А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Под разными именами (сборник)" (страница 1)

   Фёдор Московцев
   Под разными именами (сборник)

   (посты с сайтов razgon.su, razgon.name, ЖЖ-блогов fiodor-m.livejournal.com, provokatsia.livejournal.com, etc)

   Об авторе

   Меня зовут Фёдор М., мне 40 лет, и я социопат. У меня нет постоянного места жительства, постоянного источника дохода, постоянной девушки, я не скован какими-либо правилами и обязанностями, а единственными константами для меня являются крепкий алкоголь и проявление тёмных эмоций.
   Основные активы, которыми я располагаю на сегодняшний день – это стомиллионный долг, нажитый честным трудом, и два уголовных дела (я нахожусь под следствием, – сыщики Главного следственного управления уверены, что я совершил умышленное преступление средней тяжести и тяжкое преступление, за совершение которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до 5 и до 10 лет). В течение шести лет, с февраля 2007-го по декабрь 2012-го, я находился в федеральном розыске. «В бегах» у меня достаточно свободного времени (до этого, будучи владельцем бизнеса, я был тотально занят), и я много писал. Творческие изыскания спасли меня от сумасшествия, ведь я был лишён привычного общества и подолгу оставался один на один со своими невесёлыми мыслями. Посты, статьи, заметки, новеллы, романы – всё это выкладывалось на разных интернет-ресурсах под разными именами; и сейчас, без вычитки и редактирования, я объединяю малые произведения в одном сборнике. Это заметки на самые разные темы, от алкоголя до политики, размышления о разном в формате «поток сознания», они не имеют никакого значения сами по себе, но отражают моё состояние в то время, когда я находился в розыске. Возможно, кто-то сочтёт мои суждения субъективными, предвзятыми, чересчур резкими… увы, я не могу позволить себе роскошь быть объективным. Какое-то время эти записи имели для меня терапевтическое значение. Перечитывая их спустя некоторое время после написания, я отмечаю, что многое выглядит настолько убедительно, что вывод о том, чтобы остановиться и поберечь здоровье, напрашивается сам собой.
   Новеллы и романы (в какой-то степени автобиографичные) продаются на сайте litres.ru (авторство – Фёдор Московцев, Татьяна Московцева). Сборник «Под разными именами», по большому счёту, тоже можно считать полноценным романом, который сам собой сложился из моих путевых заметок.

   Под разными именами

17.10.2011 года
   Не то, чтобы я всё время подталкивал себя к самому краю, дабы понять, кто я и что я. Мне это и так понятно – я люблю брать жизнь с её самой приятной стороны и всегда стараюсь обойтись без лишней драмы. Мне всегда парадоксально везло, всю дорогу я был, как у Христа за пазухой. Всеми двигала бесконечная симпатия ко мне, некоторые умудрялись сравнивать мою комсомольскую внешность с изображением древнегреческого бога… хм.
   Мне самому до сих пор непонятно, как получилось, что я незаметно для себя вышел из зоны комфорта. Всё произошло так легко и грациозно, что окружающим показалось, будто я даже особо не старался опустить себя на самое дно помойки. «Какой у тебя был бизнес – загляденье, и как талантливо ты его про**ал», – вздыхая, говорил мне один товарищ.
   Нельзя сказать, что я оказался в нынешнем своём положении для моего же блага по воле кармических сил. Так же, его никак нельзя назвать ступенью на пути к духовному совершенствованию. Сколько себя помню, меня всегда тяготила рабочая рутина, я смотрел на вещи с творческой стороны, а не сквозь скучные математические формулы, и уж точно не сверял каждый свой шаг с учебником логики. И я всегда пытался избавиться от повторяющихся действий. Ну и вот, пожалуй, уже избавился ото всех, кроме употребления алкоголя.
   В 2006 году мои духовные искания закономерно привели к банкротству моей фирмы (я начал бизнес примерно в 1995 году, к 2001 году стал владельцем фирмы по продаже фармпрепаратов, медицинских расходных материалов и медицинского оборудования, также мне принадлежала сеть аптек и доля в компании, занимающейся продажами аккумуляторных батарей и сырья для производства оных; медицинский бизнес находился в Волгограде, аккумуляторный – в Петербурге, там же, в Питере, находился и я сам). В 2005 году у меня начались проблемы из-за непродуманной финансовой политики и ссоры с милицейской «крышей», и, чтобы избежать крупных неприятностей в связи с долгами и налоговыми недоимками, летом 2006 года я запустил процедуру банкротства компании (строго говоря, это было два юридических лица – ООО Совинком и ООО Экссон). В октябре 2006 года Арбитражный суд г. Волгограда признал меня банкротом. Сумма долгов составила более 100 миллионов рублей, в списке кредиторов значилось около 100 компаний. За полгода до банкротства мой хитрый бухгалтер сделал разделительный баланс; смысл этой процедуры заключался в том, что от фирмы (ООО Совинком) отпочковалась дочерняя, с левым учредителем, и на неё скинули весь шлак в виде долгов и прочих неприятных моментов, юристы оформили необходимые бумаги в соответствующих инстанциях, и после официальной регистрации изменений устава и прочей лабуды кредиторы уже не имели права предъявлять должнику какие-либо претензии, обязательства по долгам перешли на дочернюю фирму. Юристы, провернувшие это дело, получили 10 % от суммы слитого долга. Всю задолженность фирмы убрать таким способом не удалось. Оставшиеся долги похоронил Арбитражный суд. Другое юрлицо, ООО Экссон, тоже весь в долгах, как в шелках, обанкротила налоговая инспекция, дабы не возмещать мне экспортный НДС по выигранным в трёх инстанциях судам.
   Эти операции вызвали недовольство многих и многих людей. Я прямо не знал, что мне делать. В конце ноября 2006 года я отправился туда, куда позвала меня моя интуиция.
   Бизнес я потерял, семью кстати тоже, до кучи ещё и с компаньонами поссорился, и, начиная с конца 2006 года по большей части был занят непрекращающимся рок-н-ролльным хэппенингом – с барами, потасовками и прочими романтическими атрибутами в духе «нечего терять». Всё это происходило вдали от кварталов социального жилья, вдали от социальных проблем и рефлексий по поводу красивых разводов у себя в кофейной чашке.
   Таков был мой способ справляться со временем, которое было отведено мне для творческого отпуска (который можно смело назвать психиатрическими каникулами).
   Мой мозг так устроен, что осознание того, что я уже давно веду жизнь беглеца, пришло на пятом году моей жизни в бегах. Денег оставался последний мешок, всё отчётливей осознавалась неумолимость завтрашнего дня, а вместе с тем, необходимость легализоваться и жить открыто. Вылезти из-под коряги означало привлечь к себе внимание недружелюбно настроенных ко мне граждан, коих развелось очень много, и у меня не было столько лавандоса, чтобы уладить с ними все разногласия; однако, я рассудил таким образом: боги же никогда не уходят в отставку, поэтому и со мной по определению не может случиться беды.
   Так, в один из дней, едва выйдя из комы, но всё ещё ощущая похмельную печаль, совсем как тот американский психопат, только что разделавший пару тушек манекенщиц под высоченными пальмами, я принял решение вернуться к нормальной жизни. Я подошёл к зеркалу, посмотрел на своё мутное отображение и подумал: «Всё, п**дец, парень готов к бою».
   Момент просветления застал меня в Абхазии. Я сел в машину и отправился в Волгоград, место сосредоточения основных моих проблем.
   Социализация проходила трудно. Мне было непонятно, откуда взялось такое отношение ко мне со стороны старых знакомых. Думаю, это клише. Люди навешивают ярлыки и говорят: «О, Фёдор пустился во все возможные блудняки и такой стал испорченный!» Им невдомёк, что предприниматель не может всегда смотреть на жизнь сквозь безжизненные таблицы бухгалтерского баланса, бывает, ему надо включать эмоции. А потом снова подходить ко всему аналитически. И так по кругу. Не хочу, чтобы на меня смотрели с какой-то одной стороны. В сложившейся ситуации в какой-то степени виноват Андрей Разгон, герой моего романа «Реальные истории». (почему я назвал героя так, а не иначе – всё очень просто: моего лучшего друга детства звали Андрей. Далее, Андреем я назвал своего сына, соответственно любимого персонажа не мог назвать как-то по-другому. Что касается фамилии – однажды у меня был замут с девушкой по фамилии Разгон. До этого я не знал, что такая фамилия существует в принципе, но увидев, как оно пишется в паспорте, сразу же взял на заметку. Звучит очень круто – Разгон!!!)
   …строго говоря, сказать, что «социализация проходила трудно» – ничего не сказать. Знающие меня люди вопрошали: «А может ли Фёдор М. начать вести нормальную жизнь?» Они решили, что обычная жизнь мне не по зубам, потому что я не могу перестать бухать, гоняться за молоденькими чиксами и всячески возмущать общественное спокойствие. Все они прочитали одну-две-три мои книги – купив в магазине, скачав в интернете – и стали отождествлять Андрея Разгона со мной, а меня с ним. Типичный пример: девушка, с которой я знаком полгода по работе, и которой я подарил на Новый Год свою книгу с автографом, через день после получения подарка, прочитав… немного страниц из 800… спросила: «Стесняюсь спросить – а эта книга, это что – твоя автобиография?» Андрей Разгон (а вместе с ним и я) all together стали придурками-антигероями нашего времени, символами неудачи и тупика в конце неверного пути, всероссийскими суперотморозками, которые гордятся сексизмом, шовинизмом, нетолерантностью, а также дурным характером.
   …Начиная с лета 2011 года, я стал подыскивать адвоката, который бы помог мне выбраться из ситуации. Но, похоже, мне совсем отказало чутьё. Если раньше мне везло на сотрудников, компаньонов и деловых партнёров, то теперь стали попадаться одни уроды. Чего стоил один жулик, взявшийся сделать поддельный паспорт и скрывшийся с пятьюдесятью тысячами аванса; или другой, пообещавший украинский паспорт и фиктивную эмиграцию с Украины и российское гражданство… и также исчезнувший вместе с задатком! Короче говоря, с каждым новым защитником перспектива разрешения проблемы удалялась всё дальше и дальше.
   Всё же, родственники подыскали мне более менее нормального адвоката, который установил, что в розыске я нахожусь в связи с двумя уголовными делами, по статьям 176-й (незаконное получение кредита) и 159 ч.4 (Мошенничество в особо крупном размере), эти дела находятся в производстве ГСУ (Главное следственное управление) по Волгоградской области. Дела были возбуждены соответственно 05.12.2006 г и 23.04.2007 г с подачи областной прокуратуры – постановления завизированы зампрокурора Музраевым М.К., заказчиками являются соответственно Волгопромбанк (которому я задолжал около 4 миллионов рублей) и немецко-фашистская фирма Сименс (долг около 18 млн).
   19.02.2007 года ГСУ вынесло постановление об объявлении меня в федеральный розыск.
   20.02.2007 года ГСУ отправило сопроводительное письмо исх № 51204 в УУР КМ УВД Волгоградской области для организации розыска подозреваемого (то есть меня).
   Постановлением от 05.03.2007 года предварительное следствие приостановлено на основании п.2 ч.1 ст. 208 УПК РФ (ввиду моего отсутствия).
   Постановлением от 20.06.2007 года постановление о приостановлении предварительного следствия отменено для проведения дополнительных следственных действий.
   Постановлением от 21.06.2007 года уголовные дела № 530682 и № 530792 соединены в одно производство.
   Постановлением от 20.07.2007 года предварительное следствие приостановлено на основании ст.208 п.2 ч.1 УПК РФ (ввиду моего отсутствия).
   Вот что адвокату удалось узнать. Картина немного прояснилась.
   Чтож, будем смотреть на ситуацию с положительной стороны. Я нахожусь в федеральном розыске… но меня никто не ищет (я спокойно перемещаюсь по стране, издаю под своим именем книги, которые продаются в магазинах в том числе Волгограда), и уголовных дел всего два (строго говоря, одно, раз эти два соединены в одно производство). Могло быть гораздо хуже – по состоянию на конец 2006 года, когда я ударился в бега из-за зашкаливающего количества негатива со стороны недоброжелательно настроенных по отношению ко мне граждан, мне вменялось 22 эпизода по разным статьям: мошенничество, незаконное получение кредита, преднамеренное банкротство, покушение на преступление и всё такое. Также, было не менее 10 потребительских кредитов на общую сумму около пяти миллионов, – ну, эти проблемы должны были сами собой рассосаться, так как я более трёх лет не поддерживал контакт с банками и коллекторами, которым банки в итоге передали долги.
   Актуальными сложностями остаются уголовные дела, находящиеся в производстве ГСУ по Волгоградской области. Значит, надо выходить на людей, которые решат эту проблему.
01.12.2011 года «Время к своим часам ты выбираешь сам»
   У меня не так много принципов, чтобы я их игнорировал. Одним из них является «учиться на своих ошибках», что означает их признание, анализ и недопущение их повторения в будущем.
   У меня было достаточно времени, чтобы проанализировать свои ошибки, допущенные за целую декаду, с 1996 по 2006 гг, т. е. за то время, пока я занимался бизнесом. Кроме того, я, наконец-то, разобрался в своих бумагах и компьютерных базах (у меня сохранился весь документооборот моих фирм как в бумажном, так и в электронном виде, причём последний – не та левая отчётность, что подаётся в налоговую инспекцыю, а реальный управленческий учёт). Когда я работал, у меня не было возможности спокойно всё осмыслить.
   И вот к какому выводу я прихожу. Я выделяю основные причины, по которым скатился в это сраное говно, – вот они, выстроены по степени важности в порядке убывания:
   1) неправильная расстановка приоритетов. Я должен был быть ближе к своим петербургским компаньонам (по фирме Экссон) и должен был согласовывать с ними каждый свой шаг. Также я не прислушивался к советам ещё двоих моих друзей (один из Питера, другой из Волгограда), которые не имели непосредственного отношения к моему бизнесу, но были примерно в курсе и советовали дельные вещи, которые прошли мимо моих ушей, о чём я сейчас сожалею.
   2) как следствие пункта № 1 – непродуманная финансовая политика.
   3) конфликт с некоторыми госслужащими г. Волгограда, которые обеспечивали мне типа «крыши». Объективно, я мог бы выстроить отношения с ними так, чтобы не оказаться в убытке. То есть неумение работать с людьми получается.
   4) как следствие пункта № 3 – воровство на фирме и развал её (дело в том, что в 2004 году ключевые должности в компании заняли протеже упомянутых «крышевателей» и «решальщиков вопросов», эти протеже были марионетками в нечистых лапах тех, кто их мне рекомендовал).
   5) моё сказочное распиздяйство.
   6) судьба. Мне всегда парадоксально везло, но к определённому моменту, а именно к середине 2004 года, лимит авансов судьбы был исчерпан, и на меня со страшной силой посыпались неприятности. В мае 2004 года я преодолел точку невозврата, и чего бы я ни делал, всё только ухудшало моё положение.
   В подробностях и красках всё это описано в романе «Реальные истории» (который на данный момент состоит из 9 книг, особенно рекомендую к прочтению романы «Конвейер», «Он Украл Мои Сны», «Карибский Кризис», «Екатерина Хромова»). В нём присутствует некоторый художественный вымысел, – как, собственно, во всех художественных произведениях; однако всё, что касается деятельности моих фирм «Совинком» и «Экссон», изложено с несокрушимой достоверностью. Фамилии не изменены, совпадения не случайны, этические нормы проигнорированы.
04.10.2012 «Мои дела – моё богатство»
   Похоже, я наконец-то нашёл надёжного адвоката, с которым можно будет пойти на дело. Меня познакомили с ним в конце июля, не писал о нём, так как ещё не был в нём уверен. Мало ли, окажется таким же пидарасом, что попадались ранее.
   Всё началось с того, что один мой родственник, работающий в правоохранительных органах (правда, в другом городе), по моей просьбе залез в милицейскую базу, чтобы пробить, по каким уголовным делам я нахожусь в розыске. Мне было нужно знать, являются ли те уголовные дела, о которых мне известно, единственными моими проблемами, либо существуют какие-то ещё моменты, могущие осложнить мне жизнь, когда я, например, буду брать билет на поезд, либо меня остановит ГАИшник и начнёт пробивать по базе, либо что-то ещё в этом роде. Он (мой родственник) пошукал по своим каналам и установил, что действительно, те два уголовных дела по Волгопромбанку и Сименсу являются единственными, по которым меня выставили в федеральный розыск. Значит, всё остальное – не заслуживающая внимания перхоть. Просто у меня были опасения, что, стоит мне сдаться сыщикам ГСУ, чтобы официально решать вопрос и легализовываться, в меня вцепятся, как клещи, сотни других кредиторов, и начнут сосать кровь.
   Также мой родственник установил, что в розыск меня подал Кировский РОВД (это по месту нахождения Волгопромбанка, который раньше, чем Сименс, добился возбуждения уголовного дела в отношении меня). В связи с чем он посоветовал искать знакомых в Кировском РОВД и договариваться таким образом, чтобы мильтоны закрывали более опасное уголовное дело – по 159-й статье, по которой мне светит 10 лет лишения свободы, а я даю признательные показания по 176-й и получаю условный срок. Была озвучена цена вопроса – около $15,000, т. е. такой сейчас тариф на подобные услуги. Вот, это уже реально деловое предложение. Я стал искать человека со связями в правоохранительных учреждениях Кировского района, и вскоре знакомые нашли такого и устроили мне встречу с ним.
   Первая наша встреча имела место на Мамаевом Кургане, а именно на Первой Продольной, или пр. Ленина на остановке «Мамаев Курган», неподалёку от ресторана «Ари100крат». Зовут его Роман Б., парень примерно моего возраста. Сразу произвёл благоприятное впечатление. Не стал с ходу рисовать мне радужные перспективы, и вместо традиционных адвокатских разводок сказал, что для начала пробьёт ситуацию, посмотрит своими глазами на уголовные дела, поговорит с людьми, оценит прогноз, и только после этого озвучит своё решение. Денег никаких заряжать не стал, просто сообщил, что берёт не дорого, в рамках средних тарифов. Предупредил, что если дело сложное и связанное с большими деньгами и касается серьёзных шишек, то браться за такое он не будет. Ну, типа, каждый сверчок должен знать свой шесток, он занимает свою нишу, за пределы которой не высовывается.
   На том мы порешили. Я дал ему необходимую вводную, сообщил нужные данные, мы обменялись телефонами и расстались.
   Он позвонил через несколько дней и сказал, что разыскал все концы, мои дела находятся в ГСУ (Главное следственное управление по Волгоградской области), осталось только их найти и добиться, чтобы они попали к нужному следователю (поскольку дела приостановлены и никто ими не занимается, они пылятся где-то в архиве, в каких-то чуланах и кладовках, что-то в этом роде). Он поговорил со знакомыми следователями, которые сказали, что дела мои в принципе большой опасности не представляют, мудянка галимая, так что прогноз хороший и он берётся меня защищать.
   Узнав всё это, я воспрял духом. Вырисовывается более менее благоприятная картина.
   …Однако, шло время, а мои уголовные дела всё никак не находились. То есть они однозначно были в производстве ГСУ, но физически эти постановления о возбуждении уголовных дел плюс соответствующие следственные документы никак не найти. Адвокат сказал, что поиски в таком огромном количестве бумаг – дело муторное, предлагал свои услуги исполнителям из ГСУ, так как полагал, что людям может быть просто неохота дышать пылью, своих проблем полно… но дело никак не двигалось с мёртвой точки.
   Я уже стал сомневаться, может, у моего защитника ничего не получается, ему там в ГСУ дали от ворот поворот, и ему неудобно в этом признаваться и он тянет время. Как вдруг… он позвонил и сообщил, что дела нашли. Позволили снять с документов копии и готовы обсуждать варианты нашего взаимодействия.
   Мы встретились с адвокатом, и я, наконец, подержал в руках постановления о возбуждении уголовных дел: по статье 159-й (часть 4-я) – мошенничество в особо крупных размерах, и 176-й – незаконное получение кредита. Общая их сумма около 21-го миллиона рублей. Заказчики – соответственно Сименс и Волгопромбанк. С ходу видно, что при возбуждении уголовных дел нарушена подследственность – предварительное следствие вело УНП (Управление по борьбе с налоговыми преступлениями), которое вообще-то должно расследовать налоговые преступления, а не вмешиваться в хозяйственные отношения коммерческих структур. Так же порадовали фразы о наличии у меня «преступного умысла, направленного на хищение денежных средств в особо крупных размерах». Ещё косяк в деле по Сименсу – ошибка на 10 млн (поступила оплата 27,3 млн вместо 37 млн), плюс там же – говорится о поставке двух аппаратов в волгоградские больницы, тогда как в реальности было поставлено три. Что это – ошибка, недосмотр, косяки следователей или что-то ещё?!
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация