была вцепиться в него зубами, а когда схватка заканчивалась и он, взмыленный, с удивлением понимал, что вымотался с хрупкой девчонкой никак не меньше, чем со здоровяком Вентером, Кама подхватывала меч и вновь отправлялась на задний двор, чтобы потанцевать еще немного. И вот результат ее усердия перед его глазами.
   – Очень хорошо, – сказал Алиус, когда Кама подрезала Пуэра. – Но от серьезных соперников одним танцем не убережешься.
   Игнис и сам понимал, что с серьезными соперниками Каме придется нелегко, тем более что каждый из них был не промах, даже те, кто проигрывали свои схватки, показывали отличное фехтование, те же близнецы братья Валпес и Лупус Валор, не их вина, что они попали на своего же брата Адамаса Валора и на стремительного Фалко Верти, было отчего неистовствовать трибунам, но Кама… Кама не походила ни на одного из них. Ей не хватало сущей малости, тысячи, а лучше десяти тысяч поединков за спиной, чтобы сталь поселилась и в руках, и в ногах, и в голове. Чтобы тот ветер, который нес ее над ареной, превратился в стальной вихрь, способный не только лететь, но и встать непробиваемой твердью. Сор Сойга выразился бы лучше. Он всегда искал и находил нужные слова. Жаль, что Игнису они не пригодились. Жаль, что холод, проникший в его сердце, только на сердце и подействовал. Что Сор говорил ему о борьбе, когда принц Лаписа посчитал, что достиг уже всего? Молодец, сказал Сор, а теперь забудь все, чему я тебя учил. Считай, что ты ничего не умеешь. Оставь свое умение своему телу. И начнем сначала. С самого простого. Ты удивишься, когда начнешь проходить все заново.
   – Почему? – уже удивился Игнис.
   – Потому что ты учился читать, – объяснил Сор. – Учился складывать руны в слова. Постигал их написание и звучание. И научился, в конце концов. И даже прочитал что-то. Но теперь пришло время вернуться к той книге, по которой ты осваивал чтение. И прочесть ее заново, чтобы постигнуть ее смысл.
   – О чем ты? – так и не понял тогда ничего Игнис.
   – Не о чтении, – улыбнулся Сор.
   Может быть, он наконец начал что-то понимать. И Каме, которая как раз теперь на его глазах совершила еще одно чудо, сумев поразить Церритуса Ренисуса, немногим уступавшего лучшему фехтовальщику Бэдгалдингира, своему старшему брату Тутусу, следовало вернуться к первой книге, потому что пришла пора постигать смысл прочитанного.
   – Успокойся, Вавато, – стиснул локоть соседа Алиус, – все идет так, как должно идти. Да, Церритус был сражен по наитию, по таланту, без ремесла, которое идет от нудной и утомительной работы. Но чего ж ты хотел? В этом и сила…. Черного. И… его слабость.
   – Рубидус не прощает слабостей, – процедил Игнис. – И малейших ошибок. Он может покалечить… Черного.
   – Вот и посмотрим, – отчего-то стал холодным и спокойным Алиус.
   Игнис взглянул на своего соседа по лавке, оглянулся на ревущую толпу, упивающуюся зрелищем, – еще бы, мечами тыкали друг в друга вельможные сынки, к тому же один из них был безымянным, что оставляло простор для догадок и поднимало ставки, снова посмотрел на приставленного к нему угодника. Что заставило этого в общем-то еще молодого лаэта пойти в бродяги? Что сломало его жизнь? И сломало ли? Или он из тех бедолаг, которые считают себя счастливыми, потому что ничего не знают о счастье? А что знает о счастье он сам?
   – Рубидус Фортитер и безымянный, именуемый Черным по цвету его шарфа! – провозгласил Мурус.
   – Смотри! – прошептал Алиус, коснувшись плеча Игниса.
   Кама вышла на арену, словно в полусне. Она двигалась медленно, почти спотыкалась, пока не заняла отведенное ей место, и продолжала вращать головой, словно пыталась понять, куда она попала, хотя Рубидус с ехидной усмешкой на губах уже стоял напротив и Мурус занес молоток над бронзовым диском.
   – Смотри! – еще громче прошипел Алиус и снова сжал локоть Игниса, хотя тот и так не отрывался от арены. – Сейчас или никогда!
   – Что-то не так, – выдавил через силу Игнис. – Не так, как раньше.
   – Она начала все с самого начала! – восторженно прошептал Алиус. – Да поможет ей благословенный Энки!
   Видно, что-то было в движениях безымянного воина, что не только насторожило, но и озадачило Рубидуса. Кама, которая только что спотыкалась, обходя арену, едва пробил гонг, изменилась. Она уже не закручивалась вихрем и даже как будто никого не собиралась удивлять. Она шла навстречу сопернику так, как молодых фехтовальщиков учат ходить в первый год. Впервые безупречно следовала указаниям Сора Сойга. Выполняла то, чего он безуспешно добивался от нее многие месяцы. И меч перед собой держала именно так, как говорил он. «Правило простого приема, – с болью подумал Игнис, вспоминая, как его нога не нашла ногу Литуса. – Выучи простой прием, доведи его до совершенства, и ты будешь выигрывать им все схватки. А потом столкнись с мастером, который эти приемы выучил чуть лучше тебя, и проиграй».
   Рубидус был очень осторожен. Пожалуй, Игнис впервые видел, что принц Кирума тоже ставит ноги по-школярски. Но кое-что его все-таки отличало от соперника. Отсюда, с высокой трибуны, Игнис не мог сказать этого наверняка, но ему казалось, что каждый жест, каждое движение Рубидуса излучают ненависть. А наставник Сор учил своих подопечных спокойствию. Интересно, что бы он ответил на вопрос о ненависти Рубидуса? Ведь победителем в прошлые годы как раз становился принц Кирума, а не ученики Сора. А испытывал ли ненависть к Литусу Игнис? Что кипело у него внутри, когда он вскочил на ноги и ударил в спину удачливого соперника? Ненависть? Нет. Если только к самому себе. Или к собственной неудаче. Ну что же ты, Кама? Держись!
   Все-таки кое-чего она добилась первыми двумя схватками. Принц Кирума не попытался ее растоптать. Но напасть он должен был первым. Он всегда нападал первым. Вот он сделал выпад, вытянулся над согнутой правой ногой. Кама отбила его удар в сторону, но Рубидус не просто дважды получал серебряный ардуусский рог. Его удар, чуть сбитый в сторону, продолжился, тупой клинок двигался к животу Камы, но и ее защита не ограничилась одним скрещением оружия, она развернулась, уходя от удара, и отбила клинок Рубидуса теперь вниз.
   «Я могу это видеть! – вдруг понял Игнис. – То, что происходит в доли секунды, то, что словно отсвет солнца на осыпающемся разбитом стекле, я вижу так, словно наблюдаю за тенями рыб в лаписском пруду!»
   Рубидус сделал еще один выпад, и Кама снова развернулась, встретила его следующий удар на клинок, перевела касание к гарде, закрутила защиту, едва не выбила меч из руки противника, но уже в следующую долю секунды отстранилась назад, потому что тупой клинок едва не вспорол ее лицо по прорези в шлеме. Сердце замерло бы в груди Игниса, если бы все это не уместилось между ударами сердца, и то, как, спасая глаза, Кама отшатнулась, и то, как, делая шаг назад, все-таки чиркнула мечом по левому плечу принца Кирума. Затрещала искрящаяся полоса, но что Рубидусу выдуманная рана на левой руке, у него меч был в правой, хотя и Кама не вздрогнула бы и от такой отметины, и от любой другой, она-то танцевала с мечом в любой руке, но отметина была не только на плече, Черный противник зацепил самолюбие принца. Теперь Рубидус должен был разорвать наглеца, уничтожить, унизить. И он ринулся на соперника, который был ниже его почти на голову. Удар, который нанес принц Кирума, должен был не только выбить подставленный под него меч, он должен был снести с арены соперника вместе с мечом, но Черный устоял. Он не сдвинулся с места. Он принял удар на клинок. Он не отстранился ни на шаг. Меч Рубидуса словно наткнулся на скалу, а затем эта скала сверкнула и ударила его в живот. Без взмаха. И принц Кирума согнулся, лишившись дыхания, погрузился в сверкание магического панциря, упал за спиной развернувшегося противника и после удара гонга швырнул в него уже ненужный тупой меч.
   Игнис, Алиус, весь амфитиатр поднялся на ноги.
   Кама вздрогнула, припала на одну ногу, икра которой была разорвана. Мурус бросился к победителю поединка. Рубидус встал на ноги и, не кланяясь, пошел прочь. Кама стянула с шеи черный шарф, медленно, слишком медленно для человека, который все еще может сражаться, стала затягивать рану.
   – Стоять! – снова поймал за локоть Игниса Алиус и силой усадил его на место. – Это пока что не твоя война!
   Амфитеатр ревел. Кама затянула ногу, которая не была прикрыта поножем сзади. Шагнула вперед, прихрамывая. Оглянулась. За нею тянулась полоса крови. Мурус, который отбегал к Софусу, снова побежал к Каме, затем Софус подошел к пострадавшему претенденту, быстрыми жестами проверил колдовство, поплелся прочь с арены. Кама медленно, стараясь не хромать, но очень медленно пошла на край арены. Развернулась, встала спиной к рядам.
   – О тебе забыли, – почти прокричал, повернувшись к Игнису, Алиус.
   – Я никогда не забуду о себе! – крикнул в ответ Игнис и добавил: – И об этом тоже!
   Со скамьи, на которой Игнис с удивлением узнал не только Софуса, но и Лаву и Фламму, словно вынырнувших из-под арены, поднялся Адамас. Он встал напротив соперника, но не поднимал меч и не надевал шлема. И Мурус не стучал молотком о бронзовый диск.
   – Кровь! – прошипел сквозь стиснутые зубы Игнис. – Она не остановила кровь!
   Кама посмотрела на противника, на Муруса, сделала один шаг вперед, другой, подняла перед собой меч. Кровяная дорожка оставалась за нею. И тогда Адамас Валор покачал головой, поклонился сопернику и положил меч на доски рукоятью в сторону Камы. Та замахала рукой, но Мурус как будто даже с облегчением ударил в гонг. И тогда, обернувшись к ревущей толпе, Кама сняла шлем, и Игнису пришлось заткнуть уши. Лава и Фламма бросились к принцессе Лаписа.
   – Уходим, – дернул его за руку Алиус.
   …Вирская площадь еще не начала погружаться в темноту, но тени стали резче, и сам сумрак уже таился под стенами цитадели, готовился захватить город. Торговцы пивом, вином и квачем раскатывали бочки по площади, пирожники шлепали на горячие противни первые пироги, фокусники снаряжали шесты с шутихами, – Ардуус намеревался окунуться в карнавальную ночь. Игнис хотел повернуть к ратуше, но Алиус уже в который раз придержал его и направил в сторону Храмовой площади. Над амфитеатром стоял гул.
   – Куда мы? – спросил Игнис в тени крайнего зиккурата. – А Кама? Она ранена!
   – Оставь сестру заботам ее наставника, – ответил Алиус. – Твоя мать сказала, что он справится.
   – С чем справится? – скрипнул зубами Игнис.
   – Тайно вывезет из города, – ответил Алиус.
   – Тайно? – остановился Игнис. – Зачем? Зачем все это? И к чему такая спешка? Сегодня карнавал. Завтра еще день ярмарки. Королевские семейства будут разъезжаться только послезавтра!
   – Через час твой отец, мать и почти вся свита покидают Ардуус через южные ворота, – ответил Алиус. – Камой будет наряжена служанка Катта. Прости, принц, но ей пришлось тоже постричь волосы. Она уже в ратуше, там ее встречает мастер стражи Долиум. Тобой наряжен мальчишка-стражник. Кажется, его имя Ассулум? Он щупловат против тебя, но в сумраке сойдет.
   – Зачем? – не понял Игнис.
   – Чтобы погибнуть за тебя, если кто-то захочет отправить тебе в горло стрелу или бросить нож, – прошептал Алиус. – И служанки это тоже касается.
   – Стрелу? Бросить нож? – оторопел Игнис. – Кому это может прийти в голову? Или Литус Тацит не простил меня? Или мерзавец Рубидус не удовлетворится тем, что покалечил Каму?
   – Ну, насчет Рубидуса не скажу, – пожал плечами, вглядываясь во тьму, Алиус. – Он ведь мстил за проигрыш незнакомцу? Кто его знает, вдруг за двойной позор, быть побежденным девчонкой, он и в самом деле захочет ее убить? Но нет, дело не в этом. Тебе, Каме, всему твоему семейству угрожает опасность. Только не со мной ты это будешь обсуждать. Со своей матерью. Или с отцом.
   – Почему я сейчас с тобой? – уперся Игнис. – Я ничего не знаю про тебя. Только имя, и все. Кто ты? Почему я должен верить тебе?
   – У меня только имя и есть, – улыбнулся Алиус. – Да и что еще может представить человек, кроме своего имени? И верить ты мне не должен, упаси меня, Энки, насильно обращать кого-то в такую веру, да и в любую другую. Но твоя мать поверила мне. Или получила поручительства от тех людей, которым она верит. В любом случае, мне она показалась очень мудрой женщиной.
   – Она королева! – повысил голос Игнис.
   – Тссс, – приложил палец к губам Алиус. – Мы и так слишком связно говорим для двух пьянчужек. Мне верить необязательно. Ему веришь?
   Сквозь гул начинающей выплескиваться из амфитеатра толпы раздался цокот копыт, и из тени последнего из четырех зиккуратов появился всадник. За ним следовали две оседланных лошади.
   – Все в порядке? – свесился из седла Вентер.
   – Более или менее, – ответил Алиус.
   – Упряжь из Бэдгалдингира! – поднял брови Игнис. – Золотые башни вышиты на седлах! И оружие…
   – И плащи, – продолжил Вентер, – и новые ярлыки. Ну-ка, накиньте на себя плащик. Клянусь Энки, Ваше Высочество, если бы не голос, ни за что бы не поверил, что передо мной принц Лаписа. Так что вам пока что лучше помалкивать. Ярлыки у меня, а вы сойдете за немых.
   – Куда мы? – только и выдавил сквозь подрагивающие губы Игнис.
   – Прочь из Ардууса, – ответил Вентер. – Через Северные ворота.
   – В Бэдгалдингир? – вовсе растерялся Игнис.
   – Чего там делать? – изумился Вентер. – Нам теперь одна дорога – домой. Но когда заяц убегает от лисы, он же не о том, где будет прятаться, думает, а о том, как ему убежать.
   – Мы убегаем? – вскочил в седло Игнис.
   – Не так резво, Ваше Высочество, – нахмурился Вентер. – С таким лицом на лошадь нужно заползать с трудом, подогнав ее к забору или к скамье, а то ни один дозор нас просто так не пропустит.
   – Мы убегаем? – повторил вопрос Игнис, взглянув на Алиуса, которые взлетел в седло ничуть не медленнее, чем он сам. – Если мы зайцы, то кто лиса?
   Алиус надул губы и щелкнул пальцами. Вентер тяжело вздохнул.
   – В том-то и дело, что заяц уже бежит, а кто лиса, и не знает пока еще.
   – Почему? – нахмурился Игнис.
   – Оборачиваться опасно, – ответил Вентер.
   Когда часы на ратуше пробили без двух часов полночь, а на Вирской площади, а также на Ремесленной и Северных улицах, захватывая и торговые ряды, и даже Храмовую площадь и прилегающие улицы, уже горели костры, звенели бубны и гремели барабаны, пищали каламские рожки и так или иначе веселился народ, перед воротами цитадели остановился всадник. Стражи, которые с завистью косились на недалекое празднество, забегали, едва всадник наклонился к факелу. Заскрипели ворота, и гость, что было дозволено только особам королевской крови, миновал проездную башню верхом, хотя королем он не был. Зато он был мастером тайной стражи Ардууса или, как считалось при дворе, личным вестником короля. Его звали Кракс. Он происходил из руфов, но с детства обрел седину, и если сбривал бороду, то мог сойти и за атера, и за лаэта. Сейчас подбородок его покрывала рыжая щетина, глаза были красными, но взгляд оставался твердым. Кракс миновал вторые ворота, третьи и спешился только во внутреннем дворе главного укрепления, которое поднималось из цитадели и всех ее стен подобно сердцевине каменного цветка с высоченной башней по центру. Вынырнувший из темного проема слуга принял лошадь, Кракс на ходу сбросил перчатки, плащ и направился к лестнице, которая не менее пары сотен шагов змеилась по стене внутреннего двора, а затем через стальной разводной мостик ныряла в главную башню цитадели. Там она каменной спиралью поднималась в покои Пуруса Арундо, короля Ардууса. Не сбив дыхания, Кракс подошел к тяжелой двери, отдал появившемуся слуге меч и ножи и, ударив три раза по выгравированному на двери символу Ардууса калбу, с усилием потянул на себя створку.
   Покои короля Арундо на первый взгляд были пусты. Стены и окна скрывались за строем резных мраморных колонн, вместо ламп в зале горели свечи и мерцал камин, который был устроен подобно той же башне во внутреннем дворе цитадели. И вокруг него тоже шла узкая лестница, исчезая в темном проеме входа на второй ярус. Немногочисленные предметы мебели, как помнил Кракс, могли бы очаровать нечаянного наблюдателя тонкой резьбой, но их скрывали тут и там разбросанные шкуры и роскошные ткани. С широкого лежака, способного вместить на ночь сразу несколько дозоров, поднялась обнаженная девушка и медленно, как это умеют только каламские горные кошки, не скрывая своей красоты, но и не задумываясь о ней, стала подниматься по лестнице. Кракс ждал. Прошла минута, другая, наконец застучали каблуки королевских сапог, и на лестнице появился Пурус Арундо.
   – Ваше Величество? – склонил голову Кракс.
   – На крохотном куске земли от Эбаббара до гор Митуту с десяток величеств, одно величественнее другого, – раздраженно буркнул Пурус и опустился в кресло у камина. Только после этого Кракс подошел к королю, остановившись у обитой бархатом скамьи.
   – Садись, – махнул рукой Пурус. – Говори.
   – Рефаимы присягнули свеям, – сказал Кракс.
   – Сколько они могут выставить воинов-великанов? – нахмурился Пурус.
   – Пять сотен, – ответил Кракс. – Но это если выставят всех, думаю, многие укроются в горах. Вместе с детьми и стариками рефаимов всего тысяч пять.
   – Да, пять сотен великанов и не могли остановить свеев, если их слишком много, – задумался Пурус. – Но этого более чем достаточно, чтобы причинить нам неприятности.
   – Полторы тысячи лет назад в битве у Бараггала участвовали всего сто тридцать рефаимов, – позволил себе напомнить королю Кракс.
   – Когда между собой сражаются боги, меряться великанами последнее дело, – пробормотал Пурус. – У Лучезарного была тысяча этлу, не считая мастеров ратей и мастеров легионов. Да, этлу чуть ниже рефаимов, но они быстрее, лучше обучены… И что это дало Лучезарному?
   – Это была битва богов, – растянул губы в улыбке Кракс.
   – Да, – кивнул Пурус. – Но она может повториться.
   Кракс только пожал плечами.
   – Ладно, – махнул рукой король. – Что еще?
   – Джофал – Веселый Свей, не единственный вожак северян, – сказал Кракс. – Он правит ордой, которая стоит под Шуманзой. Считается общим вождем, но Иевус брала другая орда, которой правит некто Слагсмал. И рефаимы присягали ему.
   – Кто он? – спросил Пурус.
   – Не свей, – ответил Кракс. – Скорее всего, ант или вент. О нем я пока мало знаю, но…
   – Но? – прищурился Пурус.
   – Есть кто-то еще, – медленно проговорил Кракс.
   – Кто? – скривился Пурус. – Еще какой-нибудь северянин? Кто? Свей? Ант? Вент? Лив? Вал? Кто?
   – Кто угодно, – ответил Кракс. – Через земли антов идет самый долгий, самый трудный, но самый хоженый путь в Эрсет. С этой стороны рек и гор рабство запрещено. Путь через Бабалон слишком долог. Поэтому рабы идут через земли антов. Долго идут. Только от Мома до Аммы – почти три тысячи лиг. А затем еще дорога на юг. Но в Эрсет большой спрос на рабов. На мужчин, женщин, детей. На мастеровых и крестьян. На всех. Многие убегают по дороге, сбиваются в разбойничьи шайки. Сами становятся кем-то вроде свеев. Начинают брать дань с рабовладельцев… Скорее всего, и Слагсмал из таких.
   – Но почему ты решил, что есть кто-то третий? – нахмурился Пурус. – Две орды, одна взяла Иевус, вторая еще не взяла Шуманзу.
   – Возьмет, – подал голос Кракс.
   – Пусть возьмет, – согласился Пурус. – Шайки свеев сотни лет грабят северный берег. Они и до моря Тамту добирались, и сейчас ладьи свеев порой шалят в реке Му, но некоторые из них служат Ардуусу.
   – Пока, Ваше Величество, – позволил себе улыбнуться Кракс.
   – Несомненно, – поджал губы Пурус. – Но кто тебе сказал, что есть кто-то третий?
   – Кто-то первый, – ответил Кракс. – И мне никто не говорил. Я это чую.
   – Значит, так, – обхватил плечи Пурус, но молиться не стал. – И этот довод мне кажется самым весомым из тех, что ты мог мне предложить… Это все?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация