А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Красная лилия" (страница 20)

   Он сжал руки Хейли и овладел ею.
   – Смотри, смотри на меня. Не бросай меня.
   Холод превратился в жар, ужас – в восторг, и Хейли осталась с ним.

   Она не могла вымолвить ни слова, даже когда он прижался щекой к ее животу и грохот бури уступил место пению цикад. В ней бурлило столько всего, что она не могла отделить шок от страха, страх от стыда.
   Харпер поцеловал ее, поднялся.
   – Я принесу нам воды и проверю Лили.
   Ей захотелось крикнуть: «Не оставляй меня одну! Не оставляй ни на минуту!», но она подавила слова мольбы. Это было бы глупо и невозможно. Харпер не может следить за ней постоянно. Никто не может. Хейли ужаснула мысль о том, что он будет чувствовать, следя за ней, ожидая, когда Амелия снова ею воспользуется.
   Она села, подтянула колени к груди, прижалась к ним лбом.
   И сидела так, пока он не вернулся и не присел на край кровати рядом с ней.
   – Харпер, я не знаю, что сказать…
   – Ты ни в чем не виновата. Просто постарайся не думать об этом. И ты вытеснила ее… или пробилась сквозь нее, чего бы тебе это ни стоило.
   – Я не представляю, как ты сможешь теперь прикоснуться ко мне.
   – Думаешь, я позволю ей победить? Думаешь, я позволю ей разлучить нас?
   Едва сдерживаемая ярость в его голосе заставила Хейли поднять голову.
   – Ты… ты был во мне, когда она… это так жутко.
   – Держи. – Он протянул ей воду. – Не тебе одной жутко. А для меня вообще это вроде инцеста. Господи, уж слишком близкое общение с собственной прапрабабушкой.
   – Она не думала о тебе как о своем потомке. Не знаю, поможет ли тебе это, – подавляя дрожь, Хейли вернула ему стакан. – Амелия была… Я чувствовала, что она видит его. Реджинальда. Она была… я была… Все вдруг изменилось, меня охватила ярость, и возбуждение стало каким-то другим, более извращенным, что ли. А потом все перемешалось. Она и я, он и ты… А я была так взвинчена, что не могла отделить одно от другого. Потом ты сказал, что любишь меня, ты поцеловал меня, и я уцепилась за это.
   – Она попыталась использовать нас, а мы ей не позволили. – Харпер отставил стакан, уложил Хейли, лег рядом и притянул ее к себе. – Все будет хорошо.
   Но даже лежа рядом с ним, в безопасности его крепких рук, обнимающих ее, Хейли не могла поверить ему до конца.

   Харперу было неловко, но он понимал, что Митч должен знать обо всем, что касается Амелии. Даже если что-то случилось, когда он был в постели с Хейли.
   Хорошо хоть это будет мужской разговор. Если уж матери необходимо знать эту информацию, она получит ее уже отфильтрованной Митчеллом.
   – Сколько это продолжалось? – спросил он.
   – Может, пару минут. Учитывая ситуацию, казалось, что дольше, но примерно столько.
   – Как я понимаю, она не бушевала.
   – Да. Но видите ли… – Харпер замолчал, сосредоточившись на рабочей доске Митча. – Изнасилование не всегда бывает жестоким, но все равно… В общем, я так чувствовал. Вроде как изнасилование. Как насилие. Мол, я ухватила тебя, и поэтому я главная.
   – Соответствует личностному профилю, который мы составили. Постель для нее движущий фактор. Она воспринимает то, что между тобой и Хейли, как секс ради секса. Представляю, каково тебе было…
   Харпер только кивнул. Тошнота, омерзение так до конца его и не покинули.
   – Сколько еще мы должны узнать, чтобы прекратить это?
   – Хотел бы я знать ответ… Нам известны ее имя, ее жизненные обстоятельства. Мы знаем, что в тебе течет ее кровь. Мы знаем, что у нее забрали ребенка, причем, как предполагаем, без ее согласия. Или что, отдав сына, она передумала. Мы знаем, что она приезжала сюда, в Харпер-хаус, и думаем, что она здесь умерла. Может, помогло бы, если бы мы узнали, как она умерла, но гарантий нет.
   Харпер никогда не рассчитывал на гарантии. Ни в жизни, ни в работе. Отец умер, когда ему было семь лет, что лишило его традиционной семьи. Его работа представляла собой череду экспериментов, рассчитанного риска, применения полученных знаний и чистого везения. Успехов не гарантировало ничто из перечисленного.
   В худшем случае он считал неудачу отсрочкой, а в лучшем – еще одним шагом к результату.
   Однако все воспринимаешь иначе, когда речь идет о любимой женщине, ее благополучии, ее спокойствии.
   Он получил этому подтверждение, когда увидел Хейли поливающей поддоны с рассадой.
   Хлопковые шорты и маечка – нечто вроде летней униформы в питомнике, резиновые шлепанцы, фирменная бейсболка с козырьком, защищающим лицо от солнца.
   Хейли выглядела очень печальной и задумчивой. Когда он окликнул ее, она вздрогнула и отскочила на добрых полметра.
   – О господи! Ты меня напугал.
   – Вот что бывает, когда отлыниваешь от основных обязанностей. Кстати, я хочу заняться гибридизацией и не отказался бы от помощи.
   – Так ты не передумал?
   – Почему я должен был передумать?
   – Ну, мне казалось, что ты захочешь пока держаться от меня подальше.
   Харпер шагнул к ней, аккуратно отвел в сторону конец шланга и поцеловал.
   – Кажется, ты ошиблась.
   – Да, вроде ошиблась. Везет же мне!
   – Когда закончишь, приходи ко мне. Я уже предупредил Стеллу, что украду тебя ненадолго.
   Он коротал время, готовясь к работе, подбирая необходимые инструменты и растения, отмечая в компьютерных файлах названия и характеристики выбранных образцов.
   Поскольку работать он собирался не один, плеер отпадал, и Харпер включил Бетховена, который вполне подходил и ему, и его цветам.
   Хейли вошла, когда он наклонился к холодильнику за колой, а потому он достал две банки.
   – Я немножко волнуюсь.
   Он вручил ей банку.
   – Сначала расскажи, что ты знаешь о гибридизации.
   – Ну, это вроде как есть мамочка и папочка, родители. Два разных растения – они могут быть одного типа или разных… Я правильно назвала?
   – Вида.
   – Точно. И у них должны быть стабильные характеристики. Их скрещивают ручным опылением. Пыльца от одного растения, семечко от другого… как секс.
   – Неплохо. В качестве родительского растения мы возьмем эту малышку. А это в качестве семечка. Видишь, я защитил их пакетом, чтобы в процесс опыления не вмешались насекомые. Теперь удалим тычинки, чтобы исключить самоопыление. Я посадил эти растения в горшки прошлой зимой, чтобы они успели прорасти.
   – Ты давно это задумал.
   – Да, примерно когда родилась Лили. Сегодня мы будем работать с растением-опылителем. Ты знаешь как?
   – Я видела, как это делала Роз.
   – А сейчас попробуешь сама. Одно я уже срезал, прямо над узлом, и держал в воде, пока оно полностью не раскрылось. Видишь, как расщепились пыльники? Они готовы к опылению.
   – То есть ты провел предварительные ласки.
   – Один из моих маленьких талантов.
   Хейли театрально закатила глаза.
   – А то я не знаю!
   – Теперь ты.
   – О боже! Я должна оторвать лепестки, верно?
   – Быстро, нежно, снаружи к центру, пока не увидишь пыльники.
   – Вот, пожалуйста.
   – Хорошо. Только старайся не трогать пыльники. Да, хорошая работа, хорошие руки.
   – Я нервничаю. Боюсь испортить.
   – Ничего ты не испортишь. – Ее пальцы быстро и ловко расправлялись с лепестками. – А если и испортишь, возьмем другой.
   – Так правильно?
   – Что ты видишь?
   Хейли закусила губу.
   – Маленькие голенькие пыльнички.
   – Следующий шаг. – Харпер взял чистую кисточку из верблюжьего волоса. – Ты должна собрать пыльцу. Погладь кисточкой пыльники. Мы соберем пыльцу в это блюдечко и сохраним ее сухой. Видишь, она пушистая, значит, зрелая. Я помечу блюдечко.
   – Забавно. Не поверишь, но на химии в старшей школе я проваливала все эксперименты.
   – Просто у тебя не было хорошего напарника. Мои-то все были классными. Теперь подготовим родителя-семечко, – Харпер показал выбранную лилию. – Не полностью раскрытое. Нам нужно хорошо развитое, но с незрелыми пыльниками, то есть такое, у которого еще не было самоопыления. Убираем лепестки и пыльники.
   – То есть раздеваем догола.
   – Можно и так сказать. Если что-то оставишь, может завестись плесень, тогда уж точно ничего не получится. Нам необходима открытая стигма[22].
   – Сделай сам. Командная работа.
   – Хорошо, – Харпер снял лепестки, пинцетом аккуратно отщипнул пыльники. – Дадим стигмам время стать липкими. Затем перенесем на них зрелую пыльцу. Можешь кисточкой, но я предпочитаю пальцем. Готово.
   Харпер отстранился.
   – И все?
   – Это только первый шаг. Давай сделаем следующий. У нас здесь добрая дюжина родителей-семечек. Думаю, хватит пары родителей-опылителей. Посмотрим, что получится.
   Они по очереди опылили оставшиеся растения.
   «Хорошая дружная работа, приносящая удовлетворение», – подумала Хейли.
   – А как ты выбрал эти растения?
   – Я наблюдал за ними, следил за их ростом, формированием, цветовыми сочетаниями.
   – С тех пор, как родилась Лили.
   – Да, примерно.
   – Харпер, помнишь, я сказала, что, если мы расстанемся, я возненавижу тебя на всю оставшуюся жизнь?
   – Да, я запомнил.
   – Я действительно тебя возненавижу, но и виду не подам, потому что… в основном потому, что я знаю, как ты ее любишь. По-настоящему любишь.
   – Должен признать, Лили меня околдовала. Вернемся к нашим делам. Завтра у нас маркировка и регистрация. А дальше будем следить. Прежде чем мы увидим завязь, может пройти неделя. Если, конечно, сегодня нам все удалось.
   – Завязь. Поясни.
   Харпер ухмыльнулся.
   – Через пару недель должна образоваться семяпочка, затем не меньше месяца зреет семечко. Мы узнаем, когда верхушка начнет лопаться.
   – Да, дежавю.
   Харпер сел за компьютер и начал вводить информацию.
   – Семена высушим и высадим поздней осенью, чтобы не проросли до весны.
   – На улице?
   – Нет, здесь. В небольшие горшочки с маминой почвой, затем перенесем на воздух, а когда они подрастут, пересадим на рассадные грядки. Через год они расцветут, и мы увидим результат.
   – К счастью, я не слышала о двухгодичной беременности.
   – Да, женщины обходятся девятью месяцами. Не успеваешь и глазом моргнуть.
   – Попробуй-ка сам, приятель!
   – Мне больше нравится заведенный порядок. Итак, я внес данные, и, если все пойдет, как задумано, в конце концов у нас будет несколько новых цветков и у некоторых из них окажутся характеристики обоих родителей, – Харпер оглянулся, кивнул. – Надеюсь, мы получим то, что задумали, или очень близкое к тому, и вырастим еще одно поколение. Либо попробуем с новыми родителями.
   – Другими словами, это может занять годы.
   – Серьезная гибридизация не для слабаков.
   – Мне нравится. И то, что это не минутное дело, нравится. Столько времени на ожидание, предвкушение… И даже если не выйдет задуманное, так выйдет что-то еще. Не обязательно лучше, но такое же прекрасное.
   – Ты заговариваешься.
   – Просто мне хорошо, – Хейли отошла от рабочего стола. – У меня был такой плохой день… Я все думала о том, что случилось ночью, просто зациклилась на этом. До тошноты.
   – Это была не твоя вина.
   – Я понимаю… умом. Но не могу не задаваться вопросом: а вдруг мы не избавимся от неловкости никогда… ну, или в обозримом будущем? Вдруг тебе будет неприятно со мной, а я буду нервничать? Вдруг она добилась своего, лишила нас уверенности в наших чувствах?
   – Для меня ничего не изменилось.
   – Я знаю. – Хейли опустила голову на его плечо. – И это меня успокаивает.
   – Лучше тебе узнать от меня. Я рассказал Митчу о том, что случилось ночью.
   – Ой! – Хейли судорожно вдохнула, поморщилась. – Наверное, это было необходимо, и лучше ты, чем я. Тебе было очень неприятно?
   – Не очень. Просто немного странно. Мы проговорили довольно долго и ни разу не посмотрели друг другу в глаза.
   – Не буду больше об этом думать, – решительно сказала Хейли. – Не буду, и все! – Она повернула голову и поцеловала Харпера. – Лучше займусь работой, за которую мне платят. Увидимся дома.
* * *
   В гораздо лучшем настроении, даже тихо напевая, Хейли работала в торговом зале. Проходившая мимо Стелла остановилась и подбоченилась.
   – Гибридизация тебе явно на пользу.
   – Отлично себя чувствую. Завтра шаг второй.
   – Хорошо. С утра ты еле двигалась.
   – Плохо спала, но сейчас открылось второе дыхание. – Хейли огляделась по сторонам, убедилась, что их никто не слушает. – У нас с Харпером любовь. – Указательными пальцами она нарисовала в воздухе сердце. – Я люблю его. Он любит меня.
   – Блеск. Экстренное сообщение.
   Хейли рассмеялась и переставила еще несколько пакетов с почвенной смесью из тележки на полку.
   – Настоящая любовь. С большой буквы. Мы признались друг другу.
   Стелла порывисто обняла Хейли.
   – Я счастлива за тебя! Честно.
   – Я тоже. Но есть кое-что… Я должна рассказать тебе… – Хейли снова огляделась и шепотом пересказала Стелле ночной инцидент.
   – Боже мой!.. Как ты себя чувствуешь?
   – Было ужасно, так ужасно, что меня до сих пор подташнивает. Я понятия не имела, как мы справимся, и это оказалось еще хуже, чем само происшествие. Но мы справились. Господи, даже представить не могу, что Харпер чувствовал, но он от меня не отшатнулся.
   – Он тебя любит.
   – Да, любит. По-настоящему.
   «И это просто чудо», – мысленно добавила она.
   – Стелла, я не сомневалась, что когда-нибудь полюблю, но даже не представляла, что это такое. Теперь, когда я знаю, мне и подумать страшно, а вдруг я это не сохраню? Ты меня понимаешь?
   – Конечно. Просто будь счастлива и знай, что то, другое, существует совершенно отдельно. Наслаждайтесь прекрасным началом любви. Это блаженство, и оно бесценно.
   – Мне кажется, будто вся моя жизнь вела к этому, к нему. К хорошему и плохому. Я могу смириться с плохим, потому что знаю, мы нашли что-то важное друг в друге. Звучит глупо, да? Но…
   – Вовсе нет. Ты просто счастлива.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация