А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Зимний цветок" (страница 13)

   К тому времени, как автомобиль подкатил к вокзалу, плечи Кита под дорогим пиджаком дрожали от напряжения.
   – У тебя есть билет? – сухо выдавил он.
   Девушка кивнула, и лорд Киттредж рывком выпрыгнул из машины. Но вместо того, чтобы открыть ей дверь, он направился к багажнику, вытащил чемоданы и передал их носильщику.
   – Я тебя прощаю, – испуганно пискнула Виктория.
   – Что? – рявкнул Кит, когда носильщик удалился.
   – Я сказала, что больше не сержусь.
   – О, так ты меня простила? Как великодушно и своевременно. Принцесса одарила меня своей милостью. Наверное, мне стоит преисполниться благодарности?
   Виктория отступила на шаг, настолько ее напугал сарказм. И тут ее снова охватила злость.
   – Да, причем тебе крупно повезло, потому что ты вел себя как чудовище! Унизил меня на глазах у подруг…
   – Так вот в чем проблема! Я ранил твою гордость перед подругами.
   Виктория оглядела тротуар; щеки горели от стыда.
   – Прекрати. Ты привлекаешь внимание.
   – Может, мне лучше вообще уйти?
   – Возможно. Я вполне способна добраться до нужного перрона.
   Виктория и сама слышала, как звенят в ее голосе слезы. Все шло совсем не так. И как ситуация так быстро скатилась под откос? Ведь Кит ее друг.
   – Тогда хорошего дня.
   На щеках Кита проступили пятна, но он приподнял шляпу и развернулся, чтобы уйти.
   – Ты ведешь себя как ребенок! – выкрикнула вслед Виктория.
   Кит остановился, но головы не повернул.
   Ну и ладно. Виктория кое-как вытерла слезы затянутыми в перчатки пальцами. Если он хочет изображать из себя зануду, так тому и быть. Дыхание перехватило, но теснота в груди не предвещала приближающегося приступа. Ее породила потеря, не менее острая, чем после смерти отца или бегства Пруденс. Глупость какая, твердила про себя Виктория, разыскивая платформу. Кит ей не родной, всего лишь один из приятелей, к тому же никудышный, если вспомнить о его насмешках и непонимании.
   Она благополучно села в поезд, перечисляя в уме все причиненные лордом Киттреджем разочарования. В конце концов, они знакомы всего несколько месяцев. За такое время трудно понять, подходят ли они друг другу. Пусть якшается со своими глупыми сокурсниками, пьет сколько влезет и хихикает с девочками из Каверзного комитета. А ее ждут настоящие дела. Марта не только ее начальница, но и истинный друг. На нее всегда можно положиться.
   В купе Виктория входила уже в поправленном настроении. Рана еще не затянулась – что ни говори, грустно терять друга, – но все же девушке стало лучше. Впереди ждет работа.
* * *
   Поезд затормозил у станции Тетон. При виде машущей с перрона зонтом и шляпкой Ровены младшая сестра распахнула в удивлении рот. Печальная, потерявшая всякий интерес к жизни молодая женщина, оставшаяся в Саммерсете, за неделю полностью переменилась.
   Стоило Виктории ступить на платформу, как сестра сжала ее в крепком объятии:
   – Господи, как же я соскучилась. Столько всего произошло.
   Кожа Ровены всегда отличалась бледностью, а за последние месяцы приобрела болезненный желтоватый оттенок. Но сейчас, впервые за долгое время, щеки розовели здоровым румянцем, а глаза сияли.
   – Поверить не могу, – выдохнула Виктория. – Ты влюбилась!
   Сестра изумленно отстранилась:
   – Как ты догадалась?
   И тут за спиной Ровены, прикрываясь черным зонтиком, появился Себастьян. Виктория в недоумении переводила взгляд с одного на другого.
   – Себастьян?
   – Поздравь нас, дорогая сестричка. Мы обручены.
   У Виктории непроизвольно распахнулся рот.
   – Что?
   – Это долгая история, – рассмеялась Ровена. – Могу лишь сказать, что после твоего отъезда столько всего произошло.
   – Заберу ваши чемоданы, пока Ровена все объяснит, – предложил лорд Биллингсли.
   Под проливным дождем девушки бегом бросились к автомобилю.
   – Поверить не могу, как быстро переменилась погода. В Лондоне ясно.
   – Дожди начались вчера, а так погода стояла прекрасная. Солнечно, ни облаков, ни ветра. В самый раз для полетов. – Ровена бросила на сестру многозначительный взгляд, и Виктория не преминула воспользоваться возможностью.
   – Ну-ка рассказывай, что происходит. Ты счастлива из-за пилота, и Себастьян тут ни при чем, я права?
   Рассказ она выслушала в тишине до конца.
   – А как ты собираешь уломать тетю Шарлотту? Ты разрушишь все ее планы, когда выяснится, что жених вовсе не лорд Биллингсли, а пилот из обедневшего семейства.
   Ровена избегала встречаться с сестрой взглядом, и Виктория догадалась:
   – Погоди. Он не просил твоей руки?
   – Нет. Мы еще даже не заговаривали о помолвке. Я учусь управлять аэропланом! Я стану летчиком, и я люблю его. Разве этого не достаточно для одной недели, ты не находишь?
   – Да, не спорю, но я не пойму, – задумчиво прищурилась Виктория. – Если он влюблен в тебя, почему не сделал предложения?
   Себастьян открыл багажник, уложил чемоданы и направился к водительскому сиденью.
   Виктория замолчала, но то и дело передергивала плечами от сдерживаемого недовольства. Ей хотелось рассказать о собственных увлекательных приключениях, но куда им до фиктивной помолвки. Виктория, любимица отца, не привыкла оставаться на заднем плане. К тому же из головы не выходила ссора с Китом.
   – Ладно, но когда вы собираетесь сообщить тете, что помолвка разорвана? Вам лучше признаться пораньше, иначе начнут приходить подарки к свадьбе.
   – Через несколько дней Джон уезжает в Кент, – грустно выдавила Ровена.
   Виктория заерзала на сиденье, не зная, что предпринять. Никогда ранее она не видела сестру влюбленной, к тому же ничего не знала об ее избраннике – за исключением того, что тот питал склонность к рискованным маневрам в небе над Саммерсетом.
   После приезда в особняк Виктория тянула время в надежде, что удастся ускользнуть в тайный кабинет. Болтала с Элейн и тетушкой, рассказывала о Лондоне, будто провела всю неделю, вращаясь в обществе. Пришлось постараться, выдумывая незнакомые графине имена. Виктория даже призналась, что посещала оперу и пару раз выезжала в свет, а в основном сидела у Кингсли и встречалась со старыми друзьями отца. Тетя Шарлотта недовольно поджала губы, но не нашла, что возразить.
   Наконец Виктория посчитала, что соблюла приличия и посвятила достаточно времени обсуждению несостоявшихся свадебных приемов, и поспешила в спальню. Прихватила выданные Мартой кожаные папки и заперлась в тайном кабинете. Там зажгла в камине жаркий огонь, чтобы отогнать вездесущую промозглую сырость, и приступила к работе. На миг девушку охватило острое разочарование: она вспомнила, чем собиралась заняться после приезда из Лондона – писать статьи для «Ботанического вестника». Но Виктория стряхнула уныние, напомнив себе о важности порученного дела.
   Одна из папок содержала инструкции, как лучше исполнять свою роль. Марта хотела сделать ее представительницей общества, а также задействовать в бумажных делах. В другой папке лежали составленные Викторией списки благотворительных организаций для женщин.
   Она взяла в руки первую папку. В ней нашлась стопка визитных карточек с печатным заголовком «Союз суфражисток за женское равноправие» и приписанным красивым женским почерком почтовым адресом. К ней прилагался список фамилий на несколько листов, разбитый по группам. Сначала Виктория не поняла, по какому принципу проведено разделение, но вскоре изумленно вскинула брови. В первой группе значилась фамилия тети и еще двадцати женщин, которых считали в обществе светскими львицами. Они задавали стандарты, к которым стремились остальные англичанки благородного происхождения. Большинство женщин соответствовали тете Шарлотте – богатые, родовитые, среднего возраста.
   Над следующей группой девушке пришлось поломать голову, но и эту загадку она решила. Там перечислялись законодательницы моды. Тоже богатые женщины, но моложе. Не все обладали титулами, но все вращались в хорошем обществе. Третья группа оказалась простой. В нее входили еврейки, которых терпели в свете благодаря состоянию и дотошности в соблюдении этикета. В четвертом списке – самом длинном – Виктория узнала лишь несколько фамилий. Ей потребовалось несколько минут, чтобы догадаться: это стремящиеся вскарабкаться по социальной лестнице жены нуворишей и американки. К списку прилагалась записка от Марты.
...
   Рада приветствовать в наших рядах! Уверена, что Ваш вклад будет неоценим. Поскольку мое имя очернено в глазах общества, я давно не пользуюсь влиянием среди знати. Но Вы, дорогая моя, прекрасный кандидат, чтобы внушить свету симпатию к нашему делу. Думаю, следует делать упор на помощь бедным женщинам с детьми и замять политическую подоплеку. Многие дамы из высшего круга слепо верят мужьям и считают, что их лишили прав ради их собственного блага. Представьте себе! У меня кровь закипает, стоит лишь подумать об этих бедняжках! Так что при работе с ними лучше представляйтесь именем основной организации – Союз суфражисток за женское равноправие. Оно не вызовет большого резонанса. Вы спрашивали, почему я советовала не распространяться о нашей работе, – вот и ответ. Конечно, дорогая моя, я не прошу Вас лгать о наших намерениях, но будьте осторожны и выбирайте, какую правду поведать.
   Теперь насчет списка. Уверена, что Вы сумеете убедить тетю представить Вас перечисленным в нем женщинам, если Вы еще не знакомы. Скоро открывается светский сезон, так что Вам подвернется масса возможностей заявить о нашем деле. Не беспокойтесь, я не отправлю Вас в джунгли без подготовки! Мы проведем несколько уроков, так что приезжайте в Лондон при первой возможности. К тому же я ужасно соскучилась.
   Пока Ваше задание заключается в том, чтобы выучить списки наизусть, убедить тетю, что Вы горите желанием занять уготовленное Вам место в обществе, и организовать скорейшую поездку в Лондон. Я полностью убеждена, что Вы сумеете исполнить все в наилучшем виде, Вы у нас предприимчивая девушка.
   Удачи,
Марта Лонг
   Виктория нахмурилась. Занять место в обществе? Она ненавидела свет. Отец воспитывал в дочерях презрение к привилегиям и снобизму, а теперь ей придется вращаться среди подобных людей? Девушка содрогнулась. Марта даже не представляла, что за испытание подготовила новой помощнице. Однако нельзя отрицать мудрость в создании добрых отношений с теми, кто имеет возможность помочь организации материально. К тому же мужья этих женщин пользовались влиянием в парламенте. Жаль только, что именно ей придется завязывать с ними дружбу. Виктория думала, что работа приведет ее на передовую борьбы за права женщин, а не в чопорные салоны и гостиные высшего круга.
   Интересно, что скажет няня Айрис? Ей следует порадоваться, раз ученица наконец-то нашла долгожданный выход своей энергии и способностям. Но в глубине души таилось подозрение, что пожилая женщина совсем не одобрит новую работу.
* * *
   Мир сошел с ума. Кит давно подозревал, что свет подойдет к концу прежде, чем у него появится возможность от души насладиться жизнью, и сейчас он собственными глазами разглядывал доказательство.
...
   Леди Эдит Биллингсли из Эддельсон-Холла с радостью сообщает о помолвке своего сына, лорда Себастьяна Биллингсли, и достопочтенной мисс Ровены Бакстон, племянницы лорда и леди Саммерсет, лорда Конрада Бакстона и леди Шарлотты Бакстон, дочери покойного сэра Филипа Бакстона.
   Дальше следовал довольно длинный текст, но Кит не мог на нем сосредоточиться. Он чувствовал себя Бенедиктом из «Много шума из ничего», когда тот сокрушался: «Вот до чего дело дошло! Неужели так мне никогда и не видать шестидесятилетнего холостяка?»[7]
   На завтра Кит планировал отправиться в имение Биллингсли и провести там пару дней. А заодно вытряхнуть из Себастьяна дурь и заставить прислушаться к здравому смыслу. Если подумать, он сделает другу одолжение.
   Молодой человек с отвращением швырнул газету на стол. Он сидел в чайной и дожидался знакомого, с которым они договорились зайти в клуб и сыграть пару раундов в теннис перед обедом. Если так пойдет, скоро у него не останется друзей, чтобы проводить вместе время! Все они переженятся на избалованных капризных девчонках, двойниках Виктории. Боже упаси от такой судьбы! По крайней мере, у старшей сестры характер поприятнее.
   Но ведь Виктория не собирается замуж. Никогда.
   Кит налил еще чая и снова развернул газету, на другой странице. Что за чушь! Куда она денется. Тетя найдет достойного кандидата, готового смириться с тем, что молодая жена разражается цитатами из поэм и сказок в самый неподходящий момент. Хотя, если вспомнить, Кит едва не помер от смеха, когда девушка встретила появление леди Биллингсли строфой про злого волка. Насколько он заметил, графиню Саммерсет чуть не хватил апоплексический удар.
   Да, Виктория умна, и порой с ней можно весело провести время. Как в тот раз, когда они нашли в секретной комнате мертвую птицу и девушка настояла на церемониальном погребении в пламени. Кит с наслаждением наблюдал за ужасом подруги, когда та поняла, что запах ничем не отличается от жареного цыпленка и у нее слюнки текут.
   Но при этом она чертовски сварлива. Никогда не знаешь, что ей не понравится. Себастьяну будет намного легче с Ровеной – та обладает ровным характером и неоспоримой красотой. Ценители восхищались прелестью бледной, как у мадонны, кожи, черных волос и зеленых глаз. Из двух дочерей сэра Филипа слава красавицы закрепилась за Ровеной, но лорд Киттредж не разделял мнения общества. На его вкус, девушка была слишком апатичной, а хваленая матовая кожа и в сравнение не шла с умным голубым взглядом и живостью Виктории. Небольшой рост и хрупкое сложение лишь подчеркивали неуклюжесть окружающих.
   Но какое ему дело до внешности противной девчонки. Она не волнует его ни на йоту. Маленькая мисс Бакстон ясно дала понять, что о нем думает, и подчеркнула свое презрение, когда неохотно «приняла» извинения. Ей повезло, что Кит – истинный джентльмен и удержался от желания скрутить тощую шейку прямо на перроне.
   Над ухом загудела назойливая муха. Молодой человек свернул газету и отмахнулся от нахалки. Ну и что с того, что он скучает по Виктории? Видимо, мужчина и женщина не могут долго оставаться закадычными друзьями. Он и не ожидал, что эксперимент сработает, если честно.
   Муха вернулась. Кит раздраженно замахал газетой. С женщинами полно хлопот, а Виктория в этом отношении хуже всех. Только послушать, как она постоянно твердит о каких-то свершениях. Леди не должны работать. Их удел – служить украшением своего мужа. Да и джентльмены тоже не должны работать, черт подери. Они нанимают стряпчих, чтобы те присматривали за деньгами и выдавали годовое содержание.
   Кит не виноват, что в присутствии подруги постоянно чувствует себя не в своей тарелке. Он выполняет все, что от него требуется. Так его воспитали родители, пусть и нувориши, по мнению старых английских семей. Молодой человек посещал все необходимые приемы и торжества, заказывал одежду только у Пулов, льстил и раздавал комплименты нужным людям. Он даже романы заводил с подходящими женщинами – настолько блистательными, что он ощущал себя на их фоне полным простофилей. И он не последний человек в свете. Пусть пока юный и неопытный, но подающий большие надежды.
   Очередная погоня за мухой едва не привела к падению чашки с чаем. Глупое насекомое. И где Питер, в конце-то концов?
   Но Виктория смотрела на него другими глазами. Прекрасными, но недоумевающими – как получилось, что Кит просыпается по утрам и не стремится с радостью взяться за работу? Это все ее отец виноват. Обеспеченный, преуспевающий мужчина, помешанный на изучении растений. Он испортил свою дочь, позволив ей вырасти в кругу интеллектуалов, художников, поэтов и изобретателей. Внушил неокрепшему уму, что каждый обладает талантами и страстью, нужно лишь открыть их в себе и суметь взрастить. Сэр Филип вырастил дочь с внешностью богини, эрудицией ученого, воображением шаловливой феи и темпераментом гарпии. И полностью забыл привить ей уважение к мужчинам.
   Кит неожиданно обнаружил, что пылает ненавистью к сэру Филипу, а ведь они даже не были знакомы.
   Муха спикировала в решительный вираж, и Кит вскочил, размахивая газетой, как одержимый. Что за притон, куда его заманили?
   – Я вижу какой-то новый танец? – осведомился за спиной насмешливый голос.
   – Где тебя черти носили? – буркнул лорд Киттредж. – Я тут уже несколько часов жду.
   Молодой темноволосый джентльмен приподнял бровь:
   – Дружище, я ни в чем не виноват. Опоздал всего лишь на пять минут.
   – Неужели? – Кит бросил на стол монету.
   – Кто-то явно не в духе. Несколько раундов в теннис, обед в клубе – и хорошее настроение обеспечено. Ты думаешь, она тебе еще понадобится? Быть может, в матче? – Питер многозначительно кивнул на зажатую в руке друга газету.
   Кит бросил потрепанный бумажный рулон на столик.
   – Нет! – с неожиданной для себя яростью отрезал молодой человек. – С ней все кончено.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация