А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Джоконда и паяц" (страница 1)

   Наталья Солнцева
   Джоконда и паяц

   Бойтесь кисти живописца – его портрет может оказаться более живым, чем оригинал.
Агриппа Неттесгеймский{Агриппа Неттесгеймский (1486–1535) – ученый, алхимик, писатель, врач, философ, астролог.}

   Дорогой читатель!

   Книга рождается в тот момент, когда Вы ее открываете. Это и есть акт творения, моего и Вашего.
   Жизнь – это тайнопись, которую так интересно разгадывать. Любое событие в ней предопределено. Каждое обстоятельство имеет скрытую причину.
   Быть может, на этих страницах Вы узнаете себя. И переживете приключение, после которого Вы не останетесь прежним…
   С любовью, ваша
   Наталья Солнцева

   Глава 1

   Она оперлась на подоконник и свесилась через окно на улицу. В лицо пахнуло сыростью. Далеко внизу виднелся серый квадрат асфальта, обрамленный газонами. Двое подростков в ярких курточках брели в обнимку по пешеходной дорожке.
   Ее сердце не замерло от страшного предчувствия, не забилось тревожно.
   Она много выпила, голова слегка кружилась. Влюбленная парочка показалась ей смешной и трогательной. С высоты восьмого этажа парень и девушка выглядели маленькими, беззащитными. Она напрягала зрение, пытаясь разглядеть на асфальте крохотную блестящую точку.
   – Ничего не видно…
   Она наклонилась ниже, еще ниже. Не надо было класть дорогую вещицу на окно. Нечаянно смахнуть украшение с подоконника – раз плюнуть. Золотой браслет подарил ей поклонник. У них намечался роман.
   Подростки остановились и принялись целоваться. Жалко, если они заметят браслет и подберут. Они своего не упустят.
   – Эй! – крикнула она и помахала им рукой.
   Они не услышали, продолжая тискаться. Им сейчас не до нее и не до браслета. Пока что.
   Она наклонилась сильнее, словно надеялась увидеть внизу то, что увидеть было невозможно. Будь она не навеселе, сообразила бы, что это опасно.
   Сзади надвинулось что-то темное и неумолимое, дохнуло холодом, словно сквозняк ударил ей в спину.
   Она не успела понять, как потеряла равновесие и полетела вниз головой, отчаянно размахивая руками, словно они могли стать крыльями и удержать ее в воздухе, хотя бы замедлить падение. Из ее горла вырвался пронзительный крик, исполненный ужаса. Остро блеснул солнечный луч, отрезая ее от света и жизни, – удар! – и все погрузилось во мрак и тишину…
   Подростки, не разнимая объятий, посмотрели в ту сторону, откуда раздался крик.
   – Ой, кажется, кто-то упал! – воскликнула девушка.
   – Бежим, – кивнул парень, хватая ее за руку. – Скорее. Может, помощь нужна.
   На асфальте, раскинувшись, лежало тело женщины, похожее на тряпичную куклу. Красивую, но теперь уже негодную и безнадежно поломанную. Синий атласный халатик, в который она была одета, задрался. Под головой куклы растекалось густое красное пятно, длинные золотистые волосы разметались и там, где подтекала кровь, слиплись.
   Девушка прижала ладонь ко рту. От того, что она увидела, у нее потемнело в глазах. Парень посмотрел вверх и заметил раскрытое настежь окно на восьмом этаже.
   – Это же Ольга! Я ее не узнал… она модель. Помнишь, я тебе ее показывал на обложке журнала?
   Кто-то прошел мимо, кто-то присоединился к подросткам. Вокруг мертвого тела собирались зеваки. Подросток дернул свою подружку за рукав.
   – Идем отсюда, – прошептал он. – А то менты приедут, пристанут с вопросами.
   – Ты с ней знаком? – спросила девушка, уставившись на покойницу.
   – Она год назад переехала. Квартиру сняла в нашем доме.
   Люди судачили, что могло произойти, жалели погибшую. Подходили любопытные, спрашивали, что случилось, жадно разглядывали труп в луже крови.
   – Ох, беда какая…
   – Молодая совсем…
   – Жить бы да жить…
   – Наверное, наркоманка! – сердито произнесла пожилая дама с собачкой на поводке. – Они колются, а когда денег достать не могут, из окон сигают.
   На нее зашикали. Собачка поджала хвост и громко заскулила. Кто-то вызывал по телефону «неотложку», кто-то – полицию.
   Парень и девушка, которые обнаружили тело, решили тихо ретироваться.
   – Подожди, у меня шнурок развязался… – подросток наклонился и поправил шнурки на кедах. Рядом в траве сверкнула желтая искорка. Паренек протянул руку и нащупал что-то твердое.
   – Че это?
   – Браслет, – догадалась девушка. – Дай-ка сюда. Ого! Классный.
   – Может, это ее? – кивнул он в сторону зевак, которые обступили место происшествия. – Далеко отлетел.
   – Ей уже не понадобится.
   С этими словами девушка сунула находку в карман…

   Москва. Два месяца спустя

   – Привет, старик! – высокий элегантный брюнет поднялся со стула и обнял тщедушного мужчину, который едва доставал ему до плеча. – Ужасно рад тебя видеть!
   – Я тоже, Ромка, – смущенно пролепетал тот. – Я тоже.
   Брюнет отпустил его и сделал радушный жест.
   – Присаживайся. Что будешь пить, Рафик?
   – Водку.
   – Отлично. Вот меню, выбирай закуски.
   – Я не голоден, – опустил глаза Рафик.
   – Все расходы за мой счет. Я угощаю, – успокоил его брюнет, понимая, что промахнулся, назначив Рафику встречу в этом ресторане. Судя по одежде, бывший одноклассник стеснен в средствах. А цены здесь кусаются.
   Рафик залился краской, но не отказался.
   – Ты, Лавров, преуспеваешь, как я погляжу, – заметил он. – Упакован прилично, и вообще… пышешь здоровьем и благополучием. Женат?
   – Пока нет. А ты?
   – Жил в гражданском браке, но душа не вынесла. Я волю люблю. И профессия у меня вольная.
   – Вот и я свободен, – понимающе кивнул Лавров. – Живу один, работаю начальником охраны в крупной фирме.
   – Хорошо платят?
   – Мне хватает. Ты что предпочитаешь, мясо или рыбу?
   – Заказывай на свой вкус, – робко улыбнулся Рафик.
   Лавров подозвал официанта и сделал заказ, недоумевая, чем вдруг вызван интерес бывшего школьного товарища к его персоне. Рафик совершенно неожиданно отыскал его в «Одноклассниках» и написал на электронный адрес. Нужно, мол, срочно встретиться. Важное дело!
   Лавров редко заходил в Интернет, не столько из-за отсутствия времени, сколько из лени. На общение в социальных сетях его не хватало. Как-то не пристрастился. Но вчера его потянуло заглянуть в ящик, и он несказанно удивился, обнаружив там письмо от Рафика Грачева, с которым они были в школе не разлей вода. Правда, сразу после выпускного их дороги разошлись. Рафик пропал из виду, да и Лавров позабыл школьного друга.
   Рафик был рассеянным мечтателем и посещал художественный кружок, а Лавров уважал точные науки, занимался спортом и проводил почти все время на свежем воздухе. Трудно сказать, что их объединяло. Вероятно, Рафик нуждался в поддержке и тянулся к разбышаке Лаврову, который мог запросто по шее надавать, если кто пристанет.
   – Я слышал, ты в милицию подался, – сказал он, глядя, как официант расставляет тарелки на соседнем столике, занятом пожилой парой. Дама достала пачку сигарет, а ее облысевший спутник показал ей на табличку, запрещающую курить.
   – Было дело.
   – Сам ушел или выгнали? – оторвался Рафик от красивого, породистого лица дамы, которая хотела закурить.
   – Сам, – усмехнулся Лавров. – В ментуре хлопот завались, а зарплата с гулькин нос. По мне уж лучше на хозяина пахать, если тот достойно платит.
   – Вопрос спорный… – покачал головой Рафик.
   – Я для себя определился.
   Красивый брюнет прикидывал, кем мог бы работать его визави, одетый дешево, безвкусно и по-клоунски пестро. Зеленая куртка, длинный оранжевый свитер с растянутым воротом и серые дудочки. Вокруг бледного личика вьются рыжие кудряшки, курносый нос покрыт веснушками, губы пухлые, как у девушки. Неужто Рафик избрал актерскую карьеру? В таком случае он подвизается в театре комедии.
   Швейцар при входе в ресторан был озадачен видом богемного посетителя, но все-таки впустил его. В обеденное время тут клиентов не густо; каждому, кто заглянет на огонек, рады.
   – Ты с кем-нибудь из наших встречаешься? – спросил Рафик, чтобы заполнить возникшую паузу.
   – Нет, – признался Лавров. – Я не сентиментален. По школе не скучаю и по прошлому не ностальгирую.
   Официант принес заказанное мясо с картошкой, салат и холодную водку. Бывшие одноклассники выпили.
   – Я собираюсь тебя попросить о помощи, – осмелел Рафик. – Не откажешь по старой памяти?
   – Смотря что просить будешь. Я не бандит, дружище, а законопослушный гражданин.
   – Знаю, что не бандит. Ты хоть и драчун, но справедливый.
   Лавров так и застыл с наколотым на вилку кусочком сочного стейка.
   – Ты считаешь меня драчуном, Рафик? С чего вдруг?
   – Это было в школе, – растерялся тот.
   – Бить никого не буду, сразу говорю.
   – Не надо бить! Не надо! – замахал руками клоун. – У меня и в мыслях ничего такого не было! Ты прости, Рома… я никак не могу решиться. Дело-то уж больно… деликатное. Интимное, можно сказать.
   Он налил из графинчика по второй и выпил без тоста. Лавров молча последовал его примеру.
   – Так что у тебя за дело? – не выдержал он. – Не тяни. Денег, что ли, в долг хочешь просить? Сколько?
   – С деньгами у меня не густо, но в долги стараюсь не влезать. Не о том речь. Человек хороший пострадать может. Женщина. Молодая, красивая и… замужняя.
   – У тебя с ней роман?
   – Нет, что ты. Бог с тобой! Куда мне? Я насчет своей внешности и всего остального не заблуждаюсь. Гадкий утенок лебедице не пара.
   – Ой, врешь, – потянулся за водкой Лавров. – У меня чутье. Я же опером был. Давай по третьей?
   Рафик комично сморщился и прижал руки к груди.
   – Мне больше нельзя. Слаб я по части алкоголя. Окосею и ничего толком не объясню. А с Кольцовой у меня отношения чисто платонические.
   – Значит, ее фамилия Кольцова, – констатировал бывший опер.
   – По мужу.
   – Ясно. Вы в одном театре играете? На одной, так сказать, сцене? Играли, играли и доигрались. А муж – главный режиссер театра?
   Рафик ошарашенно захлопал глазами.
   – К-какая еще сцена? При чем тут театр?
   Лавров сообразил, что дал маху, но отступать он не привык и по инерции продолжил:
   – Муж-режиссер пронюхал о вашей платонической любви и грозится убить сначала жену, потом тебя, а потом пустить себе пулю в лоб?
   – Не-е-ет…
   – А что же тогда?
   Рафик судорожно сглотнул, выпрямился и произнес:
   – Я вообще-то художник. А Кольцова – поэтесса. Вернее, была поэтессой… то есть она пишет… писала замечательные стихи. Лирические. Пока не вышла замуж.
   – За издателя?
   – Хуже. За спортсмена. Мы с ней на поэтическом вечере познакомились. Случайно. Она читала стихи, я выставлял свои картины. Я ведь тоже лирик.
   – Значит, вы сошлись на лирической почве, – кивнул Лавров, прожевывая стейк. – Ты ешь, Рафик, а то мясо остынет.
   – Я вообще-то вегетарианец, – удрученно признался тот. – Извини, Рома. Ты зря потратился… но я возмещу. Чуть позже. Когда получу заказ.
   Лавров отложил вилку и с шумом выдохнул. Недотепа его школьный друг! Каким был, таким и остался. Еле концы с концами сводит, а туда же, клеится к чужой жене. Еще и на взаимность рассчитывает. Что самое странное, у него есть шанс. Женщину, бывает, ничем не проймешь, кроме жалости.
   – Она настоящая красавица! – восхищенно заявил Рафик. – И умница, каких мало. Я бы ее портрет написал. Но увы! Мой жанр – пейзажи и натюрморты.
   «На его картины, наверное, без слез не взглянешь, – подумал Лавров, представляя полевые цветочки в вазах, зеленые лесные полянки и мостики через речку. – Как и на самого бедолагу Грачева. Не ожидал, что он станет художником. Хотя кем ему еще быть-то? Публику смешить? Для этого характер нужен, а Рафик размазня».
   – Так в чем проблема, не пойму?
   – Проблема? В том, что… Алина может погибнуть.
   – Ее зовут Алина, – кивнул Лавров, снова принимаясь за еду. – Значит, муж у Алины – злобный ревнивец? И ты хочешь, чтобы я его усмирил. Извини, старик, это не по моей части.
   Рафик не притрагивался к мясу, он без аппетита ковырял вилкой ломтики картофеля и жалобно поглядывал на собеседника.
   – Вообще-то, с мужем Алины я не знаком. Бог с ним. Дело в другом…
   Разговор с бывшим школьным товарищем тяготил Рафика. Но к кому еще он мог обратиться? Лавров хоть выслушает и что-нибудь посоветует.
   Ромка невозмутимо поглощал свою порцию еды, более не выказывая нетерпения. Он всегда имел крепкие нервы и железные мышцы. Теперь он возмужал, обрел уверенность в себе и стал неотразим. По сравнению с ним Рафик выглядел не просто субтильным, а каким-то жалким доходягой. Разница между ними была разительная и привлекала внимание. Дама, которой не позволили курить, развлекалась, наблюдая за бывшими одноклассниками.
   Рафик наклонился вперед, чтобы она не услышала его слов:
   – Видишь ли, Рома… у каждого человека есть идеал красоты. Вот у тебя есть?
   Лавров перестал жевать и задумчиво сдвинул брови.
   – Должно быть, есть…
   – И у меня есть! Это Алина! Она… ты не представляешь, как она хороша. И при том не тупая кукла, а человек тонкой души. Она покорила меня как художника. Очаровала! Она вдохновляет меня, если хочешь знать.
   – Алина – твоя Муза?
   – Можно сказать, да. У меня был кризис, творческий застой, а она…
   – …явилась и зажгла? – засмеялся Лавров.
   – В принципе ты прав. Благодаря ей я снова взялся за кисть. Готовлюсь к выставке.
   – А супругу Музы это не нравится? Он требует, чтобы Алина вдохновляла только его и никого больше?
   Рафик неистово помотал головой.
   – Муж ничего не подозревает. То есть… это не то, что ты думаешь. Между мной и Алиной – чисто духовная связь. Никакой физики! Клянусь.
   Лавров все еще не разобрался, в чем суть вопроса. И прямо заявил об этом Рафику. Тот страшно разволновался, покраснел, а его веснушки потемнели.
   – У меня мастерская в мансардном этаже, под крышей жилого дома, – пробормотал художник. – Одному мне такое помещение оплачивать не по карману. Мы арендуем его вдвоем с Артыновым. Слышал о таком?
   – Нет.
   – Как же?! Семен Артынов, его популярность растет, как на дрожжах. А не так давно он занимал у меня на хлеб. Был неудачником, мы вместе перебивались на гроши, жаловались один другому на невезуху. Но теперь все изменилось. У него пошли заказы, появились деньги. Признаюсь, я ему завидовал… грешен. Чем, думаю, я хуже Семы? Талантом нас природа обделила одинаково, а он сумел судьбу перебороть, переломать. Я на месте топчусь, а он процветает. Что ни полотно – то шедевр. Ей-богу! Я не вру! Краски у него засияли по-новому, мазок стал смелый, чистый и точный. Раньше Сема напишет картину и показывает мне: оцени, мол. Я гляжу – вроде все неплохо, но тускло, безжизненно. И ругать неловко, и хвалить язык не поворачивается. Зато не обидно. Я ведь тоже не блестящий живописец. Так… ремесленник от кисти. Даром что родители меня назвали Рафаэлем, будто в насмешку. Надо мной в академии все прикалывались! Несмотря на громкое имя, гения из меня не получилось. Оформляю витрины, эскизы делаю для интерьера, рекламными работами не гнушаюсь. Искусство искусством, а кушать-то хочется. Принципами сыт не будешь.
   Рафик не старался приукрасить положение вещей и беспощадно критиковал собственное творчество.
   – В общем, Сема начал зазнаваться. Вместо Семена стал подписываться Симон Артынов. Человек он вроде достойный, мы с ним легко ладили. Но в последнее время наши отношения осложнились.
   – Из-за Алины?
   – В точку попал, – тяжело вздохнул Рафик. – Она решилась позировать ему для портрета. Модным художником стал Артынов, потянулись к нему богатеи. Тому собаку любимую напиши, тому – любовницу в голом виде, тому – еще какую-нибудь хреновину. Сема плюнул на гордость, бабло взялся зашибать. На любой заказ соглашался, лишь бы платили. Я его не отговаривал. Еще подумает, что из зависти стыжу его. А ведь грызла мою душу зависть проклятая! Не святым я оказался, Рома. Когда услышал от Алины, что она собирается позировать Артынову, в сердце будто занозу кто загнал. И больно, и досадно, и зло берет, и не скажешь ничего против.
   – Что ж ты сам портрет своей Музы не напишешь?
   – Я не портретист, как Сема. И сноровка у меня не та, и чувство цвета, и… словом, не смогу я передать на холсте всю прелесть Алининой красоты, раскрыть ее чудный внутренний мир. А схалтурить совесть не позволяет. Вот и молчу. Ночами не сплю, голову ломаю, как бы помешать Алине позировать. Тошно мне, горько! И страшно… ох, как страшно!
   – Это почему же?
   Рафик покосился на пожилую пару за соседним столиком – не слушают ли – и, понизив голос, выдавил:
   – Потому что Артынов… продал душу дьяволу…
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация