А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Сверх отпущенного срока" (страница 27)

   Часть 4

   Глава 1

   Утром, умываясь, Алексей подумал, что Аня так и не сказала ему слов о любви. Хотя, если подумать, призналась, что ей нравился актер Дальский и она даже выменяла его фотографию у подруги-клептоманки на дорогие духи, подарок брата, между прочим. Еще сравнила его с принцем. Потом легла рядом. Но ведь ничего не было…
   Завтракая, они договорились о том, что в резиденцию Потапова возвращаются не вместе. Вернее, так Аня решила, отказавшись даже от предложения ехать с ним и выйти где-нибудь на дороге, не доезжая с полкилометра.
   Надевая в прихожей пальто, Дальский незаметно поправил «Беретту» в кармане.
   – А я сразу почувствовала какой-то подвох, – улыбнулась Аня, явно вспомнив что-то. – Потапов попросил меня подровнять его прическу. А потом гляжу – у хозяина не моя стрижка. Подумала: показалось…
   – Я люблю тебя, – сказал Алексей. Привлек к себе девушку и поцеловал.
   Она не пыталась отстраниться. И даже ответила ему. Но поцеловала осторожно, робко.
   Потом открыла дверь на площадку, напомнила:
   – Не забудьте телефон включить.
   – Я люблю тебя, – повторил он.
   Обернулся и увидел спускающуюся по лестнице даму с собачками. Два мопса, переваливаясь на кривых лапках, спрыгивали со ступеньки на ступеньку.
   – Привет, – кивнул Дальский всей троице.
   У дамы отвисла челюсть: она, видимо, сразу узнала, кто перед ней.
   Алексей пропустил собачек и их хозяйку, достал из кармана телефон, включил и сразу увидел список непринятых вызовов. Набрал номер Федотова, чтобы предупредить, что в офис не поедет.
   Какое-то время на звонок никто не отвечал. Потом раздался писклявый голос:
   – Ну, кто там спать мешает? Что за дела, блин?
   Тут же включилось приглушенное возмущение Бориса Борисовича:
   – Ты что чужой телефон хватаешь, дура!
   – Кхе, кхе… – отозвался на вызов Федотов. – Доброе утро, Максим Михайлович. Что это вы запропали? Вся полиция города мой «Пассат» ищет.
   – Раз полиция, значит, не сомневаюсь, что не нашли. Есть новости?
   – За ночь практически никаких. Но «Форбс» опубликовал список самых богатых людей мира. Поздравляю с девятым местом.
   – Сам-то на каком? – поинтересовался Дальский, начиная спускаться по лестнице.
   – Куда уж мне… – притворно вздохнул Федотов. – Я и в российский топ-сорок с трудом пролез. На тридцать втором месте.
   – Ладно. Я сейчас домой еду. – Дальский прервал звонок.
   И тут же телефончик запиликал. На связи был Викентий Андреевич.
   – Максим Михайлович, разве так можно…
   – Знаю, знаю, вся полиция Москвы ищет голубой «Пассат», – перебил Алексей. – Я уже еду домой и скоро буду. Встречать меня не надо.
   Сунув мобильник в карман, Дальский вышел в утренние сумерки. Во дворе было скользко. Вчерашние лужи за ночь приморозило, и приходилось балансировать на дорожке, ведущей к припаркованным машинам.
   «Топ-фоти! – с раздражением подумал Алексей. – А песком дорогу посыпать некому. Если деньги всех этих, из топ-фоти, сложить, получится сумма, превышающая золотовалютный запас. А ведь есть и такие, у кого, может, и есть миллиард, но они скрывают, а тех, у кого до миллиарда чуть-чуть не хватает – еще больше… А скромных валютных миллионеров сколько? Если подсчитать всех, то богаче России нет страны на свете. А как народ живет!»
   Дальский остановился, потому что вспомнил, как Нина совсем недавно жаловалась на безденежье… Нет, она жаловалась на то, что муж получает гроши, а в рекламе «Бистрофака» сниматься отказывается. Но это было очень давно. Теперь все будет иначе. Именно сейчас начинается его новая жизнь.
   Алексей поднял голову и посмотрел на окна третьего этажа, пытаясь определить те, за которыми квартира Ани. Если она смотрит во двор – а ему очень бы хотелось, чтобы девушка провожала его взглядом, – обязательно помашет ей рукой. Но во всех окнах висели шторы и занавески, за которыми светился свет: люди собирались на работу, и выглядывает ли кто во двор – было не разобрать.
   Впереди стоял грязный военный «УАЗ», который в армии называют «таблеткой». Сбоку едва заметный знак – стертая временем эмблема красного креста. Задняя дверь машины была открыта, рядом с ней стоял мужчина в черном пуховике. Когда Дальский проходил мимо, осторожно ступая по скользкой дорожке, он тронул его за плечо.
   – Э-э, п-п-послушай. К-как п-п-п…
   Сильно заикавшийся мужчина, судя по всему, пытался узнать дорогу.
   Алексей остановился.
   – Простите, вы не подскажете, как проехать к «Автозаводской»? – прозвучал глухой голос в машине. – Вы подойдите, пожалуйста, у нас здесь карта есть, но понять не можем, где находимся.
   Дальский глянул в сумрак салона и увидел темный силуэт человека, держащего в руках развернутую карту. Шагнул ближе, успел заметить, что мужчина с картой одет в куртку с капюшоном, и тут что-то обрушилось ему на затылок. Алексей рухнул вперед. Его подхватили и втащили внутрь, положили на пол, завернули назад руки и стянули запястья веревкой. Потом рот заклеили скотчем и надели на голову мешок. Из кармана пальто вытащили мобильник. Все было проделано так быстро, что, когда Дальский окончательно пришел в себя, «таблетка» уже двигалась по неровной дороге, вероятно, выезжая со двора. Он попытался пошевелиться, но не смог – на нем кто-то сидел. Потом машина выкатила на ровную дорогу. Двигатель работал громко, но микроавтобус, видимо, ехал не очень быстро – по звукам, доносившимся извне, становилось понятно, что его обгоняют другие автомобили.
   В мешке было душно, от недостатка воздуха Алексей начал задыхаться. Лоб покрылся испариной. «Надо же так влипнуть… – подумал он. – Как же они меня выследили?» Еще подумал, что раз его не убили сразу, то похитители, вероятно, рассчитывают получить выкуп. Если их цель – убийство крупного бизнесмена, то возможностей для этого у них было множество и во дворе, и сейчас. А его даже не обыскали…
   Тут Дальский вспомнил, что у него в кармане пальто пистолет. Если бы удалось развязаться, то он бы смог улучить момент и достать оружие. Но веревка крепко стягивала запястья. Сейчас его вывезут куда-нибудь за город, начнут пичкать снотворным. Потом разные люди станут звонить в офис Потапова с требованием выкупа, причем из людных мест Москвы – из тех, где нет камер видеонаблюдения. Мобильные телефоны будут меняться, места тоже… Деньги, конечно, получить проблематично, но наверняка похитители придумали какой-нибудь, по их мнению, надежный способ. Только заложника вряд ли освободят, скорее всего – прикончат… Надеяться на то, что за все время заключения его не обыщут, глупо. Привезут куда-нибудь, снимут пальто, обувь, костюм, наденут наручники и посадят в подвал без окон, пристегнув браслетом к трубе…
   – Он там не задохнется? – спросил чей-то голос.
   – П-п-потерпит, – откликнулся тот, что сидел на Дальском.
   В ответ Алексей дернул ногой, но никакой реакции не последовало. Попытался повернуться, но сидевший на нем двинул кулаком по мешку и попал актеру по уху…
   Ехали довольно долго. Последний отрезок пути «таблетка» подпрыгивала на ухабах и однажды чуть не увязла в снегу. Двигатель рычал натужно, но все же вытянул. Наконец машина остановилась. Похитители вышли, о чем-то тихо поговорили. Потом пленника вытащили наружу, поставили на затекшие ноги. С головы сняли мешок, и Алексей, щурясь на свет, огляделся. Машина стояла на узкой лесной дороге, вокруг росли сосны, никаких домов поблизости не было. Похитителей оказалось трое. У того, что был в куртке с наброшенным на голову капюшоном, на груди висел «АКМ». Другой, в пуховике, сдернул с губ Дальского пластырь.
   – Руки развяжите, – попросил Алексей.
   – Перебьешься, – усмехнулся третий.
   Он был самый старший в группе – явно за пятьдесят. Седой и коротко стриженный. Без головного убора.
   – Боитесь, что нападу на вас?
   – За-за-заткнись! – сказал заика.
   – Какая тебе разница, сдохнешь ты со связанными руками или нет? – произнес седой.
   – Мне-то разницы никакой, но вы будете убивать человека, который не мог оказать никакого сопротивления.
   – Мы тебя не убьем, а казним, – ответил старший.
   Он кивнул тому, что был в капюшоне. Тот подошел с явным неудовольствием, достал из кармана нож и разрезал веревки. Дальский едва не набросился на него сразу, но сдержался. Во-первых, не только ноги, но еще больше руки онемели от пут, потому вряд ли бы удалось быстро выхватить пистолет, к тому же рядом стоял человек с автоматом и ножом. А во-вторых, он только сейчас заметил: седой мужчина, который вел машину, кажется, знаком ему. Да, да, Алексей наверняка видел его прежде. Но где и когда? Если его не пугают, то… Неужели убьют? Так вот запросто, вроде как между прочим? От этой простой мысли Дальскому стало не по себе.
   – Ладно, казните, – согласился он, – только не убивайте.
   Алексей сжимал и разжимал пальцы рук, чтобы они не подвели, когда придет время выхватывать пистолет.
   Мужчина с автоматом подошел к седому.
   – Думаешь, мы шутим? – усмехнулся старший. – Что это розыгрыш? Ты видишь здесь телекамеры? Здесь никого, кроме нас. И выстрелов никто не услышит.
   Дальский смотрел на похитителей и лихорадочно размышлял, как сделать так, чтобы успеть достать из кармана пистолет и не поймать грудью автоматную очередь.
   Они вчетвером стояли на засыпанной снегом лесной дороге, вокруг сугробы, хотя и просевшие от вчерашнего дождя, но достаточно глубокие – бежать по ним нельзя, сразу провалишься и увязнешь. До человека с автоматом шагов шесть. Рядом с ним седой, тоже наверняка вооруженный. И у заики пистолет в кармане пуховика – тот, когда подходил, чтобы сдернуть пластырь, машинально похлопал себя по боку. Стоит недалеко, метрах в двух, не больше. Но если немного подвинуться, так, чтобы он оказался на линии огня, тогда тот, в капюшоне, у кого автомат, стрелять не будет, опасаясь попасть в своего.
   Алексей сделал вид, будто пошатнулся, и, как бы пытаясь устоять, шагнул в сторону. Похитители, хоть и смотрели на него, ничего не заподозрили.
   Седой достал из кармана лист бумаги, сложенный пополам. Развернул его.
   – Слушай сюда, урод! – произнес он.
   И начал читать – буднично, словно газету, в которой нет никаких новостей, а изложены лишь всем известные факты:
   – За измену и предательство интересов многонационального народа России, за действия, которые могли привести к нарушению территориальной целостности государства, за финансирование и поставку оружия незаконным бандитским формированиям в ходе чеченской войны…
   Заика в пуховике направился к своим подельникам. На миг закрыл телом того, кто читал идиотский приговор.
   Дальский понял, что момент настал. Расстегивая пальто, шагнул вправо, одновременно выхватив «Беретту», резко вскинул руку и направил пистолет на похитителей. Однако выстрелить сразу духа не хватило. Замешкался лишь на секунду или две, но успел увидеть, как округлились глаза седого. Заика, который почти отошел от Алексея, развернулся и прыгнул ему под ноги. Обхватил за колени и сбил с ног… Дальский успел дважды выстрелить – пули ушли в серое небо. А мужчина в пуховике уже сидел сверху, перехватил руку с пистолетом, ударил наотмашь…
   В этот момент ему на помощь примчался тот, что был в капюшоне. Автомат отбросил, ведь в ближнем бою его использовать нельзя, и от резкого движения капюшон слетел с головы. Открылось перекошенное злобой изуродованное лицо. Вместо верхней губы был ужасный шрам – след от пули, которая, пробив щеку, срезала часть рта и выбила зубы…
   – Сержант! – прохрипел Дальский. – Петя, ты что, не узнал меня?
   Кулак, занесенный для удара, остановился у самого виска Алексея.
   Подбежал седой.
   – Г-гад к-какой… – выдохнул заика.
   – Я не Потапов, – продолжал хрипеть Дальский, – я его двойник. Артист. Дальский моя фамилия. Петя, мы же с тобой на вокзале, у пакгауза… Помнишь, ребят тогда миной накрыло? А меня перед этим полковник вызвал. Рудика Халикова помнишь? Лебедева, который умом тронулся? Я думал, что и тебя…
   Рука, державшая Алексея за горло, ослабла.
   – Я у тебя потом дома был в Старой Руссе. Мама твоя болела…
   И тут сержант процедил сквозь зубы:
   – Сволочь!
   Дальский опять увидел у самых своих глаз дрожащий от напряжения кулак. Потом Петр поднялся.
   Алексей лежал на спине и смотрел вверх, куда уносились стволы сосен, где кроны их сходились, едва не достигнув низкого серого неба. Потом поднялся, сплюнул на мокрый снег кровь из разбитой губы. Посмотрел на сержанта, но тот уже стоял спиной к нему. Стоял и тоже смотрел в небо. Наверное, для того, чтобы удержать в глазах слезы.
   – А меня помнишь? – обратился к Дальскому седой.
   Только сейчас Алексей узнал его.
   – Помню, товарищ полковник. Я думал, что вас тогда вместе со всеми…
   – А если думал, то почему не отомстил за нас?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 [27] 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация