А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Зимние убийцы" (страница 26)

   Глава 18
   Западня

   Вырубает не обязательно самый сильный удар, учил нас Тыгуа. Вырубает тот, которого не успел заметить. В голове моей вдруг разорвалась бомба. «Обвал» – успел подумать я, а в следующий миг всё исчезло.
   – Монтескрипт! Монтескрипт! – гулкое эхо разносило далекие отзвуки по пещерам. Холодно… Я застонал и попытался шевельнуться.
   – Тихо, старина, – несмотря на панибратское обращение, в этом шепоте вовсе не ощущалось теплоты. – Ни звука, иначе мне придется тебя успокоить.
   – Какого дьяв…
   – Тихо! – в горло мне уперлось нечто острое. Что ж, весомый аргумент… Я замер, пытаясь осознать, в каком положении очутился. Очевидно, с момента моего исчезновения прошло не так уж много времени: далекие крики свидетельствовали о том, что товарищи хватились меня и приступили к поискам. Руками я пошевелить не мог: таинственный похититель первым делом озаботился тем, чтобы связать мои запястья. Кругом царила абсолютная тьма. Голоса Эрхенио, Эль Талги и Квирри отдалялись: теперь эхо звучало едва слышно.
   Где это мы? Я ничего не видел, но почему-то ни секунды не сомневался: низкий свод и стены пещеры не далее, чем в полуметре над моей головой. Выпрямиться здесь я бы не смог. Таинственный похититель молчал; я не слышал даже его дыхания, сколько ни прислушивался. Единственным свидетельством его присутствия было острие у моего горла, и за всё это время оно ни разу не дрогнуло.
   Не знаю, сколько прошло времени: может, пять минут, а может, десять… Наконец он шевельнулся.
   – Давай-ка, вставай на ноги. И вперед, только тихо. Чуть шумнешь – суну шпынь под лопатку, и отдыхай, сколько влезет, ясно?
   Я вздохнул. Это его не удовлетворило: острие кольнуло меня чуть сильнее.
   – Я спросил – ясно?
   – Чего уж тут не понять.
   За спиной тихо хрустнуло, и медленно разгорелся тусклый голубой свет: мой конвоир достал палочку химического фонаря, наподобие тех, которыми пользуются военные.
   – Пошел!
   Легко сказать… Я не ошибся: мы находились в каком-то отнорке. Кругом – нагромождения, напластования камня. Согнувшись в три погибели, я двинулся вперед. Он задавал мне направление, придерживая сзади за плечо. Соблазн как следует лягнуть незнакомца был чрезвычайно велик – но я не решался сделать это. Он наверняка готов к такому повороту событий; судя по всему, я имел дело с профи высокого класса. Каким-то непонятным мне образом он ориентировался в этом жутком лабиринте. Свечения химического фонаря едва хватало, чтобы различать окружающее. Спустя некоторое время сделалось просторнее: мы очутились в одной из подземных полостей, и я смог наконец распрямить спину. Где-то, совсем близко, плеснула вода. Подземная река? Или… Озера? Те самые, о которых упоминалось в дневнике старого Шу?
   Неподалеку затеплился фонарь – и стал, покачиваясь, приближаться. Обычное керосиновое пламя показалось мне почти нестерпимо ярким, я не видел подошедшего – но вот голос узнал сразу.
   – Монтес-с-скрипт! Как же я сразу не догадался! – прошипел Даго Хеллисентис, приблизив лампу к самому моему лицу.
   – День добрый. Что, мистер Хеллисентис, решили для разнообразия подышать горным воздухом? Ну и как, со здоровьем стало получше?
   – Ну конечно же! – он почти не слышал меня, пораженный собственными домыслами. – Я-то, как дурак, всё это время гадал: что за напасть свалилась на наши головы? Откуда взялись эти треклятые головорезы? А тут, вот оно что! Это ваших рук дело! – последнюю фразу он почти пропел.
   – Не понимаю, о чем вы. Я здесь совсем по другому вопросу.
   – О, правда? И по какому же? – издевательски осведомился он, и, не давая мне раскрыть рта, продолжил: – Решили прибрать к рукам моё золото, а? Хорошо, хорошо… Вы обязательно увидите, чего вы лишились, Монтескрипт, обязательно… Уж я позабочусь об этом!
   – Да он бредит, – бросил я через плечо. – Вы работаете на психа, друг мой.
   Мой пленитель едва слышно хмыкнул.
   – Обыскать и связать его, да получше! – распорядился Даго. – Господин Икс, проводите нашего гостя к этому придурку, пускай стережет в оба глаза!
   Господин Икс?! Я рассмеялся бы, если б не серьёзность момента. Что за черт? Я что, участвую в дешевой оперетте?!
   – Настоящее имя у вас есть, а, приятель?
   – Не болтай! – легкий тычок меж лопаток задал мне направление.
   – А ведь мы могли бы стать друзьями! – съехидничал я. Он вновь хмыкнул. Что ж, по крайней мере, у парня имеется чувство юмора…
   Лагерь золотоискатели разбили в одном из дальних отнорков. Тут меня ждал ещё один сюрприз. Связанная по рукам и ногам, в каменной нише лежала, скорчившись, Лереа. Что ж – теперь понятно, отчего Тремор сотоварищи словно с цепи сорвались… Слабого света химического фонарика хватило, чтобы понять: головорезы Даго потрудились над ней изрядно. Физиономия великанши опухла, глаза заплыли, один не открывался вовсе. Не могу сказать, что я сильно ей сочувствовал – стоило только вспомнить, сколько зла принесла эта дамочка…
   Напротив, прислонившись к сталагмиту и вытянув забинтованную ногу, сидел фрог лет сорока, рыхловатый, с невыразительной физиономией. Едва завидев господина Икс, он принялся громко ныть и жаловаться на жизнь. Сколько можно сидеть вот так, в темноте и холоде? Он ранен, ему плохо, обезболивающее кончается, а этот мерзавец Хеллисентис и слышать не хочет о том, чтобы помочь компаньону!
   – Ну вот скажите, неужели это так сложно – вернуться в деревню, а? Я же не прошу отправить меня обратно в столицу, но хотя бы помогите добраться до ближайшего врача…
   – Заткнитесь, Эллукан. Тоже мне, страшная рана – слегка задело мышцу… Вот, принимайте подопечного. Добавьте парню веревок и стерегите так же, как и её, – господин Икс мотнул головой в сторону Лереа.
   – Да провалитесь вы в преисподнюю! – плаксиво откликнулся экс-полицейский. – Я ранен, ясно вам? Как, по-вашему, я его свяжу?!
   – Ладно, не нойте… – мой конвоир извлек откуда-то кусок тонкого каната и сноровисто обмотал мне руки и ноги. Я не сопротивлялся: при виде того, в каком плачевном состоянии пребывает Эллукан, у меня моментально созрел план. Под конец Икс воткнул в путы палочку фонаря и растворился во тьме. Сделал из меня подсвечник, юморист. Я так и не смог толком разглядеть его физиономии…
   – Что, Эллукан, ваши компаньоны не слишком-то расположены заботиться о вас, а? – осведомился я, выждав некоторое время.
   Он тут же разразился потоком бессвязных жалоб. Похоже, экс-полицейскому было всё равно, кто его слушает – ему не терпелось выговориться.
   – Да, не больно-то хорошая идея пришла вам в голову, – заметил я, дождавшись, когда поток его красноречия немного иссякнет. – То, в каком положении вы очутились – прямое следствие неправильного образа мыслей.
   – Я всего лишь хотел разбогатеть, – обиженно заявил он. – Что? Это, по-вашему, такое уж преступление?! Почему одним можно разъезжать на роскошных дино и есть с серебра, а другие должны считать каждый трито… И думать, у кого бы занять до жалования на этот раз! Мне выпал шанс, понимаете – один-единственный шанс за всю мою жизнь!
   – В желании обогатиться нет ничего зазорного. Я говорю не об этом. Из всех возможных вы нашли самого скверного компаньона, какой только может быть.
   – По крайней мере, он согласился выслушать меня до конца! – запальчиво возразил Эллукан. – И сразу поверил…
   – Ну, в чутье Даго не откажешь, согласен. Только почему вы решили, что он оставит вас в живых? Проще уж было сразу застрелиться.
   Он фыркнул.
   – Пытаетесь нас поссорить, да? Сами-то вы кто такой? И зачем здесь?
   – Поссорить? – я ловко проигнорировал его вопрос. – Старина, да какой мне смысл делать это?! Вы лежите здесь с простреленной ногой, но так ни черта и не поняли! Вы в его власти, целиком и полностью. Вы никто. Одно слово Хеллисентиса – и господин Икс свернет вам шею, или ткнет ножом, или всадит пулю… Бьюсь об заклад, вы и живы-то до сих пор лишь потому, что ваш босс не видел золотой жилы! Как только вы приведете его к ней, всё – можете считать себя покойником…
   Он громко засопел.
   – Вы ничего не знаете, иначе не говорили бы так… У нас с господином Хеллисентисом заключен контракт! Официально! И всё это нотариально заверено!
   – Ходили к нотариусу? Или даже вызвали на дом? Весьма разумно, весьма… А скажите-ка, это предложение исходило от вас или от Хеллисентиса?
   – Что вы имеете в виду? – насторожился он.
   – Вопрос простой, Эллукан. Кто вызвал нотариуса? Вы вообще уверены, что фрог, оформлявший бумаги – это нотариус, а, например, не один из секретарей вашего компаньона? Старина Даго славится подобными, хм-м, милыми шутками…
   В пещере повисло молчание: экс-полицейский пытался заново осознать ситуацию.
   – Вас поимели, Эллукан, – ласково произнес я. – И ко всему прочему, вы стоите одной ногой в могиле.
   – Да кто вы такой, провалиться мне в преисподнюю?! – воскликнул он.
   – Позвольте представиться: Эдуар Монтескрипт, конфиденциальный агент, – я усмехнулся.
   – Сыщик? На кого работаете?
   – В этом деле – на самого себя. Надо свести кое с кем счеты… Между прочим, совсем недавно мне довелось перейти дорожку вашему партнеру. Я остался в живых просто чудом, можете поверить! Включите мозги, Эллукан. Вы должны хоть немного разбираться во фрогах… Неужели вас ни капли не настораживает, как Даго ведет дела? Как обращается с вами? Неужели это не наталкивает вас ни на какие мысли? Или вы предпочитаете закрывать на всё глаза? Ну, ставка здесь ваша жизнь – вам и решать, конечно…
   – Я же просил не так много, – пробормотал он. – Треть, всего лишь треть! Даже не половину!
   Я расхохотался.
   – Да уж, простаков, как вы – ещё поискать! Слушайте, вы же работали в полиции! Как вам удалось сохранить такую… Детскую наивность?! Это всё равно, что оставаться девственником, квартируя в борделе! Ну подумайте сами, зачем кому-то что-то вам платить, если можно не платить ни-че-го! Вас даже хоронить не надо: эти пещеры – готовая могила!
   Вновь молчание. Я боялся даже громко вздохнуть: лишь бы клиент не сорвался с крючка…
   – Я чувствовал, – пробормотал он себе под нос. – Я знал… Таким, как я, в жизни суждено только одно – быть неудачником…
   – Можете утешаться тем, что скоро всё закончится, – жестко ответил я. – Ну, или…
   – Или что? – с надеждой спросил он.
   – Или можете побороться. Терять-то вам, по большому счету, уже нечего, приятель, а вот выиграть… Выиграть можно такой пустячок, как жизнь.
   – Куда ж я отсюда денусь, с простреленной-то ногой? – обреченно вздохнул он.
   – Хеллисентис наверняка рассуждает так же. Но послушайте, вторая-то нога у вас здорова! Да и рана, по утверждению господина Икс, пустяковая. Боль можно и потерпеть. Нйдете, из чего соорудить костыль?
   – Ну-у… Допустим. А потом?
   – Насколько я помню этот дневник, подземные озера примерно на полпути к золотой жиле?
   – Около того; может, больше – две трети…
   – Даже если две трети. Им надо дойти дотуда, потом вернуться обратно… К тому же, я уверен – они не устоят против соблазна отколупнуть себе кусочек-другой! А это ещё час, а то и два. Пока они сообразят, что вас нет, пока снарядят погоню… Дохромаете. В конце концов – может, Хеллисентис не станет тратить на вас силы! У него тут есть настоящие враги, приятели этой … – я кивнул на Лереа. – Главное, убедите их не брать вас с собой.
   – Они так и собирались сделать, но господин Икс углядел свет в дальних пещерах – и отправился проверить, в чем дело…
   – Ну, теперь он знает. Это был я, – говорить «мы» в данной ситуации не стоило; пусть лучше думает о своих проблемах, мне это на руку.
   – Тогда, наверное, они уже в пути.
   – Я бы на вашем месте не терял времени.
   Он со стоном приподнялся.
   – Владыки преисподней, как больно!
   – А вы чего хотели? Радуйтесь, Эллукан, радуйтесь. Только мертвые не чувствуют боли. Кстати, как знать… Если уж выберетесь, сможете вновь попытать счастья – но теперь подыщете нормальных компаньонов!
   Эти слова добавили ему прыти. Он достал из моих пут фонарик и довольно бойко заковылял прочь.
   – Эй, постойте, а как же я?!
   – Я по-прежнему не знаю, что у вас на уме! – пропыхтел он. – Спасайте себя сами, господин сыщик!
   – Хотя бы развяжите веревки!
   Ага, как же. Бывший старший констебль Эллукан был занят спасением собственной никчемной шкуры; всё прочее его не слишком волновало. Я ещё некоторое время пробовал взывать к его совести, потом замолчал и тихонько хмыкнул.
   – Вот она, фрогская благодарность… Ладно, не больно-то и хотелось.
   – А ты та ещё бестия, Монтескрипт, – подала голос Лереа, когда слабый голубой свет превратился в едва различимое пятнышко. – Мы тебя недооценили… Таких, как ты, надо сразу убивать; потом легче живется.
   – Сдохни ты сегодня, я завтра, – отозвался я.
   На этом мы завершили обмен любезностями. Чуть погодя с её стороны послышалось тяжелое дыхание и быстрые ритмичные звуки. Что она там… Веревка!
   Я сразу припомнил покореженную ванну в зимних купальнях. Эта тетка была дьявольски сильна; если она избавится от пут первой… Извиваясь, я подполз к ближайшему сталагмиту и принялся лихорадочно тереть об него веревку. Шершавая поверхность камня оказалась замечательным абразивом: не прошло и пяти минут, как я почувствовал, что тугие витки слабеют.
   Мы освободились почти одновременно – по крайней мере, мне так показалось. Стараясь не шуметь, я двинулся в сторону озера. Судя по звукам, Лереа некоторое время следовала за мной, сохраняя, впрочем, хорошую дистанцию; а потом отстала. Ладно, сейчас не до неё… Я добрался до воды и некоторое время я бродил вдоль берега, вытянув вперед руки – приложиться физиономией о камень совсем не хотелось. Наконец, мне повезло: по пальцам мазнула ткань. Палатка! Я лихорадочно нашарил вход и залез внутрь.
   Как я и предполагал, Хеллисентис со своими головорезами отправились в путь налегке. Тюки с провизией и снаряжением остались здесь, под ненадежной защитой Эллукана – впрочем, полагаю, у Даго не было особого выбора. Оставить на страже господина Икс? Но тот был лазутчиком, да и вообще «ударной силой» группы. Телохранитель? Но кто же тогда будет прикрывать его драгоценную задницу? Ха! Наверняка он сейчас жалеет, что не взял с собой побольше народу!
   Некоторое время я пытался определить на ощупь, что же передо мной; по закону всемирной подлости, под руку лезли разные тяжелые, угловатые и совершенно ненужные предметы. Но вот, наконец, я нашарил коробок спичек. Дальше дело пошло веселее. Не прошло и минуты, как я обнаружил хороший керосиновый фонарь и – вот счастье! – моё оружие. Из палатки я вылез, грозно поводя стволом. Лереа, конечно, не было. Ушла? Или затаилась где-нибудь поблизости? Я бегло обследовал пещеру, каждую секунду готовый к нападению… Ничего. Что ж, придется продолжить путь. Я покачал фонарь, прислушиваясь к плеску керосина. Заправлен под завязку. Хорошо; будем надеяться, этого хватит.
   От мушкета я, по некотором размышлении, отказался – и притопил его возле берега. Штука тяжелая, да и будет ли от него толк при внезапном нападении? Вот пистолет – другое дело. Кроме того, я взял весьма кстати подвернувшееся мачете. Так уж сложилось, что холодному оружию я доверяю больше, чем огнестрельному; к тому же, недурно умею фехтовать – спасибо учителю Тыгуа и моим спарринг-партнерам. Это была стандартная, привычная мне армейская модель. Пальцы у фрогов несколько длиннее, чем у людей, так что я обычно подгонял рукоять под себя, но сейчас было не до того.
   Идти пришлось часа три – впрочем, здесь, под землей, чувство времени начинало сбоить, так что я не могу сказать с точностью, сколько занял путь. Выбирать направление было несложно. Череда подземных озер тянулась вдаль; собственно, это были даже не озера, а разлившаяся по пещерам река. Шагай себе вдоль берега; главное – не поскользнуться и не лезть в отнорки. Лишь однажды я изменил этому правилу, заметив нечто, торчащее из груды камней. Это оказался старинный, с примкнутым штыком мушкет – изъеденный ржавчиной почти до неузнаваемости… Могила. Могила того самого паренька-конфедерата, раненого в последней схватке с королевскими отрядами; проводника, обещавшего вывести «непримиримых» по ту сторону гор.
   …Они похоронили его в одной из пещер – бережно уложили тщедушное тело в нишу, укрыли шинелью и завалили камнями…
   Наконец, озера кончились. Впереди зияло сразу пять тоннелей. Замотав руку шарфом, я осторожно снял с фонаря горячее стекло. Ровно… Ровно… Ага, заколебалось! В одной из этих дыр явно ощущался ток воздуха; туда я и полез. Поначалу тоннель был узким, но постепенно расширялся – и наконец вывел в огромную полость.
   Свет факелов не доставал до противоположного конца исполинской каверны; в нескольких шагах от входа зияла пропасть. Шумела вода. Тремор взял догорающий факел и бросил его вниз. Солдаты зачарованно наблюдали, как огненный росчерк летит, превращаясь в еле заметную искру, а потом и вовсе исчезает.
   Никакого провала не было и в помине. Вместо него темнело большое, почти правильной круглой формы озеро. Подземелья живут своей жизнью. В течение сотни лет эта исполинская шахта мало-помалу заполнялась водой. Страшно подумать, какая здесь глубина. Я поднял взгляд повыше.
   По краю каверны шел карниз – неровный и усеянный отколовшимися от невидимого свода каменными глыбами, но достаточно широкий, чтобы по нему можно было без опаски пройти.
   Всё верно, пройти можно – хотя камней нападало изрядно. Помнится, в дневнике было ещё что-то про водопад, но я не слышал никаких звуков, кроме собственного дыхания. Ладно, здесь я пройду, ничего сложного. Другое дело, что большую часть пути спрятаться, по сути, негде – если в пещерах я мог укрыться за сталагмитами, то здесь стану ходячей мишенью… Я поднял лампу повыше. Крохотная, по масштабам пещеры, искорка не могла разогнать вечную ночь подземелья. Жутковатое местечко – хотя пещеры в принципе не слишком-то уютны… Казалось, сам воздух здесь давит на плечи, пригибая к земле.
   Ещё одна мысль не давала покоя. Где-то впереди почти наверняка ошивались Тремор и его подельник. Вполне возможно, что к ним присоединилась и Лереа – великанша вполне могла обогнать меня; судя по всему, шайка «зимних убийц» знала эти подземелья неплохо. Хеллисентис с телохранителем и господин Икс тоже должны были находиться поблизости: если верить дневнику, до золотой жилы оставалось всего ничего. Не говоря уже о моих компаньонах… И тем не менее – я до сих пор не слышал ни звука. Куда все пропали? Я усмехнулся. Стоя здесь, я этого точно не узнаю. Пора начинать восхождение.
* * *
   Мне повезло – как везло, в общем, уже не раз в этом нелепом, кошмарном, вымотавшем всю душу деле. Никто не соблазнился возможностью пострелять по освещенной мишени; никто не выскочил, размахивая заточенным железом, из темноты. По мере того, как я поднимался наверх, становилось холоднее. Русло подземной реки оказалось пересохшим, и я немного приободрился: карабкаться по скользким камням сквозь водопад мне совсем не улыбалось…
   Узкий ход был наполовину завален каменными обломками. В одном месте мне пришлось пробираться на четвереньках, лишь самую малость не задевая макушкой растрескавшиеся глыбы. Очень неприятное ощущение…
   Золотая жила открылась взгляду неожиданно: змеящаяся полоса пролегала примерно на уровне моих глаз. Она и впрямь чем-то напоминала молнию, застывшую среди каменных туч. В других обстоятельствах я бы рассмотрел её как следует, может даже, попытался бы отковырнуть кусочек-другой (я не святой), но сейчас просто бросил мимолетный взгляд. То, что нависало над головой и то, что скрывала темнота за пределами освещенного участка, волновало меня куда больше. Старина Даго уже вовсю должен долбить здесь породу; что же помешало ему? Завал наконец кончился: я смог распрямить спину.
   Это место было в каком-то смысле пределом, границей. До сих пор я хотя бы приблизительно знал, что меня ожидает; теперь же впереди была полная неизвестность. Что ж, посмотрим. Этот, последний тоннель имел небольшой подъем. Поначалу он был почти незаметен, но вскоре я ощутил, что идти сделалось тяжелее. А потом впереди забрезжило слабое мерцание.
   Оно было холодным, голубоватым – явно не лампа и не факел; больше похоже на свет очень пасмурного дня… Неужели выход?! Вскоре мой фонарь сделался ни к чему. Я затушил фитиль. Керосин надо экономить. Тоннель заканчивался обширной пещерой. Я вышел на середину и остановился.
   С трех сторон меня окружал камень; четвертая была полупрозрачной. Один из бесчисленных языков глетчера, берущего начало в вечных снегах высокогорья, закупоривал проход. Сверху, между потолком пещеры и льдом, оставалась узкая щель – именно оттуда сочился свежий воздух и пробивался свет. Рыжеватый конус возле большого камня – когда-то он был пирамидой мушкетов, теперь поросших пушистой ржавчиной. Полуистлевшие холщовые ранцы, ящики с какой-то армейской справой, бочонки, кожаные бурдюки – всё аккуратно уложено или составлено вдоль стен. В голубовато-серой полупрозрачной толще что-то темнело. Я подошел ближе.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация