А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лабиринт Осириса" (страница 41)

   – Аллах, защити меня. Не покинь меня, будь моим светочем.
   Уклон стал круче, воздух жарче. На стенах появились редкие капли и потеки влаги. К аммиачной вони от помета летучих мышей примешивался едва различимый запах ржавеющего металла.
   Нос уловил что-то еще. Сначала Халифа не определил запах. И лишь когда он окреп, понял – чеснок. По мере спуска запах усиливался, забивал ноздри, заглушал все остальные запахи. Халифа рос под сенью пирамид и помнил, как мать вешала чеснок над входной дверью, чтобы отпугивать таящихся у древних монументов джиннов. И вот этот запах здесь. В руднике. Где ему быть совсем не положено. Он испугал его больше темноты и сводящей с ума путаницы коридоров и тоннелей.
   Запах сбивал с толку. Заставил усомниться, что мозг продолжает ему служить. Подлинный ли это запах или внушенный силой страха фантом? Вместе с первым сомнением в душу закрались другие. Что это за доносящийся снизу стук: реальный звук или эхо его шагов? Кто-то шепчется в темноте, или он слышит отголосок собственного дыхания? Показалось, что он снова уловил гул механизмов. Несколько раз детективу чудилось, что в боковых тоннелях мелькали фигуры людей. Краем глаза он видел проносящиеся бесформенные тени. Но как только пытался навести на них луч фонаря, они исчезали. И так же бесплодно кончались попытки разобраться в звуках. Лишь запах чеснока не пропадал, сколько бы он к нему ни принюхивался. Витал в воздухе и не был плодом воображения. Становился все сильнее. Как стук в висках. Как биение сердца. Как убеждение, что внизу, в темноте, его поджидает что-то страшное.
   Но Халифа продолжал идти, на каждом сантиметре пути преодолевая себя, – желание проникнуть в тайну шахты побеждало мучительный страх. Ниже, ниже, ему казалось, что спуск занял несколько часов, хотя стрелки на циферблате свидетельствовали, что он находился в лабиринте меньше тридцати минут. Внезапно луч фонаря что-то выхватил впереди.
   Галерея уходила вниз так круто, что в камне были выбиты ступени для спуска. Халифа остановился, присел на корточки и, держа перед собой фонарь, пытался разглядеть, что скрывается в темноте. Луч едва дотягивался до того места, и ему не удавалось разобрать, что это за предметы.
   – Эй!
   Голос прозвучал низко, глухо, словно натыкался на препятствие, не позволявшее разноситься эху.
   – Эй!
   Никакого ответа.
   Халифа спустился на пару ступеней. Запах чеснока сделался настолько сильным, что стало трудно дышать. Прижать бы к носу и рту платок! Но не хватало руки: в одной он держал фонарь, в другой – пистолет и не собирался оставаться беззащитным. С вонью приходилось мириться.
   – Эй!
   Он так и не мог понять, что внизу перед ним, хотя различил какие-то формы с округлыми краями. Похоже, они занимали все пространство галереи от пола до потолка. Рельсы уходили прямо в них. Горный обвал? Халифе пришлось сделать усилие, чтобы спуститься еще на шаг. Тьма словно выталкивала его назад. Луч наткнулся на что-то закругленное, похожее на колесо, выхватил из мрака контуры то ли обода, то ли обруча. Явно рукотворного предмета.
   – Что же это такое?
   Нога опустилась еще на ступеньку. Осторожно, словно он заходил в ледяную воду. И одновременно клонился назад, опасаясь, что снизу на него бросится страшное нечто. Не бросилось. Успокоенный, он сделал еще шаг, но тут же замер. Круто развернулся, упал на колено и прицелился в темноту.
   Где-то далеко вверху загудел механизм или мотор. Что-то механическое.
   Странные звуки доносились до него и раньше, но они тут же пропадали, как только он пытался определить их источник. На этот раз, начавшись, звук не утихал. Зловещий, неторопливый рокот, казалось, плавал в воздухе, словно ворчал сам лабиринт. Халифа напрягал слух, у него дрожала рука, и от этого колебался луч фонаря. Он не мог сказать, что порождало звук. Ясно было одно – рокот доносился сверху. Оттуда, откуда он пришел. Лихорадочно хватая воздух ртом, Халифа выждал минуту. И больше не интересуясь, что же все-таки загораживало проход внизу, не заботясь, что представляет собой эта шахта, желая только одного – поскорее выбраться наружу, – встал и пошел по галерее вверх.
   Оставив позади метров двадцать, он остановился. Рокот не прекращался, был таким же, как раньше, – ни громче и ни тише. Он сделал еще несколько шагов и снова застыл. Теперь к прежнему звуку примешивался новый. Что-то глухо погромыхивало, будто вдалеке стучали по рельсам колеса. Напуганный, пытаясь разобраться, что происходит наверху, и проклиная себя за то, что сунулся в лабиринт, Халифа направил луч фонаря в темноту. Стук стал громче. Не намного, но определенно громче. Мгновение он стоял как вкопанный, нервы напряжены до предела, сердце рвалось из груди. Затем сделал шаг вправо и, поставив ступню на рельс, ощутил легкую вибрацию. Проделал то же самое со вторым рельсом, и здесь металл как будто глухо гудел под подошвой. На него что-то ехало. Что-то большое, судя по тому, как нарастал звук. Халифа попятился, поднял пистолет и снова поставил ногу на рельс. За пять секунд вибрация заметно усилилась. Что бы там ни катило, оно спускалось быстро.
   – Аллах-у-акбар, – прошептал детектив.
   Посветил фонарем: слева каменная стена. Справа – узкий, шириной чуть больше метра, проход, потолок немного выше его роста. Не пора ли в него нырять? Но он был настолько тесным, враждебным и вызывал такое сильное ощущение клаустрофобии, что Халифа не мог себя пересилить. Ничего не предпринимал – застыл с фонарем и пистолетом, как кролик, попавший в свет автомобильных фар. Рельсы начали подрагивать.
   – Стой! – закричал он. – Стой! Полиция!
   Нелепая команда. Смехотворная в своем бессилии. Грохот стал настолько громким, что он едва слышал собственный голос. Если тем, что приближалось, управляли люди – шахтной вагонеткой, это все, что он сумел вообразить, – они ни за что его не услышат. А если даже услышат, то как поступят? Остановятся, поднимут руки, извинятся и позволят себя арестовать? Ерунда. Но страх подчас заставляет человека совершать нелепые поступки. Халифа снова закричал. Начал размахивать фонарем, надеясь, что свет заметят и поймут, что на рельсах стоит человек.
   – Тоннель перекрыт! Остановитесь! Полиция! Путь закрыт! – орал он.
   Бесполезно. Грохот нарастал, стал оглушающим, будто на него сверху летел товарный поезд. Рельсы дергались, вырывая из пола галереи крепежные болты. Вагонетка была уже близко. Очень близко. Халифа снова закричал. Даже не закричал – завопил. И от отчаяния, метя пониже, нажал пальцем на курок пистолета. Напрасно – предмет приближался. Еще один выстрел. Никакого результата. Вся галерея содрогалась. Темнота перед ним вспучивалась, словно набегающая волна. Еще две пули в темноту, и вдруг там, куда доставал свет фонаря, возникло движение. Грохочущее движение. За долю секунды Халифа разглядел, что на него несется по рельсам что-то вроде большого цилиндра, и прыгнул в узкий тоннель.
   Он не рассчитал расстояние. Носок его ботинка зацепился за правый рельс. Детектив споткнулся, потерял равновесие и упал животом в проход, инстинктивно вытянув вперед руки, чтобы смягчить удар. Фонарь выскользнул из ладони, покатился, и он погрузился в темноту. Халифа стал лихорадочно шарить по камню, пытаясь найти фонарь, а сзади в нескольких сантиметрах что-то проносилось с громоподобным стуком.
   Звук не кончался – движение продолжалось. Халифа не мог определить, был ли это один предмет или целая вереница. Мелькнула мысль, что мимо проносится нечто вроде бульдозера, который направили вниз разгрести завал. Если так, он свою миссию не выполнил, потому что через четыре секунды раздался гулкий, оглушительный удар – вагонетка (если она была одна) врезалась в завал и, судя по звуку, резко остановилась. Рудник содрогнулся. На Халифу посыпалась пыль и осколки камня. Но на этом дело не кончилось – гул продолжался, стал громче и мощнее. Мимо неслись другие вагонетки и, разбиваясь ниже в галерее, увеличивали затор. Охваченный паникой, детектив пытался найти фонарь, бешено водил руками по полу, умоляя Аллаха помочь. Но молитвы не были услышаны, и у него не осталось выбора – пришлось распрощаться со светом и ползти глубже в тоннель, подальше от опасности.
   Через два метра Халифа перевернулся и поднялся на ноги. Его окутывала темнота. Пошарив рукой, он, чтобы успокоиться, прижал ладонь к стене и слушал, как вся шахта отзывалась на грохот, лязг и скрежет сталкивающегося металла. Он понятия не имел, что творилось в галерее, – ослеп, как Иман эль-Бадри. Сверху спускали множество каких-то предметов, и эти предметы разбивались внизу. Вот все, в чем он мог быть уверен. И еще в том, что точка крушения движется в его сторону, поскольку галерея наполнялась обломками. Ближе, ближе, удары все громче, камень под ногами сотрясается все сильнее, словно он стоит с повязкой на глазах у шоссе, где происходит грандиозная авария, и автомобили то и дело наскакивают один на другой.
   Затем звуки стали глуше и начали удаляться вправо, вверх по галерее. Вибрация постепенно уменьшалась. Удары звучали тише, хотя по-прежнему слышались.
   С минуту Халифа не двигался, словно прирос к месту, превратился во мраке в мумию. Затем, дрожа и задыхаясь от чесночной вони, от которой слезились глаза, сделал несколько коротких шагов вперед и вытянул руку.
   Пальцы коснулись металла.
   – Боже!
   Он провел рукой вверх, затем вниз. Везде одно и то же – выпуклости и края. И мелкая, порошкообразная субстанция, высыпающаяся из трещин в железе.
   Бочки, вот что это такое. Огромные бочки. Они катятся сверху, расшибаются друг о друга, сплющиваются, лопаются и теряют свое содержимое.
   И эти бочки перекрыли выход из тоннеля в галерею – снизу доверху, от края до края, так что не просунуть палец. Крепкие, как дверь камеры. Запертая дверь. В самой строгой тюрьме.
   Халифа остался один, напуганный, запертый в темноте лабиринта.

   Иерусалим
   К шести сорока пяти вечера Бен-Рой начал волноваться.
   Он позвонил Халифе, но телефон египтянина предложил оставить голосовое сообщение. Снова позвонил через пятнадцать минут, затем еще через двадцать. Каждый раз оставлял сообщения, но ответа не получил.
   Когда без пятнадцати восемь он стоял у двери Сары, то уже серьезно беспокоился.
   – Чем-то вкусно пахнет, – похвалил он, когда Сара впустила его в квартиру, но при этом покосился на мобильник.
   – Чолнт[68] из баранины.
   – И это во вторник?
   – Если твоя душа ортодокса-фруммера восстает, могу заказать пиццу.
   Бен-Рой взял ее за руку, повернул к себе и поцеловал в нос.
   Чолнт из баранины был его любимым блюдом. Сара не пожалела стараний. И не только в вопросе гастрономии. Она выглядела сказочно: тщательно расчесанные волосы распущены, легкий запах духов, сквозь ткань платья заметна округлость живота – такой он никогда ее раньше не видел. Бен-Рой и сам собирался не ударить в грязь лицом – надеть рубашку от Теда Бейкера, которую Сара подарила ему на день рождения, и воспользоваться своим лучшим лосьоном после бритья. Но из-за всех этих дел с Халифой не успел заскочить домой и переодеться. Не осталось времени даже купить цветы. Он снова бросил взгляд на телефон. Никаких признаков египтянина. Что, черт возьми, случилось?
   – Пиво в холодильнике, – сказала Сара, когда они оказались на кухне. – Или, если хочешь, вино.
   – Пиво – то, что надо.
   Бен-Рой открыл дверцу и взял бутылку.
   – А тебе?
   Бросив на него взгляд, она показала на живот.
   – Конечно. Извини.
   Он откупорил бутылку и сделал глоток. Сара хлопотала у плиты. Из гостиной доносилась музыка – пела Джони Митчелл. Альбом «Блу». Самый первый диск, который он подарил Саре. Да, она подготовилась на славу. Бен-Рой постарался сосредоточиться.
   – Бубу в порядке? – спросил он.
   – Да, все хорошо. Хочешь потрогать?
   Сара повернулась к нему животом. Он подошел и приложил руку.
   – Чем больше я думаю об имени, которое ты предложил, тем сильнее оно мне нравится, – сказала она.
   – Мне тоже.
   – А как насчет Айрис, если родится девочка?
   Бен-Рой поморщился. Айрис звали проститутку, с которой он разговаривал в Неве-Шаанан.
   – А может, и не Айрис. – Сара заметила по выражению его лица, что выбор ему не понравился. – Я еще подумаю.
   Она крепче прижала его руку к себе. Их глаза встретились, и она улыбнулась.
   – Я рада, что ты пришел, Арие.
   – Мне хорошо у тебя. Очень хорошо.
   Они немного постояли. Бен-Рой невольно коснулся лежащего в кармане джинсов мобильника. В этот момент Сара поднялась на цыпочки и легонько поцеловала его в губы. Ущипнула за мочку уха и, снова повернувшись к плите, помешала в кастрюле.
   – У меня почти все готово. Иди на балкон и, пока я заканчиваю, зажги свечи.
   Она бросила ему коробок спичек. Бен-Рой поймал и, повторив, как ему с ней хорошо – надеялся, если скажет это лишний раз, то хоть как-то компенсирует, что даже не удосужился переодеться в чистое, – вышел на балкон. Там стоял аккуратно накрытый стол с цветами и свечами, салфетками, с вазочкой оливок и корзинкой лепешек-пит. Взглянув на эту картину, Бен-Рой понял, что не он один подумывает, как бы начать все сначала.
   Он стянул две оливки, зажег свечи, отхлебнул пива и снова позвонил Халифе.
   – Я волнуюсь. На самом деле волнуюсь. Перезвони, как только сумеешь. Ладно?
   Не успел он нажать на кнопку отбоя, как появилась Сара.
   – У тебя виноватый вид, – заметила она.
   – Это потому что у меня на твой счет появились нескромные мысли, – солгал он, незаметно опуская телефон в карман.
   Она рассмеялась и обняла его за шею.
   – Думаю, предстоит приятный вечер.
   – Я тоже. Очень приятный.
   Бен-Рой обнял ее, притянул к себе и сказал, как она красива.
   И все это время он думал про лабиринт и хотел, чтобы наконец зазвонил его телефон.

   Лабиринт
   Тридцать минут Халифа потратил на то, что толкал и пинал перегородившие проход бочки, но не сдвинул их ни на сантиметр. Сила удара так впечатала одну в другую, что они словно сплавились. Но даже если бы каким-то чудом удалось стронуть одну из бочек с места, это ничего бы не дало. Продолжающиеся звуки ударов, хотя и не такие громкие, но по-прежнему слышимые, говорили о том, что главная галерея рудника забита по крайней мере на сотню метров вверх. Если не больше. Его запечатали в тоннеле сотнями, а может быть, тысячами бочек. Больше шансов пробиться наверх через скалу, чем разобрать этот завал. Необходимо искать иной путь.
   Если иной путь существовал.
   – На помощь! – Горло жгло от едкого запаха чеснока, которым пах заключенный в бочках порошок. – На помощь! Умоляю, помогите!
   Напрасно. Но отчаявшимся людям свойственно совершать бесполезные поступки. Халифе была невыносима мысль, что придется искать вслепую дорогу через лабиринт.
   Он повернулся в сторону тоннеля. Тьма была удивительно плотной, такой непроницаемой, что казалась за гранью какого-либо цвета вообще. Абсолютный вакуум, по сравнению с которым самый темный оттенок черного показался бы бледным. Халифа взмахнул рукой – раз, другой, третий и медленно поплелся вперед. Отдаленный ритмичный стук сталкивающихся бочек будто эхом отражал биение его сердца.
   Так глубоки его шахты, так многочисленны галереи, настолько запутанна сеть, что, вступив в его чертог, человек совершенно терялся. Сам Дедал был бы сбит с толку.
   Перед тем как сделать шаг, Халифа ощупывал ногой пол – опасался, что на пути может встретиться дыра, подобная той, что он видел, проходя по галерее. Тоннель был узким: что-то между метром и полутора метрами в ширину и чуть больше двух метров в высоту. Детектив выставил левую руку вперед, а в правой сжимал пистолет. Бесполезный, поскольку он не видел впереди ни зги. Но ощущение оружия хоть немного подбадривало. А в его теперешнем нелегком положении нужна была любая крупица поддержки.
   Проход вел прямо вперед. Пол был гладким, стены аккуратно обработаны, как в гробницах в Долине царей. Вбок тоннели не отходили, он по крайней мере таких не обнаружил. И от этого испытал облегчение. Тоннели потребовали бы принятия решения, усложнили бы ситуацию, грозили бы тем, что он окончательно потеряется в дьявольской путанице лабиринта. Но в то же время он ощущал беспокойство, и оно с каждым шагом росло. Если и была надежда выбраться наружу и хоть как-то сориентироваться в неразберихе подземных ходов, надо было держаться как можно ближе к главной галерее. А тоннель уводил его от этой галереи все дальше и дальше, заставляя углубляться в неизведанное.
   Но выбора не было, и Халифа продолжал двигаться крохотными шажками вперед. Единственными звуками, которые он слышал, было пугающее собственное дыхание и откуда-то издалека – неумолкающая канонада разбивающихся бочек. Был момент, когда его рука наткнулась на выемку размером с кулак в до этого гладкой стене. Чуть дальше нога коснулась какого-то предмета. Халифа нагнулся, чтобы проверить, что это за предмет, и обнаружил осколки то ли кувшина, то ли горшка. Но кроме этого, не заметил ни других предметов, ни каких-либо особенностей тоннеля. Его окружали лишь пол, стены и удушающая, всепоглощающая темнота.
   И вдруг внезапно тоннель оборвался.
   – Боже, нет!
   Засунув пистолет сзади за пояс, Халифа ощупал обеими руками препятствие. Дорогу преградил твердый камень. Он похлопал ладонью слева, затем справа, нагнулся к полу, проверил потолок. Ни проема, ни трещины. Он зашел в тупик.
   Халифа пробовал снова и снова, исследовал каждый сантиметр стены. Наконец повернулся, оперся спиной о камень и соскользнул на землю. В это время приглушенные удары бочек прекратились. Воцарилась мертвая, замогильная тишина. Детектив подтянул к груди колени и обхватил их руками.
   Он был заживо погребен.

   Иерусалим
   Они начали с овощей – приготовленного Сарой бабагануш[69], еще одного любимого блюда Бен-Роя. Выключили в гостиной электричество и устроились на балконе при свечах. На небе сияли звезды, из сада внизу долетал аромат магнолии. Джони Митчелл уступила место Этти Анкри.
   Все было бы просто замечательно, если бы не снедавшее его беспокойство.
   – Похоже, нам перекрывают кислород. – Сара взяла из корзинки питу и разорвала пополам.
   Бен-Рой украдкой достал под столом телефон и посмотрел на экран. Затем снова поднял глаза.
   – Не может быть!
   Сара свернула питу и обмакнула в соус.
   – К этому уже давно шло. А сегодня поступило сообщение, что от нас отказался наш главный спонсор.
   – Разве нельзя найти другого?
   – В теперешней ситуации нет. Мир и согласие в повестке дня не стоят.
   – Сочувствую.
   Она пожала плечами и откусила кусочек питы.
   – Странно, но я вздохнула с облегчением. Это было все равно что следить, как кто-то из близких медленно умирает. Гуманнее сразу положить мучениям конец. У нас есть месяц отсрочки, а потом…
   С колен Бен-Роя грянула мелодия «Хава Нагилы». Он моментально выхватил аппарат из-под стола, но, взглянув на экран, обнаружил, что звонит всего лишь его приятель Шмуэль. Сара смотрела на него через стол. Не сердито. Даже не раздраженно – разочарованно.
   – Прости, – извинился Бен-Рой, переводя телефон на прием голосового сообщения.
   Сара протянула руку и сплела пальцы с его пальцами.
   – Я надеялась, что хотя бы на сегодняшний вечер ты его выключишь. Раньше тебе это удавалось. Ты же сильный. Сопротивляйся соблазну. Борись! Борись!
   Она пыталась свести все в шутку, и от этого Бен-Рою стало еще тяжелее. Он сжал ее руку.
   – Послушай, Сара, я не хочу сгущать краски и меньше всего желаю, чтобы эта штуковина вмешивалась сегодня в наши отношения. Но у меня такое ощущение, что мой приятель Халифа попал в передрягу. Я кладу телефон сюда… – Он демонстративно опустил аппарат на середину стола. – И Богом клянусь, не подойду, кто бы ни позвонил, кроме него. А как только он позвонит, можешь делать с телефоном все, что угодно. Спусти в унитаз – слова не скажу.
   По глазам Сары было понятно, что нечто подобное она уже много раз слышала и больше не верит. Но она взяла себя в руки, прогнала с лица разочарованное выражение и вымученно улыбнулась:
   – Что ж, сделка по мне.
   Бен-Рой снова сжал ей пальцы. Затем привстал, перегнулся через стол и поцеловал в макушку.
   – Спасибо, что ты такая.
   – Спасибо, что ты такой. Пусть даже самый несносный из всех мужчин, каких я только встречала.
   Бен-Рой усмехнулся и уселся обратно на стул. Его взгляд скользнул по экрану телефона. Просто чтобы проверить.
   – Ешь, – сказала Сара. – Иначе чолнт придется подогревать.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 [41] 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация