А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Зимние убийцы" (страница 1)

   Павел Марушкин
   Зимние убийцы

   Это была одна из тех ночей, когда тучи висят над землей очень низко, и все покрывается мглой.
Микки Спиллейн. Большое убийство

   Глава 1
   Розовый лёд

   – Нет, ты только глянь на них, а?! – фыркнул доктор Барбудо. – Глянь, говорю, на эти заторможенные движения, на согбенные спины, обрати внимание на вялую, спотыкающуюся походку. И ведь их там целый город… Огромнейший город! Тьфу! Даже смотреть противно. Ну чем, скажи на милость, они отличаются от кишащих в луже головастиков? Да в тех самых головастиках куда больше жизни и смысла, уж ты мне поверь!
   Старый Шу тяжело вздохнул и оглянулся назад. Одинокая цепочка синеватых следов исчезала вдали. Дневной переход через присыпанные снегом болота дался ему нелегко. Зима в этом году выдалась тёплой, и топкая почва не промерзла, как обычно. Хляби, скрытые под пушистым белым покрывалом, зачастую были смертельно опасны: провались он в трясину – и выручить будет некому, кричи, не кричи… Он нарочно выбрал маршрут, отстоящий одинаково далеко и от сухопутного тракта, и от реки. Здесь, среди расстилающихся во все стороны болот, можно было идти дни напролет, так и не встретив ни единой живой души. Тишина и пустота… Лишь закат красил нежным багрянцем купы заиндевелых деревьев вдали. Нет, он не боялся смерти, даже такой неприглядной. Страх – удел холодных, опустелых сердец, а в его душе горело жаркое пламя. По крайней мере, так утверждал доктор Барбудо. Сам он выразился бы осторожнее: угли, мерцающие угли под сероватым налетом пепла. Но жаркие, безусловно жаркие. К слову, горение неплохо бы поддержать. Закинуть в топку полешек…
   – Чего там, кормят? – Шу прищурился. Да, похоже на то: полевая кухня и очередь бедно одетых, ссутулившихся на холодном ветру фрогов. Должно быть, Королевское благотворительное общество осчастливило уличных бродяг бесплатной похлебкой. Вот что значит – столица! Это хорошо. Голод, поутихший было за последние несколько часов, проснулся с новой силой. Правда, его спутник категорически не одобрял благотворительности…
   – Поешь, поешь, – милостиво разрешил доктор Барбудо. – И отдохни, если найдёшь где. А потом мы с тобой займёмся делом. Подарим этому городишке немного живительной эвтаназии.
   Живительная эвтаназия была коньком доктора. Старый Шу, впрочем, не любил всех этих заумных словечек. К чему? Убийство – оно и есть убийство.
* * *
   Эльза потянулась – всем телом, словно кошка, и, выскользнув из-под одеяла, подошла к окну. Я невольно залюбовался её грациозной фигурой. Обнаженная женщина на фоне розоватых от утреннего солнца сугробов – удивительное сочетание… Готов поспорить, она сделала это нарочно. Актриса всегда остаётся актрисой.
   – Накинь что-нибудь, простудишься… – проворчал я. Что поделать – нативы куда менее восприимчивы к холодам, чем мы, люди; по этой причине отопление в моём жилище оставляло желать лучшего.
   – Это неизбежно, – насмешливо откликнулась рыжеволосая красотка. – Закон природы: если я остаюсь тут на зиму, то простужаюсь… Лучше покончить с этими неприятными формальностями как можно скорее.
   В её словах была какая-то извращенная логика. Я лишь покачал головой, чувствуя себя немного виноватым. Собственно, наши отношения – единственное, что удерживает её здесь в холодное время года. До того, как мы встретились, Эльза всегда отправлялась на гастроли в Метрополию или по мирам спектра ван Верде – в зависимости от предложений антрепренеров. Зима в Королевстве Пацифида – мёртвый сезон. Здешние коренные обитатели, фроги, они, как бы это сказать… Земноводные. Несколько иная физиология, понимаете? По меньшей мере две трети столичных жителей впадают в криобиоз – попросту говоря, замерзают в своих бассейнах, коими оснащены практически все жилища… Весьма необычная традиция, особенно с точки зрения чужаков. Я-то, конечно, не совсем чужак. Позвольте представиться: Эдуар Монтескрипт, частный детектив и потомок иммигрантов в первом поколении. К слову сказать, неплохой знаток здешних обычаев и традиций – как говорится, положение обязывает; чем и пользуюсь без зазрения совести. Работы хватает: за эти годы я создал себе весьма недурную репутацию. Меня знают и фроги, и представители местной иммигрантской общины; так что теперь, если кому-то вдруг понадобился хороший сыщик, первым делом вспоминают моё имя. Впрочем, зимой для меня куда меньше работы, чем в тёплый сезон. Зато остаётся море времени на личную жизнь.
   С Эльзой Нимитц мы познакомились во время одного из моих предыдущих дел – и как-то неожиданно для самих себя оказались в одной постели. Вопрос о том, кто из нас кого соблазнил, до сих пор остается камнем преткновения – и нашей любимой шуткой. Особую пикантность ситуации придает тот факт, что она лет на пять меня старше.
   Я тихонько подошел к ней, обнял за плечи и прошептал на ушко:
   – Почему бы нам не вернуться под одеяло, любимая? У меня на этот счет большие планы…
   – Увы, мой друг, – тихонько пропела она. – Похоже, твоим коварным замыслам не суждено сбыться. Я вижу роскошный диномобиль у дверей Лакси – а это почти наверняка означает…
   – Что кому-то потребовались мои услуги, – со вздохом согласился я. Лакси Юнгельсельги – содержатель небольшого кафе и мой партнер; его заведение уже давненько служит мне чем-то вроде офиса. Очень удобно, и вдобавок, не надо тратиться на аренду…
   Диномобиль, да ещё с гербами на дверцах – не иначе, дорогая игрушка какого-нибудь аристократа. Наш район, вообще-то, считался более-менее респектабельным – но не настолько. Толстосумы предпочитают заведения другого пошиба. Так что Эльза, скорее всего, права: это по мою душу. Готов поспорить: не пройдёт и пары минут, как в дверь примется барабанить мальчишка-посыльный. А ведь день начинался так хорошо…
   – Не знаю, кто это может быть, но я обдеру его, как липку! – мрачно посулил я, прыгая на одной ноге и пытаясь засунуть другую в штанину. – Просто за то, что испортил мне романтическое настроение.
   – О, милый, ты такой меркантильный! Это прелестно! Так ты сводишь меня вечером в ресторан? – иронично спросила Эльза.
   – Вне зависимости от того, возьмусь я за это дело или нет! – твердо пообещал я и распахнул дверь навстречу мальчишке-фрогу, уже занесшему руку, чтобы постучать.
   – Ты от Лакси. Ко мне посетитель, так? – я картинно приставил палец к носу, буравя его взглядом. – Аристократ. Подвалил на роскошном дино. Очень нетерпелив. Лакси просил поторопиться. Что я упустил?
   Юнец несколько раз беззвучно открыл и закрыл рот.
   – Да! – наконец выдавил он. – Нет! То есть… Да, всё так!
   – Хорошо, сейчас буду, – я сунул ему мелкую монетку и захлопнул дверь, прежде чем он успел сформулировать вопрос.
   Дешевый трюк, скажете вы. Всё верно. Но именно дешевые трюки питают людскую молву… Да и фрогскую тоже. Из подобных мелочей зачастую складывается репутация.
* * *
   Диномобиль был не просто роскошным. Последняя модель – к тому же, оснащенная помимо колёс широкими полозьями, специально для зимнего времени. Штука не из дешевых. Я совершенно не разбираюсь в геральдике, но герб на дверце был мне знаком: три туго набитых мешка, и на их фоне – скрещенные молоты. Не вполне аристократы, но что-то вроде. Торговый дом Эддоро. Этот клан мог соперничать древностью с самыми известными фамилиями королевства, не говоря уж о богатстве. Мысленно увеличив обычный почасовой тариф ровно вдвое, я толкнул дверь и вошел.
   Он устремился навстречу, не успел я дойти до стойки – низенький, средних лет фрог в тёмном пальто и кепи. Не самая важная птица: дворецкий или водитель.
   – Господин Монтескрипт? Вы должны срочно проехать со мной…
   Ну конечно, их обычная ошибка. Потенциальные клиенты зачастую считают, будто я им априори что-то должен, раз уж они соизволили осчастливить меня своим вниманием. Особенно прислуга – всевозможные лакеи, секретари и тому подобная мелкая сошка. Наверное, частный детектив в их представлении – что-то вроде дрессированного зверька, который только и ждет команды, чтоб начать кувыркаться… А так и будет, если сразу не поставить их на место.
   – Не спешите, любезный, – поморщился я. – Для начала неплохо бы представиться. Я, конечно, заметил герб, но…
   – Да, разумеется, простите! – стушевался он. – Просто… Я Марж, дворецкий господина Ло Эддоро. Я бы хотел, чтоб вы взялись за расследование… Одного… Нашего дела.
   Это «я» несколько меня озадачило.
   – Так кто из вас меня нанимает, вы или ваш хозяин?
   – Понимаете, он… Он ошарашен. Раздавлен. Он просто сидит, уставившись перед собой, и… Ну, в общем… Я взял на себя смелость выступить от его имени.
   – Это замечательно, Марж. Но прежде, чем мы продолжим, я бы хотел уточнить одно обстоятельство. Мне, собственно, всё равно, кто будет платить – вы или господин Эддоро. Для меня важно только одно – получить деньги. Десять трито в час, не считая расходов, – тут я краем глаза заметил, как поползли вверх брови Лакси: обычно моя такса была – пять. Что поделаешь, надо выполнять данные самому себе обещания.
   Марж отмахнулся, словно от назойливого насекомого.
   – О деньгах не беспокойтесь…
   Ну да, конечно. Старый трюк: всё хорошо, покуда дело не дойдёт до оплаты. Вот тут-то клиент частенько начинает юлить и изворачиваться… А богатеи – особенно. Прижимистая публика.
   – Я всегда о них беспокоюсь, друг мой. Гонорары – это то, на что я живу.
   Он с готовностью вытащил бумажник. Я не шелохнулся.
   – Вы всё ещё не сказали мне, что же, собственно, произошло.
   Янтарные глаза дворецкого внезапно наполнились слезами.
   – Убийство… – выдавил он.
* * *
   Марж вёл дино быстро, но аккуратно. Вообще-то, я предпочитаю другие виды транспорта, но своеобычные для теплого времени рикши зимой не работали, а носильщики паланкинов запрашивали за труды несуразно много. К тому же, куда приятнее ехать в тёплом салоне, чем в продуваемой всеми ветрами будке. Дорога предстояла длинная: усадьба Эддоро располагался за городской чертой. Я рассеянно поглядывал в окно. Улица словно вымерла: там, где раньше сновал народ и кипела жизнь, теперь царил покой – лишь изредка нарушаемый одинокими прохожими. Конечно, в центре публики было побольше, но и здесь ощущалось зимнее запустение.
   Криобиоз… Просто долгий сон – очень глубокий и без сновидений; по крайней мере, все мои друзья-фроги описывали его именно так. Отключаешь отопление, ложишься в гуттаперчевую ванну – или устанавливаешь в домашний бассейн специальный вкладыш, чтобы лед не разломал его стенки. Мало-помалу холод сковывает твои члены – должно быть, не слишком приятное ощущение, но раса амфибий воспринимает перепады температуры куда легче нас, людей. Через некоторое время его перестаёшь ощущать – и засыпаешь, а вода вокруг тебя мало-помалу превращается в лёд… Говорят, это даже полезно, по крайней мере, в финансовом отношении уж точно. Забавно, но наибольший процент впадающих в зимнюю спячку – среди бедняков и богатеев. Средний класс далеко не всегда позволяет себе роскошь отдохнуть до весны. Полиция, армия, многочисленные коммунальные службы и те, без чьего ежедневного труда город не может обойтись, вынуждены бодрствовать вне зависимости от своих предпочтений.
   Миновали последние дома. Диномобиль слегка тряхнуло, движение замедлилось: мы выехали на заснеженную дорогу и теперь в ход пошли полозья. На ветровое стекло оседали снежинки. Пожалуй, для Эддоро такой транспорт – насущная необходимость, а не каприз нуворишей, как я было подумал вначале.
   Архитектура усадьбы представлялась типичной для жилищ состоятельных фрогов: обилие крытых веранд, плоские крыши которых поддерживались множеством колонн, пруды, подступающие к стенам… Затейливая планировка намекала на вложенные в проект немалые средства. Я окинул взглядом сугробы.
   – Похоже, летних помещений куда больше, чем зимних, а?
   Марж кивнул.
   – Да, отапливаются лишь несколько комнат в глубине дома… Здесь всё обустроено по старинке, и мы экономим на угле.
   – А как же это? – Я кивнул на решетчатую антенну энергоприемника, возвышающуюся над крышами.
   – Разумеется, мы пользуемся некоторыми благами цивилизации, – пожал плечами дворецкий. – Но легко можем обойтись без них. Главный корпус возведен более ста лет назад, всё необходимое для автономного существования у нас есть. Да и народу не так уж много. Молодые господа предпочитают квартировать в Амфитрите, поближе к деловым кварталам… Постоянно здесь живут только старый господин Ло с племянницей и мы.
   – «Мы» – это кто?
   – Мы, слуги. Я, моя жена – она готовит на всех. Микш и Торо – они занимаются работами по дому… Ну, и Эрхенио, наш сторож и охранник.
   – Охранник? Только один? – удивился я.
   – Мы живем на отшибе… – он пожал плечами.
   Что ж, в этом есть резон. Чем больше народу вокруг – тем больше вероятность преступления. Хотя уединенная жизнь отнюдь не гарантирует безопасности – в чем Эддоро и убедились на собственном горьком опыте…
   Повозившись с ключами, дворецкий отпер замок. Мы миновали длинный стылый коридор, прошли под кирпичной аркой и очутились в помещении с низким потолком. Большую его часть занимал бассейн или, скорее даже, маленький пруд с каменистыми берегами и песчаным дном. Снега здесь не было и в помине, а лёд оказался столь гладок, что сквозь него ясно можно было разглядеть переплетения узловатых корней кувшинок. Пол, выложенный цветной керамической плиткой, на стенах светильники, маленькие и тусклые. В общем, довольно стильно – хотя и мрачновато.
   – Это зимняя спальня, – едва слышно шепнул мне Марж. – Крыша здесь раздвижная. Весной, когда сойдёт снег, солнечные лучи быстро нагревают бассейн…
   – Я смотрю, он промерз до дна. У вас тут стужа посильней, чем на улице, – я поёжился.
   – Скрытые хладоэлементы. Зимний сон не должна прервать случайная оттепель…
   Я кивнул, с любопытством поглядывая на коленопреклоненную фигуру в центре ледяного поля. Скудное освещение скрадывало детали. Глубокий старик, лицо – воплощенная маска скорби. Должно быть, Ло Эддоро собственной персоной, кто же ещё… На что это он смотрит? Я осторожно ступил на скользкую поверхность.
   – Гхм. Здравствуйте! Меня зовут Монтескрипт, Эдуар Монтескрипт…
   Он не шелохнулся. Ни единого жеста, ни слова – я вообще не понял, осознаёт он моё присутствие или нет. Шаг, ещё один, ещё… И тут я наконец увидел.
   Она лежала возле самого дна, вмёрзнув в лёд. Сказочная принцесса, спящая красавица, тонкорукая дева в лёгком сиреневом платье – его складки, прихваченные льдом, казались высеченными из камня.
   Только лица не было видно: в том месте, где находилась её голова, от поверхности льда шла вниз мутно-белая колонна. Я не сразу понял, что это такое, а поняв – не сразу поверил… Кто-то пробурил во льду скважину, почти до самого дна. Вокруг отверстия высилась горка крошева… И оно было розовым. Розовым, а не белым.
   – Господин Ло так и сидит здесь, вот уже несколько часов… – сдавленным голосом прошептал дворецкий. – Я не знаю, что с ним делать… Не могу сдвинуть с места.
   – Это его племянница? – на всякий случай спросил я. Марж молча кивнул. Крупная слеза поползла по его щеке.
   – Вы сообщили в полицию?
   – Я послал Торо, сразу, как только увидел это… А потом вспомнил о вас, прыгнул в дино и помчался в город. Все в один голос говорят, что вы лучший… – он внезапно подался вперед и стиснул мою руку. – Господин Монтескрипт, умоляю – возьмитесь за это дело! Такое злодеяние просто нельзя оставить безнаказанным, нельзя!
   – Успокойтесь, – холодно отозвался я. – Я ведь уже согласился провести предварительное расследование, верно? Так что не мешайте.
   Марж шмыгнул носом и послушно отошел в сторону. Я закурил. Не могу сказать, что это убийство оставило меня равнодушным, нет. Было в нем что-то на редкость циничное. К погруженной в зимний сон девушке отнеслись, как к вещи – никчемной и бесполезной. Но мне довелось повидать немало смертей – и несколько лет назад, во время Трехдневного восстания, когда в столице царил ад кромешный, да и позже, расследуя некоторые дела. Я не имел права поддаваться эмоциям. Сейчас самое важное – взять след.
   – Кто из вас обнаружил тело?
   – Должно быть, господин Ло… Я нашел его тут. Понимаете, у нас существует правило… Встаём мы рано, и ещё до завтрака я получаю распоряжения по дому – относительно необходимых закупок, визитов и прочего… Когда я не застал господина Эддоро в кабинете, я немного занервничал, и…
   – Занервничали? Почему? – перебил я.
   – Я же говорю вам, у нас сложился определенный порядок, и он не менялся уже много лет… В общем, я пошел искать его, ну и…
   – А когда вы последний раз заходили сюда? Я имею в виду, до сегодняшнего утра?
   Он моргнул.
   – Н-не помню, довольно давно… Дней десять, или пятнадцать…
   – А поточнее? Попытайтесь вспомнить, это важно.
   И полиция, друг мой, не успокоится, покуда не получит ответа на этот вопрос, добавил я про себя. Кстати, о полиции: неплохо бы поторопиться. Я обошел дворик кругом. Никаких следов. Злодей соткался из воздуха, сделал своё черное дело и испарился… Если, конечно, злодеем не был сам господин Эддоро или один из его домочадцев. А ведь похоже на то!
   – Где-нибудь в вашем хозяйстве имеется ледовый бур? – поинтересовался я.
   – Н-нет, откуда?
   – Ну мало ли – вдруг кто-то здесь увлекается зимней рыбалкой?
   Марж покачал головой. Подобное хобби никем из обитателей усадьбы не практиковалось.
   – А где вообще хранится весь инвентарь? Инструменты и всё такое?
   – По большей части в сторожке, Эрхенио часто возится с ремонтом…
   – Так что, вспомнили, когда вы последний раз здесь были?
   Глаза дворецкого неожиданно прояснились.
   – Да! Четыре дня назад я заглядывал сюда, проверял, всё ли в порядке с крышей – как раз после первого сильного снегопада…
   – Значит, вы последним видели девушку живой?
   Он уставился на меня с обидой и недоумением.
   – Не знаю, что вы имеете в виду, господин Монтескрипт; но если то, что я думаю…
   – Я вынужден задавать вопросы, в том числе и неприятные, – пояснил я. – Даже и вам, моему нанимателю. Такова моя работа.
   – Господин Эддоро заходит сюда почти каждый день, – сухо сказал Марж. – Он очень любит… Любил свою племянницу. Что до остальных – понятия не имею. Вам лучше спросить их самих.
   – Я хотел бы поговорить с каждым из живущих здесь. И прежде всего – с охранником. Эрхенио, так его зовут? Кстати, где он?
   – Должно быть, у себя, в сторожке…
   – Он, вообще, в курсе произошедшего?
   – Да, конечно! Я… Я всем сказал…
   А увести босса от замерзшего бассейна с жутким содержимым никто даже не подумал. Любопытно… Либо господин Эддоро вышколил свой персонал так, что те и помыслить не могут сделать хоть что-то без его дозволения, либо… Либо они не больно-то стремятся облегчить его положение.
   – Почему никто не увел его в тепло? – я кивнул на старика.
   Дворецкий замялся.
   – Мы не посмели тревожить…
   – Думаю, сейчас самое время. Ну-ка, помогите мне.
   Вдвоём нам удалось поднять господина Эддоро (а он был тяжел) и, поддерживая его с двух сторон, отвести в отапливаемую часть дома. Он шел, словно механическая кукла – бездумно переставляя ноги. Оставив Маржа хлопотать вокруг хозяина, я отправился на поиски Эрхенио. По словам дворецкого, единственный охранник усадьбы отличался нелюдимым характером. Отставник, бывший сержант боевых пловцов. Интересно… Бойплавы у нас – элитные войска, да к тому же находящиеся под личным патронажем Его Величества. Наверняка серьёзный парень.
   Сторожка находилась на некотором отдалении от центрального корпуса – небольшой домик под согнувшимися от снега ветвями деревьев. Меж сугробами была прокопана тропинка. Я постучал. Никакого ответа. Отойдя на несколько шагов, я запрокинул голову. Над трубой вился дымок. Что ж…
   Дверь оказалась незапертой. Внутри было довольно уютно – несмотря на то, что большую часть помещения занимал всевозможный хозяйственный инвентарь. Но у каждой вещи было своё место. У противоположной от входа стены пылал очаг. Как я уже говорил, фрогам не требуется столько тепла, как нам, людям – они куда менее чувствительны к холоду. Но здесь было не просто тепло – жарко. У огня восседал здоровенный тип. Надо сказать, мои соотечественники-амфибии имеют одну физиологическую особенность. Где-то после сорока все без исключения обзаводятся солидным брюшком, что, впрочем, ничуть не влияет на их ловкость и подвижность. Эрхенио было уже за шестьдесят, его обтянутое драным свитером пузо покоилось на бёдрах, словно бурдюк с вином. Могучие ручищи, каждая – едва ли не с мою ногу толщиной, широченные плечи… Фигура борца или штангиста. Внушительный дядя! Взгляд, которым он одарил меня, трудно было назвать дружелюбным.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация