А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "У меня живет жирафа" (страница 8)

   – Ой, пап, так все клево было! Там такое море, и песочек прямо золотой…
   – Не зря же курорт называется Коста-Дорада.
   – Ну да, да… И мы столько видели! В Барселону сколько раз ездили! Это круто!
   – Дед затаскал по музеям?
   – Ой, пап! Я один раз сказал: дед, у меня уже в котелке каша. Но он же упертый… А бабушка отказалась. Но зато мы в разных зоопарках были, и я тебе покажу, я там наснимал… Хочешь, сейчас посмотрим?
   – Давай!
   – Вот, это наша гостиница, видишь, от пляжа только велосипедная дорожка отделяет…
   А это мы купаемся, а это Лиза. Она из Питера, классная девчонка, мы с ней все конкурсы выигрывали!
   – Какие конкурсы?
   – Ну там в отеле аниматорша была, кстати, русская, очень клевая тетка, и для детей устраивала всякие конкурсы, так она нас с Лизой сладкой парочкой прозвала, «опять эта сладкая парочка все выигрывает!»
   – А ты там не скучал?
   – Что ты, пап!
   Вот сын уже и влюбился. Как летит время…
   – А ты, кстати, хорошо снимаешь, молодец! И камера у тебя почти не дрожит. Здорово!
   – Это Лизкин папа, он кинооператор, он мне показывал, как надо снимать, и даже сказал, что у меня талант!
   – Так уж прямо и талант? – улыбнулся Владислав Александрович.
   – Ага! И еще сказал, чтобы я поступал на операторский, во ВГИК. Это такой киношный институт.
   – И как тебе эта идея?
   – По-моему, суперская!
   – Ну, если не передумаешь…
   – Пап, смотри, это я специально для тебя снял!
   На экране он увидел… жирафье семейство, где детеныш был еще меньше берлинского.
   – Ты же любишь жирафов! Смотри, какой хорошенький…
   Жирафенок был снят крупным планом.
   У Владислава Александровича вдруг заболело сердце. Что я делаю со своей жизнью? Мне же никто не нужен, кроме Ии, а я? Сошелся с Ниной, совершенно не любя… а она, кажется, меня любит… Нехорошо это, неправильно. Это можно, когда душа пуста… А у меня в душе эта дивная и еще такая молодая женщина… Слишком молодая для меня… Мы с ней не совпали во времени… Да почему слишком молодая? Ей, что называется, под тридцать, а мне за сорок, ну и что тут такого? А зачем ты ей нужен?
   У нее там есть деверь, к которому она прислонилась… И вдруг волна такой ревности и даже ненависти захлестнула его, что он чуть не задохнулся.
   – Пап, ты чего? – как сквозь вату донесся до него голос сына.
   – Да ничего, Санька, просто устал сегодня. Давай-ка прервемся до завтра. Я предлагаю тебе пожить у меня еще денек-другой! Как ты на это смотришь?
   – Ура! – победно вскинул руку сын.
   – Вот и хорошо! А сейчас в душ и спать!

   Когда Санька уснул, а уснул он мгновенно, Владислав Александрович глубоко задумался. Что же делать? Просто позвонить Ие и пригласить ее куда-нибудь… Но куда? И с какой, собственно, стати? Она удивится, еще как удивится… А обрадуется ли? Теоретически должна обрадоваться, ведь она была в меня влюблена в детстве. Но с тех пор успела выйти замуж, остаться без мужа, прислониться к деверю… Именно это слово «прислониться» казалось ему особенно нестерпимым. Ей, видимо, нужно все время к кому-то прислоняться… Пусть прислонится ко мне. Я смогу быть для нее надежной опорой… А смогу ли? Смогу! Безусловно смогу! А вот захочет ли она сменить деверя на меня? А это надо выяснить! Но как? Куда ее пригласить? Просто поужинать в ресторан? Как-то пошло… В ночной клуб? Еще того хуже. В театр? На концерт? Это мысль! Надо посмотреть, есть ли сейчас в Москве что-то достойное внимания? Но я же совершенно не знаю ее вкусов. Я вообще ничего, собственно, о ней не знаю. Да, задачка! Чепуха! Я приглашу ее просто поехать за город, подышать свежим воздухом. Для жителей Москвы свежий воздух всегда достоин внимания. Решено! Я приглашу ее за город… Кто-то говорил, что пошли грибы… Ох, как давно я не ходил за грибами! Он схватил было телефон, но тут же вспомнил, что предложил сыну пожить у него два дня… Да и Ия в будние дни вряд ли согласится… Надо позвать ее на выходные. И заранее, а не в последний момент. Так нестерпимо хотелось услышать ее голос, что он решил позвонить немедленно.
   Она долго не брала трубку.
   – Алло! – голос у нее был усталый.
   – Иечка, я тебя не разбудил?
   – Кто это? – насторожилась она.
   – Ия, это Голубев.
   – Владислав Александрович?
   – У тебя есть еще знакомый Голубев?
   – Нет. Просто я никак не ожидала…
   – Ия, не удивляйся моему вопросу. Ты любишь собирать грибы?
   – Грибы? Какие грибы?
   – Ну, какие попадутся, белые, сыроежки…
   – Вы хотите позвать меня за грибами?
   – Ну да, если ты не против.
   – Я – за! – В ее голосе появились ликующие нотки. – Но когда?
   – Когда тебе удобнее, в субботу или в воскресенье?
   – Лучше в воскресенье.
   – Вот и отлично! Тогда скажи, где мне тебя забрать и способна ли ты встать часа в четыре?
   – Да, способна, я больше всего на свете люблю собирать грибы! Кто-то говорил, что в этом году их должно быть много!
   – Тогда я в четыре за тобой заезжаю.
   – А я возьму термос с чаем и бутерброды.
   – Договорились! До встречи, Иечка!

   Боже, что это? Почему он пригласил меня? И почему в лес? Откуда он знает, что я просто обожаю собирать грибы? Может, я как-то обмолвилась? Да вроде нет… А я рада? Еще как! Но все-таки это странно… Взрослый, совсем даже не молодой и малознакомый мужчина приглашает меня в лес по грибы… Он что, и вправду ко мне неравнодушен? И Алинка это говорила, и Мария Евграфовна… А я? Это раньше я была в него влюблена, много лет назад, а сейчас… сейчас я его немного боюсь… особенно когда он снимает очки… Дура я, дура набитая. Я так о нем мечтала когда-то, а сейчас, видно, он обо мне мечтает… Но может ли это быть?
   А почему, собственно, нет? Она подошла к зеркалу и ахнула. На нее смотрела совсем другая женщина, с блестящими глазами, сквозь смуглую кожу пробивался легкий румянец. И совсем еще молодая. А в последнее время ей было тошно смотреть на себя в зеркало. Нет, не стану я делать бутерброды, я лучше напеку пирожков.
   С мясом и с яблоками. Надо утром зарулить в магазин. Господи, только бы ничего не случилось, только бы эта встреча состоялась… И как теперь дожить до воскресенья? Хорошо еще, что работы много!

   Часть третья

   Ровно в четыре часа, было совсем темно, он подъехал к ее дому. Ему пришлось что-то наврать Нине, которая предлагала ему провести воскресенье у нее на даче. Это омрачило его радость. Но лишь слегка. Он позвонил:
   – Иечка, не спишь? Я внизу!
   – Бегу!
   Через несколько минут она выбежала из подъезда. В джинсах, в резиновых сапогах. Он вышел ей навстречу.
   – Ого, какая корзина! Давай, поставлю в багажник. А это что за сумка?
   – Ну, тут все для пикника.
   – О, какая предусмотрительность!
   – А давайте эту сумку лучше поставим на заднее сиденье, в багажнике может пропахнуть чем-нибудь…
   – Правильная мысль. Ну вот, садись, Иечка!
   Она села. Он захлопнул дверцу. И мгновение помедлил. Кажется, я схожу с ума. Но о чем с ней говорить? Ну, для начала о грибах…
   Он сел за руль.
   – Пристегнись, Ия!
   – Да-да. А куда мы поедем?
   – За сто километров от кольцевой, я знаю там грибные места. Доверься мне, Иечка.
   – А вы знаете грибы?
   – Ну, в общем, да. А ты?
   – Я тоже.
   – Значит, нам не грозит опасность съесть бледную поганку? – засмеялся он.
   – Ну, если вы не совсем вскружите мне голову, то я ручаюсь…
   Он посмотрел на нее с удивлением. Да она кокетничает! И как-то даже изящно у нее это получилось.
   – А вы мне уже вскружили голову.
   – Владислав Александрович, но вы мне только что говорили «ты»…
   – В самом деле. Я забыл… Но не получается сейчас почему-то…
   – А можно я задам вопрос?
   – Ради бога!
   – Владислав Александрович, а почему вы вдруг решили пригласить меня? И почему за грибами?
   К этому вопросу он был готов.
   – Тут все просто. Кто-то сказал, что пошли грибы. Я стараюсь каждый год хоть разок, но вырваться за грибами. И я подумал: кого бы мне хотелось позвать, одному как-то скучно, перебрал многих и вдруг вспомнил о вас, о тебе. И позвонил наудачу. Ты согласилась.
   – Понятно, – не без лукавства проговорила она. – А я так давно не была за городом… Столько работы…
   – Кстати, ты сотворила чудо, наша Мария Евграфовна в твоем платье произвела истинный фурор.
   – Среди девяностолетних старичков?
   – Нет, в том-то и дело! Внучка юбиляра – модный дизайнер, она чуть из своего платья не вывалилась. Все пытала старушку, откуда такой туалет… но наша шпионка не раскололась!
   – А вы откуда знаете, вы там были?
   – Еще бы! Там было много моих героев. Удивительное дело, у большинства из них жизнь была, мягко говоря, нелегкая, даже порой чудовищно трудная, а они как-то сохраняют себя… Не все, конечно, но многие. Это поразительный факт.
   – А почему вы занимаетесь именно историей разведок? Мне помнится, вы собирались заниматься…
   – Ой, чем только я не собирался заниматься после журфака. Но однажды мне поручили сделать материал об одном нашем разведчике, и я увлекся…
   – Но это же, наверное, очень страшно?
   – Страшно? В каком смысле?
   – Ну, насколько я понимаю, жизнь разведчиков вообще нелегкая, а уж советские разведчики… Им же еще постоянно не доверяли свои же. Особенно во время войны…
   – Фильмов насмотрелась? Хотя ты права, это бывало иной раз просто чудовищно…
   – Я, конечно, и фильмы смотрела, но я прочла все ваши книги, особенно мне показалось интересной история о том, как израильтяне ловили Эйхмана. Не оторваться…
   – О, это моя первая книга, во многом еще наивная…
   – Но она такая увлекательная! Мне кажется, вам бы надо писать романы.
   – Ой, Ия, романы сейчас пишут все.
   – Но хорошо-то пишут совсем немногие.
   А еще я читала про дело Розенбергов, и мне показалось, что вы там о многом умолчали…
   – Гляди-ка, какая приметливая… Да, тогда еще многое нельзя было обнародовать. В этом деле еще масса черных дыр… Смотри-ка, я не ожидал, что ты меня читала…
   – Мне было интересно. Я ведь в детстве была в вас влюблена, как кошка, – вдруг проговорила Ия, сама себе удивляясь. С ума я, что ли, сошла? И почувствовала, что залилась краской.
   Боже, какая прелесть, пронеслось у него в голове. Но если она признается в этом, значит, сейчас она ко мне равнодушна?
   Между тем совсем рассвело, они уже выехали за город.
   – Можно я окно открою?
   – Конечно, открывай, а тебя не продует?
   – Нет, я люблю сквозняк.
   – Иечка, а ты, помнится, в детстве собиралась стать, кажется, то ли геологом…
   – Археологом, – засмеялась она. – Из этого ничего не вышло, я провалилась на истфак, второй раз и пытаться не стала, уехала к Алинке и к маме и там закончила специальное училище… Я всегда любила шить, но почему-то этого стеснялась, мне казалось, что такая жердь за швейной машинкой – это смешно… Но Алинка меня пристроила в модельное агентство еще в Москве, в старших классах, чтобы я не комплексовала из-за роста…
   – Ну какая же ты жердь? Ты красавица.
   – Я красавица? Вы мне просто льстите…
   – С какой стати мне тебе льстить? Черт, что там такое?
   Их остановил гаишник.
   – В чем дело? Я что-то нарушил?
   – Нет, там баба… ненормальная, за рулем рожать вздумала!
   – Так вызовите «скорую»!
   – Товарищ, дорогой, пока еще «скорая» приедет, а тут до больницы шесть километров, довезите бога ради, я не могу пост оставить…
   Парнишке было лет двадцать, и он чуть не плакал. Ия выскочила и побежала к машине, на которую указал инспектор.
   – Что с вами?
   – Рожаю… Ой, мамочки! Как больно-то… Помоги, сестренка!!!
   – Сейчас, сейчас, машину подгоним и отвезем вас в роддом, тут близко!
   Она замахала руками, Владислав Александрович подъехал как можно ближе, они с инспектором вытащили женщину из машины и положили на заднее сиденье. Она была маленькая, с огромным животом. И вдруг затихла.
   – Никак померла? – позеленел юный страж порядка.
   – Куда ехать-то? Жива она, просто боль отпустила.
   Владислав Александрович осторожно взял с места. Ия сидела, обернувшись к женщине и держа ее руку.
   – Не бойтесь, довезем, все будет хорошо. Кого ждете?
   – Мальчишку.
   – А чего ж сама за руль села? – спросил Владислав Александрович.
   – Да мужа на работу вызвали. Мы еще через неделю ждали, и вдруг чувствую, пора… Вот и села за руль, больше некому было. Думала, доеду, и вдруг как прихватило, еле до поста дотянула, а там этот сопляк… Спасибо вам, граждане, ой, мамочки, жуть-то какая… Ой, ой, о! Как больно-то!
   – Как вас звать-то?
   – Настена. Я веттехник… сколько телят приняла, а сама напугалась… Дура дурой! Ой, мама!
   Наконец они подъехали к зданию больницы.
   – Скажите там, что Настену привезли. Они знают…
   Владислав Александрович кинулся туда, предполагая, что еще придется объясняться с персоналом, они могут не захотеть принять роженицу, но, на удивление, все было достаточно цивилизованно.
   – Здравствуйте, у меня в машине женщина рожает, Настеной звать…
   – Вить, тащи носилки! – крикнула толстая тетка в белом халате.
   Откуда ни возьмись появились два парня с носилками, и через несколько минут Настена была отдана в руки медперсонала.
   – Спасибо вам преогромное, граждане!

   Ия ждала у машины.
   – Вот вам и грибы! – засмеялась она.
   – Да никуда они не денутся! Подумаешь, на час всего задержались. Поехали!
   – Поехали! – обрадовалась Ия. – Ну как там, все нормально было?
   – Абсолютно. Ее там знают. И мужу уже кто-то стал звонить. Ия, а можно бестактный вопрос?
   – Попробуйте!
   – Почему у тебя нет детей?
   – Муж говорил, что еще успеем. Но сейчас я даже рада этому… Ничего, у меня еще есть время. А у вас ведь есть сын?
   – Есть. Санька. Чудесный парень, мы с ним большие друзья. Но живет он с моими родителями. Послушай, чем это так вкусно пахнет? Это из твоей сумки?
   – Наверное. Я пирожков напекла. Хотите?
   – Хочу! И вообще, нам следует немножко подкрепиться перед марш-броском в лес.
   – Давайте!
   Он съехал на обочину.
   – Ну что, в машине поедим или на травке?
   Она замялась.
   – У меня в багажнике есть плед, так что будет удобно. Роса уже сошла…
   Ия радостно улыбнулась. Он вытащил из багажника плед и большой термос.
   – Давай мне сумку, она тяжелая.
   Она отдала ему сумку. Господи, и это происходит наяву?
   Они сошли с дороги, он расстелил плед. Ия достала из сумки красивую салфетку, красную в белый горошек, расстелила ее и принялась выгружать из сумки какие-то свертки и коробочки. Потом достала одноразовые тарелки и стаканчики, приборы, и все это белое в красный горошек. Через пять минут импровизированный стол выглядел так, что хоть сейчас снимай рекламу.
   – Боже мой, Ия, да ты просто волшебница!
   – Прошу вас! Пикник на обочине!
   Он рассмеялся, и ему вдруг стало хорошо и легко. Он опустился на плед рядом с ней.
   – Что тут у тебя?
   – Вот эти пирожки с мясом, эти с картошкой, а есть еще с яблоками. А тут холодный ростбиф и малосольные огурцы, сама вчера солила.
   – Боже, как вкусно, – простонал он, откусив кусок пирожка с мясом. – Как ты успела? Ты же столько работаешь?
   – Выкроила вчера два часа. Мне хотелось… Я же никогда вас ничем не угощала… – она вдруг залилась краской, смутилась. А он умилился. – Ой, у меня же есть чай…
   – Нет, давай лучше кофе выпьем, у меня в термосе хороший кофе. С перцем чили.
   – Никогда не пробовала, интересно.
   Он налил кофе в красивые стаканчики.
   Она взяла стаканчик в руки, понюхала.
   – Там сахар есть?
   – Что ты! А ты любишь сладкий кофе?
   Я как-то не подумал. Извини.
   – Но, наверное, с перцем сахар не нужен? – Она отпила глоток. – Странно… Но вкусно. Неожиданно… Но вообще-то я люблю кофе со сливками, сладкий… А это… это мужской кофе. И вам очень идет…
   – Кто бы мог подумать, что ты еще так потрясающе готовишь. Твои пирожки просто чудо, а ростбиф… с ума сойти. Он такой ароматный… а огурчики просто песня! Давненько я так не ел! Спасибо тебе, Иечка… – Он взял ее руку и поцеловал. Она вздрогнула.
   – На здоровье, Владислав Александрович.
   Он задержал ее руку в своей. На нежной длинной шее билась голубая жилка. Румянец проступал сквозь смуглую кожу. Она была восхитительна! Он вдруг придвинулся к ней вплотную.
   – Ия, я схожу с ума… – прошептал он и снял очки.
   Она дернулась.
   – Тебе неприятно? – насторожился он.
   Вместо ответа она вдруг обвила его шею руками.
   – Мне приятно. Но немножко страшно…
   – Чего ты боишься, дурочка?
   – Не знаю… Поцелуйте меня, пожалуйста!
   Он прильнул губами к голубой жилке на шее. Она задрожала. И погладила его по волосам. Он поднял голову. Ее глаза были закрыты. Он прижал ее сильнее и поцеловал в губы. Ему показалось, что лучшего поцелуя в его жизни не было. А опыт у него был немалый. Неизвестно, к чему бы это все привело, но тут из придорожных кустов выскочила собака. Большая веселая дворняга кинулась к ним и принялась, не обращая на людей внимания, лопать оставшуюся без присмотра снедь.
   – Чарли, назад! – крикнул мужской голос.
   Они отшатнулись друг от друга.
   – Пошел отсюда! – возмутилась Ия, схватив лоток с пирожками. До них пес еще не добрался, но с ростбифом расправился.
   Пес беззлобно взлаял и потрусил к хозяину.
   – Что ж это вы, граждане? Нашли место! – крикнул хозяин собаки, пожилой мужчина с седой бородкой. – Хотя вас, милостивый государь, можно понять… Такая красавица… Чарли, фу! – Он взял собаку за ошейник и увел.
   Они посмотрели друг на друга и расхохотались.
   – А что насчет грибов? – со смехом спросила Ия.
   Она все-таки старалась не смотреть на него, так как он был без очков. Ее все еще пугала синева его глаз.
   – Едем, не отступать же от поставленной цели! – нарочито бодрым тоном отозвался Владислав Александрович.
   Они быстро собрали остатки еды, Ия аккуратно сложила мусор в пластиковый пакет, завязала его и понесла к машине.
   – Это мы выбросим в контейнер, когда он попадется. Ненавижу эту нашу манеру оставлять в лесу всякий мусор. Гадость такая!
   – Да, это противно. Ну, едем?
   – Конечно, едем!
   Он был слегка разочарован и в то же время рад. Это опасные игры… Она так невозможно хороша и желанна… Какой идиот ее муж… Но там ведь был еще деверь, к которому она прислонилась… Его опять захлестнуло волной ярости и ревности. Что это со мной? Что-то не помню, чтобы я кого-то ревновал… Только жену, да и то до женитьбы… Но ее я любил. И что же, выходит, я люблю эту девочку? Зачем мне это? У меня Санька… Я обещал себе, что мачехи у него не будет. Следовательно, я не могу на ней жениться, с тоской подумал он. И искоса взглянул на Ию. Она сидела, закрыв глаза, но не спала… Она явно вспоминала то, что было полчаса назад… Неужто она до сих пор ко мне неравнодушна? Может быть, даже любит меня? Она читала все мои книги… Зачем такой девушке нужны книги по истории разведок? Абсурд! Значит, ей не книги нужны были, а их автор? Да ну, чепуха! Это же так естественно – заинтересоваться тем, что пишет человек, в которого ты в детстве была влюблена. А сейчас ее бросил муж, этот самый таинственный деверь, похоже, тоже слинял, ей просто для повышения самооценки нужен мужчина… Да, но я-то схожу с ума. Я точно знаю, что еще не испытывал того, что испытываю сейчас… У меня голова идет кругом. Не могу больше. Он вдруг резко затормозил и съехал на обочину. Она удивленно открыла глаза.
   – Что случилось?
   – Ия, скажи, как ты ко мне относишься?
   Он видел, что она растерялась.
   – Хорошо… Хорошо отношусь, разве не понятно?
   Он молча смотрел на нее.
   – Вы… Что вы хотите от меня услышать? Что я люблю вас? Ладно… Я люблю вас…
   С детства. Я про вас потом забыла… Хотя нет, вру… не забывала… Просто мне казалось, что этого не может быть… что… где вы, а где я… Ой, только не снимайте очки!
   – Почему? – удивился он.
   – Я боюсь… И в детстве боялась…
   – Чего ты боишься, дурочка?
   – Понимаете, я как-то забываю, какие у вас синие глаза…
   – Так, может, мне карие линзы носить? – засмеялся он.
   – Нет… Ни в коем случае… – Она вдруг протянула руку, сняла с него очки. – А вот так уже нестрашно…
   – Ия, девочка, я… я тоже люблю тебя, но…
   – А какое тут может быть «но»? – просияла она.
   – Я не смогу на тебе жениться!
   – Жениться? Зачем жениться? Я не хочу за вас замуж. Я вообще не хочу замуж. С меня хватит… Знаете, даже если между нами ничего больше не будет… все равно, я услышала от вас то, чего никогда не чаяла услышать… Это уже само по себе счастье.
   Господи, какое чудо! Неужели еще бывают такие женщины?
   Он молча смотрел на нее.
   – А… А почему вы… молчите?
   – Слова в горле застряли, – хрипло проговорил он, притянул ее к себе и поцеловал. И опять этот волшебный, невероятный, ни с чем не сравнимый вкус поцелуя… А когда он вновь прижался губами к голубой жилке на шее и уже подобрался к застежке лифчика, она вдруг засмеялась и спросила:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11 12 13 14 15

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация