А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Две могилы" (страница 42)

   64

   Плавание закончилось. Катер встал у каменного причала. Солдаты вывели Пендергаста на берег, подталкивая винтовками в спину. Старая крепость возвышалась прямо над ним, зубцы на верху стены напоминали черные сломанные зубы. Пленника провели по мощенной булыжником дороге к массивным железным воротам с маленькой дверью для пешеходов. Она отворилась, пропустила Пендергаста и конвой и с грохотом захлопнулась.
   Удивительная картина открылась взгляду агента. За полуразрушенной внешней стеной скрывались заново отстроенные внутренние укрепления. На старом фундаменте была возведена бетонная надстройка в типичном для нацистов монументальном стиле: прочные глухие стены с редкими окошками в верхних углах здания. На фронтоне был вырезан гигантский барельеф с изображением орла, сжимающего в когтях свастику, – Parteiadler[92] Третьего рейха, единственное украшение этой крепости внутри крепости.
   Пендергаст остановился, чтобы оглядеться, но один из солдат снова ткнул его в бок стволом винтовки, рявкнув:
   – Beweg dich![93]
   Конвой направился к двери, ведущей во внутреннюю цитадель. Здесь было много других солдат: одни стояли в карауле, другие приводили в порядок оружие, третьи просто с усмешкой смотрели на пленника. Мимо пробегали служащие из технического персонала, сгорбившись под грузом своих забот.
   Войдя в цитадель, конвоиры повели Пендергаста наверх по сырым, с белыми разводами селитры на стенах, каменным коридорам и лестницам. Навстречу им попалось несколько групп спешащих вниз техников в рабочих комбинезонах. Наконец они добрались до верхней, новой части крепости.
   Крутая спиральная лестница привела их к дубовой двери. За ней оказалось неожиданно просторное помещение с высоким потолком и большими окнами, открывающими прекрасный, хотя и ограниченный вид поверх крепостных башен и стен на озеро и на окружающие город леса и горы. Это был роскошно обставленный кабинет с вытесанными из камня стенными панелями, персидским ковром на полу и массивным антикварным письменным столом между двумя нацистскими флагами. Изящные серебряные статуэтки и старинные картины довершали впечатление. За столом сидел мужчина яркой, запоминающейся внешности, образец истинного арийца: сильный, мускулистый, загорелый, с пронзительным взглядом светлых глаз и аккуратно подстриженным ежиком седых волос.
   Он улыбнулся, и Пендергаст мгновенно его узнал. Фишер.
   – Очень хорошо, оберфюрер[94] Шерман, – сказал он.
   Капитан вытянулся в струнку и щелкнул каблуками.
   – Danke, mein Oberstgruppenführer[95].
   Фишер поднялся с кресла, достал из серебряного портсигара с гравировкой сигарету «Данхилл», прикурил ее от позолоченной зажигалки и глубоко затянулся, не отводя взгляда от пленника. Выпустив дым, он подошел ближе к Пендергасту, неподвижно стоявшему в окружении конвоиров, неторопливо обошел его кругом, внимательно рассматривая. Затем поднял сильную, жилистую руку, вцепился в фальшивую бороду агента и сорвал ее. Улыбка Фишера стала еще шире.
   Он снова поднял руку. Со стороны могло показаться, что он хочет поздороваться, но это было обманчивое впечатление. Фишер неожиданно хлестнул Пендергаста ладонью по лицу с такой силой, что сбил с ног.
   – Вытащите у него изо рта эти штуковины, – приказал он.
   Один из солдат, по-прежнему наставлявших винтовки на пленника, просунул ствол «люгера» между зубов Пендергаста, а затем запустил ему в рот свои пальцы. Через мгновение он протянул Фишеру то, что обнаружил во рту агента: крошечную отмычку, накладные щеки вроде тех, что артисты используют для изменения внешности, и стеклянную ампулу с прозрачной жидкостью.
   Солдаты подняли Пендергаста на ноги. Из разбитого носа агента текла кровь, глаза побелели от ярости.
   – Теперь не осталось никаких сомнений, – сказал седовласый, продолжая разглядывать пленника. – Это действительно наш дорогой агент Пендергаст. Как мило с вашей стороны проделать столь долгий путь, чтобы встретиться с нами. Позвольте представиться. Меня зовут Вольф Конрад Фишер. Я тот самый человек, который похитил вашу жену.
   Он снова улыбнулся.
   Пендергаст ничего не ответил, и Фишер продолжил:
   – Должен признать, что ваша маскировка была недурна. Я понимал, что такой человек, как вы, непременно отправится разыскивать меня… нас. И допускал, что вы, со своими феноменальными способностями, в конце концов нас найдете. Но я никак не ожидал от вас подобного хода. Вместо того чтобы тайно прокрасться в город и выдать себя за местного жителя или прятаться в лесу, вы устроили дерзкий спектакль. Все это Scheiße насчет Королевы Беатрис – великолепная легенда. В особенности потому, что она правдивая. Я восхищен вашей изобретательностью.
   Он еще раз затянулся, держа сигарету кончиком вверх, чтобы пепел не падал на ковер.
   – В чем вы ошиблись, так это в трюке с Эгоном. Видите ли, Эгон вырос в лесу, он отлично знает лес. Как только мне сообщили, что он потерял вас, я сразу понял, что вы не простой биолог.
   Пендергаст никак не отреагировал на его слова.
   – Нас с коллегами весьма впечатлили ваши действия на «Фергельтунге». Конечно, это было большое потрясение – узнать, что Хелен Эстерхази жива. Нам очень хотелось продолжить связанные с ней исследования, но вы вынудили нас оборвать эту ниточку довольно грубым образом. Но нам, по крайней мере, удалось отыскать могилу, которую вы для нее вырыли, и произвести вскрытие останков.
   Фишеру показалось, что один глаз Пендергаста слегка дернулся.
   – О да, мы не могли упустить такую возможность. Мы ведь прежде всего ученые. Ваше эффектное и неожиданное вмешательство в нашу программу, которая так и называется – «Vergeltung»[96], и последовавшая за этим погоня – все это сильно обеспокоило нас. Но мы, как истинные ученые, быстро пересмотрели свои планы и решили включить вас в завершающий этап нашего эксперимента. Нам предоставили шанс, и мы им воспользовались. Итак, благодарю вас за помощь.
   Пепел так ни разу и не упал с вертикально поднятой сигареты. Фишер подошел к серебряной пепельнице и затушил окурок.
   Тонкими пальцами он взял маленькую ампулу, лежащую на столе вместе с другими изъятыми у Пендергаста предметами, и задумчиво покатал ее между пальцами.
   – Я преклоняюсь перед вашей храбростью. Но вы вскоре убедитесь, что в этом не было никакой необходимости. Наоборот, мы поможем вам решить эту проблему.
   Он обернулся к солдатам:
   – Отведите его в четвертую камеру.

   65

   Четвертая камера находилась в самой утробе старой части крепости. Длинное, как тоннель, помещение со сложенными из массивных базальтовых блоков стенами и сводчатым потолком освещалось одной-единственной лампочкой. Конвоиры стволами винтовок подтолкнули Пендергаста к стене, заставили широко расставить руки и ноги и закрепили их во вмонтированных в стену железных браслетах.
   Под контролем Шермана они тщательно проверили надежность креплений, затем выключили свет и вышли из камеры, закрыв за собой тяжелую железную дверь. Лишь слабый отблеск света проникал в камеру через смотровой глазок в двери, но вскоре и он погас, когда глазок прикрыли заслонкой.
   Наступила полная темнота.
   Пендергаст прислушался. Солдаты остались стоять за дверью, он различал их голоса, стук шагов. Больше ничего не удалось уловить: мешал отдаленный гул мощных генераторов и еще какой-то звук, доносящийся снизу, – возможно, движение магмы в недрах потухшего вулкана. Он ощутил слабое, но отчетливое дрожание стен и потолка, словно вся крепость вибрировала в унисон гигантскому камертону, расположенному глубоко под землей.
   Пендергаст стоял в темноте, прикованный цепями к стене, и слушал. А еще он размышлял. Обдумывал то, что сказал Фишер.
   Через час Пендергаст услышал шаги. Тяжелый засов со скрежетом отодвинулся. Дверь открылась, и в камеру хлынул свет, очерчивая силуэты двух людей, стоящих на пороге. На мгновение они слились в один, затем посетители шагнули вперед, и их контуры разделились. Под потолком вспыхнула лампочка, и Пендергаст смог наконец разглядеть Фишера и Альбана.
   Альбан. Настоящее лицо Альбана, без грима, косметики и прочих ухищрений.
   Он действительно был очень похож на Тристрама, но в его чертах отражался совсем другой, противоположный характер. Уверенный в собственных силах, обаятельный, слегка высокомерный и самодовольный, Альбан держался с ледяным спокойствием и отрешенностью от всех чувств и страстей.
   Во многом он больше, чем Тристрам, походил на отца. Впрочем, Пендергаст с горечью и волнением отметил, что глаза и рот достались сыну от матери. Но чем дольше он вглядывался в бледное скуластое лицо с высоким лбом, фиолетово-голубыми глазами, светлыми волосами и четко очерченным ртом, тем острее чувствовал в парне какой-то изъян. Странную пустоту, зияющую брешь в том месте, где должно быть сердце.
   Только после этого Пендергаст обратил внимание на одежду сына: чистую свежевыглаженную рубашку, полотняные брюки простого покроя на широком ремне и крепкие кожаные ботинки ручной работы. Этот наряд резко отличался от элегантного дорогого костюма Фишера, его золотых часов, перстня и зажи галки.
   Наконец Фишер заговорил:
   – Агент Пендергаст, позвольте познакомить вас с вашим сыном Альбаном.
   Альбан стоял рядом и внимательно смотрел на отца. По выражению его лица трудно было определить, что чувствовал юноша в этот момент. Он полностью контролировал свои эмоции.
   – Привет, отец, – произнес он низким приятным голосом, без того резкого акцента, с каким говорил Тристрам.
   Пендергаст не ответил.
   В дверь громко постучали.
   – Заходите, Бергер, – сказал Фишер.
   Низкорослый, очень худой мужчина с острым подбородком зашел в камеру, держа в одной руке медицинскую сумку, а в другой – складной столик. Следом за ним один из солдат привел Эгона, подталкивая его стволом винтовки. Жесткие волосы провожатого были взъерошены, лицо побелело от испуга. Взгляд казался затравленным.
   Солдат закрыл дверь и встал возле нее с оружием наготове. Фишер подождал, пока Эгона прикуют к стене таким же образом, как Пендергаста. Затем снова повернулся к агенту.
   – Полагаю, вы тоже в какой-то степени одержимы жаждой научных знаний, – заявил он. – И в этом смысле мало отличаетесь от нас. Не хотите поделиться своими наблюдениями? Или задать какие-то вопросы? Потому что, как только мы начнем, у нас уже не будет возможности поговорить.
   – Где Тристрам? – спросил Пендергаст. – Он жив?
   – Тристрам? Значит, der Schwächling получил от вас имя? Как мило, по-домашнему. Если вы имели в виду Сорок седьмого, то он, разумеется, жив. Ведь он носит в себе запасные органы для Альбана. По этой причине – и только по этой – он для нас очень важен. Не беспокойтесь, он благополучно вернулся в свой загон. Мгновения свободы сделали его непослушным, но теперь он заново приручен и ведет себя хорошо.
   Фишер немного помолчал.
   – Мы выкрали его и вернули обратно по трем причинам. Во-первых, нам необходим донор для Альбана. Во-вторых, мы были уверены, что вы отправитесь за ним, как мотылек летит на огонь. И в-третьих, самое важное: успешное похищение Сорок седьмого из вашего дома, из-под вашей опеки стало эффектной точкой в завершающем этапе нашего эксперимента. Замечательная экономия сил и средств. Как это сказать по-английски: сбить трех птиц одним камнем?
   – Завершающий этап эксперимента? – бесцветным голосом повторил Пендергаст. – Я уже слышал от вас эти слова. Вероятно, речь идет о том, что вы называете бета-тестом?
   В первое мгновение Фишер выглядел удивленным. Но вдруг улыбнулся:
   – Превосходно. Да, я говорил о бета-тесте.
   – В чем именно он заключается?
   – Вы, конечно же, сами догадываетесь. Более полувека мы шли по стопам докторов Менгеле и Фауста, продолжая их великий эксперимент с близнецами.
   – Тот, что начинался с бесчеловечных опытов над заключенными концлагеря, – уточнил Пендергаст.
   – Да, он начинался еще во время той злополучной войны, но мы продолжили его здесь, в Бразилии. И успешно завершили, в некотором смысле благодаря вам.
   – И каково же научное обоснование вашего эксперимента? – холодно поинтересовался Пендергаст.
   Фишер почесал подбородок:
   – Теоретически все очень просто, но чрезвычайно трудно осуществимо на практике. Суть в следующем: после первого митоза[97] зародыша две дочерние клетки разделяются и продолжают развиваться обособленно, в конечном итоге приводя к появлению абсолютно идентичных близнецов. Но когда эмбрионы достигают стадии морулы[98], начинается по-настоящему тонкая работа – процесс обмена генетическим материалом между эмбрио нами. Один зародыш получает весь полезный материал от другого, а тому достается все ненужное.
   – Но если они идентичны, откуда могли взяться различия между эмбрионами? – спросил Пендергаст.
   Улыбка озарила лицо Фишера.
   – Ах, мистер Пендергаст, вы точно сформулировали главную проблему, с которой наши ученые боролись много лет. Человеческий геном содержит три миллиона пар оснований. Даже у идентичных близнецов встречаются дефекты: неточные копии, нарушения последовательности ДНК и тому подобное. Мы увеличиваем вероятность возникновения мутаций, предварительно слегка облучив неоплодотворенную яйцеклетку и сперматозоиды. Не настолько, чтобы из них родились уроды, но достаточно, чтобы получить отличия, которыми можно обменяться на генном уровне. Таким образом, вместо грубого и произвольного смешения генов, как это происходит в природе, мы сможем создать человека, соответствующего строгим техническим требованиям.
   – А что будет с «плохим» эмбрионом?
   – Ничего страшного. Из этого эмбриона тоже вырастет ребенок. Ваш… э-э… Тристрам – прекрасное тому подтверждение. – Фишер рассмеялся. – Его обучат простым навыкам и сделают полезным членом общества, выполняющим тяжелую и неквалифицированную работу в лагере или на ферме. Arbeit macht frei[99]. И конечно же, этот плохой близнец – der Schwächling – превосходное хранилище запасных органов и крови, если хороший получит повреждения, требующие пересадки. Разумеется, этот изотрансплантат[100] не может быть отторгнут организмом. – Он остановился и прикурил сигарету. – Кропотливые исследования, разработка и совершенствование технологии – можете представить, сколько на это ушло времени. Потребовались десятилетия упорной работы, сотни промежуточных образцов, каждый из которых имел лучшие показатели, чем предыдущий.
   – Промежуточные образцы, – отозвался Пендергаст. – Другими словами, те близнецы, которые еще не отвечали вашим строгим требованиям. И потому подлежали уничтожению.
   – Ничего подобного. Они живут в нашем городе, живут полноценной и полезной для общества жизнью.
   – А их двойники живут в подземном концлагере.
   Фишер удивленно поднял брови:
   – Ого, да вы не теряли времени понапрасну вчера вечером.
   – А что с Альбаном? Полагаю, он и есть тот конечный результат, венчающий ваши труды?
   Фишер ответил с нескрываемой гордостью:
   – Да, это он.
   – И это значит, что он сам и есть бета-тест, – ответил Пендергаст на собственный вопрос.
   – Да. Доктор Фауст, как истинный ученый, добровольно предоставил для опытов собственную семью. Линия Фауста – Эстерхази оказалась очень продуктивной. Но должен признаться, что линия Пендергаста ее даже превосходит. Ваша связь с Хелен, хоть и была случайной, дала отличный результат. Превосходящий самые смелые наши ожидания. – Фишер покачал головой. – Мы позволили ее родителям переехать в Америку, жить там, как живут обычные люди, и воспитывать своих детей. Это был эксперимент, призванный выяснить, как поведут себя наши образцы в непривычной обстановке. Он закончился провалом. Хелен повзрослела и решила обмануть нас. Она была генетически подготовлена к тому, чтобы родить близнецов – это не так трудно сделать. Когда она забеременела, то была вынуждена возвратиться к нам: без некоторых необходимых ей процедур дети умерли бы еще до рождения. Но она приехала в Бразилию на восьмой неделе беременности – слишком поздно для обработки эмбрионов на стадии бластулы[101], которую мы практиковали здесь в Нова-Годой. Нам пришлось использовать новый метод, очень тонкий и еще не опробованный, для обмена генетическим материалом на более поздней стадии развития. И представьте себе, герр Пендергаст, какая ирония судьбы: это самое опоздание привело нас к выдающемуся успеху. Мы были уверены, что работать с генами нужно в течение первых нескольких недель. Но оказалось, что именно запоздалая обработка близнецов Хелен обеспечила нам колоссальный прорыв. – Фишер сделал паузу и продолжил: – Она не могла смириться с тем, что мы не позволим ей забрать сыновей в Америку. Но нам, конечно же, необходимо было постоянно наблюдать за ними. Альбан с младенческих лет подавал большие надежды.
   Альбан слушал их разговор с безразличным видом.
   – Он говорит о твоей матери, – напомнил Пендергаст. – Тебя это совсем не печалит?
   – Почему это должно меня печалить? – удивился юноша. – Наоборот, я испытываю гордость. Посмотрите, как легко я узнал о месте вашей встречи в Центральном парке – прямо от сотрудника полицейского управления Нью-Йорка – и как ловко наши люди провели операцию.
   Все ненадолго замолчали.
   – А «Лонжитьюд фармасьютиклз»? – спросил Пендергаст. – Она здесь при чем?
   – Просто одна из множества наших дочерних компаний, – объяснил Фишер. – Наши исследования были чрезвычайно сложны и разнообразны, нам приходилось подключать дополнительные ресурсы. Обычно мы их без труда контролировали, но иногда случались неприятности, как в тот раз, и мы вынуждены были предпринимать неотложные меры. – Фишер снова покачал головой.
   – Вы сказали, что я в какой-то степени способствовал успешному завершению вашей работы, – сказал Пендергаст. – И что вы включили меня в заключительную фазу эксперимента. Что вы имели в виду?
   – Мой дорогой агент Пендергаст, вы наверняка сами догадываетесь. Я уже говорил об этом: ваши действия на «Фергельтунге», ваша упорная погоня за Хелен и ее похитителями чуть не спутали нам карты. Мы готовили для Альбана другой бетатест, но в свете этих событий пришлось изменить первоначальный и, возможно, не очень удачный план. Мы полностью изменили параметры теста, я бы даже сказал, с некоторой поспешностью. Мы решили выпустить Альбана на свободу в центре Нью-Йорка. Он должен был доказать, что способен убивать безнаказанно, даже не скрывая свое лицо от камер наблюдения. Оставляя подсказки, по которым вы должны были понять, что убийца – ваш собственный сын. Это дало бы вам, э-э, достаточную мотивацию, чтобы попытаться поймать его, вы так не считаете? И уж если самый лучший и бесстрашный детектив, имея все возможности, все-таки не справился с сыном-убийцей – надеюсь, вы не станете отрицать, что бета-тест прошел успешно? Полный, безоговорочный успех.
   Пендергаст промолчал.
   – Затем Сорок седьмой сбежал и умудрился отыскать вас. Но мы и эту неудачу обернули к нашей пользе, изменив последнюю задачу для Альбана. Вместо пятого убийства он выкрал Сорок седьмого из вашего дома. И исполнил все безукоризненно. – Фишер обернулся к Альбану: – Отличная работа, мой мальчик.
   Альбан молча кивнул, принимая похвалу.
   – Значит, вы довели до конца эксперимент с близнецами, – подвел итог Пендергаст. – Вы можете в любой момент произвести их на свет. Один близнец станет идеальной машиной для убийства – сильной и бесстрашной, умной и изобретательной. А самое главное, совершенно свободной от всяческих моральных и этических ограничений.
   Фишер кивнул:
   – Как вам известно, такие ограничения мы утратили еще во время войны.
   – Но у вас остается еще второй близнец, настолько же слабый, насколько силен его брат, обделенный способностями в той же степени, в какой другой близнец переполнен ими. Он обречен на рабский труд, а при необходимости станет донором органов для брата. Вы доработали технологию и получили возможность производить дьявольски совершенных людей. А теперь, когда эта цель достигнута, что вы собираетесь делать дальше?
   – Что мы собираемся делать? – Фишера явно озадачил такой вопрос. – Разве это не очевидно? То, что мы поклялись исполнить, когда ваши войска брали штурмом наши города, убивали наших вождей, разрушили наш Рейх и разбросали обломки на все четыре стороны. С чего вы взяли, герр Пендергаст, что наши цели могут измениться? Единственная разница состоит в том, что теперь, после семидесяти лет напряженной работы, мы готовы к достижению цели. Заключительный бета-тест выполнен. Мы можем начинать – как это у вас говорится? – массовое производство.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 [42] 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация