А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Персидские сказки" (страница 13)

   Поклонился ему Масуд, а тот пригласил:
   – Добро пожаловать, юноша! Заходи и садись!
   Сел Масуд на пол, а старец расстелил перед ним скатерть, поставил тарелки с мясом и хлебом, принес кувшин с прохладной водой и стал угощать гостя. Изголодавшийся Масуд быстро проглотил все, что подал ему старец. После ужина стал старец расспрашивать его, а Масуд сказал:
   – Что мне говорить, уважаемый? Хвалиться мне нечем. Да и молчание, говорят, – золото!
   Но делать нечего, решил Масуд рассказать старцу обо всех своих похождениях, встречах и испытаниях. Старец постарался утешить его и спросил:
   – Масуд, какой ты веры?
   – Мусульманской, – отвечал Масуд.
   – Вон как? А я христианин, – молвил старец. – Все чудеса, которые тебе являлись, – сад, баня, красавицы, конь, женщины и мужчины в лиловых одеждах – все это лишь наваждение. Раз уж ты пришел ко мне, то расскажу я тебе всю правду. Минуло уже семь веков с тех пор, как заколдовал эти места грозный колдун Джамшид. Много странников приходило сюда, многих учил я, как прекратить проклятие. Но ни один из них не смог справиться с испытанием…
   Помолчав немного, старец продолжал:
   – О, славный юноша Масуд! Посмотри вдаль, увидишь ты три горы. Как пройдешь ты много дорог и минуешь все три горы, перед тобой откроется славный город. Из ворот его выйдут тебе навстречу люди и станут гулять по степям. Одновременно в небо поднимется сокол, а потом спустится и сядет тебе на плечо. Увидев это, жители города сделают тебя своим падишахом. Привезут они тебя во дворец и посадят на трон. Когда дело подойдет к вечеру, к тебе подойдет твой визирь и спросит тебя: «Как же поступить нам с женами покойного шаха?» Тебе приведут сорок девушек, всех их ты посмотри. Как станет проходить перед тобой четвертый десяток, увидишь ты среди красавиц ту, которая пониже остальных ростом, но краше всех лицом. Бери ее себе и уединись с нею. Если заснешь ты в ее объятьях и поцелуешь ее в уста персиковые – то потеряешь сознание и очнешься уже в Лиловом городе. Будешь ты наряжен в лиловые одежды, и никогда не сможешь ты больше ни одного слова произнести. А коли захочешь ты уничтожить колдовство это, и получить заколдованные сокровища Джамшида, то, уединись с этой женщиной, возьми ее за горло и собственными руками безжалостно задуши! Только так спасешь ты себя.
   Собрался Масуд в дорогу, но старец остановил его:
   – О, юноша! Побудь со мною ты эту ночь, ибо с восходом солнца я умру. Обмоешь ты меня, завернешь в саван, схоронишь, а уж тогда отправляйся в путь.
   Послушал его юноша и остался на ночь. Лишь только засиял первый луч солнца, старец отправился на тот свет. Выполнив все, что обещал, Масуд поскакал к трем горам. Прошел он горы и увидел городские ворота. Вышли ему навстречу городские жители и пошли гулять по степи. Тут увидел Масуд парящего сокола, потом спустился сокол ему на плечо, и все гулявшие люди бросились к юноше и начали ему кланяться. Воины, визири и простые слуги знакомились с новым шахом.
   – Оставайтесь здесь – приказал им Масуд.
   Подданные подвели новому шаху коня, вскочил на него Масуд, и помчался во дворец. Из каждого дома люди выкрикивали хвалу новому правителю.
   Ближе к вечеру подошел к Масуду визирь и поинтересовался:
   – О, великий падишах! Должно быть известно вам, что у вашего предшественника было в гареме сорок прекрасных жен. Что же теперь вы прикажете сделать с ними?
   – Веди их сюда по десять женщин кряду, взгляну я на них, – распорядился Масуд.
   Как и рассказывал старец, стали заводить ему жен по десять человек. Когда завели последних десять девушек узнал Масуд ту, о которой говорил ему спаситель его. Выбрал он среди всех невысокую, но самую красивую девушку. Все сделал так, как старец его научил.
   Приказал Масуд отвести эту девушку в его покои, а всем остальным дать свободу. Подошел тогда к нему обеспокоенный визирь и сказал:
   – О, посланник Аллаха! О, великий наш государь! Помни, что не будет счастья тому, кто берет себе в жены эту женщину!
   Прикрикнул Масуд на советника, и тот замолчал.
   До смерти тянуло Масуда поцеловать девушку, уж так она была прекрасна и мила, но вспомнил он наставления старца, протянул к ней руки, схватил её за шею и задушил.
   Закружилась опять голова у Масуда, и очутился он вновь в предбаннике, где когда-то вещи свои оставил. Взял он свою одежду, оделся и вышел из бани. Смотрит, а у бани целая толпа народа стоит и слуга его Зирак здесь же. В тот же миг все люди, носившие лиловые платья, начали говорить и стали такими же, как и раньше.
   Поняли жители города, что Масуд снял проклятье и разрушил все волшебные чары. Все стали благодарить его, даже падишах приехал посмотреть, кто сумел победить чары волшебной лиловой бани. Попросил падишах юношу рассказать о его путешествии.
   Рассказал Масуд про странствия свои, про старца и наказ его. Вошли они вместе с падишахом в баню. А внутри уже и нет ничего, кроме нескольких огромных камней. Тут увидел Масуд дверцу. Открыл он её и прошел в комнату за ней. Посреди комнаты той стоял трон, на нем – гроб, а на гробе том – плита с надписью: «О, велик ты, дошедший сюда! Стоит пред тобой гроб колдуна Джамшида. Многих людей погубили его чары. Отодвинь же в сторону трон и гроб и спустись в подземелье. Найдешь ты там несметные богатства. Так пусть принадлежат эти сокровища тому, кто снял проклятье Джамшида!»
   Прочитали они надпись, отодвинули трон с гробом, подняли крышу подземелья и спустились вниз. Тысячи золотых монет, сундуки с драгоценными камнями извлекли слуги падишаха наверх из подземелья.
   Обратился тут визирь к падишаху:
   – Разумно будет выдать единственную дочь вашу за этого славного юношу. Он смелый и счастливый человек – бог хранит его.
   Одобрил падишах предложение своего советника. Начали все готовиться к свадьбе. На следующий день устроили пир на весь мир. Были тут и вельможи, и сановники, и ученые умы, и праведные мужья. Стал с тех пор Масуд зятем падишаха.
   После свадьбы отправил Масуд слугу своего Зирака к отцу, посылая с ним богатые подарки. Вскоре падишах стал стар и умер, а на место его пришел Масуд, прославившийся справедливостью, смелостью и правосудием. Родились у них с женой славные дети, достойные наследники престола.
   А сказка эта осталась доброй памятью о них.

   Падишах и башмачник

   Было это или не было, одному Аллаху ведомо, но рассказывают, будто однажды ночью шах Аббас, по своей излюбленной привычке, надел нищенские лохмотья, взял в руки посох и кружку для подаяний и отправился по базарам да улицам Исфахана смотреть, чем его подданные занимаются.
   Походил он по улочкам, побродил по переулкам и заключил про себя: «Все в городе в полном порядке, хвала Аллаху! Все горожане сыты и спокойны, не знают они ни нужды, ни печали». Поблагодарил шах бога и двинулся дальше, к шахской площади, которая примкнула к Али-Капу. Неожиданно для себя заметил шах, что из щели под воротами одного дома, теплится свет, и услышал он приглушенный звук бубна. Постучал Аббас в дверь.
   – Кто там? – крикнул хозяин.
   – Дервиш!
   – Милости просим, любимец Аллаха, – раздался голос изнутри дома. – Заходи! Принеси благодать в этот дом!
   Вошел в дом шах Аббас и видит: маленькая тесная комнатка, тускло горит лампа, слепая женщина сидит на полу и напевает что-то в полголоса. Чуть дальше, в углу, стоит глиняная чашка с изюмом и горошком.
   – Дервиш! Веселись вместе с нами, коли пришел! – начал хозяин. – Насладись пением этой женщины да попробуй горошка и сладкого изюма.
   Взял хозяин жестяной разнос и начал бить в него, словно в бубен. Столько удовольствия получал он от этого занятия, что заинтересовался Аббас, что это за человек, и спросил:
   – О, раб Божий! Расскажи мне, кто ты есть? Чем себе на хлеб зарабатываешь?
   – Любимец Аллаха, – начал хозяин, – я простой работяга-башмачник. По утрам отправляюсь я в лавку возле Харун-Велат и весь день чиню и латаю я обувь рабов божьих. Чем бы меня ни наградили за мой труд – я всему буду рад, все беру я с улыбкой и желаю: «Аллах не обидит». За день зарабатываю я пару монет, вечером трачу немного на брынзу, хлеб и горшочек с изюмом, прихожу домой и зову эту слепую женщину, чтобы пела она мне свои дивные песни.
   Словом, не на что мне жаловаться! Тяну свою лямку я изо дня в день. Уже около пятнадцати лет промышляю я ремеслом своим и доволен тем, что чиню людям обувь. Все деньги, заработанные днем, я проедаю, откладывать я не умею. Зато каждую ночь – провалиться мне на этом месте – люблю я повеселиться, как следует.
   Выслушал его «дервиш» и говорит:
   – А что, если завтра запретит шах Аббас твое сапожное ремесло? Не сможешь ты больше чинить обувь? Как тогда будешь ты зарабатывать деньги себе на веселье?
   – Будучи в трезвом уме, никогда шах Аббас этого не сделает. А если и придет ему в голову такая мысль, то Аллах велик, мы все равно найдем способ организовать веселье.
   Взял шах Аббас плову из своей кружки, съел немного изюма и горошка, распрощался с хозяином, поблагодарил Аллаха и отправился к себе во дворец.
   Наутро шах Аббас запретил сапожное ремесло в Исфахане. И приказал внимательно присматривать за тем, чтобы были закрыты все лавки по починке обуви.
   Остался веселый башмачник без дела. Отчаиваться он не стал, а только подумал: «Так ведь прав оказался нищий, что заходил вчера ко мне, исполнилась его догадка. Ведь я пятнадцать лет занимался башмачным ремеслом. Ну, да ничего! Хороший человек в беде не пропадет! Если не ленив ты и сметлив – без работы не останешься!»
   Думал, думал башмачник, как бы на хлеб себе заработать и сообразил. Продал он все инструменты башмачника, купил крепкий бурдюк и начал работать водоносом. Весь день носил он воду для кофейни и пекарни и заработал в три раза больше, чем получал прежде. Обрадовался башмачник и решил устроить этой ночью пир еще веселее, чем раньше.
   Наступил вечер. Опять шах Аббас надел одежду дервиша и подумал: «Дай-ка, посмотрю, что сегодня творится в моем городе. И обязательно загляну в дом вчерашнего приятеля».
   Долго ходил шах Аббас по городу и, наконец, остановился на той же улице, где вчера пировал беззаботный башмачник. Думал Аббас, что теперь видимо не до веселья бедняге-башмачнику, лишился он своего заработка и впервые за пятнадцать лет не смог устроить ночной пир.
   Неожиданно для себя, подойдя к самым воротам, услышал Аббас, что в доме его приятеля и сегодня полным ходом идет веселье. Закричал шах:
   – Хозяин, прими гостя!
   – Аллах с тобой! Заходи, – отвечал башмачник за дверью. – Кто там?
   – Бедный дервиш.
   – О, любимец Аллаха, – воскликнул хозяин, – вчера ты предсказал мне беду! Сбылись твои слова. Рано утром пошел, было, я к себе в лавку и хотел с помощью Аллаха уже приняться за свою обычную работу, как вдруг явились стражи нашего шаха и сообщили мне: «Указом великого шаха Аббаса ремесло башмачника отныне запрещено в Исфахане». Вот так лишился я ремесла моих предков.
   Спрашивает его дервиш:
   – Как же ты без заработка смог устроить такое веселье? Где раздобыл деньги на пир? Чем промышлял?
   – Послушай, уважаемый, – отвечал ему башмачник, – работящий человек никогда не пропадет. Продал я сегодня весь свой инструмент, купил себе бурдюк, и весь день разносил я воду и заработал в три раза больше вчерашнего. Посмотри, сегодня вместо слепой певицы, пригласил я другую – эта и поет лучше. В музыкальной лавке купил я звонкий бубен, а поднос убрал подальше! А вместо изюма и горошка угощаю я тебя сегодня конфетами и пахлавой! Никогда не падай духом, друг мой! Сегодня мне повезло! Если бы знал я, как выгодно работать водоносом, никогда бы не взял в руки инструмент башмачника! Что бы там ни было, отныне я буду разносить воду и праздники буду устраивать не хуже прежних!
   Посмотрел Аббас, правду говорит башмачник: вместо незрячей певицы сидит на полу красивая женщина, хозяин ударяет в настоящий бубен, а для угощения поставлены в мисках конфеты и пахлава.
   – Что же, башмачник, – молвил дервиш, – а как быть, если завтра вздумает шах Аббас запретить работу водоноса? Чем тогда будешь ты себя обеспечивать?
   – Ради Аллаха не говори ничего, дервиш, – воскликнул хозяин, – похоже, ты предсказываешь только дурное! Ну, допустим, перестану я носить воду. Все равно не пропаду! Хоть из-под земли деньги раздобуду, и все равно буду веселиться всю ночь! Но, еще раз прошу тебя, не накликай беду!
   – Это я так, ради шутки, – успокоил башмачника «дервиш».
   – И даже в шутку не ни говори так!
   В целом, шах остался доволен своей вечерней прогулкой: подданные его живут мирно, днем работают, вечером веселятся. Но захотелось ему испытать своего нового знакомого и запретить и это его ремесло. Поел он немного плова, съел пару конфет и кусочек пахлавы, поблагодарил хозяина, прочитал хвалу Аллаху и отправился к себе во дворец.
   Наутро шах распорядился запретить ремесло водоноса и попросил своих стражников особенно следить за тем, чем в этот день будет заниматься башмачник.
   Не успел выйти беззаботный башмачник на городскую площадь, видит, всех водоносов хватают стражи шаха, отбирают у них бурдюки и объясняют:
   – Отныне по приказу шаха Аббаса в нашем городе запрещено разносить и продавать воду!
   – Ах, дервиш, дервиш! – воскликнул башмачник, – Что же ты опять напредсказывал, глупец? Рухнули все мои надежды на сегодняшний день.
   Но не стал отчаиваться башмачник и решил:
   – Сейчас придумаю себе какую-нибудь работу!
   Достал он трость с серебряным концом, вывернул халат на левую сторону, чтобы внешним видом отличаться от всех, сдвинул головной убор набекрень, усы подкрутил да пошел по улицам. Решил он обманывать людей, выдавая себя за шахского стражника. Думал он так: «Стану я указывать лавочникам и мелким торговцам, где можно торговать, а где запрещено. Каждый лоточник к своему месту привык, у каждого дома дети голодные, жена, будут вынуждены они меня задобрить, чтоб оставил я их в покое».
   Но отказался башмачник от этой затеи: «Нет, не годится такая работа! Тогда взятки и обман будут на каждом углу! По моей вине увеличится количество воров и попрошаек. Надо что-то другое придумать. Что же сделать?»
   Наконец, решил башмачник, чем будет заниматься: «Стану-ка я выписывать штрафы под видом стражника Аббаса тем, кто выбрасывает мусор на улицу или выливает грязные помои в арыки. И на хлеб себе денег заработаю, и доброе дело для города сделаю!»
   Стал бродить башмачник по глухим улочкам да переулкам, а сам в оба глаза глядит: как видит, кто-то бросил мусор или помои выливает, сразу хватает преступника за шиворот и грозно говорит:
   – Зачем выливаешь ты помои туда, где ходят добрые люди!? Живо ступай со мной к шаху Аббасу!
   Пугались люди его странного вида, а как слышали имя шаха Аббаса, так и вовсе в растерянность приходили. Принимались горожане умолять его да упрашивать, каждый давал пару монет, чтоб только не посылал он их к падишаху.
   Лишь один человек из ста набирался храбрости и спрашивал:
   – А ты кто вообще такой?
   Башмачник отвечал:
   – Я кто такой!? Я – начальник стражи, слуга шаха Аббаса!
   Услышав такое, человек начал извиняться, прославляя мудрого правителя:
   – О, слава Аллаха великому шаху! Такой он у нас заботливый, так за своих подданных переживает, даже за чистотой города с особой тщательностью следит!
   К вечеру насобирал башмачник немало золотых монет и решил, как и всегда, устроить пир. Нажарил себе мяса, купил напитков и сладостей, позвал певца, танцора и музыканта.
   И этой ночью вышел в город шах Аббас, облачившись снова в одежды нищего. Обошел он все улочки и направился к дому башмачника. Видит, опять хозяин пирует, встал он перед дверью и прокричал ему:
   – Принимай гостя, хозяин!
   – Ради Аллаха, входи, милости прошу! Вошел Аббас. Узнал его хозяин и говорит:
   – О, Любимец Господа, откуда знаешь ты, что наперед будет? Как сказал ты вчера, так и произошло! Не успел с утра я приступить к своему новому ремеслу, как вышли на улицы стражники с криками: «Великий Шах Аббас запретил с сегодняшнего дня торговать водой». Но не стал я печалиться, ведь надо все равно как-то зарабатывать себе на хлеб и веселье. Начал я притворяться начальником стражи самого Аббаса и штрафовать людей за неправильный выброс мусора. Благодаря страху и доверчивости людей я сегодня пирую, как никогда! Много денег я заработал сегодня, но все сразу же потратил! Слава Аллаху! Он дает мне работу днем, чтобы ночью я мог пировать. А тебя, мой добрый товарищ, попрошу больше не предсказывать дурного!
   Отвечает ему дервиш:
   – Что же станешь ты делать, если схватишь кого-нибудь за воротник, а он и согласиться с тобой к шаху Аббасу пойти?
   – Какой разумный сделает так!? – засмеялся хозяин, – слава Аллаху, в Исфахане дураков не так уж и много!
   Настало утро. Шах Аббас попросил нескольких своих дюжих стражников надеть обычную одежду и приказал им:
   – Ступайте в город и, когда увидите беззаботного башмачника, бросайте мусор прямо на дорогу. Коли станет он вам угрожать и скажет, что отведет вас к шаху Аббасу, соглашайтесь!
   Так они и сделали. Приметили башмачника и выбросили мусор прямо на дорогу. Подскочил к ним башмачник и закричал с грозным видом:
   – Как посмели вы выбросить мусор в этом месте!? Отведу я вас сейчас к шаху Аббасу!
   – Веди, – согласились те.
   Чувствует башмачник, опять сбывается зловещее предсказание бедняка. Отправились они ко дворцу. Уж и так старается башмачник помириться и эдак. Но стражники серьезно были настроены. Понял башмачник, что не желают его «нарушители» отступать, и предложил:
   – Прощаю я вас в этот раз, но, если еще когда-нибудь повстречаемся – просто так не отпущу!
   – Нет! Мы и раньше мусор бросали, и всегда будем бросать!
   – Аллах с вами, идите, куда шли – ответил башмачник.
   – Нет! Веди нас к падишаху!
   Не сумел башмачник улизнуть от стражников, привели они его в Аббасу.
   – Трудяга, как звать тебя? – поинтересовался шах, неузнанный башмачником.
   – Ярдан Кули-бек.
   Улыбнулся ему шах Аббас и предложил:
   – Коли желаешь за порядком следить, будешь стражником в покоях моих. Сиди тут до позднего вечера, да никого постороннего не впускай.
   Как и полагалось, дали башмачнику острую саблю в драгоценных ножнах, повесил он её на пояс и приступил к службе. До самой ночи не отпускал его шах, чтоб не смог башмачник ни гроша заработать, где бы то ни было. Поздним вечером сказал Аббас:
   – Ступай к себе, стражник, а завтра с утра снова являйся на службу во дворец. Жалованье же своё получать будешь в конце каждого месяца.
   Вышел башмачник из замка и загрустил: «Да… Похоже, под угрозой сегодня моя пирушка».
   Думал он, думал, да и придумал – продать клинок своей сабли. Выручил он за него хорошую сумму, а у столяра попросил сделать ему клинок деревянный. Обрадовался башмачник своей смекалке и поспешил готовиться к своей обычной пирушке: купил сладкие яства, пригласил танцора и музыкантов.
   «Ну, сегодня-то точно будет спать башмачник», – думал шах Аббас, подходя к его дому. Каково же было его удивление, когда увидел он, что шум от очередного пиршества разносился на всю улицу.
   «У него же не было ни гроша», – удивился Аббас.
   Вошел он в дом, а Кули-бек воскликнул, увидев его:
   – Как сказал ты, дервиш, так и произошло!
   – Где ж ты раздобыл деньги на такой пир? – спросил его дервиш.
   Тут рассказал ему Ярдан Кули-бек обо всем. Выслушал дервиш и спрашивает:
   – А что, если завтра падишах прикажет тебе меч достать и лишить головы какого-нибудь разбойника, как ты поступишь?
   – Не выдумывай, дервиш! На такие дела у шаха есть палач! Охранники не занимаются казнями!
   Прошла ночь, отправился башмачник на службу во дворец. Как только зашел он в зал Аббаса, велел тот ввести преступника и приказал:
   – Отруби ему голову! Ярдан Кули!
   Ярдан Кули побледнел, по коже его пробежал холод, но он не растерялся и воскликнул:
   – О, падишах! Этот человек невиновен!
   – А я уверен в его преступлении! Давай, руби ему голову!
   Взмолился Ярдан Кули:
   – Великий шах! Я человек верующий, невинного человека не могу в обиду дать!
   – Выполняй мой приказ!!! – грозно закричал Аббас.
   – Не моя это обязанность! Пусть палач головы рубит, не возьму я грех на душу! – возразил башмачник.
   Долго настаивал шах на своем приказе. Видит Ярдан Кули – не отстанет Аббас от него. Поднял тогда башмачник голову к небесам и взмолился:
   – О, великий Аллах! Всех рабов своих ты видишь насквозь! Я уверен, что бедняк этот не виноват. Если виновен он – пусть полетит голова его с плеч, а если он честен – преврати меч мой в деревянный клинок! Слава Аллаху!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация