А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Приглашение на танец" (страница 4)

   Она приподняла пышную грудь так, чтобы в вырезе платья было видно еще больше молочно-белой кожи, и нахмурилась, глядя на свое отражение.
   – Амелия, не говори глупости, – сказала Фелисия. – Ты, как всегда, прекрасна. Я не удивлюсь, если сегодня ты сразишь Уинтерсона наповал одним только бюстом. – Амелия кокетливо приподняла брови, в ответ Фелисия подмигнула: – Ты понимаешь, что я имею в виду.
   Услышав знакомое имя, Сесили встрепенулась, хотя не до конца отдавала себе отчет почему. Вряд ли стоило удивляться тому, что мужчина его внешности и с его титулом ищет себе такую же ослепительно красивую невесту, как он сам. И хотя герцог вернулся в Лондон не так давно, они с Амелией вполне могли познакомиться на каком-нибудь светском рауте, на котором Сесили не была. Кроме того, ей нужно было думать о том, как бы вызвать интерес кого-либо из членов Египетского клуба. Уинтерсон к их числу не относился. Раздумья Сесили прервал язвительный голос Фелисии:
   – На что это ты уставилась, Сесили Херстон?
   – Не знаю, о чем ты. – Сесили не удостоила Фелисию взглядом и снова стала смотреться в зеркало, демонстративно поправляя ленту в волосах. – Если вас волнует, что вас могут подслушать, наверное, не стоило вести эти разговоры в дамской комнате.
   Фелисия, возможно, бросилась бы к Сесили и схватила за ухо – однажды она уже так сделала на своем дне рождения, когда они были еще детьми, – но Амелия призвала сторожевую собаку к ноге.
   – Фелисия, – сказала она холодным тоном, к которому прибегала, когда была недовольна, – не забывай, зачем мы здесь.
   Фелисия нахмурилась, но осталась на месте.
   – Конечно, Амелия, ты пришла убедиться, хорошо ли на тебе сидит платье.
   Алисия, заправив за ухо золотистую прядь, снисходительно ответила.
   – Да, конечно. – Затем, наверное, желая показать Сесили, что ей безразлично ее мнение, она улыбнулась, и в ее улыбке можно было разглядеть едва заметный намек на торжество. – Знаешь, Фелисия, я думаю, Уинтерсон со дня на день сделает мне предложение, но это между нами.
   Сесили не сомневалась – Амелия хотела, чтобы она слышала каждое слово.
   – Не далее как вчера вечером, – продолжала Амелия, – у него был такой вид, будто он размышляет о нашем общем будущем.
   Сесили тихо фыркнула. Что-то не похоже, чтобы мужчина, с которым она столкнулась утром, мог размышлять о чем-либо подобном. К сожалению, звук получился недостаточно тихим. Амелия отвлеклась от созерцания собственного отражения и неодобрительно покосилась на Сесили:
   – А, Сесили, я и забыла, что ты еще здесь.
   После этой явной лжи мисс Сноу окинула ее пренебрежительным взглядом с головы до ног.
   – Право, дорогая, можно было рассчитывать, что твоя мачеха сумеет одеть тебя получше. Кажется, я не видела платья такого фасона с того лета, когда моя сестра Вероника дебютировала в свете. А это было почти пять лет назад. Хотя, наверное, со всеми тревогами за твоего отца ей не до тебя.
   В ясных голубых глазах красавицы не было особой неприязни. Амелия была слишком равнодушной ко всем, кроме себя самой, чтобы испытывать настоящую враждебность. Но к сожалению, и дружеских чувств в ней тоже не было ни капельки. При упоминании об отце Сесили замерла – и тем не менее не собиралась показывать Амелии, что ее колкость достигла цели. Она лишь стояла, выпрямившись, и словно бросала вызов белокурой красавице, ожидая, что та еще скажет. На мгновение Сесили представила, как было бы здорово, если бы удавалось избегать встреч с теми, кто ей неприятен, например как эта парочка. Какая это была бы восхитительная жизнь!
   – Должно быть, с твоим ростом Амазонки очень трудно подобрать подходящую одежду. А уж во что обходится дополнительный расход ткани, страшно подумать! И все же отрадно видеть, что сегодня вечером ты по крайней мере постаралась нарядиться. Даже Амазонкам надо иногда отряхивать с себя грязь джунглей и выходить в свет.
   – Уж лучше быть Амазонкой, чем злым эльфом, – бросила Сесили, не удержавшись.
   – О, дорогая, не допускай, чтобы зависть сделала тебя язвительной, – любезно посоветовала мисс Сноу, улыбаясь одними губами. – В устах старой девы такие выпады звучат отвратительно.
   – Амелия, – начала Сесили, меряя ее ледяным взглядом, и не без удовольствия отметила, что в глазах красавицы что-то мелькнуло… страх? – Почему бы тебе не вернуться в зал и не направить свои… гм… усилия в сторону герцога Уинтерсона? Если он так тобой очарован, как ты говоришь, то, наверное, умирает от желания тебя увидеть.
   Амелия еще несколько секунд оставалась на месте, потом, слегка пожав плечами, отошла от трюмо и направилась к двери.
   – Пойдем, Фелисия, – бросила она и жестом приказала подруге следовать за ней. Когда Сесили наконец осталась одна, ее вдруг охватила непреодолимая потребность двигаться, и она принялась мерить шагами комнату. После столкновений с такими людьми у нее всегда возникало желание пуститься бегом и бежать до тех пор, пока не иссякнут силы. Конечно, леди не подобает бегать, мрачно думала она, но вот интересно, распространяется ли это на Амазонок? Она опустилась в кресло, которое стояло у зеркала… и тут же вскочила, почувствовав, что села на что-то твердое. Сесили посмотрела на сиденье и увидела, что на обитой дамастом подушке поблескивает какой-то небольшой золотистый предмет. Она подняла вещицу и повертела в руках. Это оказалась карта танцев. Должно быть, Амелии, чья же еще, решила Сесили. Карта была искусно выполнена в форме веера, верхняя и нижняя стороны сделаны из позолоченной слоновой кости, к нижнему концу привязан крошечный карандашик. На каждом лепестке веера было предусмотрено место, где джентльмен мог написать свое имя. Сесили, раскрыв веер, не слишком удивилась, увидев написанные на лепестках имена джентльменов, каждый из которых считался в свете неплохой партией. Она со вздохом подумала, каково это – быть дамой, которая никогда не скучает на балу. Вплоть до сегодняшнего вечера этот вопрос не особенно волновал Сесили. Ей всегда было чем занять свои мысли. В конце концов, у нее была ее работа переводчика. Но сегодня, в новом платье, с новой прической, она впервые в жизни была уверена, что выглядит очаровательно, – она знала это так же твердо, как правила спряжения неправильных латинских глаголов. Раньше ей как-то не приходило в голову, что она может играть в свете иную роль, нежели роль Синего Чулка, эксцентричной дочери лорда Херстона. Ах, если бы мадам Д’Оберг продавала танцевальные карты вроде той, что есть у Амелии, чтобы вся трудная работа по поиску партнеров для танцев была уже сделана… И тут Сесили осенило. Пусть купить заранее заполненную карту невозможно, зато у нее есть карта Амелии, которая уже заполнена. И… Сесили еще раз прочитала имена и широко улыбнулась. Все кавалеры, исключая двоих, состояли в Египетском клубе. Она сунула карту в атласный ридикюль и поспешила обратно в зал искать кузин.

   Глава 3

   Когда Сесили вернулась к кузинам, к ним как раз подходили Амелия и Фелисия. Сесили прижала к себе ридикюль, моля Бога, чтобы Амелия не хватилась пропажи. Но как только Амелия и Фелисия к ним приблизились, стало ясно, что они намеревались позабавиться, а не попросить помочь найти карту.
   – Ой, смотри, – насмешливо произнесла Амелия, – три маленьких утенка ждут у края пруда. Как жаль, что они боятся окунуть свои перепончатые лапки в воду.
   Ни одна из кузин еще не успела возразить, как Фелисия заметила:
   – Я думаю, в этом пруду слишком глубоко для таких… э-э… – даже Фелисия не смогла в глаза назвать девушек гадкими, – для таких слабых созданий. Они наверняка утонут, если осмелятся плавать с лебедями.
   – Да, действительно. – Амелия одобрительно кивнула своей прихлебательнице. – Оставим их плескаться на мелководье – у меня вдруг возникло желание пригладить мои красивые перышки.
   Она захихикала, прикрывая рот миниатюрной, затянутой в перчатку рукой.
   – Злобная кошка, – фыркнула Мэдлин. – Надеюсь, она растянет щиколотку и не сможет танцевать до конца сезона.
   «Или хотя бы до конца этого вечера», – подумала Сесили.
   – Девочки! – Она понизила голос, чтобы ее не услышал никто, кроме кузин. – Что, если я вам скажу, что нашла танцевальную карту Амелии?
   – Что значит – нашла? – спросила Джульет.
   Сесили рассказала, как обнаружила в дамской комнате танцевальную карту, и заодно пересказала и злопыхательские высказывания Амелии и Фелисии, чтобы кузины не забыли, какие эти две особы вредины.
   – Это знак! – возбужденно прошептала Мэдлин. – Сегодня ты появилась в новом платье, выглядишь очаровательно, заявляешь, что пришла охотиться за мужем, и теперь вот находишь карту танцев Амелии. Причем сразу после того, как она наговорила тебе гадостей. Сесили, это подарок богов, и если ты не воспользуешься этой возможностью, то воспользуюсь я.
   Сесили кивнула, думая о добрых предзнаменованиях. Она пришла на этот бал в надежде очаровать какого-нибудь члена Египетского клуба. И сейчас она держала в руках средство для этого. Если все упорно допускают существование проклятия, то почему бы наряду с этим не верить и в Провидение?
   – А что, было бы неплохо хотя бы разок одержать верх над Амелией, – сказала она вслух.
   – Погоди-ка, – перебила Джульет с настороженным видом. – Я двумя руками за то, чтобы преподать Амелии урок, но почему ты думаешь, что тебе удастся выдать ее танцевальную карту за свою? И даже если удастся, вряд ли несколько танцев обязательно приведут к замужеству.
   – Я и не думаю, что это решит дело. – Сесили ненадолго задумалась. – Но мы все знаем, как трудно переменить устоявшееся мнение, если в свете к тебе уже приклеили ярлык. А что, если для того, чтобы изменить ситуацию, достаточно нескольких танцев с самыми популярными кавалерами – с теми, которые обычно приглашают Амелию? Молодые люди так легко следуют примеру друг друга. Если бы я потанцевала с несколькими постоянными партнерами Амелии, остальные джентльмены могли бы это заметить и тоже ангажировать меня – ведь они видели, что так делали другие.
   – Да, верно, – согласилась Мэдлин. – Как только моя сестра Летиция обручилась, казалось, все холостые мужчины Лондона вдруг стали находить ее завидной невестой. Если они увидят, что ты пользуешься успехом, то сразу почувствуют к себе интерес. Так уж устроены представители сильного пола.
   – Ты права. – Джульет кивнула, глядя на Мэдлин, которая даже в ладоши захлопала. – Но если ты хочешь, чтобы эти самые «представители» сегодня танцевали с тобой, нам надо как-то убрать с дороги Амелию.
   – Только умоляю, без крайностей! – воскликнула Сесили. Хотя Амелия и неприятная особа, Сесили не хотела причинять ей боль. – Пожалуйста, давай обойдемся без растянутых щиколоток, – обратилась она к Мэдлин.
   – Не волнуйся. – Кузина озорно улыбнулась. – У меня есть отличная идея…

   Десятью минутами позже Сесили, стоя у колонны, услышала, как в дальнем конце зала, где были выставлены напитки, поднялась изрядная суматоха.
   – Мое платье! – визжала Амелия. По корсажу ее светло-голубого наряда расползалось красное пятно от пунша. – Ты идиотка!
   Ответа Мэдлин Сесили не услышала, но, увидев, как кузина тщетно промокает пятно носовым платком, спрятала улыбку и подумала, что надо будет не забыть сделать Мэдлин на день рождения хороший подарок. Наконец Сесили увидела Амелию и Фелисию, покидавших бал в сопровождении своих кудахчущих мамаш. Она решила, что пришло время приступить к выполнению плана. Сдерживая волнение, девушка направилась туда, где стояли трое молодых джентльменов, поглощенных оживленным разговором с двумя собеседниками. Все были одеты изысканно, но каждый на свой лад. Узел галстука одного из них был таким замысловатым, что Сесили подозревала, что ему пришлось потратить немало времени, прежде чем завязать узел безупречно. Второй джентльмен, пониже ростом, тоже щеголял необычайным шейным платком, но внимание Сесили привлек его жилет, разноцветный, как павлиний хвост. Третий был самым впечатляющим из всей троицы. Острые углы воротника рубашки давали повод предположить, что перед вам истинный денди, а кружева, ниспадающие от запястий, окончательно в этом убеждали. Несколько мгновений Сесили, стоя на месте, наблюдала за мужчинами, и ее одолевали сомнения. Сравнивая их костюмы, произведения портновского искусства, со своим платьем, она думала, что ей до них далеко. Она глубоко вздохнула и снова окинула взором молодых людей. Что бы на ее месте сделала Амелия? Вспоминая, как та на каждом балу очаровывала всех джентльменов подряд, Сесили рассеянно вертела в руке танцевальную карту и теребила край лепестка. Лепесток отвалился, но прежде чем он упал на пол, Сесили успела его подхватить. При этом она обратила внимание, что на обратной стороне его что-то написано. Это были фразы: «Улыбайся»; «Хлопай ресницами»; «Склони голову набок».
   Это еще что такое?
   Сесили перевернула веер, но с обратной стороны ничего не оказалось. Что же это? Зашифрованная записка? Уже собираясь вернуться к кузинам, Сесили подняла голову и увидела в дальнем конце зала знакомое лицо. Герцог Уинтерсон был красив и в повседневном платье, но сейчас выглядел просто великолепно. Его одежда не была броской, как у тех троих денди, она отличалась элегантностью. На нем был черный фрак поверх серебристого жилета, блеск которого гармонировал с рубином, сверкающим на шейном платке. Из-за раны в ноге герцог ходил, опираясь на трость черного дерева с резным серебряным набалдашником. Словно почувствовав взгляд Сесили, он посмотрел в ее сторону, и их глаза встретились. У Сесили возникло странное ощущение в животе, на щеках выступил румянец. Досадуя на себя за такую реакцию, она потупилась и снова увидела надпись на карте танцев: «Улыбайся. Хлопай ресницами. Склони голову набок».
   Ну конечно! Это же пособие по флирту! Перед тем как применить совет на практике, Сесили старательно, словно малыш, делающий первые шаги, мысленно повторила слова. Потом улыбнулась, хотя ощущение у нее было такое, будто она гримасничает. Сохраняя выражение лица, она быстро-быстро заморгала. Затем, все еще улыбаясь, склонила голову набок – точь-в-точь как делала Амелия, Сесили видела это много раз. Джентльмен, на которого она направляла свои чары, сначала пристально посмотрел на нее, потом его губы едва дрогнули в улыбке. Он приподнял черную бровь и слегка кивнул. Не настолько явно, чтобы это было заметно окружающим, но так, чтобы это увидела Сесили.
   Сработало! В некотором роде.
   Конец этой небольшой сценке положило появление двух жеманных дебютанток. Они остановились перед Сесили и заслонили ей поле зрения. «Тем лучше», – подумала Сесили, потому что не знала, что делать после пункта «Склони голову набок». И все же ей не терпелось испытать этот метод до победного конца. Она расправила плечи и шагнула к молодым людям.
   – Прошу прощения, дорогая, – прошепелявил тот из них, что был в павлиньем жилете, – у меня такое чувство, что мы знакомы, но будь я про… то есть, я хотел сказать, что никак не могу вспомнить, где мы встречались. Не могу себе представить, что я забыл бы такую… такое лицо, как ваше. Лорд Маркус Фултон, к вашим услугам.
   Он вежливо поклонился и поцеловал воздух над запястьем Сесили еще до того, как она поняла, что протянула ему руку.
   – Дорогая, прошу вас, не обращайте внимания на этого шельмеца, – заговорил джентльмен с каштановыми волосами и великолепным шейным платком. – Полагаю, вы пришли, чтобы сразить вашими прекрасными глазами меня, а не его. – Он не слишком вежливо ткнул Фултона локтем в бок, убирая с дороги, и проникновенно произнес: – Сэр Томас Эшкрофт.
   Перед тем как поцеловать Сесили руку, он постарался поймать ее взгляд. В ответ на ее «очень приятно» он протянул:
   – Это мне очень приятно, миледи.
   Сесили неожиданно поняла, что лишилась дара речи. Находиться в центре столь пристального внимания было одновременно и волнующе и неловко. Но, помня советы на веере, она молча улыбнулась, захлопала ресницами и склонила голову набок. И с радостью увидела, что джентльменам это, похоже, очень понравилось.
   – Мисс Херстон, извините этих двух олухов, – сказал, выступая вперед, джентльмен, у которого были кружевные манжеты. – У них обоих манеры не лучше, чем у пары голубей. – Каким-то образом, вроде бы ничего для этого не предпринимая, он ухитрился оттеснить обоих друзей. Сесили даже не успела удивиться, откуда он знает ее имя, как он уже взял ее за руку. – Я полагаю, мисс Херстон, что вы меня не помните. Я лорд Алек Деверил. Мы с вами встречались несколько недель назад на музыкальном вечере у Саймингтонов.
   Конечно, Сесили его помнила, еще бы не помнить. Он был одним из самых красивых мужчин в свете. И это еще не все. По лорду Деверилу вот уже несколько недель вздыхала Джульет – с того дня, когда он защитил ее в парке от лошади, которая ускакала от хозяина. Но главная причина, по которой Сесили должно быть знакомо имя лорда Деверила, не имела отношения ни к его красоте, ни к тому, что он спас ее кузину. Дело в том, что именно оно значилось первым в танцевальной карте Амелии, и к тому же всем было известно, что сэр Алек – член Египетского клуба.
   Сесили опять улыбнулась, захлопала ресницами и кокетливо склонила голову.
   Лорд Деверил улыбнулся в ответ. Отлично!
   – Конечно, лорд Деверил, именно на музыкальном вечере.
   Сесили вдруг испугалась, что не сможет провернуть свой трюк. Деверил не мог забыть, что обещал первый танец Амелии Сноу, тем более что казался сэр Алекс абсолютно трезвым. Но это был единственный способ добраться до дневников, и Сесили не собиралась сдаваться, даже если придется выглядеть неловко.
   – Впрочем, милорд, разве наша последняя встреча произошла не сегодня, когда вы попросили у меня первый танец?
   Сесили произнесла фразу с вопросительной интонацией, едва заметно окрашенной девичьей застенчивостью. Во всяком случае, она надеялась, что ее слова прозвучали именно так. Может быть, ей нужно снова проделать ритуал «улыбка – ресницы – наклон головы»? Деверил нахмурился, но потом, к огромному облегчению Сесили, приветливо улыбнулся.
   – Должно быть, мисс Херстон, это было, когда я только вошел, – сказал он извиняющимся тоном. – В первые несколько минут в зале был такой сумасшедший дом! Я помню, что подписывал чью-то танцевальную карту, но в тот момент не сознавал, что она была вашей.
   Хотя Деверил дал ей понять, что не помнит владелицы карты, Сесили почудилось, что в его взгляде мелькнуло выражение понимания. Возможно, он догадался, что она присвоила танцевальную карту Амелии. Но через секунду это выражение исчезло – по какой-то неведомой Сесили причине сэр Алек решил не разоблачать ее маленький обман.
   Деверил вновь улыбнулся девушке и предложил руку:
   – Идем танцевать?
   Она положила руку на сгиб его локтя.

   Лукас прислонился к колонне в бальном зале Бьюли и молча смотрел, как мисс Сесили Херстон во второй раз проплывает мимо него, опираясь на руку лорда Деверила. Он наблюдал, как за последние два часа она танцевала со множеством неженатых мужчин. Днем на Брутон-стрит ее темные кудри скрывал уродливый капор, но сейчас они были уложены в красивую прическу, привлекающую внимание к ее высоким скулам и зеленым глазам. Унылое серое одеяние, в котором она пыталась войти в Египетский клуб, сменил вечерний наряд – кремовое платье с завышенной талией, подчеркивающее ее женственную фигуру. Только евнух мог бы не обратить внимания на молочно-белую грудь, поднимающуюся над корсажем платья, а Лукас евнухом не был. Он улыбнулся, вспоминая, какой взгляд послала ему мисс Херстон в начале вечера. Наверное, днем он был с ней чересчур резок. Он пожалел об этой своей вспышке почти сразу же, как только они разошлись в разные стороны. В конце концов, она может ничего не знать об обстоятельствах исчезновения его брата во время последней экспедиции своего отца в Египет. Глядя, как мисс Херстон смеется над какой-то шуткой Деверила, Лукас снова подумал, что если она сама не смогла участвовать в экспедиции, то никак не может знать, что в действительности произошло с Уиллом. Он повертел в руке бокал с приторно-сладким пуншем и уставился на нее так, словно мог прочесть в нем ответ, как в чайной гуще. Но напиток ничего ему не объяснял, как и те странные слова, которые его брат зачеркивал и перечеркивал в своих письмах домой из Египта. В самих этих каракулях и в том, в каком порядке они встречались в письмах, причем в письмах не к кому-нибудь, а к матери, не знающей иностранных языков, было что-то не дававшее Лукасу покоя. По сути дела, эти письма были единственной причиной, по которой он сегодня утром отправился в Египетский клуб. Он надеялся, что там его направят к какому-нибудь ученому, разбирающемуся в подобных вещах. Но, как и Сесили, Лукас не смог попасть внутрь. Швейцар сказал, что в клуб допускаются только его члены и в настоящее время вступить в клуб нельзя. Лукас поинтересовался, когда ограничения будут сняты, на что получил ответ, что такие сведения не подлежат разглашению. На строгого стража не произвел впечатления даже герцогский титул – с этим явлением Лукас столкнулся впервые с тех пор, как стал герцогом.
Чтение онлайн



1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация