А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ричард Длинные Руки – монарх" (страница 35)

   Глава 11

   Гугол ел и со страхом поглядывал, как я пересыпаю непривычно тяжелые и всегда холодные зерна из одной ладони в другую. Говорят, у кого мало ума, у того лучше развиты чуйства всякие. Ну, как у слепых обостряется слух, а у дураков интуиция.
   А в самом деле я то ли дурак, то ли трус редкостный, в чем, конечно, никому не признаюсь, но у меня с ростом моих возможностей как раз первым в те далекие дни проснулось именно чувство опасности. Сперва как странное ощущение, что кто-то на тебя смотрит, начинаешь озираться и видишь, как некто поспешно отвел взгляд, затем приходит более углубленное, когда чувствуешь: кто-то просто посмотрел или же приближается с намерением ударить.
   И хотя это чувство опасности иногда подводит, но гораздо чаще в самом деле предупреждает о неприятности. Это как будто мои чувства улавливают намерения того, кто целится в меня из засады, и поспешно кричат: «Дурак, пригнись, а то с тобой и мы пропадем!»
   Вот только эти зерна пока что мертвые зародыши такой же мертвой жизни, никаких сигналов. Ни один не говорит даже шепотом, дескать, я безвредный, а вон того с красной точкой на боку не бери…
   Хотя, наверное, должна же быть встроена защита от дурака? Или дураков не допускают к таким вещам?
   Хотя, возможно, дураков тогда уже перебили всех. Генетическими методами, злостно нарушив разнообразие природы и право людей быть разными и самобытными.
   Гугол посматривал на меня сочувствующе, вздыхал в процессе кормежки, я ожидал ламентаций, однако он сказал неожиданно:
   – Сэр Ричард, а вы стали другим…
   – Что, – буркнул я, – постарел?
   Он помотал головой.
   – За пару лет? Но куда делась ваша веселость, шуточки? И глаза у вас другие. Серьезные какие-то, аж непривычно.
   – Ну да, – огрызнулся я, – как раз до шуточек! Теперь до самого Маркуса будем как бы весьма…
   Он спросил тихонько:
   – А вы в самом деле…
   – Что? – спросил я, не дождавшись вопроса.
   – Будете драться, – проговорил он почти шепотом, – до последней капли крови?
   Я фыркнул.
   – За кого ты меня принимаешь? Буду драться храбро и с достоинством, если будет шанс победить. Но я не попру с голыми кулаками на такую махину.
   – А что тогда?
   – Уйду в пещеры, – сказал я со злостью. – Начнем сначала! У меня, кстати, будет старт не хуже, чем у большинства, это я так скромно, будь они хоть трижды королями. Примерно знаю, как строить общество, чтоб стало жизнеспособным и зубастым.
   Он спросил робко:
   – Может, не надо?
   – Чего, общества?
   – Нет, чтобы стало зубастым?
   Я сказал зло:
   – Общества конкурируют так же, как и отдельные люди. Более зубастые затопчут. Нужна не беззубость, а баланс, будь он проклят! Между зубатостью и гуглостью.
   Он посмотрел непонимающе.
   – А это что?
   – Это ты, – сказал я. – А я балансист. И не надо вот такую рожу, я еще не полез пещерничать и троглодитить! Время еще как бы есть, хотя и нету. И мы еще весьма покажем, если сумеем.
   Он спросил грустно:
   – А как?
   – А кто у нас мыслитель? – спросил я. – Вот и думай, гугли. Твое имя, как я нарыл в памяти, означает десять в сотой, что есть единица со ста нулями. Это цифра такая! Если собрать все-все на свете, включая элементарные частицы до последней штуки, то наберется примерно на полгугла. Так что тот, кто дал тебе такое имя, возлагал на тебя надежды! Я тоже возлагаю.
   Он вздрогнул.
   – Что?
   – Не бойся, – сказал я, – только надежды.
   Он втянул голову в плечи.
   – Точно? Ничего больше?
   – Ну разве что самую малость, – заверил я. – Поможешь мир спасти, ты же мыслитель, а он тебя отблагодарит полным забвением, зато прославит Чингисхана, что ухитрился убить миллион человек…
   Он вздохнул.
   – Неужто в самом деле не заглянете в маркизат?
   – После победы, – сказал я твердо, подумал, уточнил: – Не зарекаюсь, мало ли что, но только если по делу. А просто к моим женщинам… нет, хотя и хочется до свинячьего визга.
   Он сказал с уважением:
   – Вы железный человек, сэр Ричард. Я же знаю, какие у теплокровных буйные страсти и пожар в крови!.. С таким бороться, признаю, надо иметь стальную волю.
   – Я такой, – ответил я. – Надеюсь. Хоть временами… В какие-то критические дни. Знать бы еще в какие. В общем, как только мы сумеем…
   – А сумеем? – спросил он трусливо.
   – А что нам остается? – ответил я. – Гугол, мы же герои! Вот сопли вытрем и пойдем спасать мир. А потом штаны сменим, только и всего. Ты на всякий случай возьми в запас две пары. Вдруг придется менять чаще.
   – Три возьму, – пообещал он, – но все равно не пойду!
   – Тогда зачем брать?
   – А чтоб не сразу отказываться, – объяснил он, – то будет явная трусость, а вот если как бы после долгого колебания и взаимоисключающих раздумий.
   Я покачал головой.
   – Тоже меняешься, Гугол! Но мы больше за другими замечаем… Это хорошо, растем, значит.
   – Только бы не вниз…
   – Во все стороны, – сказал я с твердостью. – Мы же разносторонние?
   Он сказал слабо:
   – Ой, я не хочу быть разносторонним. А то есть такие стороны…
   – Все стороны нужны, – заявил я. – По крайней мере, для выживания вида и личности. Нашей личности, а остальные пусть идут лесом. Ладно, Гугол, мне пора.
   Он вскочил.
   – Я вас провожу!
   – До самого севера? – спросил я насмешливо.
   Он опасливо помотал головой.
   – Я не оставлю башню. А вдруг она меня обратно не пустит?
   Я засмеялся, но улыбочка стерлась, когда с кряхтением поднял ящик. Вместе спустились на первый этаж, двери распахнулись, я вышел с трофеями в руках на залитое ярчайшим солнцем пространство, а Гугол словно запнулся в дверном проеме.
   – Прощай, Гугол! – сказал я. – Серфик, ты меня слышишь?
   Через мгновение перед моим лицом заблистала искорка, тоненький голосок пропищал:
   – Да, мой господин!
   Гугол опасливо отступил на шаг, все еще держась за косяки двери.
   – Вызови кого-нить, – сказал я, – кто поднимет этот ящик и понесет за мной. А лучше, если и меня тоже.
   Гугол на всякий случай отступил еще на два шага.
   – Плантагенета? – спросил Серфик.
   – Нет, – ответил я, – ему дадена мною полная свобода. Но у нас есть пара сотен, если не больше тех осторожных, что не пошли на смертный бой против той сволочи, Великого Мага, а потом явились и тоже просили свободы…
   – А, – пропищал он, – понял!.. Только я не могу позвать их, это может только их повелитель и господин. Вы, мой лорд!
   – Да, знаю, – ответил я с досадой, – только уже не помню, кто из них что умеет.
   – А вы и не знали, – сообщил он. – Вы же только меняли им имена и отпускали обратно, не спрашивая, кто что умеет.
   – Потому и не помню, – согласился я. – Так кого позвать?
   Он подумал, пискнул:
   – Мардокла!
   – Это Мардоклишкепендрокупердрятускуднеросперсиса? – сказал я, гордясь идеальной памятью.
   – Да, – пискнул Сэрфик. – Но только он теперь не Мардоклишкепендрокупердрятускуднеросперсис, а Мардокл.
   Я вздохнул, сказал властно:
   – Мардокл!.. Твой лорд и повелитель призывает тебя. Явись немедленно.
   В трех шагах воздух прорвался с сухим треском, вышла двухметровая мощная фигура на четырех лапах, размером с колонны в храме, голова как чугунный котел на сорок человек.
   Гугол в панике метнулся было в глубь башни, но потом, как я видел, остановился и вытянул шею в нашу сторону. Демон с трудом опустился на колени, багровые глаза, полыхающие яростным огнем, погасли.
   – Мой повелитель… приказывай.
   – Возьми этот ящик, – велел я, – понесешь за мной. Хотя чего нам жеманничать, я с твоего загривка не свалюсь?
   – Нет, мой повелитель…
   – Тогда наклонись, – велел я.
   Он склонил голову к самой земле, я взобрался наверх, чувствуя везде металл, сел, очень удобно, особенно когда этот металл послушно изменил форму, приноравливаясь под мои ягодицы.
   – Мардокл, – сказал я, – ты не рискнул довериться мне, когда я созывал демонов на страшный бой с Гатонесом, Великим Магом, а потом пытался получить такие же льготы, как участники той исполинской битвы…
   Он рыкнул покорно:
   – Да, мой повелитель…
   – Потому я сказал всем тебе подобным, – напомнил я, – вам придется послужить мне сперва, а вот так на халяву никто ничего не получит! Это будет оскорбление тем, кто заслужил кровью… ну, что у вас там вместо крови.
   – Да, – повторил он глухо, – мой повелитель…
   – Но скоро придет час другой битвы, – пообещал я. – Все, кто будет драться на моей стороне, получат полную и вечную свободу. Так и передашь всем. Понял?
   – Слушаю и повинуюсь, мой повелитель.
   – Я могу, – сказал я, – вызвать всех покорных мне демонов сюда, к моему величеству. Но зачем мне столпотворение и вроде бы бахвальство моим могуществом? Потому вези меня к полуокну, как вы его называете. Пусть все покорные мне остаются в своем мире, но подойдут к стене и посмотрят.
   Он не сдвинулся с места, я подвигался, спросил в нетерпении:
   – Ну что?
   – Мой повелитель, – ответил он покорно. – Полуокно можно создать где угодно. Нужен только ты, повелитель, и демоны, умеющие его создавать…
   Я сказал бодро:
   – Хорошо. Пусть создают. Серфик!
   Над ухом весело пискнуло:
   – Да, повелитель!
   – Ты понял, что нам нужно?
   – Уже ищу таких…
   Долгое время ничего не происходило, только вид на океанский берег и бесконечные волны, что уходят за горизонт, а там обрушаются в некую бездну. Я напомнил себе, что демонов еще нужно собрать, объяснить и уговорить, полуокно могут делать только очень немногие, из них я вроде бы пару вообще освободил…
   Пылающий ад распахнулся без всякого предупреждения во всю высь и ширь. Недра яростного солнца впереди, сбоку и сверху, даже внизу, я почти падаю в это безумие, пальцы мои ухватились за металлические выступы на голове демона и сжали так, что сами превратились в сталь.
   Из недр солнца выныривают раскаленные чудовища, сотканные из плазменного огня, одни проскакивают мимо с непостижимой скоростью, другие приникают к окну и вперяют в меня взгляды уж и не знаю чего, но только не глаз. Их набирается все больше, уже все кишит ими, я сглотнул слюну, которой нет в пересохшем горле, сказал хриплым голосом:
   – Мы знаете меня. Я тот, кому многие из вас поверили и пришли на зов. Теперь они навеки свободны. Вы тоже можете стать свободными, если придете на мой зов, когда я начну вторую битву, еще более великую!.. А сейчас взгляните на эти штуки… Мардокл, покажи им!
   Мардокл высыпал на землю все содержимое ящика и отступил на шаг. За стеной начались выбросы протуберанцев, я отшатывался, когда огонь, способный сжечь всю землю, ударялся об окно и рассыпался плазменными вихрями, но там лишь появлялись все новые и новые существа, от микроскопических до исполинских, оформленные в виде молний, силовых вихрей, штормов из праматерии, огненных змей. Многие исчезали, лишь бросив взгляд на мои вещи, другие всматривались дольше, наконец донесся скрипучий голос:
   – Это древнее…
   – Знаю, – ответил я, – не такой я ответ жду!.. Как пользоваться?.. Какая из этих штук что может?
   Удар в стену с той стороны такой силы, что меня отшатнуло, но, конечно, это не удар, моя поэтическая впечатлительность, я же нежный в глубине потемков души, с той стороны раздалось злое шипение за гранью слышимости человеческого уха, но все равно я как-то уловил и понял:
   – Это… не трогать…
   – Почему? – спросил я.
   – Не касаться, – прошипел голос. – Ты… не они…
   – Я они, – возразил я. – Всмотрись внимательнее.
   Перед стеной заметалась огненная комета, словно меня рассматривают со всех сторон, наконец голос прошипел:
   – Нет… ты не они… но и немного они…
   – Тогда, – сказал я, – как наследник и правопреемник, я просто обязан войти во владение остатками имущества и постараться… гм… возродить… мирную часть древней и такой прекрасной жизни.
   Демон прошипел:
   – Да, мне знакомы… некоторые… Но тебе нельзя… и не можешь…
   – Ты только расскажи, – попросил я, – а если не смогу, то и не смогу. Ты что, не хочешь свободу получить?
   Шипение стало злее:
   – Я и так свободен…
   – До поры до времени, – сказал я. – Каким бы трудным и замысловатым ни было твое имя, его произнесут. Ты такой… огромный, что вряд ли твое имя было неизвестным или даже малоизвестным. Думаю, оно есть в древних книгах. Его все равно найдут и прочтут. Ты это и сам знаешь.
   После паузы он прошипел:
   – Откуда мне знать, что ты не обманешь?
   – А что ты теряешь? – спросил я в ответ.
   Его шипение стало громче:
   – Но если назову тебе свое имя, то стану твоим покорным рабом.
   – Тоже верно, – согласился я. – Но вон все те морды и рыла будут свидетелями, что я тебе тут же дам вечную свободу.
   – А если не дашь?
   – Они мне перестанут верить, – сказал я.
   – Они и сейчас не верят.
   – Но кто поверил, – напомнил я, – те свободны!.. И вы это знаете.
   Огненный вихрь заметался вдоль стены, иногда пропадая на долгие секунды, и я с холодком понимал, что стена может простираться до конца галактики, а то и дальше, у южных демонов иной мир, иное пространство и время, чем у северных, которые почти и не демоны.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 [35] 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация