А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кровь леса" (страница 19)

   – Ты тоже, – потребовала.
   – Не думаю, что сейчас самое подходящее время… Или это такой ритуал?
   – Ритуал?!. – взъярилась Нан. – У тебя только одно на уме!
   – Ага, – с удовольствием подтвердил я, начиная разоблачаться. Вслед за Нан вошел в воду, ледяная, она обожгла кипятком сбитые ноги. Воздух был полон водяной пыли. Порыв ветра бросил в лицо влагу, я засмеялся, ощутив прилив абсурдной детской радости.
   – Что дальше?
   Нан вдруг гибко встала передо мной на колени.
   – Что… – я даже ошарашенно попятился. Нан зачерпнула воды и принялась мыть мне ноги. Очень старательно и сосредоточенно.
   Кому-то, кажется, казалось, что вода холодная? Я стоял, закрыв глаза, отдавшись прикосновениям рук и воды. Как хорошо…
   – «И тогда влюбленные ступили в воду и умыли друг друга, и раны их закрылись», – пропела девушка. В недоумении – с чего бы ей какую-то легенду начать цитировать, – я открыл глаза и увидел, как сходят царапины, полученные во время бегства, оставляя чистую кожу.
   Вроде бы здесь положено было удивиться, но явление воспринялось как что-то совершенно естественное. Я поднял Нан на ноги и сам встал на колени, принялся за дело, получая при этом не меньше удовольствия. Подсохшие листочки целительных растений, облепляющие ее ноги, отваливались, уносились прочь водой. И темные знаки, остатки чужой волшбы, растворялись и исчезали вместе с ранами. Я почесал пятки, заставив девушку хихикнуть, потер стопы, омыл каждый палец.
   Когда Нан тихо застонала, запрокинув голову, попытался поцеловать ее, куда дотягивался, стоя на коленях.
   Девушка взвизгнула и шарахнулась, я ее не удержал, и мы упали, подняв тучу брызг.
   – Серый!.. – завопила Нан, барахтаясь. – Я тебя убью!..
   – А разве здесь это разрешено? – кротко спросил я.
   – Тогда выгоню наружу, и пусть погоня… – Нан замолчала. – Серый, твой самый магический талант – превращать серьезные вещи в какой-то балаган! – последнее слово она произнесла по-русски и попыталась отпихнуть меня.
   Я удержал ее за руку и окунул в воду, темные струпики сходили, оставляя розовую кожу.
   – Слезь с меня, – Нан завозилась, но неубедительно.
   – Лежи смирно, – велел я. – Сейчас я буду тебя мыть. Исцелять.
   – Я сама.
   – В легенде сказано – «друг друга», – наставительно произнес я. – Сама же сказала. Относись серьезнее к ритуалам, а то они превратятся в Семилетнюю ярмарку!..
   Нан трепыхнулась еще, потом смирилась, я старательно омыл ее тело, с восторгом наблюдая, как сходят свежие раны. Старые шрамы, впрочем, никуда не делись.
   – Довольно, – надо признать, я уже довольно давно действовал безо всякой необходимости, если иметь в виду исцеление. Нан тяжело дышала. Не без труда поднявшись, уложила меня на мелководье и принялась за дело, плескала водой, поводила ладонями, потирала.
   Вода казалась мне уже просто горячей. Нан скосила глаза и фыркнула:
   – Будь серьезным!..
   – Я серьезен, как никогда, – заверил я. – И полон решимости следовать древней легенде и духу ритуала во всех подробностях.
   – Вижу я, чего ты полон, – девушка попыталась изобразить строгость, но эта мина в сочетании с отсутствием одежды…
   Рывком приподнявшись, я потянул ее на себя. Нан уперлась руками мне в грудь: Нет!
   – Так что там про подробности? – поинтересовался я. – Вот влюбленные омыли друг друга, исцелились… и что дальше?
   – В легенде не сказано, – прошептала Нан, нависая надо мною.
   – Тогда следует изобразить достоверность, – деловито сказал я. – Дано – двое влюбленных. Что они будут делать после омывания и исцеления?
   – Поднимутся на берег и оденутся.
   – Ты и в самом деле думаешь, что они так поступят? – спросил я. – Как-то это скучно и… не соответствует духу легенды. Почему бы нам не предположить, что они…
   Глаза Нан испуганно округлились.
   – Что такое… – Я шевельнулся и вдруг почувствовал под собой не камни, а что-то упругое, похожее на водяной матрац.
   На лице Нан отразился такой испуг, что меня буквально подбросило. Вскочив, я оглянулся. Лес, небо, вода… солнечные блики рисовали на поверхности красивейшие узоры, заставляли щуриться…
   И тут я понял, что мы стоим вовсе не на камнях.
   Прямо на воде.
   – Что это?.. – слабым голосом вякнул я.
   – Это Дэв, – прошептала Нан.
   – А… хорошо… ладно… как скажешь… – Я закрыл глаза и снова открыл. Ничего не изменилось – под ногами была вода, а искаженное водной перспективой каменисто-зеленое дно еле виднелось.
   – И что теперь? – спросил я тоже шепотом, переступил с ноги на ногу. Вспомнилось, как чуть не утоп какой-то апостол, вздумав пойти по воде навстречу Иисусу.
   И тут поверхность воды перестала нас держать и раздалась под ступнями.
   Мы стали тонуть. Сначала медленно, потом все быстрее, Нан рванулась и сразу провалилась в воду чуть ли не по пояс, вцепилась меня, я в нее…
   И мы дружно ухнули в ледяные глубины.
   – Серый, я не умею пла-буль-буль-буль!.. – успела вскрикнуть Нан.
   Транспортировкой утопающих я до того не занимался, но сам плавал неплохо, и теорию знал – так что просто развернул ее спиной. Нан, к счастью, не запаниковала и трепыхаться не стала, позволяя тащить себя к берегу.
   Вода была до того холодной, что дыхание перехватывало. Наконец я крепко врезался пяткой в камень и понял, что можно встать. Оскользнулся, упал, поднялся, поддерживая Нан.
   Мы шли, старательно глядя под ноги, и потому не сразу заметили, что впереди на камнях лежит наша одежда и вещи. Меж тем мы пересекли реку, оставив шмотки за спиной! К тому же течение, словно эскалатор, унесло нас далеко от того места, где мы вышли к берегу!..
   Я решил не удивляться.
   – Тебе что, жалко, что ли?! – спросил сердито, едва отдышавшись.
   – О чем это ты? – удивилась Нан, неуверенно двигаясь к берегу. Пришлось подхватить ее под локоть.
   – Я не тебе, Дэву. Ты помнишь, чем мы занимались, когда он столь экстравагантным способом прервал нас? Мол, охладитесь, ребятки… Неужели здесь действительно целибат, как ты намекала?
   – Я не намекала, – удивилась Нан, взяв значение земного слова через тао. – Мне как раз казалось, что дух природы не должен… впрочем, кто я такая, чтобы указывать ему на должное и запретное…
   Мы попрыгали по берегу, обсохли и согрелись, оделись.
   – Ну, чем теперь… – начал я, и тут ветви тальника раздвинулись, и на берег реки вышел вэйри.
   Мы вскочили на ноги.
   Биомеч в правой руке с шелестом развернулся на всю длину, струнно задрожал. Не нужно было оглядываться, чтобы видеть, что за моей спиной Нан приготовилась направить заклинание.
   Эльф стоял, глядя на нас. Худой, темноволосый, с острым лицом и… да, с небольшой бородкой. Сбой образа, однако!..
   Бородатый вэйри дернул ухом и двинулся прямо на меня. Рассеянно отстранил рукой лезвие биомеча, словно ветвь дерева, и наступил мне на ногу, прошел мимо и присел на берегу реки. Уставился в воду очень внимательно, тронул кончиками пальцев, словно раздумывая, не холодна ли для купания.
   Из леса один за одним появились еще шестеро вэйри. Оглядываясь по сторонам, поводя стрелкометами, они разошлись по берегу, вопросительно поглядывали на черноволосого.
   – Привал, – уронил тот.
   Отряд только и ждал этого приказа. Вэйри скинули плащи, какие-то нелепые сумки, похожие на почтальонские, расселись – причем так, что я и Нан оказались в кольце.
   Я отпустил меч, позволив ему скользнуть в рукав. Взял девушку за руку, мы осторожно протолкались между ее соплеменниками. Никто по-прежнему не обращал на нас ни малейшего внимания.
   Вот она, защита Правдивой Воды. Нас попросту не видели!..
   Я смотрел во все глаза. Вэйри были очень похожи на людей, каждого из них по отдельности просто посчитали бы человеком со своеобразной внешностью, но в группе сородичей эта некая чуждость облика, нелюдская тонкость красивых черт просто бросались в глаза.
   У всех вэйри были тонкие руки с красивыми кистями. Ткань одежд казалась сшитой из тысяч разноцветных листиков. Когда человек в такой одежде стоит, не двигаясь, его сложно заметить среди листвы. Имеет место быть единообразность формы – одинаковые куртки с капюшонами, штаны, похожие на узкие джинсы или даже на чулки. На всех живые плащи, обуви же никто не носил, босые ступни, узкие, с нечеловечески длинными тонкими пальцами, легко и неслышно ступали по траве и мхам.
   Еще один мужчина остановился рядом с водой. Он казался кряжистым… на фоне темноволосого худощавого товарища и остальных вэйри, – и относительно пожилым. Его рыжину уже припорошила седина, странный ветвистый шрам шел по правой щеке от уголка глаза к подбородку, теряясь в бороде. Сразу видно – крутой мужик.
   А вот третьему представителю мужеска пола следовало еще дорасти до высокого звания. Мальчишка-подросток, тот самый, которого Нан оглушила. Он до сих пор выглядел как-то нездорово.
   Все остальные вэйри, что очень меня удивило, оказались дамами разных возрастов. Именно – в поисковой и, потенциально, карательной команде было больше женщин. Причем заметно, что они именно полноправные члены группы и ничем не уступят мужчинам.
   Самой характерной чертой эльфов были их меняющие цвет вспыхивающие глаза, длинные подвижные уши и разноцветные волосы.
   Разнообразную рыжину волос Нан я считал окраской и лишь сейчас, глядя на ее сородичей, сообразил, что это вовсе не было ухищрением парикмахерского искусства.
   Большинство блистало медными, каштановыми, красно-золотыми шевелюрами. Лишь один темноволосый нарушал общий экстерьер. Но тоже разноцветный, что называется, жгучий брюнет – цвет прядей варьировался от светлого пепла до черного угля.
   Брюнет срезал с куста три тонких прутика, сложил треугольником. Небрежно прищелкнул пальцами, и в центре фигуры заколебался горячий воздух.
   Отдыхающие кидали туда ветки, сучки, дерево горело странным медленным огнем, синеватым, не дающим дыма и не вылезающим за треугольную рамку. Эльфы грели на прутиках мясо, какие-то корешки, заедали лепешками, плодами. Поевши, развалились, заварили чай и пустились в разговоры.
   Мы наблюдали, я чувствовал себя присутствующим на каком-то странном представлении, вроде любительского спектакля.
   – Вэй Дайрим, Архимаг нас догонит или пойдет другим путем? – спросила юная и очень рыжая девушка.
   Я вздрогнул, когда Нан запустила ногти в мою ладонь. Обернулся, девушка покачала головой, ее губы шевельнулись: Архимаг…
   – Не знаю, вэй Райо, – названный Дайримом темноволосый пожал плечами. – Она хотела задержаться и проверить кое-что.
   – Наконец-то это глупое преследование закончено, – промолвила другая, постарше, вертя в пальцах белый цветок. Сорвала губами и сжевала один лепесток.
   – Я бы хотела посмотреть на место, где Архимаг их достала, – сказала рыжая Райо, и… взрослую часть команды отчетливо передернуло.
   – Я бы тоже не отказался, – тихо сказал парень, не проронивший до того ни слова.
   – Малы еще, – рассеянно сказала одна из женщин, самая старшая, если судить по седине в волосах – иных примет времени на ней не было.
   – Мы не дети!.. – воскликнул парень.
   Женщина оглядела их, ничего не говоря, но с таким явным сомнением в сказанном, что подростки залились краской. Дайрим усмехнулся и вдруг посерьезнел.
   – Немногие взрослые способны бесстрастно созерцать то, что остается от заклинаний Жасмин.
   Нан пискнула и присела, вэйри дружно обернулись в нашу сторону. Мое сердце остановилось на полутакте, но странная невидимость работала. Взгляды пришельцев скользнули мимо.
   – Что?.. – спросил я.
   – Архимаг Жасмин Хидон!.. – В душе Нан мешались ужас и восторг. – Сама…
   Она вдруг подскочила, крикнула что-то невнятно-ликующее – взгляды эльфов метнулись к нам и опять не нашли. Девушка вцепилась в меня, повисла на плечах, я не удержался на ногах.
   – Да что с тобой?!. – спросил яростным шепотом, потирая затылок, которым крепко приложился о землю.
   – Спасибо! – Нан вампирским поцелуем впилась в мои губы. – Лес Всесущий, спасибо тебе, спасибо!..
   – Пожалуйста… – сказал я, отдышавшись. – А ты меня ни с кем не путаешь? Какой я тебе Лес?..
   Нан смеялась и плакала, по ее щекам текли слезы, капали мне в лицо.
   – Да что с тобой?
   – Ты не понял?! – Нан вдавила в землю. – Жасмин была тем магом, сама Жасмин, и мы противостояли ей и одолели, и ты ее не убил!..
   Мне было куда более важно, что нас посчитали мертвыми – значит, не будут искать, но я не смог это озвучить, потому что Нан принялась целовать меня куда попало, страстным шепотом говорила, как она меня любит, как она мне благодарна…
   – Ты же не собираешься благодарить меня прямо здесь? – пропыхтел я в промежутках между поцелуями. Нан удивленно посмотрела, сообразила, что я подразумеваю под благодарностью.
   – Ах ты!.. – замолчала, покусала губу. – Впрочем… – оценивающе глянула на сородичей, которые в упор нас не видели, – если ты настаиваешь…
   Привстав, Нан взялась за ворот своей рубахи. Я перепугался, ужом выскользнул из-под нее:
   – Нет, нисколько не настаиваю!
   Девушка захохотала, и теперь уже я прыгнул на нее и вдавил в землю, зажимая рот.
   – С ума спятил?!. Ой! – Нан дернула головой и слегка укусила меня за палец.
   – Тьфу! Ну да, есть немного, как там у вас говорят – «с кем поведешься»? – лизнула пострадавшее место. – Но если мы решили отложить благодарность на более подходящее время, то почему бы нам не дослушать?
   Я встал, помог подняться ей. Нан приподнялась на цыпочки и чмокнула меня куда-то в ухо.
   – Все-таки спасибо, – сказала серьезно.

   Кажется, мы пропустили несколько страшилок о заклинаниях Жасмин, великой и ужасной. По крайней мере, лица подростков являли характерную эмоцию «ну пожалуйста, напугайте нас!..». Этакий коктейль из страха и любопытства. А старшая женщина заканчивала рассказ:
   – …не добила и мне не позволила. Сказала, остальные перепугаются его воплей и хрипов, запаникуют и побегут, тогда их будет легче убить…
   – Ну, довольно, – сказал Дайрим. Все сидели впечатленные.
   – А я все думаю о пленнике. – Рыжая Райо осторожно кашлянула. – Неужели его нельзя было спасти?
   Эльфы переглянулись.
   – Едва ли, – сказал тихо Дайрим. – Пленник защищал чужака, сражаясь так, как дрался бы за свою жизнь и жизнь сородича, близкого человека. Не знаю, какими заклинаниями чужак очаровал его, как добился такого, но рисковать, пытаясь освободить зачарованного, было нельзя.
   Маг потянулся и задумчиво поворошил палочкой медленный огонь треугольника.
   – Уверен, если бы пленник мог поговорить с нами, он сам попросил бы смерти, как милости, – сказала доселе молчащая женщина с несколькими тонкими косичками, выбивающимися из капюшона. – Это было не убийство. Жасмин освободила его – только и всего.
   – Ну да ладно. – Дайрим сделал резкий жест, как будто закрывая тему разговора, и встал. – Тут, вообще-то, Дэв рядом, и это по меньшей мере невежливо.
   – Дэв!.. – Райо встрепенулась. – Вэй Дайрим, вы сами его видели?!.
   – Не был удостоен чести, – признал волшебник, глядя прямо на текущую воду. – Но Жасмин видела. И Валья тоже.
   Девушка обвела остальных взглядом, все покачали головами, очевидно, так же не удостоенные.
   – Дед видел, – сказала женщина с косичками.
   – Прадедушка? – воскликнула девушка. – Но, мам, он мне никогда не рассказывал!
   – Вот и расспроси его, как вернемся, – усмехнулась эльфийка с дредами. Мам?.. да она от силы старшей сестрой глядится!..
   – Я тоже не знал, что Гром видел, – удивленно сказал Дайрим.
   – А мы сами можем вдруг наткнуться на Правдивую Воду? – спросил мальчишка.
   – На Дэва нельзя наткнуться «вдруг», – наставительно поведал маг. – Возможно, мы уже проходили мимо него и не узнали. Может быть, мы сейчас сидим в нем, просто не ощущаем того. – Иллюстрируя свои слова, ткнул пальцем себе под ноги. Я едва не заржал.
   – И вообще, о Дэве не стоит суесловить, – веско добавила старшая.
   Дайрим прошелся туда-сюда по берегу, приостановился и легко прыгнул в реку.

   Я чуть не заорал, но сдержал себя, вместо вопля вырвалось какое-то мычание.
   Пусть все вэйри страдали подслеповатостью в особо тяжелой форме, в упор не видели нас, считали реку ручьем – ладно. Но это уже чересчур.
   Дайрим явно собирался перепрыгнуть ручей, который видел. И перепрыгнул. Оказался на другом берегу в двадцати метрах на той стороне.
   Я, конечно, помнил телепортацию одинокой эльфийской воительницы через тот ручей, но тогда я не видел самого процесса, сейчас же…
   Эльфы смотрели без интереса, они не видели ничего необычного. Ну, перепрыгнул человек ручей, ну и что?
   – Звериные следы, – заговорил Дайрим, не повышая голос, едва слышный за шумом реки. Но остальные явно слышали его прекрасно. И смотрели так, словно он был в паре шагов.
   – Так, парень, – сказал я сам себе. – Не ломай голову над всяческими загадками. Ради сохранения собственного здравомыслия, которое и так под вопросом!..
   – Можно поохотиться, – сказал Шрам. – Свежее мясо!
   – А Дэв не обидится? – опасливо спросил парень.
   – Нет, с чего бы, – сказала старшая. – Если бы Дэв не хотел, чтобы мы здесь охотились, мы бы просто не нашли следы.
   – Правдивая Вода не вмешивается в естественное течение жизни, – Дайрим даже не прыгнул – широко шагнул с того берега и мгновенно оказался на этом.
   – То есть охота будет, – женщина с косичками осмотрела пристегнутый на запястье стрелкомет, потом опустила рукав и сделала широкое движение рукой, на предплечье которой вдруг возникла большая птица.
   Я едва не ударил в Вестника факелом пламени, Нан вовремя перехватила руку.
   – Спасибо… Рефлекс, понимаешь.
   – У меня тоже, – призналась Нан. Я придвинулся ближе, разглядывая заклинание, которое никогда раньше не видел так близко. Сотканная из зеленых лучей птица была похожа одновременно на сову и на ястреба. Она выглядела совершенно как живая, разве что прозрачная – крутила головой, переступала мохнатыми лапами по рукаву.
   Нан пояснила, что это признак высокого уровня заклинающего.
   Совоястреб посмотрел на меня большими круглыми глазищами и моргнул.
   – Посмотрю… – неопределенно пояснила эльфийка вызов Вестника. – Может быть, увижу сверху Дэва… хотя, конечно, вряд ли.
   Она выкрикнула заклинание – слово было похоже на гортанный птичий крик, и подбросила Вестника вверх. Развернулись широкие прозрачные крылья, заклинание курлыкнуло, сделало круг над нашими головами и направилось почти вертикально вверх, настоящие птицы из плоти и крови так никогда не летают.
   Женщина прикрыл глаза, его зрачки быстро двигались под веками.
   – Мама, а нам? – робко спросила Райо. Волшебница сначала досадливо дернула уголком рта, потом кивнула и прищелкнула пальцами, повелительно вытянула руку.
   Райо метнулась туда, сюда, подхватила из травы миску из мнущегося полупрозрачного материала, расправила и зачерпнула воды из реки, бегом вернулась к матери.
   Чуть не стукаясь головами, вэйри столпились возле. Обнаглев, я подошел к ним вплотную, волоча за собой слабо сопротивляющуюся Нан.
   – Деревянная, конечно, лучше, но и такая сойдет, – сказала волшебница и провела пальцами над чашей.
   В поверхности воды неслась земля. С высоты, наверное, в пару сотен метров. Видны речки, ручьи, протоки, распадки, рощицы. Видна группа на берегу реки? или ручья? Они столпились вокруг предмета, который держал в руке один из них…
   Птица, повинуясь неслышному приказу мага, «зуммировала» изображение, и группа людей оказалась совсем близко. Я увидел себя и Нан… мы мерцали, словно в стробоскопных вспышках, но остальные нас не замечали ни в реальности, ни через магическое зеркало.
   А потом я посмотрел в чашу, которая отражалась в чаше, в которой тоже отражалась чаша…
   Мир встал на дыбы, я едва удержался на ногах. Казалось, тоннель ведет в бесконечность, через все измерения, и в каждом группа людей стояла перед магическим экраном, глядя на самих себя – или заглядывая в эти самые другие измерения…
   – Интересный эффект, правда? – глаза волшебницы были все еще закрыты, а вот остальные «зрители», казалось, с трудом держались на ногах. Нан тяжело оперлась на меня, с усилием закрыла глаза, помотала головой. А я смотрел, зачарованный:
   – Да уж, куда как забавный… – сказал вслух и тут же получил локтем от Райо в живот:
   – Да тихо ты!..
   Понятно, она приняла меня за мальчишку, но я все же замолчал и отодвинулся.
   Птица пролетела над нами, и картинка снова вернулась к обычному масштабу. Изображение «снижалось» вместе с наблюдателем, описывая широкие круги. Реки, ручейки, рощи, ветер гонял зеленые волны по верхушкам деревьев…
   – Ничего. – И женщина отозвала заклинание. Картинка наклонилась и обрушилась вниз, птица пала на плечо волшебницы, та рассеянно погладила, и совоястреб втянулся в ее пальцы. Экран погас. Эльфийка чуть качнула чашу, и «запись» пошла в обратную сторону. «Перемотав» до момента, когда картинка достигла наименьшего масштаба и наибольшей «вместимости», волшебница «нажала паузу». Изображение застыло, превратившись в подробнейшую карту, похожую на снимок с самолета.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация