А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "«Приют задумчивых дриад». Пушкинские усадьбы и парки" (страница 11)

   Удивительно, что не попало в список С.Д. Полторацкого стихотворение «Что в имени тебе моём?», вписанное в альбом Олениной, хотя она вряд ли могла видеть его также и в альбоме Каролины Собаньской. Видимо, проницательная Анна Алексеевна не чувствовала тесной связи этого стихотворения с конкретными обстоятельствами своей жизни и понимала, что оно может быть обращено и к другой женщине, которую некогда любил поэт, но отношения с которой у него не сложились.
   На первый взгляд необоснованным кажется включение в список Посвящения поэмы «Полтава»: в советском пушкиноведении оно традиционно ассоциировалось с декабристкой М.Н. Волконской. Не вникая в подробности дискуссии пушкинистов об «утаённой любви», отметим: имеются серьёзные основания относить Посвящение не к ней, а к А.А. Олениной, чьи портреты, инициалы и анаграммы часто повторяются в черновиках поэмы27.
   Полторацкий включил Посвящение в список стихотворений к Олениной под первым номером в 1849 году и повторил свою запись в 1878 году28, что наводит на мысль: Сергей Дмитриевич и Анна Алексеевна имели какое – то весьма авторитетное свидетельство на этот счёт, совпавшее с их собственными догадками. Можно согласиться с мнением В.В. Крамера относительно записи Полторацкого: «Не являясь окончательным и бесспорным решением пушкиноведческого спора, идущего уже несколько десятилетий, она в то же время даёт едва ли не наиболее вероятную из всех возможных кандидатур»29.
   Стихотворение «Я вас любил…» не вызывало столь жарких споров, как Посвящение поэмы «Полтава», по поводу адресата, которым многие пушкинисты были склонны называть Оленину ещё до сообщения О.Н. Оом об автографе в её альбоме. Это неудивительно, потому что содержание стихотворения соответствует характеру взаимоотношений Пушкина с Олениной. Оно было написано в начале 1829 года после встречи с будущей женой Натальей Гончаровой, когда любовь великого поэта к Анне Олениной осталась в недавнем прошлом, но отголоски прежнего чувства всё ещё беспокоили его. Известны зарисовки Пушкиным портретов Олениной в альбоме Елизаветы Николаевны Ушаковой в этот период и позже в черновиках.
   В третьем и четвёртом стихах поэт пишет о том, что не хочет больше тревожить и даже печалить бывшую возлюбленную своим чувством. Оленину действительно тревожило поведение влюблённого поэта, которое, как ей казалось, могло бросить тень на её репутацию. В дневнике Анны Алексеевны интересна запись от 20 июня 1828 года, где она, рассказывая о встрече с Пушкиным на обеде у своей родственницы В.Д. Полторацкой, пишет: «Там был Пушкин и Миша Полт<орацкий>. Первой довольно скромен, и я даже с ним говорила и перестала бояться, чтоб не соврал чего в сантиментальном роде». Поэт чувствовал насторожённость Олениной по отношению к себе. Обращаясь к ней, он писал в стихотворении «Увы! Язык любви болтливый…»: «Тебя страшит любви признанье, / Письмо любви ты разорвёшь…» Он не говорил о своей любви прямо и тщетно надеялся, что «стихотворное посланье» девушка прочтёт «с улыбкой нежною». Оленина не отнеслась серьёзно к поэтическому признанию в любви «Ты и Вы», вручённому ей поэтом 27 мая 1828 года. В стихах чувствуется робость: «Пред ней задумчиво стою…» С этим перекликаются пятый и шестой стихи «Я вас любил…», где поэт говорит о безнадежности своего чувства, безмолвии перед возлюбленной, томлении ревностью, робостью, а в ранней редакции – страстью.
   Такие чувства поэта к Олениной находят подтверждение в письмах П.А. Вяземского30жене. Рассказывая о вечере у Мещёрских 5 мая 1828 года, Вяземский писал: «С девицей Олениной танцевал я pot – pourri и хвалил её кокетство <…>. Пушкин думает и хочет дать думать ей и другим, что он в неё влюблён, и вследствие моего pot – pourri играл ревнивого». В письме о поездке с Адамом Мицкевичем 20 мая 1828 года в имение Олениных Приютино близ Петербурга есть такие строчки: «Там нашли мы и Пушкина со своими любовными гримасами. <…> Пушкин был весь в прыщах и, осаждаемый комарами, нежно восклицал: сладко!». В письме Вяземского от 26 мая, где он сообщает жене о путешествии с Пушкиным и Олениными в Кронштадт на пироскафе 25 мая, имеется фраза: «Пушкин дуется, хмурится, как погода, как любовь». В 1829 году страсть поэта уже улеглась. «Закономерной представляется в силу этого замена в окончательном варианте стихотворения (в шестом стихе) слова „страсть“ на слово „робость“, как более соответствующее чувству Пушкина к А.А. Олениной»31, – пишет В.П. Старк.
   А.А. Оленина. Рис. Г.Г. Гагарина. Приютино. 1833 г.

   Искренность и нежность любви Пушкина к Олениной не вызывает сомнений. Он рисует её профили в черновиках, пишет имя и анаграммы, выдающие мечты о женитьбе на ней, которые не оставляют его, несмотря на параллельное увлечение А.Ф. Закревской летом 1828 года. 11 августа 1828 года, в свой день рождения, Анна Алексеевна записала в дневнике: «Пушкин <…> был по обыкновению у нас. Он влюблён в Закревскую и всё об ней толкует, чтоб заставить меня ревновать, но при этом тихим голосом прибавляет мне нежности».
   Примечательно, что в дневниковых записях начитанной Олениной можно найти параллели со вторым четверостишием стихотворения «Я вас любил…», когда она говорит о своей неразделённой любви к Лобанову – Ростовскому. В апреле 1829 года Анна записала: «Один раз только я искренно полюбила, судьба не исполнила моего желания, Провидение Всеведущее, может быть, спасло меня. Я повинуюсь, не ропщу». Вот запись от 17 мая 1829 года: «Я обречена, мне кажется, быть одной и проводить жизнь, не занимая собою никого. Без цели, без желаний, без надежд…» Тогда пушкинского стихотворения, скорее всего, ещё не было в альбоме Олениной, но интуитивное совпадение выражения чувств удивительно32.
   Вполне естественным в отношении Анны представляется и пожелание поэта в последнем стихе «Я вас любил…» обрести счастье с другим: судьба девушки в начале 1829 года не была определена, она ещё не встретила того, кто стал бы её супругом. Пушкин об этом наверняка знал, вращаясь в том же великосветском кругу. Знаменательно, что В.Г. Белинский и А.А. Григорьев, как отмечалось выше, видели развитие темы в стихотворении «Нет, я не должен, не могу…», обращённом также к незамужней девушке.
   Существует ещё одно свидетельство в пользу отнесения стихотворения «Я вас любил…» к Олениной. Л.Н. Павлищев в «Воспоминаниях об А.С. Пушкине» описывает вечер в доме его родителей в начале 1830 года, на котором присутствовали Пушкин и Глинка, а также Керн, Дельвиг и Соболевский: «…Александр Сергеевич обратился к Анне Петровне с вопросом:
   – Не приревнуете ли вы меня к вашей кузине Олениной, если прочитаю последние мои к ней стихи нашему другу Глинке, которому их особенно рекомендую? – Да, очень приревную, – отвечала, шутя, Анна Петровна.
   – Ну, тем лучше, – подхватил в шуточном же тоне дядя Александр и, сказав Глинке: «Послушайте и положите на музыку», – прочёл наизусть: «Я вас любил…»…»33.
   Сообщение Павлищева не вызывает доверия исследователей. Т.И. Краснобородько комментирует его так: «Приводимый эпизод, скорее всего, сочинён автором «Семейной хроники»: ни в мемуарах М.И. Глинки, ни в воспоминаниях А.П. Керн, отличающихся фактической точностью и достоверностью, рассказа о подобном вечере у Павлищевых нет. Кроме того, Л.Н. Павлищев относит его к началу 1830 года, когда Глинка находился в родительском имении Новоспасское Смоленской губернии. С.А. Соболевский – за границей»34. Литературовед Н.О. Лернер считал сообщение Павлищева явной выдумкой35. На наш взгляд, эпизод «появился» не на пустом месте. Он свидетельствует о том, что в семье Павлищевых стихотворение «Я вас любил…» относили к Олениной. Скорее всего, сестра поэта Ольга Сергеевна Павлищева знала об этом со слов самой Анны Алексеевны, с которой подружилась в 1840–х годах в Варшаве, где служил её муж Н.И. Павлищев, а Ф.А. Андро де Ланжерон, за которого Оленина вышла замуж в 1840 году, занимал должность президента города. Могла знать О.С. Павлищева и о записи в альбоме Олениной, хотя сама его вряд ли видела: Анна Алексеевна убрала свои девические реликвии подальше от ревнивого супруга, да и показывать обидную приписку Пушкина не хотела.
   Итак, атрибуция стихотворения «Я вас любил…» к А.А. Олениной основана на следующих основных аргументах.
   • По времени создания стихи могут быть обращены к ней.
   • Содержание стихотворения соответствует характеру и истории взаимоотношений Пушкина с нею.
   • Стихотворение было вписано Пушкиным в её альбом, вероятнее всего, в январе 1830 года. В 1833 году поэт сделал приписку «давно прошедшее», подтверждающую, что стихотворение имеет к ней определённое отношение.
   Хотя столь серьёзной аргументации нет относительно других предполагаемых адресатов стихотворения «Я вас любил…», однозначно толкуемых прямых свидетельств, что оно обращено к Олениной, пока не найдено. Существует ещё несколько гипотез, выдвинутых в разное время.
   Известный пушкиновед Т.Г. Цявловская относила стихотворение к Каролине Адамовне Собаньской (1794–1885), которой Пушкин увлекался ещё в период южной ссылки. Собаньская была, кажется, соткана из противоречий: с одной стороны – изящная, умная, образованная женщина, увлекающаяся искусством и хорошая пианистка, а с другой стороны – ветреная и тщеславная кокетка, окружённая толпой поклонников, сменившая несколько мужей и любовников, да к тому же, по слухам, тайный агент правительства на юге. Отношения Пушкина с Каролиной были далеко не платоническими.
   Цявловская убедительно показала, что к Собаньской обращены два страстных черновых письма Пушкина, которые написаны в феврале 1830 года, и стихи «Что в имени тебе моём?». «О том, что стихотворение «Что в имени тебе моём?» не только переписано в альбом Собаньской, но и посвящено ей, свидетельствует составленный поэтом в 1830–1831 годах список его стихотворений, намечавшихся в сборник, изданный в 1832 году. В этом списке значится стихотворение «Соб – ой», то есть «Собаньской», в котором нельзя не видеть стихотворения «Что в имени тебе моём?»36.
   К.А. Собаньская (?). Рис. А.С. Пушкина

   Свою аргументацию Т.Г. Цявловская строит на смысловой перекличке с указан-ными письмами и стихотворением: «Мне кажется более чем вероятным, что к ней же обращено стихотворение «Я вас любил…». До сих пор оно не связывалось ни с чьим именем. Между тем оно датировано самим поэтом 1829 годом, как и стихотворение «Что в имени тебе моём?», и чрезвычайно близко к нему как темой, так и тоном смирения и грусти <…>. Основное чувство здесь – огромная любовь в прошлом и сдержанное, бережное отношение к любимой в настоящем <…>.
   Стихотворение «Я вас любил…» связывается и с первым письмом Пушкина к Собаньской. Слова «Я вас любил так искренно, так нежно» развиваются в первом письме: «От всего этого мне осталась лишь слабость выздоравливающего, привязанность очень нежная, очень искренняя и немного боязни…» Стихотворением «Я вас любил…», по – видимому, открывается цикл обращений поэта к Каролине Собаньской»37.
   Подробно исследуя парижское издание дневника Олениной во второй половине 1950–х годов, Т.Г. Цявловская находит подтверждение давно известному ей сообщению композитора А.А. Оленина о том, что стихотворение «Я вас любил…» записано Пушкиным в альбом Анны Алексеевны Олениной. Однако исследовательница с явным предубеждением и антипатией относится к ней: «Лишённая всякого литературного дара, Оленина усвоила от культуры слова лишь развязность, бойкость в выражении мыслей. Рассудительность её, душевный холод часто заглушали её природную пылкость. Властная и даже деспотичная, рассудочная в отношениях, резонёрка, чрезвычайно высоко мнящая о себе, – она представляется нам малосимпатичным человеком. Но обаяние её девичьей нежности, привлекательность её в соединении с весёлым и живым характером заставили Пушкина «без памяти» влюбиться в неё»38. Образно говоря, Татьяна Григорьевна видела Оленину словно в кривом зеркале.
   Таким отношением можно объяснить нежелание Цявловской допустить мысль о том, что стихи «Я вас любил…» могут быть обращены к Анне Алексеевне: «Вся психологическая основа стихотворения «Я вас любил…» противоречит тому, чтобы признать его написанным к А.А. Олениной39. Слова стихотворения предполагают безграничную преданность женщине – до полнейшего отказа от собственного чувства. За стихотворением чувствуется какая – то протяжённость, давность чувства, остужающее дыхание времени»40. Не желая отказаться от своей версии, Цявловская пишет: «Пушкин вписал в альбом Олениной стихотворение „Что в имени тебе моём?“ <…> Не то же ли самое случилось и со стихотворением „Я вас любил…“? Не было ли оно написано другой женщине и вписано в какую – то нежданную минуту в альбом Олениной? Например, когда Крылов побуждал Пушкина написать ей в альбом стихи. Оленина уже не вдохновляла его, и он взял стихи, написанные другой женщине»41.
   Этой «другой женщиной» исследовательница по – прежнему называет К. Собаньскую, но, как видно из статьи, не считает вопрос об адресате стихотворения «Я вас любил…» окончательно решённым. Однако авторитет Т.Г. Цявловской столь высок, что в обзоре пушкинианы 1962–1963 годов, составленном О.А. Пини, написано: «Вс. Рождественский ошибается здесь, что «тайной поэта осталось то, кого он имел в виду в стихотворении «Я вас любил…», что «пушкинисты спорят до сих пор, к кому обращено пушкинское признание – к Олениной? К Наталье Гончаровой?»42. Вдохновителем этого шедевра, как установила Т.Г. Цявловская, является К. Собаньская»43.
   Сторонником атрибуции Цявловской был литературовед Р.О. Якобсон, сделавший на эту тему несколько сообщений на зарубежных научных конференциях. Свою статью о Собаньской «Тайная осведомительница, воспетая Пушкиным и Мицкевичем» он начинает с цитирования стихотворения «Я вас любил…» и далее пишет: «Кто же героиня этих волнующих пушкинских строк? Кому посвящены любовные стихи «Что в имени тебе моём?», написанные примерно в то же время (зимой 1829–1830 годов), что и это восьмистишие, и вписанные в альбом рукой поэта? <…> Только теперь эта тема, по – видимому, близка к раскрытию. Найден альбом К. Собаньской со стихотворением «Что в имени тебе моём?», вписанным Пушкиным в январе 1830 года»44. Однако, как и Цявловская, Якобсон не считал Собаньскую неопровержимо доказанным адресатом стихотворения «Я вас любил…».
   Таким образом, атрибуция к Собаньской строится на следующих аргументах.
   • Стихотворение «Я вас любил…» написано в одно время со стихотворением «Что в имени тебе моём?», обращённым к Собаньской.? Эти стихотворения близки темой и тоном смирения и грусти.
   • Имела место вспышка чувства поэта к Собаньской, выраженная в двух черновых письмах к ней, написанных в феврале 1830 года.
   • Имеются авторские реминисценции в стихотворении «Я вас любил…» и указанных письмах.
   • Стихотворение переадресовано Пушкиным при внесении его в альбом А.А. Олениной.
   Все аргументы являются косвенными, поэтому гипотеза Т.Г. Цявловской не случайно подвергается критике. Уточнение Л.А. Черейским времени написания стихотворения делает несостоятельным первый аргумент. Вспышка чувственного увлечения Собаньской произошла у Пушкина в конце 1829 – начале 1830 года, когда было написано стихотворение «Что в имени тебе моём?». Говорить о новом серьёзном увлечении поэта Собаньской в начале 1829 года, когда было написано стихотворение «Я вас любил…», или в 1828 году нет оснований. В 1907 году в «Русском архиве» опубликованы воспоминания публициста О.А. Пщецлавского. Описывая свой визит в середине 1828 года к Каролине Адамовне в обществе Мицкевича и Пушкина, он сообщает, что последний был неравнодушен к хозяйке, «женщине действительно очаровательной». Это свидетельствует скорее об обычном светском ухаживании, чем о серьёзной любви. Следовательно, по времени создания стихотворение «Я вас любил…» трудно отнести к Собаньской.
   Остальные аргументы Т.Г. Цявловской сами по себе весьма спорны. Сторонник атрибуции стихов к А.А. Олениной В.П. Старк отмечает: «В стихотворении «Я вас любил…» (1829) <…> некоторые выражения почти буквально соответствуют тем, которые Пушкин использовал в черновом письме к Собаньской от 2 февраля 1830 года: «от всего этого у меня осталась лишь слабость выздоравливающего, одна привязанность, очень нежная, очень искренняя – и немного робости, которую я не могу побороть». Однако в контексте письма эти слова относятся к тому, что «есть самого судорожного и мучительного в любовном опьянении», которое никакого отношения не может иметь к чувству, испытанному Пушкиным по отношении к А.А. Олениной. Поэт мог вписать в альбом Собаньской стихотворение «Что в имени тебе моём?..», но никогда бы «Я вас любил…». Для гордой и страстной Собаньской слова «любовь ещё, быть может, в душе моей угасла не совсем» были бы просто оскорбительны. В них заключена та форма бесстрастности, которая не соответствует её образу и отношению к ней Пушкина»45. Добавим, что такую экстравагантную и далеко не целомудренную женщину, как Собаньская, вряд ли могла опечалить или встревожить любовь поэта. На наш взгляд, к ней нельзя отнести третью и четвёртую строки стихотворения «Я вас любил…». Спорным является и соображение о переадресовке стихотворения А.А. Олениной: его значение поэт скрепил в 1833 году припиской «давно прошедшее».
   Отметим также, что авторские реминисценции, не подтверждённые фактами, могут быть лишь косвенным аргументом в литературоведческих спорах, поэтому к ним надо подходить осторожно. Как было показано выше, выраженную смысловую перекличку отдельных стихов элегии «Я вас любил…» можно найти в произведениях французских авторов, которые к Собаньской не имеют отношения, а также в дневниковых записях А.А. Олениной.
   Таким образом, по времени создания и содержанию стихотворение «Я вас любил…» вряд ли адресовано К.А. Собаньской.
   Другим возможным адресатом Д.Д. Благой в своём исследовании пушкинской лирики 1826–1830 годов, изданном в 1967 году, называет Наталью Николаевну Гончарову (1812–1863). По поводу холодного приёма Пушкина у Гончаровых осенью 1829 года Д.Д. Благой писал: «Мучительные переживания поэта претворились тогда же в едва ли не самые проникновенные любовно – лирические строки, им когда – либо написанные (датируются 1829 годом, не позднее ноября): „Я вас любил…“. <…>
   Н.Н. Пушкина, урождённая Гончарова.
   Акварель А.П. Брюллова. 1831 г.

   Стихотворение это абсолютно целостный, замкнутый в себе мир. И в то же время существует несомненная внутренняя преемственная связь между ним и созданной по пути в Тифлис второй и окончательной редакцией стихотворения «На холмах Грузии…». Оба стихотворения даже внешне подобны друг другу. Тот же объём, простота рифм, некоторые из них прямо повторяются (в обоих стихотворениях рифмуется «может» – «тревожит»), и вообще единый структурный принцип – предельная простота выражения при насыщенности словесными повторами (там: «тобою», «Тобой, одной тобой», здесь – троекратное «Я вас любил»). <…>
   Эта близость формы определена общностью содержания – единой развивающейся лирической темой. Основа первого – утверждение, что сердце поэта любит, ибо не может не любить. Во втором раскрывается природа, сущность большой, подлинной любви. Мне приходилось слышать критические замечания по этому поводу: деликатно ли по отношению к любимой настойчиво твердить ей о своей любви в прошедшем времени <…>. Однако такое замечание – результат непонимания того душевного состояния, которое выражено в пушкинском стихотворении <…>. Поэт говорит, что его любовь, быть может, не совсем угасла (снова образная перекличка с кавказским стихотворением, где сердце горит любовью), но всё стихотворение – непререкаемое свидетельство того, что гореть любовью оно продолжает и сейчас <…>. То, что он говорит о своей любви в прошедшем времени, продиктовано мыслями не о себе, а о ней, нежной заботой о том, чтобы своей настойчивой, а раз она безответна, становящейся даже назойливой любовью не причинить ей хотя бы какого – либо огорчения; а это уже само по себе лучшее подтверждение того, что любовь не угасла»46.
   Автограф стихотворения А.С. Пушкина «На холмах Грузии…»

   Итак, гипотеза о посвящении стихотворения «Я вас любил…» Н.Н. Гончаровой основана на следующих соображениях.
   • Стихотворение написано после получения неопределённого ответа на предложение Пушкиным руки и сердца Н.Н. Гончаровой, а точнее, после холодного приёма поэта в её семье осенью 1829 года.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация