А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Нерассказанная история" (страница 13)

   Глава 14

   Грабовски постучал в окно машины, и мужчина, читавший газету, завел мотор, еще не успев ее свернуть.
   – Ведешь наблюдение? – осведомился Грабовски, показывая на заднее сиденье микроавтобуса, где были свалены сумки с фотоаппаратурой. Из багажника высовывалась складная лестница.
   – Джон Грабовски? – спросил человек в белой футболке с мультяшным кроликом и слоганом «Хип-хоп мертв». Футболка так туго обтягивала его, что Граббер видел очертания кольца в соске.
   Машина была припаркована перед отелем. Грабовски заметил ее, когда шел домой после ленча. Может, парень вошел в дом и до смерти перепугал миссис Джексон своим пирсингом и тем, что сказал ей?
   – Насколько я понял, тебя послал Тинни?
   – Нет, – буркнул парень, выходя из машины. – Сказал мне, где вы остановились. Но не посылал. Я сам хотел встретиться с вами. С легендарным Граббером Грабовски.
   Он протянул руку. Грабовски проигнорировал жест и оглядел улицу. Ему совсем не хотелось, чтобы его заметили в обществе этого парнишки, на котором крупными буквами было написано «папарацци». Впрочем, в здешних местах они не распознают акулу пера, даже если она пооткусывает им носы. И все же ему стало не по себе.
   – Едем, – бросил он. – Твоя машина.
   Лучше убрать отсюда фургон, потому что здесь есть по крайней мере одна особа (возможно), которая сразу нас вычислит, если, конечно, вздумает пройти мимо.
   – В Джейнсе есть бар, который тебе понравится, – сообщил Грабовски, устраиваясь на пассажирском сиденье.
   Он не знал никаких баров, но что-нибудь найдет. И тогда он выяснит, что происходит. Он уже догадывался, вернее, сложил два и два в ту минуту, как увидел фургон.
   Тинни снова ему звонил:
   – Что с тобой, Граббер? Что тебя удерживает? Говорю тебе, старина, у меня работы больше, чем я успеваю делать. Знаешь, что тут творится?
   Он наскоро прочитал список. Актриса, попавшая в наркологическую клинику. Поп-принцесса, выбрившая голову. Наследница сети отелей, оштрафованная за превышение скорости в нетрезвом виде, которой грозит тюрьма.
   – Послушай, старик, этот 2007 год войдет в историю. Год, когда все девчонки слетели с катушек. Так ты в доле или как?
   Граббер заверил, что уже едет.
   – Ты это говорил в прошлый раз.
   Тинни помолчал.
   – Чем ты занимаешься? Что держит тебя за яйца в как там его… Кенсингтоне?
   Граббер наскоро сочинил правдоподобную историю, но Тинни что-то учуял. Поэтому сегодня газетная крыса и торчала у отеля.
   Но парень зря тратил его время. И Граббер скорее всего тоже зря тратил свое. За последние несколько дней он не думал ни о чем, кроме Лидии. Незаметно провожал домой с работы, когда она по средам ехала в город на ленч, следовал за ней по улице, где она покупала сандвичи, а потом – в магазин одежды. Уходя из приюта, она что-то крикнула седовласой даме, и голос был не тем, каким его помнил Граббер. Он не сильно отличался, но был не таким. А вот от смеха по спине у него пробежал холодок. Иногда на этой работе приходится думать именно спиной.
   Они уже въехали в Джейнс, и Грабберу пришлось поискать глазами бар.
   – Сверни направо, – велел он. – Думаю, это здесь.
   Он вспомнил парня, одержимого Джеки Онассис. Она обратилась в суд, и парню запретили приближаться к ней ближе чем на пятьдесят футов. Но он продолжал ее снимать. Каждый день оказывался в доме, где она жила. Его снова притянули к суду, однако он не смог остановиться. Псих, конечно. Но Граббер понимал, что он чувствовал.
   – Ну вот, паркуйся, – сказал он. – Я ставлю пиво.
   Парень вошел в бар и придвинул табурет. Его походка была расслабленной, словно кости не скрепляли суставы, и это действовало Грабберу на нервы.
   – Что ты хочешь узнать? – прямо спросил Граббер.
   Парень ухмыльнулся:
   – Да ничего. Просто хотел познакомиться. Слышал истории о том, что вы делаете классные снимки.
   Чушь собачья! Неудивительно, что Тинни старается заманить его в ЛА. Этот дурачок не способен смазать собственную задницу целой пачкой масла.
   – Да? – спросил Грабовски. – Какие именно?
   – Те, где она беременная и в бикини, верно?
   – Слушай, клоун, – процедил Грабовски.
   – Вообще-то Хад.
   – Слушай, Хад, я в жизни не делал подобных снимков. Так что это был не я.
   Такие вопросы выводили его из себя. Но откуда это знать парню, выросшему в эпоху, когда актрисы позировали голыми, с разбухшими животами. Все, что угодно, лишь бы попасть на журнальную обложку!
   Он и не представлял, какой вонью несло от этих снимков.
   Граббер мог бы делать такие, но не делал. У него тоже были свои принципы!
   – Точно, – пробормотал парень и неловко поскреб пальцем кольцо в соске.
   – Итак, хватит мне лапшу на уши вешать. Это Тинни тебя послал. Верно?
   Крысеныш долго раздумывал, прежде чем ответить:
   – Да. Тинни говорит, вы бы тут не торчали, если бы не унюхали что-то жареное. Сказал, вы что-то нащупали.
   Грабовски приложился к бутылке.
   – И это он рассказал тебе о снимках. Ты хоть знаешь, кем она была?
   – Ну… примерно, – пожал плечами Хад.
   – Видимо, память у Тинни короткая. Но можешь остаться. У ЛА ничего нет на Кенсингтон.
   – Правда? – выдохнул крысеныш, подавшись вперед. У него были длинные, как у коровы, ресницы. А когда он говорил, почему-то высовывал язык. Граббер едва устоял перед порывом вырвать кольцо из соска.
   – Конечно, пока здесь вроде бы тихо, но я расскажу тебе, что происходит.
   – Мы могли бы работать командой, – с надеждой предложил парень.
   – При условии, что дальше тебя это не пойдет, – предупредил Граббер. – Даже Тинни не говори, иначе утечка неминуема.
   – Клянусь.
   – Знаешь то место, где я остановился?
   – «Ночлег и завтрак»?
   – Соображаешь. В соседней комнате живет Мадонна.
   Парень дернулся. Но этого оказалось недостаточно, чтобы завести его. Видимо, Мадонну он снимал регулярно.
   Грабовски оглядел стойку бара, якобы для того, чтобы проверить, что их не подслушивают.
   – Она здесь, и угадай, кого трахает.
   – Кого?
   – Клянись жизнью своей матери.
   – Клянусь. Обещаю, вы не пожалеете.
   – Теперь мы команда, – сказал Грабовски. – Ты меня не подведешь?
   – Черт возьми, мы чертова команда!
   – Я тебе верю, – кивнул Грабовски и наклонился к уху парня.
   – Она трахает Хью Хефнера.
   Он сделал паузу, ожидая, пока до парня дойдет.
   – Хью Хефнера, Санта-Клауса и семерых гребаных гномов в кенсингтонском отеле. Только никому не говори.
   Последовала еще одна долгая пауза, в течение которой крысеныш решал, как отнестись к тому, что с ним обошлись, словно с полным кретином, коим он и являлся.
   Потом он рассмеялся.
   – Дерьмо! Говорил я Тинни, что это бред. Ехал сюда в долбаную глушь. Сел в машину и рванул прямо сюда. Останавливался, только чтобы отлить.
   Грабовски решил, что был слишком жесток с парнем. В конце концов, крысеныш всего лишь шестерка Тинни.

   Они выпили еще по пиву и еще, и Грабовски неожиданно обнаружил, что рад компании. Слишком много времени он провел в одиночестве. Может, поэтому и гоняется за призраками по всему дому.
   Они обсуждали камеры и объективы. Парень хотел знать, что использует Граббер. «Кэнон», разумеется, от тридцати пяти до пятисот миллиметров. Зарядные устройства «Кэнон». Аккумулятор «Квантум Турбо». «“Блиц” Никон». Парень сказал, что иногда пользуется наладонником.
   – «Мишени» даже не знают, что их фотографируют.
   Он воображал, будто сказал новое слово в фотографии.
   Когда он захотел услышать о легендах, Грабовски охотно пошел навстречу.
   – Слышал о Жаке Ланже? А, не важно. Он хотел снять принцессу Каролину Монакскую, сдающую школьные экзамены. Пробрался в классную комнату, спрятав «Минокс» в пачке сигарет. Креативность! В те дни не было наладонных компьютеров!
   – Здорово! – восхитился парень. – Я в жизни не слышал о «Миноксе»!
   – А знаешь, как я подружился с твоим боссом? На Некер-Айленде. Знаешь, где это? Виргинские острова в Британии. Этот находился в частном владении. Так что все папарацци оккупировали соседние острова и каждый день выходили на лодках в море, чтобы сделать снимки. Да, это была она. Вижу, ты умнее, чем кажешься. Она устроила десятиминутную фотосессию, после которой нам всем полагалось оставить ее в покое. Там была и американская команда телевизионщиков и фотографов. Самые шикарные парни в городке. Нанимали подводную лодку за шестнадцать тысяч долларов в день. Думали, они нам нос утрут! Проплывая мимо Некера, они просили капитана поднять перископ. Это подводная лодка для наблюдений за рыбой. Не боевая. Мы с Тинни умирали над ними со смеху.
   – Тинни хочет, чтобы вы приехали в ЛА. Велел мне скрутить вас и привезти с собой.
   – Я скажу Тинни, что ты из кожи вон лез.
   – Так что же вы здесь делаете? – поинтересовался парнишка.
   Он рассказал ему то же, что и миссис Джексон. Что работает над проектом фотоальбома «Малые города США и Англии» в подражание Роберту Франку. Фотографии и текст Джона Грабовски.
   Парнишка никогда не слыхал о Роберте Франке. Как, возможно, о Брассае и Картье-Брессоне [5]. В этом бизнесе больше не было места для искусства. В свое время Граббер продал немало некачественных снимков, и был рад деньгам, но все же прошел старую школу, и всегда мог загнать в рамку фото, оказавшееся не в фокусе.
   Грабовски вздохнул и заказал еще пива.
   – Если снимаешь людей без их позволения, кто же ты после этого? – спросил он.
   – Не знаю. Папарацци.
   – Может быть, – кивнул Грабовски, – но помни, что люди на снимках Роберта Франка тоже не собирались на них попадать. И не подписывали разрешение на съемку.
   Парнишка засунул руку в миску с арахисом. И бросил в рот несколько зернышек.
   – Иногда люди бывают очень заносчивыми, когда я объясняю им, чем занимаюсь. Тогда я говорю, у меня есть фото той актрисульки, которая трахается на пляже, и они говорят: «О, дай-ка посмотреть».
   – Еще бы! – воскликнул Грабовски. – Кстати, что ты сказал моей квартирной хозяйке? Что ищешь меня?
   Парнишка оскорбленно закатил глаза к небу.
   – Я не вчера родился! И вообще не входил туда. Я никуда не вхожу, пока не узнаю точно, кого могу там найти.
   – Молодец, – похвалил Грабовски.
   Было уже начало шестого, и бар постепенно наполнялся рабочими со стройки. Любопытно, что у всех у них на лбах были красные полосы, оставленные жесткими касками.
   Придется придумать, что делать с Лидией. Может ли он что-то сделать, чтобы не отпугнуть ее? При условии, что он не совсем спятил. По крайней мере фотограф, преследовавший Джеки Онассис, не был одержим призраком. Но Грабовски просто не может уехать. Иначе его всю оставшуюся жизнь будет мучить мысль об упущенной возможности. Голубые глаза, зеленое колечко вокруг правого зрачка, знакомая походка, смех, от которого все внутри сжимается. Не так много признаков. Но вместе они удерживали его крепче корабельного каната.
   – Не хочу совать нос в чужие дела, – начал Хад. – Коровий язык облизал нижнюю губу. – Я не из таких. Никогда не теснил кого-то машиной. Никогда не вламывался в чужие дома. Просто делаю свое дело. Живи и дай жить другим, вот мой девиз.
   Наступил вечер, и Грабовски не знал, как убить время. Сидя на кровати, он перебирал четки. Потом бродил по комнате.
   Нужно что-то решать. Стоит ли преследовать ее дальше, или все это глупость несусветная?
   – Возможно, это она. Возможно. Но как это доказать? Как выяснить? Если он прав и начнет расспрашивать обитателей города, она исчезнет, как только об этом услышит.
   – Терпение, – сказал он себе. – Думай об этом как о повседневной работе. Слежке за мишенью. Конечно, слежка может быть самой длинной в жизни, но все окупится…
   Его почти тошнило от возбуждения. Может, Кэти примет его?
   Теперь он бежал впереди себя.
   Он не мог начать расспросы в городе. Но вполне способен начать расследование дома.
   Грабовски позвонил:
   – Ник! Знаю, что уже поздно, но мне нужно, чтобы ты кое-что сделал.
   Ник служил в полицейском архиве и неофициально подрабатывал у Грабовски. У него был просто талант выкапывать нужные документы, знать, где и что искать. Из всех людей, которым платил Грабовски, – швейцаров, официантов, нянь, пиар-агентов, водителей, – Ник был самым полезным.
   – Это тебе дорого встанет, – откликнулся Ник: его стандартный ответ. Хотя Грабовски все эти годы звонил ему в любое время суток, он никогда не заставал его спящим.
   – Лидия Снейрсбрук, – коротко бросил он. – Лет сорока пяти-пятидесяти. Найди все, что сумеешь.
   – А именно? – уточнил Ник. – Только имя, никакой даты рождения? Ничего больше? Что ты ищешь?
   – Сам не знаю. Имя очень необычное. Сначала узнай, сколько существует людей с такой фамилией.
   – Значит, проверю главный ЗАГС. Все Лидии Снейрсбрук, рожденные между, скажем, 1955 и 1965 годами. И что потом?
   – Понятия не имею, – вздохнул Грабовски. – Позвони, как только что-то узнаешь.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация