А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "«Приют задумчивых дриад». Пушкинские усадьбы и парки" (страница 6)


И там, где, может быть, впервые образ Тани
Поэта посетил в селе его родном,
Где часто слушал он рассказы старой няни
Перед уютным камельком,
В селе Михайловском ещё шумят листвою
Над старым домиком те рощи и дубы,
Где отдыхал поэт усталою душою
От зависти людей, от злобной клеветы.

   Тогда на месте обветшавшего дома, в котором жил великий поэт, стоял особняк, построенный по распоряжению его сына Григория Александровича, и лишь домик няни, о котором говорится в стихах Н. Михайловой, оставался в сохранности. Следующие два её четверостишия удивляют прозорливостью:

И люди вспомнили великого поэта
И повесть славную забытого села,
Где некогда вдали от суетного света
В изгнанье жизнь его текла.
И под прохладною, приветливою тенью
Под шелест ласковый дряхлеющих дубов
Воздвигнется, маня своей уютной сенью,
Приюта мирного гостеприимный кров.

   Дом великого поэта пришлось воссоздавать несколько раз: в 1911, 1936–1937 и 1948–1949 годах. Революционные потрясения и войны не щадили заповедные места, но память о Пушкине и любовь к нему сохранялись в людских сердцах.
   Волею судьбы оказался в эмиграции поэт серебряного века Саша Чёрный, который написал проникнутое большой любовью стихотворение «Няня Пушкина», необыкновенно изящное по форме. Мысль поэта из чужих краёв летит в сельцо Михайловское:

Сквозь льдистое оконце
С морозной вышины
Глядит литое солнце
Серебряной луны.
По кровле ветер пляшет,
Гудит в ночном саду,
И снег волнистый пашет
На скованном пруду…

   Саша Чёрный мастерски рисует трогательные картины зимнего вечера, когда обеспокоенная няня встречает Пушкина, который затем слушает её сказки у печки, скрестив руки на груди. Здесь и важный кот, который «горбит шубу», и мелькание спиц в няниных руках, и «плеск веретена», и лампадка, теплящаяся у божницы… Саша Чёрный живо воскрешает тот самый образ няни, который был создан Пушкиным и Языковым.
   Милый образ Арины Родионовны ассоциируется с Михайловским и у Лидии Нелидовой – Фивейской, поэтессы первой волны русской эмиграции. В поэме «Невольник чести» она рисует почти такую же картину, что и Саша Чёрный, но только не в зимнем, а в осеннем Михайловском:

Шумит вдали сосновый бор…
Гуляет ветер по дорожкам…
Осенний дождик за окошком
Стучится в ставни, будто вор
Или скиталец бесприютный…
Но тихо в горнице уютной:
Старушка вяжет свой чулок —
Шуршит и вертится клубок;
С ним серый кот у ног играет.
Свеча, колебля тусклый свет,
Морщины няни освещает.
Полузакрыв глаза, поэт
В старинных креслах отдыхает.

   В отличие от Вязём, Царского Села и Приютина сельцо Михайловское, имение Тригорское и окрестности неразрывно связаны у поэтов с именем Александра Сергеевича Пушкина, с его жизнью и творчеством, с его героями и любимой старой няней Ариной Родионовной Яковлевой.
   Не сама по себе красота этих мест, а созданная гением неповторимая творческая аура всегда влекла сюда русских поэтов и пробуждала вдохновение.

   Берново и соседние усадьбы

   С милыми обитателями Тригорского – Прасковьей Александровной Осиповой – Вульф и её детьми Анной, Евпраксией, Алексеем Вульфами и падчерицей Алиной Осиповой – Пушкин встречался на Тверской земле, когда гостил в 1828–1833 годах в расположенных под Старицей усадьбах Малинники, Павловское, Курово – Покровское и Берново, принадлежавших родственным семьям Вульфов, Осиповых и Панафидиных. Приезжая из шумного и суетного Петербурга, поэт погружался здесь в спокойную атмосферу сельского быта, долго гулял по живописным окрестностям речки Тьмы, усадебным аллеям, весело танцевал на провинциальных балах, общался с дворянскими семействами и с крестьянами.
   Берново. Дворец Вульфов

   В этих краях Пушкину хорошо и вдохновенно работалось. В Малинниках, где он бывал в 1828 и 1830 годах по приглашению П.А. Осиповой, поэт завершил VII главу «Евгения Онегина», сочинил «Посвящение» к «Полтаве» и чудесное лирическое стихотворение «Цветок», которое позднее вписал в альбом Евпраксии Вревской. Малинникам посвящено двустишие Пушкина, переданное Анной Николаевной Вульф:

Хоть малиной не корми,
Но в Малинники возьми.

   В Павловском, имении Павла Ивановича Вульфа, сочинены стихотворения «Зимнее утро», «Зима. Что делать нам в деревне?», поэма «Тазит», наброски «Путешествия Онегина», неоконченный «Роман в пись-мах», где описание деревни напоминает пейзаж, увиденный здесь поэтом: «Старинный дом на горе, сад, озеро, кругом сосновые леса, всё это осенью и зимой немного печально, зато летом и весной должно казаться земным раем». Работал Пушкин и в Курово – Покровском, имении Панафидиных, и в Бернове, хозяином которого при нём был Иван Иванович Вульф. Его сын Николай вспоминал, как однажды, будучи ещё отроком, застал Пушкина в комнате, где тот ночевал: поэт что – то писал, лёжа на спине и положив тетрадь на согнутые ноги.
   Живописными окрестными видами, которые по – своему хороши в любое время, возможно, навеяны строки VII главы «Евгения Онегина», рассказывающие о прощании Татьяны с родной деревней:

Её прогулки длятся доле.
Теперь то холмик, то ручей
Остановляют поневоле
Татьяну прелестью своей.
Она, как с давними друзьями,
С своими рощами, лугами
Ещё беседовать спешит.
Но лето быстрое летит.
Настала осень золотая.
Природа трепетна, бледна,
Как жертва, пышно убрана.
Вот север, тучи нагоняя,
Дохнул, завыл – и вот сама
Идёт волшебница зима.

   Чудесные зимние ландшафты в долине речки Тьмы угадываются в знаменитом стихотворении «Зимнее утро»:

Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит;
Прозрачный лес один чернеет,
И ель сквозь иней зеленеет,
И речка подо льдом блестит.

   Гораздо более прозаический деревенский быт описан в стихотворении «Зима. Что делать нам в деревне?»: скучноватые беседы в гостиной, муки сочинительства, когда «ко звуку звук нейдёт». Картину оживляют сельский бал и сцены охоты:

Пороша. Мы встаём, и тотчас на коня,
И рысью по полю при первом свете дня;
Арапники в руках, собаки вслед за нами;
Глядим на бледный снег прилежными глазами;
Кружимся, рыскаем и поздней уж порой,
Двух зайцев потравив, являемся домой.

   Из всех усадеб, где бывал поэт, в Старицком крае хорошо сохранился только особняк в Бернове, ныне обращённый в пушкинский музей. «Это был настоящий помещичий замок, – писала Анна Керн, чьи отроческие годы прошли здесь, в имении дедушки Ивана Петровича Вульфа, – необыкновенно толстые стены, анфилады просторных залов, высокие светлые окна второго этажа, под домом вместительные подвалы». Вокруг благоухал регулярный парк, переходящий в пейзажный, липовая аллея спускалась к небольшому круглому пруду, а дорожка, обсаженная жёлтой акацией, вела на горку «Парнас», на вершине которой, как рассказывают, любил отдыхать Пушкин. Это великолепие было создано при Иване Петровиче Вульфе, который был женат на Александре Фёдоровне Муравьёвой, двоюродной сестре известного писателя и государственного деятеля Михаила Никитича Муравьёва, отца декабристов Никиты и Александра. Михаил Никитич очень любил бывать в Бернове, где отдыхал душой. Его перу принадлежат описания этого имения. В «Эмилиевых письмах» читаем: «В лучшее годовое время приехал я в Берново и наслаждаюсь всеми удовольствиями деревенской жизни. Я нашёл достойного приятеля нашего <И.П. Вульфа>, окружённого своею милою семьёю… Местоположения прекрасны. У нас сад, зверинец, рощи. Я встаю очень рано. Каждый день странствую по полям верхом или пешком, читаю, пишу».
   Берново. Вид на круглый пруд
   Берново. Вид на реку Тьму и церковь Успения

   Лучше всего непринуждённая и располагающая к простым сельским радостям атмосфера имения описана в его стихотворении, датированном 1780 годом, когда писатель проводил отпуск у отца в Твери и часто наведывался в Берново:

Итак, опять убежище готово,
Где лености свободно льзя дышать,
Под сень свою, спокойное Берново,
Позволишь мне из Твери убежать.

   Обращаясь к хозяйке имения, М.Н. Муравьёв пишет:

Ты любишь сень безмолвную Бернова,
И древний дом, и плодоносный сад,
И этот холм, и рощи глыбь сосновой,
И мельницы шумящий водопад.

   Описывая быстроводную речку Тьму, автор высказывает поэтическое предположение о происхождении её названия:

Смиренна Тьма. Какой своей прослугой
Название сие приобрела?
Вияся сей прекрасною округой,
Ты льёшь струи прозрачнее стекла.
Иль для того, что кроясь своенравно
В подножия высокия горы,
Меж берегов крутых струишься плавно,
Маня к себе нимф сельских для игры;
Кидая темь, как плещутся пастушки,
В кустарниках скрываешь пастухов.
Узнавши то, завистные старушки
Сказали: «Тьма течёт средь сих брегов».

   Стихотворение М.Н. Муравьева написано в традициях конца галантного века. Здесь и почтенный хозяин «со скромною улыбкой на устах», и хозяйка, «госпожа гостеприимна дома», и древние пенаты, «хранители прекрасного села», и пляшущая на траве воображаемая гурия, молодая и прекрасная, и вставшие в хоровод дриады и феи… С этим соседствует описание застолья в большой светлой оранжерее, «где персики румянятся пушисты».
   К сожалению, никто кроме А.С. Пушкина и М.Н. Муравьёва не воспевал в стихах старицкие усадьбы, ставшие местом паломничества только с открытием здесь музея в 1970–х годах.

   Архангельское

   Роскошная подмосковная усадьба Архангельское в пушкинское время принадлежала знаменитому князю Николаю Борисовичу Юсупову, дипломату и сенатору, коллекционеру произведений искусства и меценату. Дворцово – парковый ансамбль начал формироваться ещё при прежнем владельце – князе Н.А. Голицыне. В 1810 году имение купил Юсупов. Несмотря на разорение французами в 1812 году и несколько пожаров, Архангельское при нём превратилось в роскошную загородную резиденцию, где были размещены богатые художественные коллекции.
   Великолепием Архангельского восторгался Александр Воейков, включив строки о нём в собственный перевод книги Ж. Делиля «Сады, или Искусство украшать сельские виды», вышедший в 1816 году:

Пример Двора священ вельможам, богачам.
Во всех роди́лась страсть изящная к садам:
В Архангельском сады, чертоги и аллеи,
Как бы творение могущей некой феи,
За диво бы почли и в Англии самой.

   Николай Борисович Юсупов мог знать Пушкина ещё маленьким мальчиком: в 1801–1802 годах родители поэта снимали принадлежавший князю дом в Москве, расположенный в Большом Харитоньевском переулке. Великий поэт был дружен с прославленным вельможей и, возможно, посещал Архангельское много раз. Весной 1827 года он приезжал вместе со своим другом С.А. Соболевским, а в августе 1830 года побывал здесь с П.А. Вяземским. В стихотворении «К вельможе», обращённом к Н.Б. Юсупову, Пушкин воспел красоты Архангельского:

…К тебе явлюся я; увижу сей дворец,
Где циркуль зодчего, палитра и резец
Учёной прихоти твоей повиновались
И, вдохновенные, в волше́бстве состязались.
<…>
Один всё тот же ты. Ступив за твой порог,
Я вдруг переношусь во дни Екатерины.
Книгохранилище, кумиры и картины,
И стройные сады свидетельствуют мне,
Что благосклонствуешь ты музам в тишине…

   В память о посещениях великого поэта одна из аллей парка в Архангельском названа Пушкинской. Потомки Юсупова в 1903 году установили на ней беломраморный бюст А.С. Пушкина.
   Усадьба Архангельское
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация