А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ричард Длинные Руки – монарх" (страница 13)

   Глава 15

   На перекрестках крупнейших дорог Сен-Мари небольшие конные разъезды, но по мере того, как я на арбогастре и с Бобиком, стремительно проскочив мимо Брабанта, на большой скорости приближался к океанскому побережью, все сильнее чувствуется присутствие армии.
   Чаще всего это просто конные патрули на перекрестках дорог, но все-таки раньше такого не наблюдалось, молодец Вирланд, милитаризует страну.
   Таких постов на дорогах много, я высмотрел на пути еще один перекресток, телеги идут часто, конные и пешие тоже, такое оживленное место больше всего подходит для распространения слухов, особенно панических, я на огромной скорости промчался к самому патрулю и резко остановил арбогастра.
   Он уперся всеми четырьмя, вспахав глубокие канавы в пять ярдов длиной, и мы остановились почти лицом к лицу к лениво расположившимися у костра патрульными.
   Они вздрогнули, вскочили, но Бобик встал перед ними со зловеще распахнутой пастью и горящими багровым огнем глазами, и все застыли, страшась пошевелиться.
   – Ну что, орлы, – сказал я так ласково, что все пятеро побледнели, вот-вот грохнутся от ужаса в беспамятство, – встречайте своего короля… Да-да, я уже не принц, а король. А через Тоннель сейчас идет сюда армия северных варваров, свирепых и жадных до богатств Сен-Мари… Мы разгромили Мунтвига, теперь здесь разнесем все… По моему приказу не оставят в живых ни одного, кто посмеет противиться их великому вождю Ричарду!.. Вот так и доигрались со своим герцогом Вирландом…
   Не дожидаясь, пока кто-то пролепечет что-то в оправдание, я тронул коленями бока арбогастра, мысленно веля ему уйти на большой скорости, но так, чтобы у меня не оторвалась голова, а сам пригнулся к его шее.
   Бобик все понял, и мы все трое буквально исчезли, а патрульные настолько застыли в ужасе, что вряд ли кто-то даже сможет указать, в какую сторону нас унесло.
   Сделав полукруг, мы понеслись к Большому Хребту, держась в сторонке от дороги, что ведет к Тоннелю.
   В десяти милях от зияющего черного отверстия высится густой лес, тянется, изредка прерываясь, почти через все Сен-Мари, и я еще издали сразу заметил на опушке знамена моей Непобедимой и Познавшей Радость Побед.
   Как и указано Норберту, знамена то показываются из леса, то скрываются, якобы идет постоянная перегруппировка прибывающих войск. Блестит на солнце начищенное железо рыцарей в полных доспехах, молодец Норберт, сумел даже их провезти среди якобы товаров. Не рыцарей, конечно, доспехи, но его разведчики вполне сыграют надменных рыцарей-лордов, за которыми стоят многотысячные дружины.
   Бобик унесся вперед, старается, это чтобы избежать надоевшего «Стой, кто идет?», разве не видно, что Бобик идет, а за ним обязательно притащится копытное с Великим Лордом на спине?
   Патрульные все же выбежали навстречу, уважительно избегая столкновения с Бобиком, похожим на молодого резкого носорога. Один поспешно ухватил повод арбогастра, крикнул:
   – Я держу, Ваше Величество!
   Арбогастр даже не удостоил его взглядом, как же, удержит, а я соскочил на землю и пошел навстречу Норберту, что как эльф неслышно вышел из-за деревьев, коротко поклонился.
   – Ваше Величество.
   – Барон, – сказал я, – вам удалось провести на эту сторону даже больше людей, чем я ожидал!
   – Но меньше, – ответил он, – чем хотелось бы мне. Граф Гуммельсберг сумел провести, к моему стыду, еще больше людей.
   – Граф Гуммельсберг, – утешил я, – хитрый змей. А рыцари Ордена – люди честные, чистые и простодушные.
   Он вздохнул.
   – Потому их не подкупить, не уговорить, не задобрить.
   – Как обстановка? – спросил я.
   Мы медленно прошли между деревьями, где расположились люди Норберта, их сразу отличишь от блестящих рыцарей Альбрехта, как только он и уговорил их снять доспехи или прикрыть тряпьем простолюдинов.
   Норберт поглядывал на меня с уважительным интересом, проговорил на ходу:
   – Мои люди начали собирать сведения… И первое, что услышали, это панические слухи, что через Тоннель сюда уже вошла огромная армия диких северных варваров. Дескать, мы едим сырое мясо и одеваемся в шкуры. Интересно, кто такую клевету возводит? А еще мы огромные, как деревья, и свирепые, как волки! Ну ладно, это даже хорошо, почетно. В общем, эти звери разорят Сен-Мари и убьют жестокой смертью всех, кого увидят с оружием…
   Я покачал головой.
   – Какой невежественный народ. А еще высокая культура!
   – Я тоже так подумал, – подтвердил он. – Правда, в этих одинаковых слухах уловил какие-то знакомые интонации.
   – Ничего нет нового под луной, – ответил я. – Думаю, и в безлунные ночи тоже. А под солнцем так вообще одни повторы.
   – Да, – согласился он. – Жизнь тоже повтор. К нашей удаче, эта странная паника уже нанесла Вирланду поражений больше, чем если бы мы обрушились всей мощью. Или, как вы говорите, со всей дури.
   – Удача ни при чем, – ответил я с надлежащей самоуверенностью. – Это как бы интуитивный расчет, глубоко продуманный и потому спонтанный. Каков размер паники?
   Он сказал довольно:
   – Народ из армии Вирланда бежит уже не поодиночке, а целыми отрядами.
   – Прекрасно, – сказал я, – а так называемое мирное население?
   – Тоже бежит, – доложил он сокрушенно.
   – Ничего, – сказал я, – вернется. В мирное время народ не трогают, все это понимают.
   Он покачал головой.
   – Но это вы здорово придумали, Ваше Величество. Это же ваших рук дело?
   – Победа в информационной войне, – сказал я, – это весьма. Весьма, я бы сказал!.. Думаю, я в этом хорош.
   – Еще бы, – ответил он. – Вы от воина все больше уходите к политикам. Наверное, на уровне короля это и правильно?
   Воины распахнули перед нами полог шатра защитного цвета, ай да Норберт, как это он додумался, шатры всегда бывают только ярких праздничных расцветок, хорошо заметные издали…
   – Даже королю, – сказал я с досадой, – непонятно, что делать с Тоннелем. Я поговорил с рыцарями Марешаля еще разок, но уже видно, Тоннель отказываются передать в мои руки. Дескать, служат миру и процветанию, потому армии не должны проходить через Тоннель ни в одну, ни в другую сторону.
   Он сказал с неодобрением:
   – Я думал, Орден Марешаля в руках герцога Готфрида…
   – Герцог Готфрид, – напомнил я, – всего лишь верховный магистр. Решения принимает обычно совет магистров, а мы… гм… недостаточно вчитались в устав Ордена.
   – А что там не так?
   Я ответил, морщась:
   – Там все так, это мы не так. Устав прекрасен!.. Даже слишком. Но мы живем не на самой прекрасной земле. И если будем стараться ходить только по чистому, вообще нельзя за порог.
   – Значит, – спросил он, – повлиять на их решение никак? Чтобы передали Тоннель снова в ваши руки?
   – Не получится, – ответил я. – Это же ломать устав!.. Нет, они чувствуют себя правыми.
   Он пробормотал:
   – Вообще-то они и есть правы, но что делать…
   – Не знаю, – сказал я. – Не знаю, что и как делать, к тому же проклятое время работает против нас. Пошлите за Альбрехтом, надо будет посмотреть диспозицию.

   Полог отлетел в сторону, Альбрехт вошел во всем блеске могущественного графа: доспехи из Вестготии, синеватая сталь лучшей выделки, все сочленения подогнаны с минимальными зазорами, на кирасе насечка изумительно филигранного рисунка морды оскаленного льва, широкий кожаный пояс укрыт серебряными бляхами, ноги упрятаны в сталь, а за обладание такими сапогами короли могут начать войну.
   – Впечатляет, – сказал я с чувством. – И другие такие же?
   Он горделиво наклонил голову.
   – Ваше Величество… Я не мог не оправдать ваши ожидания.
   – Вы их превзошли, – заверил я. – Информационная атака уже вносит жестокое смятение в ряды противника, уцелевшие бегут, фанатики клянутся умереть, но не сойти с места, что нас устраивает. А сейчас давайте посмотрим на карту.
   Норберт выглянул, проверил, как бдит стража, дело чрезвычайно важное, никто из посторонних не должен услышать хотя бы слово.
   – Ваше Величество, мы готовы.
   Я кивнул на карту, что заняла всю столешницу.
   – Это Сен-Мари, если кто уже забыл. Красным я отметил замки и крепости, которые в свое время передал своим наиболее отличившимся рыцарям и военачальникам.
   Альбрехт проронил первым:
   – Понятно. Теперь снова наши. А эти вот… коричневые?
   – Коричневым те, – сказал я, – хозяева которых рьяно поддержали Кейдана. Патриотов среди них нет, успокойтесь. Это шкурники, при Кейдане катались как сыр в масле, потому и драли за него глотки. В изгнание за ним не последовали.
   Норберт помалкивал, Альберт сказал снова:
   – Понятно. Этих тоже. А эти, которые со знаком вопроса?
   – Это просто поддержавшие мятеж Вирланда, – сказал я. – Среди них есть и достойные люди, потому… хотя вообще-то сперва будем придерживаться своих интересов, а уже потом примем во внимание все остальное.
   Норберт проронил:
   – Своих… до какой границы?
   – С кораблей высадятся преданные мне люди, – объяснил я. – Часть из них отличилась весьма… Не только ради них самих, но и для бодрости духа армии их нужно наградить.
   Альбрехт заметил холодно:
   – Причина не так важна. Важнее показать сен-маринцам, что не стоило плевать нам в спины.
   – Важно, – согласился Норберт. – Заповеди заповедями, но Господь не против, если для наглядности подкрепим и более простыми аргументами. Но вы уверены, что мы достаточно легко перемелем армию Вирланда?
   Я на минутку оторвал взгляд от карты, все смотрят очень внимательно и серьезно.
   – Положение Вирланда, – пояснил я, – не такое уж и блестящее. Да, его поддержало больше сен-маринских лордов, чем меня или даже Кейдана. Это высший триумф Вирланда, однако он так и не сумел или не захотел воспользоваться преимуществами своего положения.
   Норберт проворчал ревниво:
   – Не такие уж и преимущества.
   – Сен-Мари, – напомнил я, – огромное и густонаселенное королевство. Вирланд мог бы собрать такую же армию, как и я, когда спешно выстраивал защиту от Мунтвига. Все-таки это не куда-то идти, а здесь, на месте… Он знает, что стальграф и рейнграф привязаны к местам: один охраняет порт от всех-всех, даже от Вирланда, второй бдит на побережье, высматривая в море пиратов, что вполне устраивает Вирланда и всех сен-маринцев.
   Альбрехт проронил:
   – И даже армия, что осталась в Гандерсгейме, несильно его тревожит, так как нам все еще приходится степных варваров держать в повиновении и покорности.
   – Вот-вот, – согласился я. – С другой стороны, сам Вирланд, будь помоложе и побезрассуднее, попытался бы решить проблему одним-двумя мощными ударами. Все-таки, надо признать, Сен-Мари может выставить армию вдесятеро больше, чем у стальграфа с рейнграфом вместе с гандерсгеймцами.
   Норберт сказал почтительно:
   – Ваше Величество, он все еще надеется перетянуть нас на свою сторону.
   Альбрехт поморщился.
   – Тогда он человек не совсем умный. С чего ему надеяться?
   Норберт ответил с полнейшим хладнокровием:
   – Он больше политик, чем полководец.
   Я посмотрел на обоих.
   – Что, он уже успел послать к вам гонца?
   – Слухи разлетаются быстро, – сообщил Норберт. – Как только мы прошли на эту сторону и начали маячить со своими знаменами всей армии, местные помчались от нас в ужасе, как от драконов. А Вирланд тут же прислал гонца, который был уполномочен предложить нам золотые горы, если перейдем на его сторону.
   Я спросил с интересом:
   – Вы ему что-то пообещали?
   Альбрехт коротко усмехнулся.
   – Нет. Но и не отказывали прямо.
   – Хорошая тактика, – одобрил я. – Ладно, теперь что делать дальше. Вы оба с небольшими отрядами – небольшими! – продвигаетесь во-о-от сюда… здесь от океанского побережья прямой путь на Геннегау. Если рейнграф не дурак, а он точно не дурак, то его лагерь останется там…
   Альбрехт спросил с настороженностью в голосе:
   – А он там? Вы точно знаете?
   – Да, – ответил я. – Корабли Ордоньеса возят туда пополнение. Как из Гандерсгейма, так и из Вестготии. Рейнграф свято верит, что я вернусь и пойду на Геннегау, потому держит плацдарм. Сейчас туда уже идут корабли с отборными отрядами, в том числе везут и короля Кейдана.
   Альбрехт вскинул брови, но смолчал, Норберт сердито фыркнул.
   – А он зачем?
   – Пригодится, – пояснил я. – Мы будем действовать вроде бы в интересах Кейдана, возвращая ему трон, но что на самом деле… объяснять не надо?
   Норберт поморщился, но кивнул.
   – Да, понимаю. Тогда, Ваше Величество, я сейчас велю собираться. А то вы все равно там окажетесь раньше.
   Он вышел, не дожидаясь моего кивка, мы с Альбрехтом слышали его строгий командный голос, после которого сразу донесся топот множества ног, звяканье железа, конский топот.
   Вернулся он скоро, кивнул Альбрехту, дескать, и его людям передал тот же приказ, повернулся ко мне с ожидающими глазами.
   – Все верно, – одобрил я. – Сейчас перекусим, затем в путь-дорогу.
   – Я своих уже отправил, – сообщил Норберт кратко. – Хоть одну милю да успеют пройти.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация