А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лабиринт Осириса" (страница 49)

   – Как далеко отсюда до причала? – спросила Дина.
   – Семьсот пятьдесят метров по открытой местности. Но дюны и кустарник обеспечивают неплохое укрытие. Пройдем легко.
   Он открыл следующее фото – длинный бетонный причал, ограниченный с одной стороны вереницей складов, с другой – подернутой рябью, освещенной лунным светом полоской нильской воды в том месте, где река впадала в море. В сотне метров от берега гряда громадных бетонных кубов образовывала защитный волнорез. На самой пристани стояли три больших портальных крана с выдающимися над водой стрелами.
   – Как видите, пристань ярко освещена и там много людей – главным образом портовые рабочие, но есть и охрана. – Он снова ударил по клавишам ноутбука, и на экране появилось снятое телеобъективом изображение крепкого мужчины в кожаной куртке с автоматом «хеклер-и-кох МП5». – Судя по виду, частная фирма, с такими мы справимся. С ближнего к нам края причала открывается хороший обзор для съемки. – Он вернулся к предыдущему снимку. – И отсюда – между складами. – Последовали три новые фотографии: длинный штабель ящиков между складами, ближний план ящиков и снимок, сделанный из-за штабеля в сторону реки и середины причала.
   – Все вполне выполнимо. Вопрос, как подобраться ближе к судну. Можно вести съемку на расстоянии, но, учитывая освещенность и незащищенность объекта, было бы круче проникнуть на борт, может быть, захватив кого-нибудь из членов команды. Возможно, существует какой-нибудь способ, но это будет понятно лишь после того, как подойдет судно. А пока остается только гадать.
   Дина кивнула, посмотрела на часы и, облокотившись о капот, стала знакомиться с обстановкой, один за другим просматривая снимки. Халифа сделал шаг назад. Эти люди знали свое дело, он же к ним просто присоединился.
   Прошло несколько минут. Налетевший ветерок зашелестел кронами пальм, в воздухе ощущался явственный привкус соли. Совещавшиеся разом выпрямились.
   – Хорошо, за дело, – проговорила Дина и повернулась к Халифе. – Нам нужен человек, чтобы подежурил у забора и прикрывал тылы на случай, если что-то пойдет не так. Сделаешь?
   – Я пойду на причал, – заупрямился египтянин, хотя и понимал, что ведет себя как капризный ребенок. Но он хотел находиться в центре событий. Ему необходимо было находиться в центре событий. К его удивлению, Дина улыбнулась:
   – Я почему-то подумала, что ты откажешься. Тогда так: Фаз, ты в тылу. Гиди и Тамара будут находиться в конце причала, а мы с нашим новобранцем пойдем к складам. Это все, что мы можем пока планировать. Остальное придется решать по обстоятельствам.
   Они распаковали снаряжение: камеры, рации, пару автоматов «узи» – и распределили между собой. Затем каждый погрузил на спину рюкзак и в качестве примитивной маскировки измазал руки и лицо грязью, чтобы были меньше заметны. Халифа бы посмеялся над собой, не будь так высоки ставки. Затем они закрыли машины и отправились дальше пешком. На реке загудела баржа, и Халифа, уверенный, что поступает правильно, положил палец на курок «глока».
   Через двадцать минут все были на своих позициях. Через забор проникли без каких-либо проблем, обошли склады, забрались на штабель ящиков и установили камеру. Перед ними был залитый светом причал, расположенные дальше ящики тонули в тени, и Халифа чувствовал себя в полной безопасности. Словно его здесь не было и он следил за действием по телевизору. Другая пара сообщила по рации, что находится на месте в дальнем конце пристани. На часах Халифы было 23.42. Теперь оставалось только ждать.
   – Думаете, мы сумеем их прищучить? – спросил детектив, выглядывая из-за штабеля. – Что наши действия возымеют хоть какой-то эффект?
   – Я бы этим не занималась, если бы считала по-другому, – отрезала Дина.
   Мимо них проехал большой вильчатый погрузчик, и они пригнули головы, а когда распрямились, Халифа почувствовал ее ладонь на своей руке.
   – Надо было раньше сказать: я сочувствую твоей потере сына.
   На мгновение ее лицо стало мягче, хотя глаза остались такими же холодными и решительными. Она убрала руку и отвернулась.
   Над устьем стал подниматься туман и поплыл над водой, словно клочья пара.

   Тоннель света. Вот как мне это представлялось, когда я готовился к зачистке. Длинный тоннель, где я нахожусь в одном конце, цель – в другом, а все остальное снаружи. Абсолютное внимание. Полная сосредоточенность. До тех пор, пока работа не выполнена и я не смогу выйти из тоннеля и вернуться к обычному порядку вещей.
   Конечно, на этот раз все не так, как всегда. Во-первых, я не один, как привык. И беспорядок, который требуется устранить, ближе к дому. В каком-то смысле, несмотря на расстояние до него, в самом доме. У меня есть определенные обязанности, что отвлекает от дела и чего никогда не бывало раньше.
   Но в мыслях я тем не менее в тоннеле. Больше никаких сомнений, никаких вопросов, тревог. Я ясно вижу мою цель – а как же иначе? Она рядом. И я последовательно двигаюсь к ней. Скоро все будет исправлено, и я окажусь в безопасности на другой стороне. Хотя пока еще не ясно, что такое на другой стороне. Другой порядок – это без сомнений. Может быть, даже дети. Топот маленьких ножек. Я на это надеюсь. Всегда любил детей. Они взывают к моему чувству… доброты.
   А пока мне еще некоторое время предстоит играть мою роль. Оставаться загадкой. По моему лицу вы никогда не догадаетесь, что мне вскоре предстоит совершить. Не разгадаете и за миллион лет. Я законченный притворщик, и всегда им был.
   Судно пришло незадолго до часа ночи. Вдали послышались одна за другой корабельные сирены, и причал внезапно ожил. Прогудел автомобиль, заработали моторы, по пристани засновали рабочие.
   На воде туман продолжал сгущаться. Устье реки заволокло похожей на марлевое покрывало непроницаемой для взглядов серой пеленой. Они с тревогой наблюдали, как туман ползет к берегу: если он накроет и причал, съемка станет невозможной. Но, к их облегчению, туман отступил, отправив на сушу лишь несколько ленивых завитков, чуть тронувших пристань и окутавших основание одного из кранов, в то время как остальная масса задержалась на реке. Если поднимется ветер, все может измениться, но пока оператору ничто не мешало. Сообщница Халифы поднесла к губам рацию и нажала на клавишу микрофона.
   – Все готовы?
   Ее товарищи подтвердили, что готовы.
   – Фаз?
   Угрюмый голос сообщил, что через главные ворота проехала колонна топливных цистерн, а в остальном в тылу все спокойно.
   – Хорошо, тогда начинаем.
   Пароходный гудок продолжал надрываться – казалось, что из тумана доносится жуткий, заунывный рев какого-то доисторического чудовища. Прошло пять минут, и вдруг туман словно прорубили гигантским топором, и слева появился массивный нос судна. Он медленно скользил к кромке причала, и хотя был неподалеку от берега, корма этой высоченной стены из черного металла по-прежнему скрывалась в дымке. Ближе, ближе, невероятно большой и грозный, пока в вышине не появился мостик и все судно не выскользнуло из тумана. Триста метров длиной и высотой с многоквартирный дом – рядом с ним все казалось маленьким, а суетящиеся на пристани портовые грузчики не больше муравьев. На носу судна красовалось изображение русалки, ее светлые волосы развевались, словно их трепал ветер. Рядом белыми буквами было выведено название – «Дева океана».
   Пикнула камера, прячущаяся рядом с Халифой девушка начала съемку.
   Судно подвели к причалу два буксира, на пристань упали швартовы и надежно закрепили «Деву океана» у стенки, с носа и кормы опустили сходни. Послышался шум гидравлики – поднялись и разошлись в стороны створки гигантских трюмных люков. Над ними нависли стрелы кранов.
   Прошло еще несколько минут, и из трюмов стали появляться аккуратно сложенные на сотни металлических поддонов бочки. Краны поднимали их в ночь, грациозно переносили на берег и опускали на большие вильчатые погрузчики, которые увозили их по причалу.
   – Снимаешь? – раздался сквозь потрескивание голос из рации.
   – Конечно. – Дина приложила микрофон к губам, чтобы ее услышали сквозь царивший на пристани шум. – Надо только, чтобы туман еще немного продержался вдали от берега и не помешал съемке, а потом накрыл бы все разом плотным одеялом. Тогда бы у нас появился шанс попасть на борт.
   Она еще продолжала говорить, а Халифа почувствовал на лице дуновение легкого ветерка. Порыв стих, но ветер тут же подул сильнее и взъерошил ему волосы. Туман вздулся плотным занавесом и, двигаясь в сторону пристани, стал наползать на судно.
   – Еще бы несколько минут, – прошептала Дина. – Всего несколько минут, и тогда можно…
   Она не закончила фразу. Только что стояла на штабеле контейнеров рядом с Халифой и вдруг исчезла – полетела вниз. Халифа обернулся. За штабелем царила темнота, и он не сразу разглядел, что произошло. Увидел только две фигуры внизу – женскую и другую, намного массивнее. Человек прижимал Дину к земле. Халифа спрыгнул, готовый обрушить рукоятку пистолета на голову напавшего, но застыл, услышав знакомый голос:
   – Спокойно, Халифа, это я.
   Перед ним было лицо с резкими чертами и квадратной челюстью – лицо, которое он не видел четыре года, но сразу узнал. Еще мгновение, и это лицо повернулось к женщине.
   – А теперь, Рейчел, не пора ли рассказать нашему другу, что ты на самом деле здесь делаешь?

   План Бен-Роя был таков (конечно, если это можно назвать планом): как можно быстрее оказаться у причала, обнаружить Халифу и вытащить его оттуда, пока тот не пострадал.
   У службы безопасности аэропорта Александрии на этот счет были другие соображения. Его задержали больше чем на два часа. Подозрение вызвало то, что он израильтянин, что имеет обратный билет на следующий день, что не зарезервировал себе номер в гостинице и, кроме всего прочего, прибыл в страну без официальной визы. Правду он сказать не мог – не мог объяснить, что сам полицейский и прилетел помочь египетскому коллеге-полицейскому, который в этот самый момент готов был слепо попасться в расставленную ему ловушку. Пришлось разыгрывать из себя бестолковщину: мол, он приехал встретиться со старинным приятелем из Луксора, они договорились в последний момент, приятель устроит его на ночлег и его заверили, что по прибытии он получит временную визу. Все очень шатко, и Бен-Рой опасался, что ему не поверят – примут за шпиона или вроде того. Единственной надеждой было то, что служба безопасности пробьет по своим каналам Юсуфа Халифу. Выяснится, что египтянин на самом деле прилетел тем же вечером из Луксора, и это хоть как-то подтвердит его рассказ. Видимо, так и случилось. На Бен-Роя косились, что-то подозрительно бормотали – вот тогда он понял, каково прибывающим в Израиль арабам, – но в конце концов проштемпелевали паспорт и отпустили.
   – Смотрите не опоздайте на завтрашний рейс, – грозно предупредил его сотрудник службы безопасности.
   – Поверьте, чем скорее я отсюда уеду, тем будет лучше, – ответил израильтянин.
   Он взял в банкомате банка Александрии пачку денег, нанял такси и поехал в Розетту, а оттуда дальше на север, к устью Нила, где, по словам женщины из «Плана Немезиды», находился причал. Ближе к побережью водитель принялся ворчать, повторяя по-арабски, что эта дорога – тупик, никуда не ведет и им надо разворачиваться и возвращаться назад. Бен-Рой помахал перед его носом деньгами и велел двигаться дальше. Но когда вдали замаячил армейский КПП, таксист остановился и отказался сделать еще хоть метр вперед.
   – Стоп, – заявил он. – Солдат. Плохо.
   Бен-Рой расплатился и вышел из такси. Пока водитель, качая головой, словно только что избавился от сумасшедшего, разворачивался, фары машины выхватили из темноты пальмовую рощу. В ней мелькнуло что-то белое. Бен-Рой подошел ближе и обнаружил под деревьями два внедорожника «тойота-лендкрузер». Те самые, что он видел в Мицпе-Рамоне, только теперь с египетскими номерными знаками.
   «Немезида» уже здесь.
   – Господи, только бы не опоздать, – пробормотал Бен-Рой.
   Он прошел рощицу насквозь и оказался в двадцати метрах от забора из сетки с витками колючей проволоки наверху. Через колючку так просто не перелезть. Люди из «Немезиды» наверняка проделали в заборе дыру, но пройдет уйма времени, прежде чем он сумеет обнаружить лаз. Время же подходило к критическому моменту. Бен-Рой двинулся по краю рощицы к КПП, размышляя, не выйдет ли как-нибудь незаметно проскользнуть в ворота, и в это время на дороге появилась громыхающая колонна из десяти топливных цистерн и остановилась перед въездом на территорию причала. Причем последняя – почти рядом с ним, и тут он не упустил шанс. Воспользовавшись темнотой, обошел машину и, поднявшись по лесенке, распластался на выгнутой поверхности бочки. Послышался автомобильный гудок, и колонна двинулась дальше.
   Бен-Рой проник на территорию.
   Через пару минут они остановились за линией складов. Бен-Рой соскользнул по лесенке на землю и растворился в темноте. Участок оказался намного больше, чем ожидал израильтянин, и он испугался, что пройдет много времени, прежде чем удастся отыскать Халифу, и тогда почти наверняка будет слишком поздно.
   Но поиски заняли меньше двадцати минут. Он дошел до конца причала, из-за груды ржавых цепей посмотрел, как приближается к пристани судно, затем повернул обратно. Наткнулся на дверь с тыльной стороны одного из складов, открыл, заглянул внутрь – там оказалось темно, хоть глаз выколи, и в нос ударил сильный запах машинного масла. Бен-Рой закрыл дверь и двинулся к другому концу причала. Следующий склад отстоял от своего соседа на пять метров. Широкий, заросший травой проход между ними, спускаясь к реке, упирался в штабель ящиков, на котором спиной к нему стояли две фигуры. Бен-Рой не взялся бы утверждать на сто процентов, кто эти люди, – до штабеля было еще далеко, и прожектора на пристани превращали их в темные силуэты, но чутье подсказало ему, что он вышел куда надо. Он подумал, не крикнуть ли ему сразу, чтобы предупредить Халифу, но знал, что женщина вооружена, так что риск был велик. Осторожно ступая, хотя шум на пристани и заглушал шаги, он направился в их сторону. А когда приблизился к штабелю на двадцать метров, одна из фигур повернулась к другой и он точно рассмотрел, что это была женщина. Бен-Рой застыл, вжался в стену склада. Женщина снова отвернулась, и он обошел штабель сзади. Никаких хитростей. Никаких пламенных речей. Ни малейшего колебания. Он подкрался, ухватил подлую стерву за пояс и сдернул с ящиков на землю.

   – Господи, Бен-Рой, что ты вытворяешь? Отпусти ее! Убирайся!
   Халифа попытался вцепиться ему в лицо, но израильтянин отшвырнул его руку, отобрал у женщины оружие и откинул за спину. Затем поставил ее на ноги и толкнул подальше от причала в густую тень. Халифа бросился за ними, стал хватать израильтянина за запястья. Тот отпихнул его ногой, поддел под колено и опрокинул навзничь.
   – Отвали, идиот. Я все объясню. А сейчас отвали.
   Женщина отбивалась и брыкалась, но он держал ее крепко.
   Обхватил за шею одной рукой, а другой заломил ее правую руку за спину. Отвел еще на двадцать метров и, сбив с ног, заставил распластаться на земле. Поднявшийся на ноги Халифа, спотыкаясь, подкрался сзади и приставил дуло «глока» к затылку Бен-Роя.
   – Отпусти ее! – прорычал он. – Слышишь? Сейчас же отпусти, или, Бог свидетель, я выстрелю!
   – Она не то, что ты думаешь!
   – Отпусти!
   – Она работает на «Баррен».
   Дина на земле корчилась и лягалась.
   – Убей его! – хрипела она. – Ради Бога, убей! Он нас сдаст.
   – Бен-Рой, я не буду повторять дважды.
   – Послушай, – прошипел израильтянин, – она всех дурит. Тебя, людей из «Немезиды». Она – крот, внедренный «Баррен» человек.
   – Да он просто псих!
   Дина изо всех сил старалась вырваться, но с силачом Бен-Роем ей было не справиться. Придавив ее всем своим весом и не давая подняться, он обернулся. Дуло «глока» чиркнуло по скуле и застыло против кончика подбородка. Глаза израильтянина горели в темноте.
   – Мы уже это проходили, Халифа. Помнишь, в Германии? Тогда ты тоже собирался меня убить. И кто оказался прав? – Он смерил глазами египтянина. – Выслушай меня, это все, о чем я прошу. Потрать одну минуту. Ты должен знать, кто она такая. Что это за тварь. А если потом решишь меня убить – давай, валяй!
   Рука Халифы дрожала. Он не отводил пистолет в сторону, но и не упирал ствол Бен-Рою в лицо. Он не верил израильтянину, не верил ни на йоту. Бен-Рой прекратил расследование и, приняв отступное, ушел в тень. Но было в его тоне, в выражении грубоватого, топорного лица нечто такое, что заставляло египтянина колебаться. К тому же, в самом деле, в прошлом он оказался прав. Едва заметным кивком Халифа дал понять, что согласен слушать.
   – Видишь ли, все дело в родственных связях, – начал Бен-Рой, переводя взгляд сверху вниз и обратно. – Я лаял не на то родословное дерево. Вбил себе в голову, что она дочь Ривки Клейнберг. Чтобы правда открылась, потребовался сыщик сообразительнее меня. Оказалось, что она вовсе не дочь Ривки Клейнберг. Она – ее крестница. Это так, Рейчел?
   Произнося имя, Бен-Рой пнул женщину, но при этом не сводил глаз с Халифы.
   – Ее мать и Клейнберг были подругами. Вместе проходили военную службу и впоследствии не потеряли связи. Даже после того, как ее мать получила работу за рубежом – в посольстве Израиля в Вашингтоне, где занималась культурными связями. Там она привлекла внимание некоего американского миллиардера. Человека довольно неприятного. Его имя… – Бен-Рой сделал паузу и выговорил нарочито четко и раздельно: – Натаниэль Баррен.
   Женщина под ним застыла, затем обмякла. Халифа не убирал пальца со спускового крючка, пытаясь разобраться в том, что услышал.
   – То есть она…
   – Вот именно: дочь Баррена. Рейчел Энн Баррен, если хочешь знать, как ее по-настоящему зовут. Хотя, чтобы не привлекать к себе внимания, она, как и брат, училась в школе под вымышленным именем. Но тем не менее она – Баррен. Послушная долгу дочь своего отца. И как все послушные дочери, блюдет семейные интересы.
   Халифа заметил, как крепко сжались кулаки женщины.
   – Это правда? – прохрипел он.
   Но ответа не получил, что само по себе послужило ответом. Внезапно у него пересохло в горле, и палец отпустил спусковой крючок. Бен-Рой отодвинул подбородком пистолетный ствол от лица. Египтянин не сопротивлялся. Шум и лязг на причале, казалось, стихли, словно между ними осторожно прикрыли дверь.
   – Забавно, не правда ли? – продолжал израильтянин, обращаясь и к лежавшей на земле женщине, и к Халифе. – «Немезида» вывела на чистую воду столько изворотливых транснациональных компаний, устроила столько высокотехнологичных хакерских атак и лихих партизанских рейдов и лишь на «Баррен» не сумела накопать никакой грязи. Почему? Не потому, что грязи нет, мы знаем, что ее хватает. Тогда в чем дело? Почему «Баррен» в любой ситуации благоухает розами и всегда оказывается на шаг впереди?
   Молчание. Могло показаться, что из трех актеров на сцене двое забыли свои роли.
   – Хорошо, вот еще вопрос: каким образом в «Баррен» узнали, что Ривка Клейнберг вышла на них? С некоторых пор это не давало мне покоя. Клейнберг не контактировала с корпорацией, не светилась, собирала свои сведения по-тихому. Лишь два человека знали, что она сделала определенные выводы. Один из них тот сутенер, о котором я тебе рассказывал, – Геннадий Кременко. Но он клянется всем святым, что никому не говорил. И я склонен ему верить, поскольку в тот момент засунул ему в глотку чуть не полствола пистолета. Остается она… – Бен-Рой опять пнул лежавшую женщину. – Она по уши в дерьме, Халифа. Я еще не расставил все точки над «i», не вижу картину в целом, но могу сказать, что «Баррен» каким-то образом внедрила ее в «Немезиду», и с тех пор она оберегает корпорацию изнутри враждебной ей организации. Вот почему она так стремилась встретиться с тобой. И настаивала, чтобы ты принес тетрадку Пинскера. Без тебя и без тетрадки никто не сумеет выяснить, где находится рудник. А раз нет рудника, то неизвестно, каким образом его использует «Баррен». Она собиралась пустить тебя в расход, Халифа. Как пустила в расход свою крестную мать. Ведь правда, Рейчел? Ведь ты ее убила? Убила Ривку Клейнберг?
   Женщине на земле удалось изогнуть шею, и она почти взглянула на Бен-Роя.
   – Вот идиот! – бросила она. – Глупее даже, чем я думала. Когда убили Ривку, я была у черта на рогах, в Конго. А если бы хотела убить его, – Рейчел повела плечом в сторону Халифы, – то в последние три часа могла бы это сделать в любую минуту. Так же как в Мицпе-Рамоне, могла и тебе прострелить башку. Неудивительно, что компании вроде «Баррен» уходят от ответа, если на стороне закона придурки вроде тебя.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 [49] 50 51 52 53 54 55 56

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация