А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кровь леса" (страница 2)

   Я омыл царапины на руках, которые заработал во время своего панического бегства от вызванного мной же света. Вот уж не думал, что пробираться через дикий лес так трудно. Зализывая раны, я стал ползать по траве, разыскивая подорожник.
   Не нашел и только сейчас заметил то, что следовало бы заметить давным-давно – вся зелень вокруг, от самой маленькой былинки до огромных серостволых псевдососен и квазидубов, была мне совершенно незнакома. Мягкий сырой мох, в который я проваливался чуть ли не по колено, тоже не походил на привычный мне, он был с мелкими листочками и источал совсем другой запах.
   – Массаракш, – пробормотал я любимое ругательство Джулии. – Далеко же меня забросило…
   Некоторое время бродил, изучая флору. Ну и ну и ну и ну. Такого ни в одном ботаническом саду не встретишь. Например, шипастая елкоподобная черемуха – серый шершавый ствол, мясистые грубые листья, поросшие снизу… мехом, что ли?
   Особенно меня заинтересовало растение-паразит, вьющееся вокруг дерева. Можно было бы назвать это горохом, но усики его не вцеплялись в кору, а врастали, а вместо стручков росли гроздья кровавых ягод.
   Как там учил Дед? Примотать к запястью, подождать несколько часов, если реакции на коже не проявится, осторожно попробовать, еще подождать…
   – Да я раньше с голоду топталки отброшу… – Сорвав несколько ягод, я осторожно принюхался…
   «НЕЛЬЗЯ!!!» — грянуло набатом в моем разуме.
   Я уронил ягоды и крутанулся на месте, хватаясь за карман, словно ковбой за кольт. Мгновенное движение кистью, брякнул пижонский нож-бабочка. Да, разумеется, тренировался для понта…
   Я принялся оглядываться, выставив перед собой тусклое лезвие. А? Кто? Где?
   Никто. Нигде. Вокруг – только лес… Я опустил взгляд на нож в своей руке, вздрогнул, увидев на пальцах красное. Порезался? Инстинктивно я поднял руки к лицу, чтобы слизнуть кровь.
   «НЕЛЬЗЯ!!!»
   Я подскочил, прикусил язык, уронил нож, завертелся волчком. Твою мать! Что за дела?! Кто здесь, покажись!
   Никто не показался.
   Боль запульсировала в кончиках пальцев, я достал носовой платок и промокнул ранки. И, тупо созерцая пальцы, понял, что нет никаких ранок. То, что показалось мне кровью, было соком растения…
   Я попятился от обвитого паразитом дерева и возблагодарил Бога, Аллаха и съеденный дома бутерброд. Будь я голоднее, обязательно бы поторопился попробовать соблазнительно выглядевшие ягоды.
   Ранок не было. Боль была. Резкая, пульсирующая боль, как от глубокого пореза. Закружилась голова. К горлу подкатила тошнота. Я чихнул. Опять чихнул – сочно, с подвыванием. И начал задыхаться…
   Видимо, я на автопилоте отошел на приличное расстояние и только тогда очухался, хватая ртом сырой воздух леса. На кончиках пальцев, обожженных красным ягодным соком, густо выскочила алая сыпь, мелкие прыщики. Надо же, какое злое растение…
   Тут мне в голову пришла такая ужасная мысль, что я вовсе забыл про боль. Что, если здесь совсем нет ничего съедобного для человека? И буду я бродить, опухая от голода, пока не наемся красной отравы и не помру…
   Нет. Так не бывает. Потому что… Иначе неинтересно. Попасть в чужой мир, научиться призывать Свет и Тьму… и тут же склеить ласты, отравившись туземной ягодой – такого просто не может быть. Книга неинтересная получится!..
   Успокоив себя этими слабоватыми доводами, я отправился искать нож. Вроде здесь уронил… Вот следы…
   Я тупо смотрел, как мои следы во мху зарастали. Как-то странно быстро исчезали, почти как следы в грязи. Осторожно шагая, я подобрал брошенный платок. Подкрался к «черемухе», скомкал ткань и бросил на мох.
   Платок медленно, но явственно утопал во мху. Я пошарил в кармане и бросил монетку – медяшка упала в мох, как в воду.
   Я попятился, вспомнив еще что-то из прочитанного, выбросил вперед «козу» – указательный и мизинец вытянуты, остальные пальцы собраны в кулак. Зеленый ковер мха заколебался и пошел волнами. Непохоже было, чтобы он меня боялся.
   Зато я его боялся. И постарался увеличить расстояние между собой и прожорливым мхом, растущим под ядовитыми ягодами.

   Я долго брел вдоль ручья. Лес вокруг не становился реже. Ручей все журчал и журчал, этот звук сводил с ума своей монотонностью. Обливаясь потом в свой водолазке, я шел по камням.
   Ручей спустился в овраг, я с трудом пробирался по скользким камням, несколько раз промочил ноги. Склоны оврага были крутые, не забраться, да и сверху рос… я бы сказал, что это крыжовник, только отличающийся повышенной колючестью и тем, что на нем росли не ягоды, а мясистые треугольные коробочки, похожие на сырки. Дьявол, да что это я все о еде?!
   «Сырки» я пробовать не решился. Дотянулся и разломил один плод – в нос шибануло острым запахом бражки. Коробочка оказалась наполнена продолговатыми зернышками, похожими на коричневый рис. Выглядел рис неприятно, но я подозревал, что через несколько часов он покажется мне вполне съедобным.
   Вырвавшись из почти-крыжовника, я просто упал ничком на поляне, содрал промокшие ботинки и носки. Мобильник показывал четверть третьего ночи. Понятно, почему я так устал. А трава такая мягкая…

   В книгах герой, как правило, пробудившись в такой же ситуации, никак не может сообразить, где находится, или раздумывает, чудится или снится ему окружающее, щипает себя и изобретательно обосновывает, можно или нет расценивать это как доказательство реальности происходящего или боль от щипка пригрезилась тоже.
   Проснувшись, я все же не стал проделывать эти банальные вещи. Потянулся, морщась от боли в затекших мышцах, перевернулся на спину… и тут же вскочил, напрочь забыв о неприятных последствиях отдыха на траве.
   Солнце стояло почти в зените.
   И это было не наше солнце.
   Раньше из-за густой листвы я не мог полностью его разглядеть. А сейчас…
   Вполовину больше привычного мне светила, здешнее солнце было чисто белое, без желтого оттенка, и менее ослепительное, я мог смотреть на него, почти не моргая.
   Впору было орать.
   Так я и поступил.
   Когда мой невеликий запас коротких слов и производных на их основе иссяк и в лес вернулась тишина, я уселся на траву и обхватил голову руками.
   Гадство. Гадство!.. Почему я, я же никогда не мечтал!.. Перед самим собой не стоит корчить из себя героя.
   – Ты попал, парень. А также влип, впух и встрял. Никакая атмосфера не может до такой степени исказить солнце. Тем более небо здесь чистейшего глубокого синего цвета. Значит…
   Значит?
   Значит, я действительно не дома. Вообще не на Земле!..
   Я и не подозревал, что умею так ругаться. Лес равнодушно внимал моим изощренным выражениям. Наконец я заткнулся и закрыл лицо руками.
   – А почему? – спросил сквозь пальцы. – Почему, бога душу?!
   Крик души – даже вопль – канул в лес и заблудился между стволами деревьев, был заглушен листвой.
   – Вы же не ходите сказать, что, – пробормотал я, начиная подозревать. – Ты, придурок! Напомни-ка, кто просил: «Пусть все переменится?»
   Ну, допустим, я… Еще несколько часов назад я бы многое отдал за то, чтобы оказаться подальше от сырого Петербурга, убраться куда-нибудь… Но не настолько же радикально!
   – Может быть, это мое жгучее желание сработало как, гм, катализатор гиперперехода? Тьфу, что за дурацкий термин дешевой фантастики… Хотя какими еще терминами мыслить, коли уж угодил в фантастику?
   – Это фэнтези, – поправил я сам себя.
   – Да хоть готический роман!.. – рявкнул. Не знаю, что это такое, должно быть, роман, написанный готами и про готов. – Назад-то как?!. Как-мне-попасть-домой?!.
   Сосредоточение воли. Ключ к магии – воображение. Захотеть домой. Изо всех сил. Представить себя там.
   Я зажмурил глаза. Домой, домой, домой… Закружилась голова, но это была просто психосоматика – дебри никуда не делись.
   Итак, по своей воле я не могу путешествовать туда-сюда-обратно.
   – Или потому, что по слабости характера не способен изо всех сил хотеть чего-то? – ехидно вопросил мой голос.
   – Нет, скорее потому, что вовсе не желаю вернуться домой! – вслух ответил я себе. Сколько читано книг о людях, которые попали в иной мир, и сколько начато и так и не дочитано!.. И по закону жанра, едва начинаются приключения в этом мире, кандидат в храбрые рыцари, могущественные волшебники или, на худой конец, в короли хнычет и желает проснуться, вернуться в тот мир, домой, к своему жалкому, никчемному существованию…
   Нет, мы не будем подражать этим несознательным товарищам, и такие трусливые мыслишки мы с гневом отметем прочь! Даешь принцесс, обязательно эльфийских, даешь магию и хорошо сбалансированные мечи! Даешь Кольцо Драконов и Копье Всевластия!
   – Молодец! – одобрил я. – Не можешь изменить ситуевину – измени свое отношение к ней. Но для начала надо добраться до прынцесс и мечев…
   Что ж, будем придерживаться первоначального плана. Вдоль ручья. Найти съедобную флору. Избегать фауны, которой съедобным покажусь я. Найти место для ночлега. Развести костер… Надо уточнить, могут ли мои светляки здесь помочь.
   Я бросил в рот горсточку ягод с куста и двинулся в путь, ха, почти как брусника. И лишь через десяток шагов до меня вдруг дошло, что я делаю что-то не то. Поперхнувшись, я выплюнул ягоды, но часть все же проглотил. Высунул язык, насколько высовывался, стал ожесточенно скрести ногтями. Больно!..
   Ничего не происходило. Не было судорог, не подкрадывалась незаметная слабость, в глазах не двоилось, глюков тоже не было. Руки тряслись, но это от испуга, кружилась голова, но это всего лишь воображение, ведь правда? Воображение, и ничего больше. Воображение у меня будь здоров! Кто там заглянул однажды в медицинскую энциклопедию и симптомы только одной болезни у себя не обнаружил – родильной горячки?
   Ягоды безвредны. Психосоматика, и все. Они безвредны. Воображение.
   Я шел и твердил это себе, как заклинание. Попытался вызвать на разговор того, кто посоветовал попробовать ягоды и предупредил о ядовитом растении. Но, кто бы это ни был, мой собственный инстинкт или здешний Высший Разум, он молчал.
   Ягоды были чуть кисловаты и напоминали бруснику. Только были фиолетовыми и росли на высоких кустах, я такие видел не раз. Как следует рассмотрев и запомнив ягодный куст, я утолил жажду и поплелся дальше, стараясь не обращать внимания на бурчание в животе. Но на каждую басовую ноту желудка сердце начинало колотиться о ребра в ритме стаккато.
   К вечеру я не помер, хотя чувствовал себя препаршиво. Воображение когда-нибудь загонит меня в гроб. Тело встряхивало напряжение, словно я выпил три чашки кофе подряд, спать не хотелось, но во тьме особо не побегаешь. Никакой фауны, даже птиц, мне пока не встретилось, но это не значит, что во тьме не может бродить зверье, вовсе не поддерживающее точку зрения, что человек – царь природы. Я хотел перекреститься, понял, что не знаю как, все же перекрестился неумело, вознес кому-то молитву и принялся за фиолетовую бруснику. Кустов ее вокруг было во множестве, но я решил погодить и съел всего пару горстей. Желудок бурчал. Я стал искать место для ночлега.
   Тогда-то мы и встретились.
   В немом благоговении я созерцал огромное дерево. Могучий исполин возвышался над лесом, превосходя все прочие деревья по росту раза в два. Листва мешала как следует разглядеть верхушку дерева, я прикинул, что в исполине будет этажей девять, а то и больше. Секвойя, баобаб? Гм…
   Листья чудо-дерева выглядели так, словно никак не могли решить, остаться им листьями или превратиться в хвою. Черно-блестящий складчатый ствол богато расписан красными, серыми и зелеными прожилками, ветви толстые, узловатые. Никаких плодов и шишек на дереве не росло. Зато на нем были шипы, в чем я немедленно убедился, когда захотел получше рассмотреть дерево.
   И раз, и два, три, четыре… десять, двадцать, тридцать…
   Пятьдесят семь шагов мне потребовалось, чтобы обогнуть толстенный ствол. В таком дереве можно разместить небольшой коттедж или выдолбить гараж, в который влезет что-нибудь поболее «Оки».
   Я залез поглубже меж растущими по земле ветвями и корнями дерева и принялся вспоминать «В мире животных» и прочие такие передачи. Если мы с моим склерозом ничего не напутали, не многие животные хорошо видят. Самые зоркие звери – это люди. Собаки и, следовательно, волки видят в основном носом, ну и ушами. Темнота не помешает ночным хищникам найти одинокого несчастного заблудившегося горожанина (то есть меня).
   Утешив себя этими умными рассуждениями, я посидел еще немного в темноте, подтянул к себе выломанную дубинку и сказал внушительно:
   – Ширак!
   Секунд десять ничего не происходило. Потом раздался знакомый комариный звон, и передо мной возникла искра. Это что, мне снова пятьдесят раз произносить слово? Заклинания, кстати, иногда отчего-то именуются формулами, ну-ка, если…
   – Ширак умножить на пятьдесят!.. – провозгласил я.
   Искры заметались передо мной… и одновременно я ощутил некую усталость, не телесную, а как будто несколько сложных уравнений решил. Занятненько…
   Искры собрались в рой.
   – А можно свет убавить? – робко попросил я, и свечение чуть поутихло. Я вежливо поблагодарил, пожелал спокойной ночи светлячкам и дереву и скоро задремал, по уши закутавшись в драную водолазку.

   Сны, как известно, бывают разные. Вещие, нелепые, фрейдовские или кошмары, когда из подсознания всплывают темные щупальца ужаса и человек просыпается в холодном поту и с замерзшим криком на губах.
   Иногда человек думает, что ему не снилось ничего, и весь день мучается свинцовой головной болью и скверным настроением. Иногда, наоборот, просыпается с улыбкой и весь день ходит просветленный, как Будда.
   Проснулся я с глупой улыбкой до самых ушей и с не менее глупой твердой уверенностью, что все будет хорошо. Чувствуя тепло на лице, прищурился на шар. Все-таки это не только свет, но и жар, значит, можно попытаться освоить огонь…
   – Думак.
   Шар повисел немного и рассыпался.
   – И спасибо! – крикнул я следом, лес после улета источника света оказался темным. Однако в России любое время дня, когда ты проснулся, считается утром. Хотя я же не в России… Впрочем, Россия там, где русские, значит, и здесь тоже…
   Попытка вспомнить, какая нирвана мне приснилась, ни к чему не привела. Я таращился в непроглядную тьму и слушал тишину. Было совсем не страшно.
   Когда тьма стала менее непроглядной, я вылез из своей норы и ударился головой о низкую ветвь.
   А вчера ее здесь не было…
   Раньше, чем эта мысль в полной мере дошла до меня, я отпрыгнул в сторону, изготовившись драться или бежать. Дерево при полном безветрии качнуло ветвями…
   Которые за ночь вдруг возымели желание подрасти в мою сторону.
   Я понял, что стою в боевой стойке, мышцы напряжены, морда лица застывшая в ярости, зубы оскалены в готовности кусать и грызть, пальцы судорожно скрючены – бить-хватать-душить, как быстро слетает с человека шелуха цивилизации… Наверное, я долго так стоял и напряженно таращился на дерево. Сердце колотилось, адреналин бурлил так, что пар из ушей, тело казалось неправдоподобно легким.
   Я выдохнул, по заветам Деда – «долго и со вкусом», сбрасывая напряжение. Расслабился.
   – Ну ты, блин, даешь, – сообщил дереву. – Знаешь, говорят, бамбук офигенно быстро растет, но бамбуку до тебя…
   Дерево при полном безветрии шевельнуло ветвями. Я на всякий случай попятился. Отросшие за ночь ветви образовывали нечто вроде полога над местом моей ночевки.
   Я подумал о прожорливом мхе, но отбросил мысль. Нет, это дерево явно не хищное. Просто мое присутствие отчего-то стимулирует его рост.
   Для проверки этой невесть откуда взявшейся мысли я подошел ближе. Вроде ничего. Погодите-ка…
   Ветки чуть шевелились. И… да, если приглядеться, они медленно обрастали почками, которые выбрасывали зеленые стрелки побегов. Пахло весной, и вообще, это было похоже на телепередачу о природе, когда пускают ускоренное воспроизведение.
   – Круто, чувак, – еще раз сказал я, и дерево согласно шумнуло листвой. Оно тянулось ко мне, и я отошел подальше. Ветки печально поникли.
   – Отлично, – сказал я. – Спасибо тебе за сон и пристанище. Я, пожалуй, пойду?
   Дерево как будто вздохнуло. Я попятился, не решаясь повернуться к нему спиной. Отпятившись на порядочное расстояние, поклонился дереву, поблагодарил за ночлег и пошел искать своих эльфов.
Чтение онлайн



1 [2] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация