А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Лабиринт Осириса" (страница 40)

   Прошло четыре часа, а он все еще его не нашел. То и дело оказывался в какой-нибудь вади, которая, как казалось, должна вывести в нужном направлении, но натыкался на непреодолимую трещину, упирался в каменную стену, или вади совершала поворот на сто восемьдесят градусов, и он ехал в противоположную сторону. В одном месте колеса забуксовали в песчаном наносе, и он потерял тридцать минут, откапывая машину из ловушки. Дважды возвращался на шоссе и начинал все сначала. Тетрадка Пинскера ему ничем помочь не могла – в ней лишь говорилось, что англичанин подъехал к руднику с юга. А топографические детали на карте Омара часто не совпадали с тем, что обнаруживалось на местности. Время шло, пустыня продолжала играть с ним злые шутки и не пускать вглубь. Халифа начал подумывать, не бросить ли затею и не повернуть ли домой. Пусть разбираются специалисты.
   В три часа, проделав пятнадцать километров по казавшемуся многообещающим каньону и снова потерпев неудачу перед непроходимой сорокаметровой песчаной дюной, Халифа остановил «лендровер» заглушил мотор и вышел из машины. Потянулся, размял ноги и вволю напился. Взял бинокль и, захватив сумку с купленной в Луксоре едой, потащился на ближайший гребень взглянуть на округу.
   Теперь он оказался намного западнее той точки, где впервые свернул в пустыню. На юге извивалась к побережью асфальтовая лента шоссе номер Двести двенадцать. На севере вдали грузно высился массив центрального плато – освещенная солнцем крепость из буроватого камня. Он был к нему не ближе, чем четыре часа назад. А между ними – словно он глядел поверх гигантского лабиринта – раскинулось море из мешанины хребтов, откосов, склонов и обрывов. И ни одного прохода к высокой горе за ними.
   – Проклятие! – пробормотал Халифа.
   И еще некоторое время изучал местность. Затем сел, скрестив ноги, накрыл голову от солнца и принялся распаковывать еду. Он решил, что продолжит попытки еще в течение двух часов, попробует преодолеть препятствия в другом направлении и, если не получится, признает себя побежденным. Ночь в пустыне наступает быстро. И хотя «лендровер» был оборудован дополнительными фарами, Халифа в мыслях не держал, чтобы остаться среди песков после заката.
   Он завернул сыр в лепешку и откусил. Взгляд скользнул по безводному пространству, затем уперся в вади по другую сторону гребня. Она шла параллельно той, в которой он оставил внедорожник, но была шире и вела не прямо на север, а изгибалась к востоку. Там стояло дерево, акация, с искривленным, перекрученным стволом; блюдцеобразная крона опасно наклонилась, словно растение изнемогало от жары. Первое проявление жизни с тех пор, как он оказался в пустыне, и, пережевывая бутерброд, Халифа радовался, что видит что-то иное, кроме песка и камня. Он задумался, размышляя, сколько лет этому дереву и как ему удалось выжить в таких немилосердных условиях. Прошло несколько минут, прежде чем до его сознания дошло, что на противоположной стороне вади оставлены следы. Много следов. Глубоких, отчетливых, прямых, словно по песку водили гигантской вилкой.
   Колеса грузовиков.
   Детектив поднялся и взял бинокль. Местность была настолько изломана складками, что он не мог понять, откуда и куда идет вади. Повел окулярами вдоль гребня, ища проход между этой вади и той, где стоял «лендровер». И не нашел. Словно две дороги разделили стеной, а перемычки не устроили. Снова перевел взгляд на следы: слишком широкие для внедорожников или пикапов – определенно грузовики. Причем большие. Интересно, те же, о которых сообщалось группой из Хелуанского университета? Халифа не мог этого знать определенно, но стоило взглянуть, куда следы ведут. Он спустился к «лендроверу», завел мотор и поехал, высматривая просвет в стене.
   Позади остались четыре километра, когда просвет нашелся. Гребень нырнул в глубокую седловину и снова взмыл вверх. Но в разрыве склон дюны был достаточно пологим, чтобы одолеть на «лендровере». Потребовалось четыре попытки, прежде чем Халифа оказался наверху. Колеса соскальзывали и буксовали в песке, но в итоге он скатился по каменистому склону в соседнюю вади.
   И сразу все пошло на лад. Зачем бы ни приезжали сюда грузовики, они бывали здесь часто. Вади оказалась густо изъезжена колесами. Халифа направил машину в колею и понесся почти как по настоящей дороге, переключая передачи под льющиеся из стереодинамиков сладкозвучные мелодии израильского певца Мухаммеда Мунира. Вади перешла в другую вади, затем в третью, увлекая детектива в запутанную сеть пересохших русел рек, где он бы безнадежно заблудился, если бы не следы грузовиков. Каждая последующая вади была чуть уже предыдущей, склоны по сторонам круче, мир сжимался плотнее. Иногда дорога отклонялась на запад, иногда на восток. Но сохранялось общее направление – на север, и он все глубже проникал в тайное сердце массива, приближаясь к цели путешествия и удаляясь от – как ему теперь казалось – многолюдного шоссе. Нарастало ощущение одиночества и собственной незначительности по сравнению с окружающим. Он все сильнее нервничал. Если следы вели к руднику (а он с каждым километром убеждался, что ни в какое иное место они вести не могли) и если шахта незаконно эксплуатировалась, то удаленность места, куда он забрался, будет не самой главной из его неприятностей. Халифа выключил приемник и убедился, что спутниковый телефон рядом с ним наготове. А его девятимиллиметровый «хелуан» снят с предохранителя.
   Он ехал все дальше, день угасал, тени становились все длиннее. Наконец после затяжного некрутого подъема и очередной извилистой долины следы грузовиков свернули направо и скрылись в теснине между двумя скалами. Халифа притормозил, остановился и выключил двигатель. Потянулся за тетрадью Пинскера и листал страницы, пока не дошел до выцветшего карандашного рисунка. Под ним стояла подпись: «Подъезд к лабиринту». Детектив сравнил рисунок с тем, что видел перед собой. Картина совпадала.
   Он нашел то, что искал.
   С минуту Халифа сидел и, поворачивая голову, прислушивался, стараясь уловить малейший звук. Ничего, если не считать звенящей тишины. Успокоенный, он проехал еще метров сто по вади и спрятал «лендровер» от посторонних глаз под скальным выступом. Вышел из машины и позвонил Бен-Рою. У израильтянина была включена голосовая почта.
   – Я у рудника. – Детектив не стал тратить время на объяснения. – Пойду взглянуть. Перезвоню тебе через полчаса.
   Он бросил телефон в машину – бесполезно тащить его с собой: под землю сигнал не проходит. Взял из багажника фонарь. И, держа «хелуан» на изготовку, вернулся по вади и пошел по следам колес. Ущелье, куда они уводили, оказалось нешироким, чуть больше десяти метров. Только-только проехать грузовику. Каменные стены поднимались ввысь – вздутые, похожие на паруса пласты известняка громоздились до самой бледно-голубой полоски неба высоко над головой. В воздухе носились стрижи, и, несмотря на приближающийся вечер, стояла удушливая жара. Халифа сложил рупором ладони и крикнул:
   – Саля-я-ам!
   Каньон ответил ему эхом, и его голос, прежде чем стихнуть, многократно отразился от стен. Он крикнул еще и еще раз, а потом, держа палец на спусковом крючке пистолета, пошел вперед. Ущелье повернуло влево, затем вправо и снова влево. Неожиданно стены расступились, и он оказался на краю окаймленного скалами обширного открытого пространства. Это был естественный амфитеатр, прилепившийся с южной стороны горы Эль-Шалул.
   – Аллах-у-акбар, – пробормотал Халифа.
   Склонявшееся к горизонту солнце все еще окрашивало вершину горы теплыми оранжевыми красками, но ниже на склоне уже наступили сумерки: цвета изменились на желтовато-серые, а в трещинах и расселинах сгущались тени. У подножия утесов лежали груды колотого камня и щебня – как догадался детектив, результаты шахтерской работы людей за пять столетий. Слева симметричные развалы каменных блоков свидетельствовали о том, что некогда здесь стояли древние жилища. Но кроме этого и битых черепков в песке, не было никаких свидетельств, что в последнее время здесь велись промышленные разработки, – ни зданий, ни оборудования, ни механизмов.
   И рудника тоже не было. Следы грузовиков выныривали из ущелья и образовывали в амфитеатре сложный рисунок-спагетти. Здесь машины разворачивались и возвращались обратно в каньон. Не было никакого видимого объяснения, зачем они сюда приезжали.
   Халифа оглядел пространство, стараясь понять, что здесь происходило. И двинулся вперед – крошечный, словно муравей на футбольном поле. В центре амфитеатра ему на мгновение почудилось, что он уловил гудение механизмов – едва различимый, на пределе возможностей человеческого уха, рокот. Но стоило ему прислушаться, как рокот пропал. И сколько бы Халифа ни старался, ни склонял голову, звук не повторился. В итоге он решил, что ему показалось. Он поднял глаза и осмотрел скалы. Ни дверей, ни пещер, ни отверстий – ничего. Только голый камень.
   Глядя по сторонам, он повернулся на триста шестьдесят градусов, затем дошел до края амфитеатра и для лучшего обзора забрался на груду камня. С высоты было видно, что хотя грузовики оставили следы повсюду, больше всего их было у скалы на северной стороне площадки. Халифа вгляделся в сгущающихся сумерках в том направлении, но так и не понял, что понадобилось у скал машинам. Прошла минута, он уже собрался повернуть назад. Но в этот момент его лица коснулся легкий ветерок и пронесся по ущелью. Он заметил движение. Или ему только показалось. Движение длилось долю секунды, затем все успокоилось. Халифа всмотрелся. Еще один порыв, и снова движение. У самого основания скалы, словно она изменила положение. Или подернулась рябью.
   – Что за черт?
   Детектив спустился с груды камня и пошел в ту сторону, все еще не уверенный, видел ли он что-то или это вызванный сумерками обман зрения. В тридцати метрах от скалы он остановился и крикнул:
   – Са-ля-ам!
   Звук облетел амфитеатр, но ему не ответили. И движения больше не было. Но с этого расстояния он заметил, что прямоугольник у основания скалы слегка отличается от остального камня по цвету. И по материалу. Словно кто-то…
   – Умно. Очень умно.
   Засунув пистолет за пояс на спине, он подошел к скале. Осмотрел и приблизился вплотную. Взялся руками за камень и дернул вниз. Послышался громкий хлопок, и брезент, сорвавшись с рамки, упал к его ногам. Маскировка хотя и грубая, но эффективная: желтоватый материал можно было отличить от камня, только подойдя вплотную к скале. За ним открылись две большие створки металлических ворот, запертых на цепь и висячий замок. Выше была высечена единственная надпись. Халифа успел подзабыть иероглифы, но эти трудностей не представляли. Тем более что они обозначали бога.
   Осириса.
   «Есть!» – прошептал он.
   Подергал дверь, затем достал пистолет, прицелился и сбил пулей замок. Грохот выстрела прокатился меж каменных стен, вспугнул с полдюжины стрижей, и они в панике взмыли к небесам. На какое-то мгновение детективу показалось, что он снова услышал гул механизмов или звук мотора. Невозможно было определить, откуда он исходит, если он вообще откуда-то исходил, а не был просто игрой воображения. Халифа прислушался, но больше ничего не услышал. Воображение. Не иначе. Он потянул одну из створок ворот.
   Стальная панель отъехала в сторону, и перед ним открылся лабиринт.

   Иерусалим
   Когда позвонил Халифа, Бен-Рой разговаривал с Сарой – спрашивал, не надо ли что-нибудь принести на ужин.
   Получив сообщение, он тут же перезвонил египтянину, но теперь у того телефон оказался переключенным на голосовую почту. Приветствие на арабском, голос женский. Аппарат не Халифы. Спутниковый, догадался Бен-Рой, раз ловит сигнал посреди пустыни. Он, в свою очередь, оставил сообщение: выразил беспокойство, что товарищ один отправился к руднику, и просил напрасно не рисковать.
   – Позвони, как только получишь мое сообщение, – попросил он. – Сразу же. Я буду ждать.
   Он отключился. Сидевший напротив Зиски оторвался от бумаг – он наводил справки о Дине Леви – и повернулся к нему.
   – Что там такое?
   Бен-Рой объяснил. У помощника удивленно изогнулись брови.
   – Ему ничего не угрожает?
   – Надеюсь. Он мой друг, и мне страшно подумать…
   Он не договорил, о чем ему страшно подумать. Посмотрел на стенные часы – только что перевалило за шесть. До визита к Саре еще полтора часа. Он надеялся, что за это время получит от египтянина весточку.
   Зиски отвернулся, взял мобильный телефон и принялся набивать текстовое сообщение.

   Гора Эль-Шалул
   Халифа вступил в лабиринт. Щелкнул выключателем фонаря и повел вокруг себя лучом.
   Он оказался в большой камере. Огромной камере – протяженной в глубину и пещерообразной, хотя отметины древнего резца на потолке и стенах свидетельствовали о том, что она скорее рукотворная, чем природная. Пол был густо заляпан пометом летучих мышей, в воздухе стоял сильный запах аммиака. Детектив достал из кармана платок, прикрыл нос и сделал несколько шагов.
   Справа и слева открывались входы в дюжину тоннелей – расходящиеся веером от центральной камеры неприветливые лазы в темноту, словно их прогрызли в камне в поисках пищи гигантские личинки. Некоторые находились на уровне пола, другие – выше. У самого высокого к стене еще с древних времен была приставлена лестница. Халифа посветил фонарем на обтянутые кожей ступеньки. Они выглядели такими же крепкими, как три тысячелетия назад. Детектив направил луч в коридор. Там были двери, много дверей. Он насчитал девять, а дальше свет фонаря поглощала тьма. Согласно схеме Пинскера за дверями находились помещения, где в древности селили рабочую силу. Люди влачили здесь пещерное существование, и средняя продолжительность жизни в таких условиях исчислялась несколькими месяцами, если не неделями. Луч фонаря наткнулся на каракули древних рисунков на потолке и стенах, ряд глиняных сосудов для хранения припасов, перевернутую плетеную корзину. Затем Халифа посветил через всю камеру в зияющее прямоугольное отверстие в дальней стене.
   Вход в главную рудничную галерею.
   До сих пор, кроме раздвигающихся створок ворот, детектив не заметил ничего, что бы свидетельствовало о присутствии в шахте современного человека. У входа же в галерею такое подтверждение нашлось, хотя не то, что он ожидал. Прижав платок к лицу, он направился в сторону отверстия, и с каждым его шагом в воздух вздымались хлопья сухого помета.
   Большую часть прохода занимала стальная платформа. Своего рода погрузочная эстакада, подумал Халифа, поскольку находилась она примерно на высоте кузова грузовика. Сюда же от главного входа в шахту вели следы колес. К платформе были привинчены две отстоящие друг от друга примерно на пару метров направляющие в виде буквы «L». Они спускались к полу галереи – словно горка без конца – и исчезали в темноте.
   Халифа повел лучом фонаря вокруг, потом посветил в галерею и, стоя между направляющими, посмотрел вниз. Направляющие шли рядом со стенами. Сюда что-то привозили снизу. Вкатывали или затаскивали лебедкой на платформу и с нее грузили в кузовы машин. Руду? Золото? Детектив не мог ответить на этот вопрос. Он сделал несколько шагов вперед. Его поглотила темнота, настолько густая, что он мог ее осязать, словно прокладывал путь, раздвигая тугую паутину. Внизу стремительно метались тени – с насиженных мест взлетели напуганные внезапным светом летучие мыши. Металлические полосы уходили все дальше. Халифа сделал еще несколько шагов. Направляющие не кончались. Пинскер прошел галерею целиком, и, по его оценке, она уходила почти на милю. Неужели рельсы тянутся до самого конца? Что-то подсказывало Халифе, что так оно и было. То, что здесь грузили, привозили из самых недр шахты. И чтобы узнать, что это такое, необходимо туда спуститься.
   Халифа попятился. Сердце гулко стучало, дыхание вырывалось быстрыми, короткими толчками.
   Детектив был не из пугливых. Его не страшили ни темнота, ни закрытые пространства. Сколько раз в одиночку он обследовал в Долине царей и не такие гробницы. Мрачные, где не бывал ни один турист и куда приходилось спускаться на четвереньках, а то и на животе. Он любил пощекотать себе нервы.
   Но сегодня все обстояло иначе. Сегодня он откровенно струсил. Испугался, как никогда в жизни. Было что-то зловещее в окутавшей его темноте, в сводящей с ума путанице катакомб, где царила атмосфера человеческого горя. Не просто зловещая – угрожающая, приводящая в ужас. Вся шахта источала… зло.
   Халифа еще попятился и, выбравшись из галереи и оказавшись во входной камере, поспешно направился к воротам.
   За те десять минут, что он пробыл в шахте, снаружи заметно потемнело. Но по сравнению с подземной чернотой это был яркий день. Детектив глотнул воздуха.
   Он не пересилил себя. Не сумел спуститься на дно. Нет, только не в одиночку. С него хватило пяти метров. Полтора километра в глубь земли – это исключалось. Он поедет домой и на днях вернется сюда с коллегами, с подмогой. Теперь он знает, где находится рудник, знает, как к нему добраться. Ривка Клейнберг, корпорация «Баррен», грузовая компания «Зосер» – с этим можно подождать, потому что никакими силами на земле…
   Он возвратился внутрь. Снова дошел до платформы и нырнул под нее в галерею. На этот раз тьма показалась еще враждебнее, будто сам воздух хотел прогнать его прочь. Халифа размахивал фонарем, разрубая лучом темноту, и удивлялся, как Самюэл Пинскер умудрялся не бояться? Какая безумная, навязчивая мысль влекла его сюда и неделями держала в шахте, заставляя ползать в кромешной тьме, аккуратно нанося на бумагу план лабиринта? От одной этой мысли детективу сделалось нехорошо.
   Он еще помахал фонарем, луч на долю секунды выхватывал полосы стен и потолка, но они тут же тонули в черноте. Единственными звуками были его хриплое дыхание и хлопанье крыльев летучих мышей внизу. Халифа поморщился, словно собирался сунуть руку в огонь, положил носовой платок в карман, вытащил из-за пояса пистолет и пошел между рельсов.
   – Аллах, защити меня, – приговаривал он. – Не покинь меня, будь моим светочем.
   Он двигался с осторожностью, по несколько шагов, тяжело переставляя ноги по наклонному полу галереи. Часто оборачивался – оглядывался на едва различимую точку света у входа в рудник. Каждая клеточка его тела подгоняла бежать со всех ног назад. Но он боролся с этим побуждением и продолжал идти. Через две сотни метров свет за спиной пропал. Халифа ускорил шаг, желая как можно быстрее добраться до того места, куда вели рельсы, и выбраться наружу.
   – Аллах, защити меня. Не покинь меня, будь моим светочем.
   По сторонам открывались все новые тоннели и коридоры. Он пытался их сосчитать, но ответвлений оказалось так много, что вскоре он бросил это занятие. Одни шли вверх, другие вниз, некоторые были такими же широкими, как главная галерея, в другие едва мог протиснуться человек. Согласно заметкам Пинскера все коридоры разветвлялись на новые, те, в свою очередь, тоже разветвлялись, и лабиринт пробивал себе дорогу сквозь камень, разрастаясь, ширясь и множась, как чудовищный самовоспроизводящийся организм. От этой мысли по спине пошел холодок. Хорошо хоть он шел по главной галерее – прямой как стрела. Стоит свернуть в сторону, и мгновенно потеряешься в запутанной сети тоннелей… Детектив одернул себя. Пинскер безумец, если решился исследовать лабиринт. Но он, Халифа, рассудительный человек, и не на сантиметр не отступит от прямой дороги. Быстрее вниз, быстрее наверх и скорее наружу.
   – Аллах, защити меня. Не покинь меня, будь моим светочем.
   Несколько раз путь проходил через похожие на пещеры камеры, подобные той, что он видел у входа в рудник, – просторные подземные залы с высеченными из камня колоннами и потолками, на которых сохранились следы дыма древних факелов. Проходя мимо одной из широких боковых галерей, Халифа заметил напоминающее чернильное пятно отверстие в полу. (Пинскер писал о таком провале. Он пытался измерить его глубину, опустил в него веревку с грузиком на конце, размотал почти на семь метров, но до дна не достал.)
   То и дело посещала мысль: не пора ли поворачивать назад? Страх стеснял грудь. Он чувствовал, что внизу таится что-то враждебное. Что-то злое. К чему совсем не стоит приближаться. Дважды он готов был отступить и лишь усилием воли заставлял себя продолжать спуск.
   Его обволакивала тьма, со всех сторон давил камень, рельсы спускались все глубже и глубже, в самую утробу земли.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 [40] 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация