А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кровь леса" (страница 38)

   Повисло неловкое молчание, остальные мгновенно почувствовали себя лишними.
   – А я-то думала, что мои птицы сильны, – разрядила обстановку Орла, оглядывая поле боя. Из носа ее текла кровь, она сердито шмыгала и утиралась рукавом. Йурас помог подняться, приложил какой-то листик, девушка благодарно махнула ресницами – и парня словно качнуло ветром от них.
   Заклинание Жасмин каждому ударило по мозгам. Нечего было и думать идти куда-то в темноте в таком состоянии, и было решено ночевать здесь.
   Мы устроились в коридорах. Я выпросил у Жасмин то, что она успела скачать из компьютера Агуали. Оказывается, когда Лихолесье пришло в Агуали, его жители не спешили покинуть обреченный поселок и какое-то время пытались сражаться. И, понятно, накапливали базы данных по здешним чудовищам. Эти файлы лежали «сверху», и Жасмин скопировала их себе.
   А теперь перебросила мне. Открыв файлы, я принялся их просматривать и незаметно задремал.

   Утром болела голова, в глазах двоилось, и увитый лохмами светящегося тумана коридор подземелья казался продолжением сна, где я бегал по Лихолесью, удирал от опасных существ и преследовал их. Бормотуны не переносят яркого света, Тень Силы боится огня, оберег типа «косичка» в пределах Лихолесья может сплести только ребенок, сердце у чешуйчатых оболаков находится за сплошным костяным щитом сросшихся ребер, потому их следует убивать ударом в печень или в глаз…
   Я закрыл глаза и помотал головой, знания, встряхиваясь, обретали стройную систему и ложились в долговременную память мозга, снабжались механизмами поиска, ассоциативными цепочками и перекрестными ссылками. Вечером, не закрыв переброшенные Жасмин файлы, ненароком активировал обучение во сне, еще одну функцию импланта, которой ранее почти не пользовался.
   – Удачно получилось, – пробормотал я.
   – Да, удачно, – отозвалась Жасмин, она уже не спала.
   Проморгавшись, я понял, что туман мне не привиделся. Туман затоплял весь пол, струился по стенам мыльной пеной.
   Мое удивление разбудило Нан. Девушка подняла голову, проследила мой взгляд:
   – Все в порядке. Туман – это свойство заклинания, сохраняющего покинутое жилье от разрушительного действия времени, – она зевнула. И нахмурилась, глядя на меня: – Что с тобой?
   Я объяснил. Нан полезла ко мне в память.
   – Так… угу… здорово!.. Теперь Лихолесье станет гораздо безопаснее.
   – Я бы на это не рассчитывал особо, – ответил я вслух. – Твари-то, похоже, мутируют. Сколько лет этому архиву?
   Голова пухла – побочный эффект обучения во сне. Я потянулся за волшебной чашей. Стали просыпаться остальные.
   После скудного завтрака мы тронулись в путь. Выбрались из-под коры Древа Агуали не в том месте, где вошли в древесные тоннели, попрощались и посулили вернуться. Воображение? Но мне показалось, что поселок ответил нотами нетерпения и ожидания. Кто их знает, эти компьютеры древних биокомплексов…
   Когда вышли за границы бывшего поселка, Архимаг предложила мне возглавить отряд, логично предположив, что я теперь знаю о Лихолесье больше, чем все они вместе взятые – сама она скачанные архивы не просматривала, я же ухитрился заснуть с «открытой книгой».
   Это дало странный эффект. Лихолесье все еще казалось опасным, но стало знакомым. Я лавировал между опасностями, которых мои спутники вовсе не видели.

   Глава 17
   Ночной бой

   Остановились задолго до заката. Во-первых, информация из архивов утверждала, что поздним вечером тропы и направления в Лихолесье обретают скверный характер – то есть еще более скверный, чем обычно, и зачастую заводят путников в болота, в хищные рощи или попросту делают петли, заворачивая обратно и сводя на нет дни пути. Во-вторых, Валья хромала довольно бодро, но все же ей требовался отдых.
   Нан, зевая, обвела стоянку магической защитой и упала на раскинутое мной одеяло. Я закончил свои заклинания и упал рядом. Йурас коротко взглянул в нашу сторону, отвернулся к Орле. Сегодня парень весь день держался рядом и помогал.
   Жасмин закончила свои заклинания, подошла к нам. Протянула Нан шкатулку с «горячими» семенами живой лозы.
   Нан выбрала один боб, потерла пальцами, что-то шепча. Я тоже выбрал семечко, ощутил в кончиках пальцев магическую щекотку. Как там дальше? Поскреб запястье левой руки, сорвав коросту с полученной недавно царапины, выдавил капельку крови и размазал по бобу.
   Сухой треск, семечко чуть не выскочило из пальцев. Черная кожура треснула пополам, проглядывало красное нутро.
   Биомеч Нан сунулся ей в ладонь, словно хотел обнюхать семечко. Девушка подставила палец, не поморщилась, когда острие кольнуло в подушечку. Размазала свою кровь по семечку, и оно громко треснуло.
   Нан пальцем продавила в земле ямку, бросила семечко, засыпала, еще пошептала сверху и полила водой из чаши. Я последовал ее примеру, уже ощущая какую-то странную связь между собой и лозой, живым оружием вэйри.
   Потом взяла Орла. Жасмин поколебалась, но все же протянула шкатулку и сыну. Он явно стеснялся нашей ученицы и оттого выглядел вдвойне неуклюжим.
   Скоро на очищенном от травы участке земли появилась грядка из четырех посадок. Ростки появились уже минут через двадцать. Зашевелилась земля, расталкиваемая магическим упорством зеленой жизни. Показались нежные зародыши листьев.
   Лоза росла удивительно быстро. Широкие листья развернулись, ярко-зеленые, с кровяными прожилками. Действительно, кровяные…
   Нан шептала что-то вроде «ути-моя-маленькая», осторожно поглаживая свое растение. Оно увивалось вокруг пальцев, как ласковый котенок. На блестящих листьях играли красные отблески заката, похожие на пятна крови.
   Я тоже погладил свое растение, перепутать его с остальными было невозможно, я чувствовал свою кровь, свое нутряное заклинание. Крохотная живая лоза потрогала мои пальцы мохнатыми листьями, словно принюхивалась ко мне. Биотехнология? Магия?
   Как обычно в Лихолесье, сразу после захода спустилась ночь, закутала туманом кривые колонны деревьев.
   – Старый знакомый, – сказал Дайрим, почти улыбаясь. Ночной гость появился невесть откуда, запыхтел и закряхтел у магической черты, не торопясь соваться близко к заклинаниям двуногих прямоходящих.
   Первым сторожил Дайрим, он уселся под деревом и опустил веки, напустив на себя сонный вид. Но я чувствовал тончайшие нити заклинаний, окутывающие поляну.
   Я незаметно задремал и вдруг ощутил, как трепещут листья моей растущей лозы. Открыл глаза, сбросив полудрему.
   Нан рядом лежала расслабленно. Дайрим спал, его заклинания подтягивались к нему, хотели рассказать хозяину о происходящем вокруг – и исчезали, невостребованные. Пульсировала темная нить Жасмин, шелестел ветвями нашептанный Йурасом куст, хрустнула ветка, брошенная Вальей поперек тропы, тревожно возилась на ветке огненная птица Орлы.
   Жасмин шевельнулась, веки ее дрогнули.
   – Не сплю. Когда скажу… – Архимаг повела взглядом на феникса, сидевшего над нашими головами. Я покосился на Орлу. Девушка спала, приоткрыв рот. Ладно, ломать не строить.
   – Сам.
   Из тьмы раздался знакомый ритм-бубнеж, захотелось опустить голову и заснуть.
   – Давай! – крикнула Жасмин, и я дал. Птица раскинула крылья. На поляне словно ударила молния – в одном световом импульсе разрушенное мной заклинание выбросило всю вложенную в него энергию. Я успел зажмуриться, но за сомкнутыми веками все равно полыхнули круги и полосы. Вэйри подскакивали, орали от неожиданности, потирая светочувствительные глаза.
   Но тем, за кругом, пришлось еще горше. Их гипнотическое бормотание прервалось разноголосым тонким воплем. Потом раздался низкий грозный рык.
   Смаргивая слезы, я увидел, как по ту сторону защитного круга вертится клубок сплетенных мохнатых тел. Одно, гигантское, весьма напоминало оборотня из какого-то ужастика. Огромная сутулая фигура, ушастая морда, на ней горящие глаза. Широкие плечи и длинные передние лапы, которыми тварь раздавала хорошие оплеухи.
   Ночного гостя атаковали наши старые знакомые – лемуры-бормотуны. Они бросались на плечи чудовищу, кусали его и визжали так, что уши закладывало.
   Все вскочили, мгновенно сбросив магическую дрему, вскинули стрелкометы и зажгли заклинания. От визга прогибался защитный круг, звук стоял в воздухе, как пелена, валил с ног. Но магия лемуров была направлена мимо нас, они целились в большое чудовище.
   Тому от этого не было ни жарко ни холодно. Он ревел и пригоршнями разбрасывал агрессивных мохнатиков. Спина и черные бока твари были покрыты дюжиной мелких царапин, кровь отблескивала в магическом свете, но пока монстр уверенно вел в счете против чебурашек.
   Коротким движением сломав шею одному, он сорвал другого с загривка и щелкнул страшной пастью, отхватив мелкому противнику полморды, швырнул прочь. В руку вцепился еще один, большой с раздраженным рыком отмахнулся, и лемур полетел в нашу сторону.
   – Бере!..
   Лемур врезался в щит, раздался звон бьющегося стекла. Нан выставила вперед острие биомеча, и лемур насадился на него, пронзительно заверещал.
   – …гись!.. – закончила Жасмин, девушка повернула оружие, визг оборвался. Тряхнула биомечом, освобождая, и маленькое тельце мягко шлепнулось оземь.
   Чудовище повернуло морду в нашу сторону, налитые кровью глаза уставились прямо в меня. Зарычав, чудовище снова широко взмахнуло лапой.
   Заклинания круга ухнули, когда сразу двое лемуров пролетело через них. Отшагнув вбок, я подставил лезвие, и одна тушка распалась надвое. Вторую Жасмин стегнула своей лозой, отбросив в сторону, швырнув о ствол дерева. Раздался хруст маленьких костей.
   Несколько покемонов вцепились в ноги Ночному Гостю. Тот отпинывался, потерял равновесие и упал, огромная туша почти скрылась под покровом шевелящихся маленьких тел. Мелькали большие лапы – оборотнеподобный отрывал от себя врагов и бил их о круг наших заклинаний. Обожженные, они с воем отлетали в ночь, разбрасывая искры с горящей шерсти.
   Одна из тварей снова одолела щит, ее перехватила лоза Жасмин. Тварь покатилась к моим ногам, извивалась и хрипела, маленькие ладошки, почти кукольные, тщились вырвать лист из тела. Мерзость… забыв об оружии, я отвесил «кукле», и тельце подкатилось к нашей «грядке». Ростки, достигшие уже почти метрового роста, прижали покемона к земле, сдавили, листья резали на части. Я отвернулся. Когда посмотрел в следующий раз, от покемона остались белые кости и клочки окровавленной шерсти.
   Большой зверь заревел и перекатился через линию защиты, давя попавших под него покемонов. Снова взвыл – отчаянно, тоскливо, когда сторожевые заклинания вгрызлись в его плоть.
   У меня вырвались неизвестные в этом мире слова. Жасмин хлестнула лозой, покемоны полетели в разные стороны, плечи чудовища были покрыты глубокими ранами. Вжикнула стрелка, чебурашка, который оседлал загривок монстра в попытке перегрызть ему шею, покатился прочь. Вторая стрелка проткнула чудовищу ухо и осталась висеть странной серьгой. Третья угодила в подставленное плечо.
   – Стойте! – взревел я.
   – Ты спятил?! – ахнула Нан, услышав мои мысли.
   – Да, уже давно! – я шагнул вперед, на линию огня. Пропеллером завертелся биомеч, превращенный в копье с двумя лезвиями, брызги крови разлетались в разные стороны.
   Взмах…
   Кажется, первым ударом сразил сразу пятерых.
   Взмах…
   Голова катится в траву, широкий возвратный хлыст отбрасывает двоих.
   Взмах…
   Липкое по ноге, когда успели укусить?
   Рядом появляется еще один пропеллер. Нан отмахивается от двоих агрессивных чебурашек, рубит третьего напополам прямо на теле большого чудовища. Тот катится по земле, давя мелких монстриков, рвет когтями. Один покемон прыгает мне в лицо, посланная кем-то стрелка подшибает его в полете. Мелкие иглы впились в левый локоть, стряхнуть не могу. Нан взвизгнула рядом, быстрое касание ветра, и покемон падает. Еще один вцепляется в мою многострадальную лодыжку. Лоза Жасмин хлещет его так, что голова отделяется от тела, висит на моих штанах, остановиться и отцепить некогда. Голос мальчишки Йураса ломается, не договорив магическую фразу, но заклинание зеленой пеленой проходит рядом со мной. Удар, и два покемона завернуты в сетку из сияющих зеленых нитей. Добиваю. На заклинающего Дайрима прыгает с дерева мелкий белесошерстный демон, Орла сшибает его заклинанием.
   Жасмин произносит Слово.
   Уже знакомое касание Мрака. Защитное заклинание, опоясывающее нашу стоянку черной линией, вдруг распадается на множество крохотных черных стрелок, которые разлетаются в стороны. Чебурашки вопят, катятся. Заклинание Жасмин уничтожило большую часть из них, мы занялись оставшимися, и скоро оказалось, что бить больше некого.
   Архимаг обернулась, хищное выражение на прекрасном лице сменилось на обиженное, впору ребенку: «Что, это все?!.» Ночной гость попытался встать, заревел жалобно и осел. Жасмин прищурилась, отыскав жертву, занесла лозу, та взвилась высоко, листья трепетали в предвкушении крови. Я поднял биомеч поперек, запрещая.
   – Не надо!.. – одновременно воскликнула Валья.
   Жасмин поглядела на нас, хмыкнула и пожала плечами, убрала свое оружие на пояс.
   – Серый, – Нан указала глазами, я опустил взгляд – на моей штанине по-прежнему висела голова покемона, вцепившись зубами. Я с отвращением оторвал ее, выдрав приличный клок ткани и немного собственной плоти.
   – Эй, не собираетесь ему помочь? – спросил, Ночной Гость хрипло дышал, кровь вздувалась пузырями на его морде, истекала из глубоких ран и царапин.
   – С ума сошел? – Кажется, Валья впервые обратилась ко мне впрямую, отшатнулась, когда зверь захрипел, когти страшенных лап рванули траву и дерн. – Сам не желаешь помочь… этому?!.
   – Попробовал бы сам, да не умею почти, – я шагнул к этому. Аптечка… проклятье, поможет ли?.. На эльфов человеческие снадобья действуют в должной мере, верно и обратное, но тут не вэйри, не равнинник. Чары… закрыть раны, утишить кровь, подстегнуть регенерацию и блокировать возможную заразу… Проклятье, ну не дается мне лечение, и слишком много на нем ран, я так от истощения очень скоро упаду.
   Если этот йети меня не нокаутирует еще до начала исцеления. Спокойно, парень… похож ты на борца одного. Надо же, и создает таких природа…
   – Ты с какова города? Не с Гималаев, часом? Или с Анд каких-нибудь. Ну-ка, не дергайся. Мы с тобой одной крови, ты и я…
   Глаза йети, бывшие кроваво-красными, изменили цвет и стали коричневыми, карими, как у больших собак. Взгляд твари показался разумным, и я приободрился. От зверя пахло кровью и почему-то синтетической шерстью. Он протянул когтистую лапу. Ладонь была гигантская, шириной со сковороду, черная, без меха. Очень похожая на человеческую – ногти были именно ногтями, не когтями, толстые папиллярные линии, большой палец явно противопоставлен остальным. У обезьян большой палец маленький, у чудовища он был по-людски пропорционален.
   – Только грабками не махай, приятель… – я не сразу понял, что он совсем по-человечески демонстрирует пустую ладонь в знак миролюбия. – А, вот как? Славно, значит, понимаешь.
   Воткнул в землю биомеч и тоже показал руки. Зверь чуть кивнул, и я решительно подошел вплотную, не обращая внимания на возгласы вэйри, простер над ним руки.
   – Реликтовый гоминид – звучит стремно, тебе не кажется? Фильм какой-то шел по первому, помнится… А снежный человек – длинно. Бигфут – знаешь такое слово? Сосквоч, по-индейски, если я ничего не путаю. Алмасты, ежели по-монгольски. Собственно, плевать я хотел на то, какого вида союзник, ему надо помочь.
   Изжеванные покемонами уши зверя вздрагивали, реагируя на мое бормотание. Зверь затих и лишь шумно дышал.
   – Валья!.. – воскликнул Дайрим.
   – Спокойно. Сам же говорил, что не желает нам зла… – и рядом со мной возникла целительница. От неожиданности я скомкал заклинание, и зверь недоуменно закряхтел, когда сиреневая пыль обезболивания, вместо того чтобы спокойно просыпаться на раны, фыркнула небольшим взрывом и запорошила морду.
   – Может, его… того, усыпить? – Дайрим, тоже оказавшийся рядом, как бы ненароком устремил на зверя стрелкомет. Тот показал клыки.
   – Не надо, – Валья со сноровкой принялась за дело, пальцы ее сплетались в магических жестах, губы бормотали заклинания. Я и Дайрим наблюдали, йети лежал смирно. Закончив лечение, Валья еще и по холке его потрепала.

   Лишь закончив с тяжелыми ранами сосквоча, мы принялись за свои – множественные, но неопасные. Я и Нан отодвинулись подальше, за кустики.
   – Ширак… – сказал я, и Нан громко охнула.
   – Ты весь в крови!..
   – В чужой. Сначала ты…
   – Со мной все в порядке, раздевайся.
   – Сейчас не самое подходящее…
   Нан даже шутку не стала дослушивать. Предполагается, что живая одежда должна слушаться только хозяина, но по одному жесту девушки плащ свалился с меня, а куртка проявила поползновения к уползанию. Я подхватил штаны.
   – Да в порядке я, в порядке, только вот… – царапин на торсе было немного, Нан пошептала заклинания, малость разорила растущий неподалеку целебный кактус да и прихлопнула курткой, благо живая одежда могла еще и перевязкой служить, закрывая такие царапины и дезинфицируя.
   С раной на ноге все было сложнее, кровь промочила всю порванную штанину, живая ткань пыталась заклеить, прилепившись к ноге. Не мудрствуя лукаво, Нан пустила в ход нож, разрезала и намочила заскорузлую ткань водой, осторожно оторвала и принялась омывать. Я посмотрел и поморщился. Не выношу вида ран – чужих. Свои раны, каковы бы они не были, почему-то никогда не выглядят страшнее. Крохотная царапина Нан для меня повод впасть в панику или боевое неистовство, собственная рана либо мелкая помеха, либо причина поскорее передать себя в опытные руки моей девушки.
   Сейчас эти опытные руки летали в паре сантиметров от кожи, я чувствовал исцеляющие заклинания. Пульс тяжело толкался в ране. Нан приложила целебный мох, заклеила нетугой повязкой и вернула ткань на место – разрез тут же начал медленно срастаться.
   – Спасибо. – Я чуть потоптался, счел, что ходить могу, а вот с бегом и прочими прыжками лучше повременить. Двинулся к остальным и чуть не налетел на Валью, которая направлялась в нашу сторону. Целительница подпрыгнула от неожиданности, а потом…
   – С тобой все в порядке? – отрывисто спросила. – Помощь нужна?
   Я вытаращился на нее, оглянулся на Нан и указал на вопрошающую взглядом – мол, что за явление?.. Девушка с таким же преувеличенным недоумением пожала плечами – сама не понимаю.
   – С чего бы такая трогательная забота о его здоровье? – спросила ядовито. Раньше Валья никогда не упускала случая выказать мне свое презрение. Чтобы она вдруг отправилась помогать…
   Целительница опустила глаза и покраснела.
   – Неважно, какого вида союзник, – прошептала женщина. – Нужно ему помочь.
   Я хотел было съязвить, что от нее жду скорее не помощи, а щепоти яда прямо в рану, но по совету Нан удержал язык и позволил себя осмотреть. Целительница одобрила действия Нан, кое-что добавила, и мы вернулись к остальным.
   Оказывается, у меня были самые серьезные повреждения. Другие получили разве что пару царапин, и лечение их было недолгим – омыть водой, залепить пластырем да закрыть одеждой. Йурас, впрочем, не торопился прикрывать свои «страшные раны», старательно выпячивал их и косился на Орлу. Ню-ню.
   Мы покидали тела покемонов в кусты, немного перенесли стоянку, чтобы не нюхать острометаллическую вонь их крови и чего другого, еще менее приятного. Нан и Жасмин восстановили сторожевые чары, при этом включив Ночного Гостя в первый круг защиты. Большая тварь лежала смирно, лишь дышала хрипло и косила глазами.
   Сторожевые заклинания заперли ее между первым и вторым кругом, оставив немного жизненного пространства. В полосе шириной метра полтора зверю было тесно.
   Сторожили по очереди, исключив меня и Вальи – Жасмин велела отдыхать, и мы продрыхли всю ночь.

   Утром Нан снова увела меня за кусты и осмотрела подживающую рану.
   – Наш уход подозрений не вызовет? – поинтересовался я. У вэйри в ходу закрытые одежды, показать руки выше локтей, ноги выше колен, шею, грудь – непристойно, причем как для мужчин, так и для женщин. Однако это не распространяется на раненых – тут запретное взору тело обнажается и рассматривается чисто делово и практично.
   Нан подумала.
   – Всегда можно отговориться экзотическими обычаями поселка Питер, – сказала, приникая ко мне.
   – Например, такими? – поинтересовался я.
   Лихолесье. На заднем плане корявые деревья с поникшими листьями, жгучая паутина и хищный мох, вечный сумрак, клочья тумана между деревьями. Пятна крови на деревьях и странный зверь, похожий на помесь волка с гориллой, то ли спящий, то ли подыхающий. Гаснут синие знаки заклинаний. И посредине всего этого стоят и беспечно целуются маленькая рыжеволосая эльфийка и меченный шрамами человек. Наверно, получился бы хороший рисунок на обложку фэнтезийной книжки…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 [38] 39 40

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация