А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Украшение и наслаждение" (страница 4)

   Глава 4

   Дариус спрыгнул с коня перед домом на Комптон-стрит, что возле Сохо-сквер, и подошел к двери. Как бы ни был неприятен ему этот разговор, откладывать объяснение он не мог. Пора было объяснить Эмме Фэрборн, почему аукционную компанию ее отца следовало продать.
   Конечно, он не собирался излагать ей по пунктам все свои подозрения относительно Мориса Фэрборна – подозрения, которые подтвердились во время его визита на побережье Кента на прошлой неделе. Там он посетил то место, откуда упал Морис на вечерней прогулке. Осмотрев это место и открывавшуюся взору панораму, граф пришел к заключению, что слухи, вызванные этим несчастным случаем, скоро распространятся повсюду – как и домыслы о том, почему Фэрборн оказался на этой тропинке. Конечно, не было никаких доказательств его недостойных действий, но если бы аукционная компания была закрыта или продана, то скорее всего репутация Мориса Фэрборна в любом случае осталась бы незапятнанной. Как и репутация всех тех, кто так или иначе был связан с ним.
   Остановившись перед дверью, граф попытался собраться с мыслями. Он твердо решил, что на этот раз не позволит сбить себя с толку, но все же…
   Проклятие, ему вдруг вспомнился его последний сон, в котором обнаженная мисс Фэрборн сдалась на его милость. Этот нелепый сон даже и сейчас будоражил его. Причем она снилась ему уже не впервые. Но почему? Ведь мисс Фэрборн была вовсе не из тех женщин, которых мужчины стремились бы сделать своими любовницами. Не будучи юной девушкой, она в то же время не была ни вдовой, ни героиней скандала и потому едва ли могла считаться желанной добычей. К тому же, как дочь коммерсанта, она, должно быть, отличалась весьма консервативными взглядами на интимные отношения – то есть была готова только к законному браку. Она и в других отношениях не соответствовала его представлениям о том, какой должна быть любовница, – не была ни нежной, ни сговорчивой. Да и едва ли она обладала необходимой для таких отношений утонченностью. Так что мисс Фэрборн явно не подходила на эту роль.
   – Да, к сожалению, – пробурчал граф себе под нос.
   Пока он пытался избавиться от своих размышлений о мисс Фэрборн, какой-то молодой человек лет двадцати двух проехал рысцой по улице, затем спешился и привязал свою лошадь рядом с лошадью графа. После чего он поднялся по каменным ступенькам и отряхнул свой коричневый сюртук и даже, наклонившись, смахнул пыль с мысков высоких сапог. Внезапно лицо молодого человека осветилось дерзкой улыбкой. И он, опередив графа, трижды ударил в дверь дверным молотком.
   Раздраженный этим вторжением, грозившим помешать его разговору с хозяйкой дома, Дариус нахмурился и отступил на шаг от двери. И в тот же миг дверь открылась. Но открыл не Мейтленд, дворецкий Фэрборнов, а Обедайя Ригглз, аукционист. Казалось, он был очень удивлен при виде графа – как и тот при виде Обедайи.
   – А Мейтленда нет? – тихо спросил Дариус, снова шагнув к двери и передавая Обедайе свою шляпу и визитную карточку.
   А юноша тем временем подошел к зеркалу и принялся прихорашиваться, поправляя волосы, обрамлявшие его лицо, и стараясь искусно расположить пряди, не испортив модной прически a la Brutus.
   – Нет, сэр, – ответил Обедайя. – Поэтому мисс Фэрборн попросила меня сегодня подежурить у дверей. Я не должен пропускать лиц… неподходящего сорта.
   Должно быть, искатели приключений и воры прослышали о том, что мисс Фэрборн осталась одна. И люди «неподходящего сорта» могли найти массу предлогов, чтобы навязать ей свое общество.
   – Мне приказано провожать визитеров в гостиную, сэр, – продолжал Обедайя с таким видом, будто собирался сказать что-то весьма важное и секретное. – И я думаю, мне следует отвести вас в утренний салон. Я скажу мисс Фэрборн, что вы там.
   – Если она принимает в гостиной, то отведите меня туда, Ригглз. Мне не требуется особое внимание. И я настаиваю, чтобы вы передали ей мою визитную карточку вместе со всеми остальными. Я попрошу мисс Фэрборн о разговоре наедине после того, как уйдут остальные посетители.
   Обедайя явно колебался. Молодой человек громко откашлялся, выражая свое нетерпение.
   – Итак, в гостиную? – заявил граф.
   Аукционист покорно кивнул и направился наверх. Открыв дверь гостиной, он посторонился, пропуская гостей. Дариус вошел и замер при виде весьма необычной сцены. Мисс Фэрборн еще не было, но ее появления ожидали множество посетителей; не менее десяти молодых людей слонялись по комнате. Они критически оглядели вошедших и вернулись к своему занятию, то есть ничегонеделанию. Дариус повернулся к Обедайе, собираясь спросить, что означало это сборище, но в этот момент дверь закрылась – Обедайя вернулся на свой пост.
   Граф остановился перед камином и оглядел собравшихся. Все мужчины в каком-то смысле очень походили друг на друга – молодые, модно одетые и красивые. Теперь мисс Фэрборн стала наследницей, и, возможно, это были искатели ее руки, выстроившиеся в очередь, чтобы поухаживать за ней.
   Дариус мысленно усмехнулся. Принимая во внимание свой собственный опыт общения с мисс Фэрборн, он подумал, что у этих молодых людей скоро начнут гореть уши от смущения. Жаль, что ему придется пропустить такое зрелище…
   Граф шагнул к дивану и сел рядом с лощеным светловолосым обожателем в жилете в красную и синюю полоску – весьма дорогим, но не обнаруживающим хорошего вкуса. Молодой человек улыбнулся в знак того, что готов признать право Дариуса на присутствие здесь, однако оглядел его пристально и критически.
   – Пожалуй, вы староваты, – заметил он.
   – Да, верно. Древняя развалина, – сухо ответил граф. Должно быть, для субъекта, только что выпущенного из университета, тридцать три года и впрямь казались глубокой старостью.
   Собеседник счел такой ответ забавным, но, очевидно, решив, что не проявил должной учтивости, проговорил:
   – Примите мои извинения, сэр. Я просто подумал, что она ищет кого-нибудь помоложе. – Улыбнувшись, молодой человек представился: – Джон Лоутон к вашим услугам, сэр.
   Дариус кивнул и также представился, назвав, однако, только свой титул:
   – А я Саутуэйт.
   Лоутон в смущении пробормотал:
   – О, сэр, так вы… – Он окинул взглядом комнату. – Так вы здесь не для того, чтобы принять участие в соревновании? Впрочем, и так ясно, что не для этого. – Лоутон со смехом добавил: – Признаюсь, что для меня это огромное облегчение.
   Тут дверь, ведущая из библиотеки в гостиную, внезапно открылась, и перед гостями появилась женщина. Но это была не мисс Фэрборн, а леди Кассандра Вернхем, скандально известная сестра графа Бэрроумора, которая тотчас же привлекла внимание всех мужчин. Лицо ее было обрамлено водопадом черных кудрей, а шея чуть выглядывала из-под кружевного капюшона, прикрывавшего голову. На ней было бледно-зеленое полупрозрачное платье, красные губы казались необычайно чувственными.
   Раскрыв регистрационный журнал, леди Кассандра принялась изучать его страницы. Потом спросила:
   – А кто тут мистер Лоутон?
   Лоутон тотчас вскочил на ноги, оправил сюртук и выступил вперед. Затем последовал за Кассандрой в соседнюю комнату, и дверь за ним закрылась. Причем Лоутон оставил на диване газету, и Дариус заметил, что какая-то заметка в ней была подчеркнута.
   Граф взял газету и прочел объявление: «Ищут для приятной и совершенно особой работы красивого молодого человека с хорошим характером, обладающего острым умом, блестящими манерами, хорошо образованного и безукоризненно скромного. Он должен быть модно одет, отличаться крепким сложением, а также получать удовольствие от женского общества и отличаться безусловным обаянием. Спрашивать мистера Уэдерби с Грин-стрит».
   Это было весьма странное объявление. И было очевидно, что искали… отнюдь не секретаря.
   Дариус посмотрел на симпатичных и модно одетых молодых мужчин, ожидавших в гостиной. Должно быть, после того, как они посетили мистера Уэдерби, их всех направили сюда. И должно быть, мисс Фэрборн что-то задумала. Но что именно?
   Граф вышел из гостиной и отправился разыскивать Ригглза. У лестничной площадки он остановился, услышав разговор двух женщин.
   – Пока что этот – лучший из всех, Эмма. И мы должны позаботиться о том, чтобы он прошел проверку.
   – Но мы не можем это сделать, пока он одет.
   – Но я ведь попросила его снять сюртук, чтобы можно было видеть его сложение. Когда мужчина в сюртуке, ничего невозможно понять. Даже широкие на вид плечи могут на поверку оказаться узкими, как только мужчина снимет сюртук или фрак.
   – Но он ведь все время будет в сюртуке, не так ли?
   Воцарилось молчание. Потом послышались шаги, и Дариус понял, что дамы отправились в библиотеку.
   – Эмма, думаю, ты очень непрактична, – вдруг снова заговорила Кассандра Вернхем. – Ты и в самом деле думаешь, что мужчина всегда остается в сюртуке, когда пытается очаровать женщину?
   Граф развернулся на каблуках и направился обратно в гостиную. Подруги же, вернувшись в библиотеку и отпустив мистера Лоутона, продолжили разговор.
   – А я говорю, что тебе следует нанять мистера Лоутона. Потому что из всех собравшихся здесь, он пока что самый лучший. А остальных надо отослать, – сказала Кассандра.
   – Говоришь, пока что? Значит, он не лучший из всех возможных. Ох, я и не знала, что в Лондоне столько самонадеянных, самовлюбленных и даже глупых молодых людей… Я никак не предполагала, что мое объявление вызовет такой наплыв желающих получить место. Но увы, их деловые качества разочаровывают.
   Большинство из тех, с кем уже побеседовала Эмма, очень хотели ей понравиться. Но когда они открывали рот, она тотчас понимала: это не то, что требовалось. К тому же все эти молодые люди пытались с ней пофлиртовать – очевидно, полагали, что таким образом сумеют получить место. А вот мистер Лоутон оказался умнее и тоньше остальных. И кое-что знал об искусстве. Что же касается прочих, то они были настолько невежественны, что не знали даже самых известных старых живописцев.
   – Хотелось бы мне думать, Эмма, что виной их молодость и происхождение. Но могу с сожалением добавить, что большинство людей света производят не лучшее впечатление. А люди еще удивляются, почему я не желаю вступать в брак. – Скрестив руки на груди, Кассандра спросила: – Ну так как насчет мистера Лоутона? Подойдет?
   Эмма ненадолго задумалась, потом сказала:
   – Надо отдать ему должное. Он даже сюртук снимал с апломбом. И сумел скрыть свое смущение.
   Кассандра весело рассмеялась:
   – Это потому, что он вовсе не был смущен. Кажется, он нашел это забавным. Так как же?..
   – Думаю, мне стоит еще побеседовать с другими, кто откликнется на объявление сегодня или завтра. И если мы сочтем, что мистер Лоутон все-таки лучший, то тогда наймем его.
   – Очень хорошо, – согласилась Кассандра. – Итак, по пять минут на каждого, не более.
   Кассандра взяла в руки журнал, куда записывала имена, значившиеся в визитных карточках, и, открыв дверь в гостиную, тотчас же закрыла ее. Щеки ее вспыхнули, и она, весьма озадаченная, пробормотала:
   – Они все ушли…
   – Ушли?
   – Да, исчезли. Когда я вызвала сюда мистера Лоутона, там было по крайней мере десять человек. А теперь никого не осталось.
   – Ты хочешь сказать, что гостиная пуста?
   – Нет, один человек дожидается, когда его примут. Но он не ищет места.
   – Почему ты в этом уверена? Должно быть, Обедайя забыл положить его визитную карточку.
   Кассандра направилась к столу у двери, где лежали визитные карточки соискателей, ожидавших своей очереди.
   – Да, его карточка здесь, но… Боже милостивый! Ведь мистер Ригглз должен был нас предупредить об этом… Наверное, сегодня лучше было бы использовать Мейтленда. Он никогда бы не проявил подобной беззаботности.
   Эмма нахмурилась и протянула руку за визиткой.
   – Кто это? – Уставившись на карточку, она пробормотала: – Граф Саутуэйт? Что за невезение! Надо же ему было явиться именно сегодня!
   – Я не предполагала, что ты его знаешь.
   – Мой отец его знал. Он имеет… некоторую заинтересованность в моей компании.
   – Но он, похоже… Похоже, в ярости.
   – Возможно, потому, что я заставила его ждать. Мне не следует медлить, хотя я и хотела бы отсрочить наш разговор, если бы могла. – Эмма разгладила свое черное траурное платье и смахнула с него ниточку. – Ты составишь мне компанию? Возможно, ты знаешь его лучше, чем я. Потому что сама я с ним едва знакома.
   – Я бы предпочла тихонько улизнуть, если не возражаешь, – сказала Кассандра. – Мы с Саутуэйтом не слишком-то ладим, и мое присутствие едва ли улучшит его настроение.
   – Он что, святой, считающий тебя грешницей?
   – Нет, не святой. И я не думаю, что ему есть дело до моих грехов. Но его возмущают слухи обо мне. Я для него слишком скандальная личность, а он для меня слишком высокомерен. – Поцеловав подругу, Кассандра взяла свой ридикюль и направилась к двери. Обернувшись, сказала: – Вернусь утром, и мы сможем продолжить.
Чтение онлайн



1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация