А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Борьба за свободу" (страница 18)

   XXI

   Брикс поморщился, стараясь удобнее устроиться на постели. Он прислонился к стене лазарета, осторожно дыша, чтобы не усилилась боль от сломанных ребер. Помимо повязки на груди и шин, наложенных на одну руку, тело его покрылось синевато-багровыми синяками и темными корками в тех местах, где кожа была содрана или порезана. Марк был в ужасе, оттого что повар подвергся такому избиению вместо него.
   – Успокойся, – через силу улыбнулся Брукс. – Не так уж плохо я выгляжу.
   – Ты выглядишь ужасно, – покачал головой Марк.
   – Спасибо. Если это все, что я получил за спасение тебя от порки, то в следующий раз я не побеспокоюсь. – Он сделал вид, что разочарован, но потом снова улыбнулся. – Вообще-то, прошло уже два дня, а я тебя с тех пор не видел.
   – Тавр загрузил меня работой. Он сказал, что я должен взять на себя большую часть твоих обязанностей, пока ты не поправишься. Когда я не тренируюсь, я работаю на кухне. Тавр следит за мной, как ястреб. Думаю, он хочет убедиться, что между мной и Фераксом больше не будет неприятностей.
   – Феракс просто выжидает, – фыркнул Брикс. – Я знаю таких людей. Феракс не успокоится, пока не уничтожит тебя.
   – Я знаю, – тихо ответил Марк. Он прокашлялся. – Кстати, как ты себя сегодня чувствуешь?
   – Все болит, но хирург говорит, что серьезных повреждений нет. Нужно время, чтобы руке стало легче. Так что лучше хорошо выполняй работу на моей кухне, молодой Марк, или Феракс будет не единственный, кто жаждет твоей крови.
   Брикс помолчал, пристально глядя на Марка:
   – Я понимаю, что ты вмешался, чтобы спасти меня. Я все еще не могу вспомнить многое из того, что случилось. После первого удара в голову все стало как в тумане. Тавр рассказал мне.
   – Тавр? – удивился Марк.
   – Да. Он отдал приказ, чтобы за мной хорошо ухаживали. Конечно, он сказал, что делает это исключительно для того, чтобы Порцинон не потерял раба, и что мне нужно как можно быстрее поправиться и вернуться на кухню. Но меня он не обманул. Я вижу, что мы оба произвели на него впечатление.
   – О-о?
   – Да-да. Я – потому что взял вину на себя, ты – потому что поспешил защитить меня. Тавр может быть упрямой старой скотиной, как многие легионеры-ветераны, но он справедлив и понимает, где хороший человек, а где плохой.
   Марк кивнул. Но Тавр его не интересовал. В голове у него вертелась одна мысль, не дававшая ему покоя с тех пор, как Брикс спас его от наказания.
   – Почему ты это сделал? Почему ты спас меня?
   Брикс серьезно посмотрел на него и пожал плечами:
   – Я не верю, что ты украл мясо. По всему выходит, это был тот головорез, Феракс. Он нашел способ подставить тебя, чтобы усилить свое влияние на других мальчишек. Я не мог просто стоять и смотреть, как тебя бьют, Марк. Вот почему.
   Марк сомневался, что это вся правда. Он хотел доверять повару. Брикс доказал, что он один из немногих в школе гладиаторов, кого можно считать друзьями. Однако трудно было поверить, что кто-то будет так рисковать ради нескольких месяцев дружбы. Если только не было какой-то другой причины. Но что это за причина?
   – Спасибо тебе за мою жизнь, Брикс, – смущаясь, сказал Марк. – На кону стояла не только моя жизнь, но и жизнь моей матери.
   – Я знаю. Ты рассказывал мне о ней. О том, что случилось с твоей семьей.
   Брикс опять замолчал, закусив губу и пристально глядя на Марка. Потом показал на пол возле своей постели:
   – Сядь. Я хочу кое о чем поговорить с тобой.
   Марк сел, скрестив ноги.
   – Так лучше, – сказал Брикс. – Мне не надо напрягать шею, глядя на тебя, когда ты стоишь. Теперь, Марк, мне нужно задать тебе несколько вопросов.
   – Каких вопросов?
   – О твоей семье… И об отметине на твоем плече.
   Марк удивленно поднял брови:
   – Ты имеешь в виду тот шрам?
   – Шрам? Да, наверное, это можно назвать шрамом.
   – Как ты узнал о нем?
   – Я увидел, когда Тавр приказал тебе снять тунику перед поркой, – объяснил Брикс. – Когда у тебя появился этот шрам?
   Марк пожал плечами:
   – Насколько я помню, он всегда был там.
   – Понятно. Ты знаешь, как это случилось?
   Марк покачал головой:
   – Наверное, он появился, когда я был совсем маленьким. А почему ты спрашиваешь?
   – Просто любопытно. – Брикс немного помедлил. – Можно на него посмотреть?
   – А что такого особенного в этом шраме? – удивился Марк.
   – Дай мне посмотреть.
   Глаза повара странно блеснули, и Марк занервничал. Он помедлил, но потом спустил ворот туники с плеча, обнажив сморщенную кожу. Сам он никогда не видел этот шрам, а только мог пальцами нащупать какой-то нарост непонятной формы. Он показал плечо Бриксу. Повар молча уставился на шрам, потом кашлянул:
   – Спасибо.
   Марк поправил тунику. Брикс пристально посмотрел на него:
   – Ты знаешь, что за метка на твоем плече?
   – Нет. Я сам никогда ее не видел.
   – Это не шрам, Марк, и не родимое пятно. Это клеймо. Я узнал его, когда впервые увидел два дня назад.
   – Клеймо? – При этом известии Марк вздрогнул. – Зачем кому-то клеймить меня еще младенцем? И что это за клеймо?
   – Голова волка, насаженная на меч.
   Марк невольно засмеялся:
   – И что же это значит?
   – Я пока не могу сказать с уверенностью, – тихо произнес Брикс, глядя на дверь через плечо Марка. И продолжил почти шепотом: – Расскажи мне еще раз про твою семью. Ты говоришь, что твой отец был центурионом.
   – Да, это так.
   – А твоя мать? Откуда она? Как она встретила твоего отца?
   – Мама была рабыней, – ответил Марк. – Она принимала участие в восстании Спартака. Мой отец купил ее, когда мятежники были разбиты. Он освободил ее и женился на ней.
   – И потом родился ты, – задумчиво произнес Брикс. – Скажи, как выглядела твоя мать? Опиши ее.
   Марк постарался как можно подробнее вспомнить черты своей матери. Брикс внимательно слушал, время от времени кивая, словно поощряя его продолжать. Когда Марк закончил, Брикс хмуро покачал головой и прошептал себе под нос:
   – Она, наверное, взяла клеймо с собой…
   Марк наклонился ближе:
   – О чем ты говоришь? Бормочешь какую-то бессмыслицу. Брикс, скажи, в чем дело. Скажи мне!
   – Я… я не уверен, Марк. У меня мысли путаются с тех пор, как я увидел это клеймо. Возможно, это что-то значит, а может, и не значит ничего. Но я не могу сказать тебе больше, пока у меня не будет доказательств. Тогда я расскажу тебе все, что мне известно. До тех пор ты не должен никому говорить об этом. – Он вдруг крепко схватил Марка за руку и притянул к себе. – Никому ни слова, понял?
   – Почему? Что за секрет? – в отчаянии воскликнул Марк. – Что ты скрываешь от меня?
   – Лучше, чтобы пока ты не знал.
   Брикс разжал пальцы и упал на постель, морщась от боли и прерывисто дыша. Рукой он махнул на дверь:
   – Я устал. Мне нужно отдохнуть. Тавр наверняка ждет тебя на кухне. Иди-ка туда скорее, если хочешь избежать порки.
   – Нет, – твердо возразил Марк. – Скажи мне, что тебе известно.
   Брикс покачал головой:
   – Еще слишком рано и слишком опасно. Когда придет время, я скажу тебе все, что знаю. Верь мне. А теперь иди!
   Он подтолкнул Марка к двери. Мальчик споткнулся и чуть не упал. Он хмуро остановился, сжав кулаки, но Брикс отвернулся к стене и больше не сказал ни слова. Разочарованный, Марк поспешил на кухню.

   В день празднования Сатурналий было очень холодно. Дождь хлестал по черепице крыш, ветер завывал. Рабы, тренеры, служащие и даже сам Порцинон собрались в самой просторной казарме. В этом году ланиста решил, что всех его рабов надо накормить одновременно, независимо от возраста. Из кухни были принесены столы и скамьи и расставлены по всей длине комнаты. Когда все заняли свои места, вошли Порцинон и его вольноотпущенники, неся блюда с едой и питьем. В виде исключения занятий сегодня не проводилось. Взрослые и дети с нескрываемым удовольствием смотрели на еду, поставленную перед ними: караваи свежего хлеба, вяленое мясо, сыр, кувшины рыбного соуса и сосиски, обильно сдобренные перцем.
   Марк сидел рядом с Пелленеем. Напротив устроились Пир и спартанец. Пир подался вперед, схватил каравай, откусил большой кусок и стал быстро жевать.
   – Полегче, друг мой, – смеясь, сказал Пелленей. – Иначе нам ничего не останется!
   – Ты прав, – пробормотал Пир, выплевывая крошки. – Ммм, кажется, в хлеб положили кунжутное семя.
   Сидевший рядом с ним спартанец стряхнул несколько крошек, упавших на рукав его туники, потом потянулся за самой маленькой сосиской, откусил кусочек и стал жевать с нарочито равнодушным видом.
   Марк подождал, пока взрослые наполнят свои деревянные тарелки, потом неуверенно потянулся за куском мяса. Пелленей подбодрил его:
   – Во время Сатурналий иерархии не существует. Ешь, ешь.
   Марк стал накладывать еду на тарелку. Пир торопливо прожевал еду, нагнулся над столом и спросил:
   – Как чувствует себя повар? Я слышал, что ты ходил к нему.
   – Брикс поправляется. Уже скоро он вернется к своим обязанностям.
   – Вот и хорошо, – заметил спартанец. – Он единственный раб, который умеет готовить.
   – Другие ребята и я очень стараемся, – покраснев, возразил Марк.
   Спартанец пожал плечами:
   – Надеюсь, ты научишься драться лучше, чем готовить, молодой Марк. Если ты хочешь жить.
   – Ш-ш-ш, не обращай на него внимания, – сказал Пелленей. – Радуйся празднику.
   Марк с улыбкой кивнул. Несмотря на то, что с ним случилось, ему было спокойно с этими тремя товарищами. И он уже привык относиться к ним как к своим старшим братьям. «Нет, не братьям, – подумал он. – Скорее как к дядям».
   – Ага, вот и вино.
   Пелленей кивнул в сторону двери, и Марк увидел тренеров, возвратившихся с кувшинами вина и с корзинами, в которых лежали деревянные чашки. Тавр подошел к ним, поместил один кувшин в железный держатель и с громким стуком поставил вокруг него четыре чашки.
   – Я не уверен, что хотел бы иметь такую прислугу, – сухо прокомментировал спартанец. – Этот слуга слишком угрюмый.
   – Веселись, пока можешь, – проворчал Тавр. – Завтра вы все опять будете в моих руках.
   Когда старший тренер отошел, Марк обменялся взглядами с друзьями, и все рассмеялись.
   Праздник продолжался весь день, а вечером убрали остатки еды, отодвинули в сторону столы, и Порцинон привел в казарму труппу артистов. Зажгли факелы, вставили в держатели на стенах, и при их свете выступили сначала акробаты, потом началась пантомима, наблюдая за которой гладиаторы, к тому времени уже совершенно пьяные, истерически хохотали. Марк, выпивший только одну чашку вина, был в хорошем настроении, у него слегка кружилась голова. Он прислонился к стене и смотрел представление с блаженной улыбкой. Но при мысли о том, что утром снова придется возвращаться к тяжелому режиму занятий под руководством Амата, лицо его потемнело.
   Когда артисты закончили выступление и покинули казарму, Порцинон встал на стол в конце комнаты и поднял руки, чтобы привлечь внимание:
   – Тихо! Тихо!
   Постепенно разговоры стихли, и все головы повернулись к хозяину школы. Порцинон ждал, когда наступит полная тишина и все внимание будет обращено на него. Потом набрал в легкие воздуха и громко заговорил:
   – Гладиаторы, вы заработали праздник Сатурналий. Я рад, что могу наградить вас за усилия, которые вы вложили в занятия. Я никогда раньше не видел такого замечательного набора взрослых и детей. Вы делаете честь моей школе гладиаторов и делаете честь традиции тех борцов, что ушли до вас. Гладиаторы, я салютую вам!
   Все вокруг Марка – и взрослые, и дети – приветствовали речь хозяина радостными возгласами. Все, кроме спартанца, который смотрел на своих товарищей-рабов с плохо скрываемым презрением. Постепенно возгласы стихли, и Порцинон продолжил:
   – Вы действительно замечательная команда борцов. Я таких еще не тренировал. Я горжусь вами. Нам окажут честь своим присутствием самые знатные семьи Рима. Они приедут в мою школу, чтобы некоторые из вас их развлекли. Я надеюсь, что те, кого я выберу, будут драться хорошо, не уронят своей чести и моей тоже. Тем, кто отличится, могу сказать, что в Риме вас будет ждать большая слава и удача. Когда римские господа увидят вас в действии, они наверняка захотят показать вас своим друзьям и народу величайшего города в мире. Подумайте об этом, мои гладиаторы! Величие манит. Отзовитесь всем сердцем, покажите все умение, которому вас научили, – заключил он.
   Несколько человек, слишком пьяные, чтобы понять то, что сказал хозяин, издали радостные возгласы. Остальные были достаточно трезвы, чтобы уловить суть слов Порцинона. Оглянувшись, Марк ощутил внезапную перемену в атмосфере. Настроение праздника ушло, и словно холодная тень накрыла комнату. Пелленей оторвал чашку от губ и с проклятиями стукнул ею о стол.
   – Желаю вам доброй ночи! – выкрикнул Порцинон.
   Он уже хотел сойти со стола, когда дверь в казарму открылась и вошел часовой, держа в руке копье. Он остановился перед ланистой и наклонил голову:
   – Хозяин, я должен доложить, что один из рабов сбежал.
   – Сбежал?
   Охранник нервно сглотнул:
   – Сбежал, хозяин.
   В казарме наступила тишина. Взрослые и дети навострили уши, стараясь расслышать разговор. Порцинон во все глаза смотрел на охранника.
   – Сбежал? Как? Предполагалось, что сегодня все должны присутствовать здесь. Как мог беглец пройти мимо тебя и твоих людей?
   – Хозяин, раба не было здесь. Он был в лазарете.
   У Марка заколотилось сердце.
   – Кто этот раб? Как его зовут?
   – Брикс, хозяин.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация