А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Праотец Мосох" (страница 21)

   Первое замечание. Что подразумевается под «восточными связями» и словами «проникновение монголоидных черт»? Данные утверждения маловразумительны, тем более что «проникновение монголоидных черт» Т.И. Алексеева относит, как минимум, к мезолиту, а по утверждению одного из крупнейших антропологов современности В.В. Бунака «древнейшие монголоидные черепа лесной зоны Сибири относятся ко II тыс. до н. э. и происходят из Забайкалья. Распространение монголоидных охотничьих племен по таежным пространствам от Лены до Уральского хребта могло закончиться значительно позже»[345].
   Существование уральской общности датируется временами неолита, с V по III тыс. до н. э., как это было указано выше. Впрочем, В.С. Патрушев, также упомянутый выше, утверждал, что «время существования единой прародины уральских народов условно можно датировать VIII–IV тыс. до н. э.», но даже эта, причем весьма условная, датировка за рамки неолита не выходит. Здесь, кстати говоря, следует отметить, что разделение на мезолитические и неолитические культуры идет не по абсолютной шкале времени, а по степени культурного развития. В неолите появляется производящее хозяйство. Некоторые племена проживающие сегодня в глухих районах Амазонии в неолит не перешли до сих пор.
   Второе замечание. Дело в том, что к мезолиту (и ранее, к палеолиту) относится существование ностратической лингвистической общности, родиной которой опять же называется Восточная Европа[346]. Время начала распада единой ностратической общности датируется обычно около XI–X тыс. до н. э. В.Н. Даниленко утверждает, что «окончание ностратической этноисторической эпохи более или менее точно совпадало с завершением эпохи мезолита и, таким образом, датируется примерно X тысячелетием до н. э.»[347]. Лингвистическая ностратическая общность, как правило, отождествляется с большой европеоидной расой[348], о чем было упомянуто еще в предисловии.
   Между тем, к ностратической надсемье, кроме индоевропейских языков, причисляются еще и тюркские и монгольские языки, а также, корейский и японский и др. Даное обстоятельство может быть связано, во-первых, с движением европеоидов на восток, т. е. за Уральский хребет и далее, во-вторых, возможно еще и то, что большая европеоидная раса является продуктом генезиса некоей протомонголоидной группы мигрировавшей к северу в самые древнейшие времена. Под действием условий окружающей среды в потомках группы оказались закреплены те мутации, которые облегчали ее выживание, а именно, мутации связанные с изменением структуры носового хода и с изменением количества меланина в организме (это наследственный признак). Подобного хода событий нельзя исключать еще и потому, что в древнекитайском языке обнаружено довольно много элементов флексии[349] (индоевропейские языки являются флективными). Впрочем, это лишь гипотеза, не более того, вряд ли для нее найдутся веские основания.
   Кроме того, существует проблема, которая, как я понимаю, заключается в некоторых стереотипах. По словам Р.Я. Денисовой: «Наличие монголоидной примеси в составе населения лесной зоны Европейской части бывшего СССР многим исследователям казалось безусловным уже в силу географического положения Восточной Европы»[350]. Данные слова означают, что в ученом мире, поначалу была принята спекулятивная концепция о монголоидности великорусского населения, а уже потом, ее, как водится, принялись аргументировать. Причем, аргументировали так, что в разряд «монголоидов» попадали как брахи-, так и долихоцефалы, да и вообще все подряд, невзирая на какие-то детали строения черепа.
   Однако жизнь оказалась, как это часто бывает, значительно сложнее некоторых умозрительных построений.
   Как пишет Т.И. Алексеева: «Начало дискуссии положила краниологическая серия из Оленеостровского могильника, датируемого сейчас мезолитическим временем. Эта серия обратила на себя внимание тем, что при выраженных европеоидных особенностях строения черепа (длинная и высокая черепная крышка, выступающий нос) горизонтальная профилировка лицевого отдела ослаблена. Кстати сказать, уплощенность характерна только для верхней его части, в то время как профилированность средней части лица типично европеоидная. Своеобразное сочетание углов горизонтальной профилировки, характерное для оленеостровцев, впоследствии неоднократно отмечалось исследователями в населении других регионов этого времени — в Прибалтике, в Приднепровье, на Дону, в Крыму, в некоторых районах Западной Европы (выделено мной. – К.П.). Думаю, что выделенный нами с помощью методов многомерной статистики мезолитический европеоидный пласт на территории лесной и лесостепной полосы Восточной Европы, объединяющий в своем составе население, оставившее могильники Звейниеки, Попово, Южный Олений остров, Васильевка I и III, служат подтверждением существования и широкого распространения этой своеобразной комбинации морфологических признаков. Вряд ли есть необходимость оспаривать наличие на территории Восточной Европы этого европеоидного населения, характеризующегося несколько архаичными чертами (выделено мной. – К.П.), к которым можно отнести массивность и уплощенность в верхнелицевом отделе черепа. Судя по нашим данным, черты этого типа достаточно четко прослеживаются в населении верхневолжской и волосовской культур, для которого, помимо отмеченных специфических особенностей строения лицевого отдела черепа, характерны относительное увеличение дистальных отделов конечностей и увеличение показателей внутренней массивности скелета. Подобные архаичные черты типичны для населения верхнего палеолита (выделено мной. – К.П.)»[351].
   Таким образом, дискуссия по даному вопросу привела к появлению упомянутых выше теорий Г.Ф. Дебеца[352] и В.В. Бунака[353]. Первый считал, что уральская раса является результатом смешения европеоидного и монголоидного компонентов, второй, что «монголоидные» признаки относятся к числу признаков древнейшего населения Евразии неразделенного еще на европеоидную и монголоидную расы. Так, И.И. Гохман объяснял наличие некоторой уплощенности лица и переносья в антропологическом типе того же финно-угорского населения Восточной Европы и населения северной Европы вообще, от Скандинавии до Урала присутствием здесь древнего палеоевропеоидного компонента[354].
   Здесь следует разобраться с вот еще каким вопросом. К примеру, авторы труда «Неолит лесной полосы Восточной Европы» довольно часто употребляют слова «монголизация», «монголоидный», причем иногда берут их в кавычки, иногда нет, что изрядно дезориентирует читателя. Так, Т.И. Алексеева делится следующими своими мыслями.
   «Создается впечатление, что с эпохи раннего неолита начинается незначительная «монголизация» того населения, которое в мезолите занимало обширную территорию и характеризовалось выраженными европеоидными чертами со специфическим сочетанием уплощенности горизонтальной профилировки в верхнем отделе и резкой профилированности в среднем отделе лицевого скелета (т. е. основного антропологического типа верхневолжской и волосовской культур. – К.П.)»[355].
   О чем, в конечном счете, идет разговор? Верхне-волжская и волосовская культуры, это культуры с безусловно европеоидным населением. Однако между ними вторгается частично «монголизированная» культура ямочно-гребенчатой керамики. В чем заключается ее частичная «монголизация»? По словам Т.И. Алексеевой: «С культурой ямочно-гребенчатой керамики распространился антропологический тип, несущий в себе черты «смягченной монголоидности». В антропологической литературе он получил название лапоноидного (выделено мной. – К.П.)»[356].
   Дело, как всегда, упирается в терминологический вопрос, т. е. в извечный камень преткновения исторической науки и источник многочисленных спекуляций. В антропологии существует около двух десятков различных расовых классификаций и, как правило, лапоноидный тип отделяется от монголоидного. Даже если лапоноидный тип есть смешение европеоидного и монголоидного комплексов, что не является полностью доказанным положением, то это еще не означает, что его следует считать монголоидным. Т. е. А+В не равно В, если А не равно нулю. Таким образом, речь идет не о монголизации населения Восточной Европы, а о монголизации терминологии, что далеко не одно и то же.
   Акад. В.П. Алексеев на данную тему выразился вполне определенно: «Если и есть в составе славян (восточных. – К.П.) небольшая монголоидная примесь, то она очень слаба, ее роль в формировании антропологического типа славянского населения ничтожна… речь идет о монголоидной примеси древнего домонгольского происхождения»[357].
   Впрочем, выявление в антропологическом типе неолитического населения Восточной Европы «монголоидной», а точнее лапоноидной примеси является далеко не самым важным вопросом в ранней истории Центральной России. Куда больший интерес представляют собой связи неолитического населения лесной полосы Восточной Европы с неолитическим населением других регионов Евразии. Как выше уже было упомянуто, данное население (верхне-волжская и волосовская культуры) имело своеобразные антропологические параметры, а именно: ослабленную горизонтальную профилировку верхней части лица, сильную профилированность среднего отдела лица и сильное выступание носа.
   Так вот, как утверждает Т.И. Алексеева: «Сочетание некоторой уплощенности в верхнелицевом отделе и сильной профилированности в средней части лица отмечается у большинства неолитических восточноевропейских групп лесной и лесостепной полосы. Этими особенностями характеризуется население Прибалтики, Волго-Окского региона и Днепро-Донецкой территории (примыкает к северной части Азовского моря. – К.П.). Географически этот ареал почти совпадает с ареалом распространения носителей подобного сочетания в мезолите»[358].
   Кроме того, неолитическое население Прибалтики, ВолгоОкского и Днепро-Донецкого регионов, обнаруживает явное сходство по многим антропологическим признакам с неолитическим населением Барабинской степи (Западная Сибирь, центральная часть Обь-Иртышского междуречья, могильники Протока и Сопка), для которого также свойственны вышеуказанные специфические особенности строения черепа, т. е. уплощение в верхней части лицевого отдела и сильная профилированность средней части лицевого отдела. Как считает Т.И. Алексеева: «Это обстоятельство позволяет сделать предположение о значительно более широком распространении европеоидного, несколько архаичного, со специфической горизонтальной профилировкой, мезолитического населения, чем это явствует из тех краниологических находок эпохи мезолита, которые имеются в нашем распоряжении в настоящее время»[359].
   Итак. В общих чертах можно утверждать, что антропологический состав древнего населения Северо-востока Европы во времена начала этнообразования определяется как результат взаимодействия двух локальных антропологических типов: североевропейского европеоидного и северо-восточного европеоидного с незначительной лапоноидной примесью. Лапоноидная примесь может быть объяснена как смешением части европеоидного населения Восточной Европы с некоторыми представителями уральских племен, так и с представителями населения европейского севера, т. е. с народностями вроде саамов. Очевидно неслучайно, что выделенный Т.И. Алексеевой специфический европеоидный тип, характерный для населения волосовской и верхневолжской культур, в мезолите встречается в могильниках Скандинавии, Прибалтики и Прионежья[360].
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация