А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Князь-пират. Гроза Русского моря" (страница 1)

   Василий Седугин
   Князь-пират. Гроза Русского моря

   © Седугин В.И., 2013
   © ООО «Издательство «Яуза», 2013
   © ООО «Издательство «Эксмо», 2013

   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

   © Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

   Биографическая справка
   Отечественная история. М., БРЭ. 1996 г., т. 2

   ИВАН БЕРЛАДНИК (?—1162, г. Фессалоники), князь. Сын князя перемышльского Ростислава Володаревича. Правил в Звенигороде-Южном (с 1129 года). В 1144 году пытался захватить Галич, принадлежавший его дяде, Владимиру Володаревичу. Пользовался поддержкой галицких горожан, но, потерпев поражение под стенами Галича от войска Владимира, бежал с остатками своей дружины на Дунай. До 1146 году находился при дворе великого князя киевского Всеволода Ольговича, затем укрывался в районе реки Берлад (современный Бырлад) в бассейне Нижнего Дуная (современная территория Румынии), из-за чего получил прозвище Берладник. Был предводителем беглецов из русских княжеств. В 1146 году поступил на службу к князю черниговскому Святославу Ольговичу в Новгород-Северский, на следующий год перешел служить к князю смоленскому Ростиславу Мстиславичу. В 1148–1157 годах находился у князя Юрия Долгорукого. По просьбе князя галицкого Ярослава Осмомысла Юрий Долгорукий решил выдать ему Ивана Берладника – соперника Ярослава в борьбе за Галич. По дороге Иван Берладник был отбит у охраны и укрыт в Чернигове князем Изяславом Давыдычем. В 1157 году Иван Берладник вновь бежал на Нижний Дунай, где совершал нападения на галицкие торговые суда и лодки рыбаков. В 1158 году на время захватил порт Олешье в устье Днепра. В 1159 году в союзе с половцами, опираясь на поддержку городской бедноты и смердов, безуспешно пытался завоевать принадлежавшие Ярославу Осмомыслу галицкие города Кучелмин и Ушица. Потерпев поражение от Ярослава, бежал на территорию Византии, где скончался, будучи, как предполагают, отравлен.
   Друзьям-одноклассникам
Автор

   I

   – Ну и какую каверзу ты на этот раз замыслил? – спросила Таисия, с любопытством заглядывая в глаза Ивана.
   – Давай придумаем вместе, – ответил тот.
   Устраивал молодой князь Иван Ростиславич с ватагой дружков различные потехи и забавы: то по улицам Перемышля и окрестным селениям пронесутся на лихих конях, пугая случайных прохожих и одуревших от лени собак, то совершат набег на сады и огороды бояр, а то нападут на хоровод и затеют драку с парнями – не по злобе, а шутки ради, собирая круг зрителей; среди скуки, царившей тогда, и драка была желанным развлечением.
   Пристала к ватаге купеческая дочь Таисия, к которой Иван питал какую-то слабость, не прогонял от себя, а, наоборот, вовлекал во всякие проделки. Толстобедрая, с крепким, как сбитень, телом, широколицая, с неунывающими синими глазками, была она неизменной спутницей его забав и увеселений, и к этому привыкли парни и считали сообщницей во всех своих проказах.
   Но сегодня парней не было, они совещались вдвоем.
   – А давай нагрянем на табун лошадей боярина Пушты, – пряча за длинными девичьими ресницами бедовые глаза, проговорил Иван. – Покатаемся на его рысаках, будет такое веселье!
   Пушта разводил боевых коней, которых поставлял в княжескую дружину. Занятие это было весьма выгодным: если простая лошадь стоила две гривны, то за боевого коня платили в полтора раза больше – целых три гривны. Зато и рысаки у боярина были отменные: породистые, откормленные, в бою неустрашимые, при случае они яростно грызлись с конями противника.
   Конечно, Иван мог вдоволь покататься на самых лучших рысаках отца. Но это было не то! Важно было подкрасться к чуткому табуну, выбрать полюбившихся скакунов и промчаться на них вихрем, чувствуя за своей спиной погоню. Дрожь по телу, кровь в лицо, восторг от бешеной скачки!
   – Сбегаю, позову парней? – спросила Таисия.
   Иван подумал, ответил:
   – Не надо. Давай вдвоем.
   Она озадаченно посмотрела на него. Никогда такого не было, чтобы Иван затевал забавы без своих сообщников.
   Он перехватил ее взгляд, сощурил голубые глаза, пояснил:
   – Всей ватагой к табуну не подступить. Распугаем.
   К имению Пушты добрались к вечеру. Поставили коней на краю рощицы, направились в сторону лугов. Окружающий мир притих и затаился в ожидании ночи. Они шли по берегу небольшой речки, которая дышала холодом воды, лениво ворковали давно отнерестившиеся лягушки, порой слышался рыбий всплеск.
   – А вон и кони, – тихо сказала Таисия, указывая рукой.
   На фоне светло-желтой зари виднелись четкие темные фигурки коней. Они медленно передвигались, иногда некоторые взмахивали головами и хвостами, как видно, отгоняли еще не отошедших на покой кровососов.
   – Давай этой ложбинкой пробираться, – приглушенно проговорил Иван. – Здесь высокая трава.
   – У лошадей любящее сердце, – говорил он, когда они ползли на брюхе к табуну. – Поэтому их бояться нечего, человека зря не тронут. Главное – не напугать. Иначе могут зашибить копытами.
   Приблизились к табуну, затаились. Ближайшие лошади насторожились, некоторые, фыркая, отбежали в сторонку. Три остались пастись.
   – Гляди, это ленивые кони, – шептал Иван. – Будь конь капризен, он бы подергивал хвостом и прядал ушами. А эти стоят смирно. Мы их и возьмем.
   Иван поднялся и направился к ближайшей лошади. Та подняла голову и стала внимательно глядеть на него. Он протянул ей на ладони заранее приготовленный кусок хлеба. Конь постоял, как бы обдумывая дальнейшие действия, посмотрел на Ивана и отодвинулся в сторону. Иван сделал еще шаг и отвернулся, делая вид, будто конь его вовсе не интересует. Тот, уязвленный тем, что на него не обращают внимания, фыркнул и помотал головой, а затем замер, оглядываясь и словно соображая, в чем тут дело. Иван шагнул вперед, конь тотчас резво отпрыгнул, как испуганная кошка, и заржал, но не убежал. Иван подошел к нему поближе. Животное почувствовало запах хлеба, своего излюбленного лакомства, и, немного поколебавшись, ткнулось мордой в ладонь, щекоча ее и шумно вздыхая. Одной рукой Иван вынимал из сумки, висевшей у него на плече, все новые и новые ломти хлеба, а другой накинул на голову уздечку. Конь даже ухом не повел, разве только мышцы слегка напряглись и задрожали, но Иван погладил его по шее и по спине.
   Он видел, как в это же время Таисия подошла к другому коню, скормила ему краюху хлеба и тоже надела уздечку.
   И тут словно из-под земли перед ними вырос пастух, держа в руках короткий ременный кнут.
   – И что вы тут замыслили сотворить? – спросил он их хриплым, простуженным голосом.
   Иван, не говоря ни слова, кивнул головой Таисии, и она ловко вскочила на спину коня. Тот взбрыкнул и устремился вперед, девушка, пригнувшись к холке, цепко держалась за поводок уздечки. Не теряя времени, Иван тоже вспрыгнул на своего скакуна и, ударив ногами в бока, направил его вслед за Таисией. Кони помчались в бешеной скачке. Иван чуть не завизжал от радости: это было то, что ему нужно!
   – Как ты думаешь, – прокричала ему Таисия, – погонится он за нами?
   – Пусть попробует! Ему нас не догнать! – весело ответил он.
   Они промчались по лугу, потом по какому-то полю, завернули в кустарник, и тут впереди показалась небольшая деревенька.
   – Правь к домам! – приказал он Таисии. Ему хотелось, чтобы их скачку увидел кто-то из людей. Не зря же они все это затеяли, надо было, чтобы у них были зрители!
   Но, к их вящей досаде, в деревне никого из жителей не было, все, как видно, забрались в свои дома и отдыхали после тяжкого крестьянского труда. Только кое-где в маленьких окошечках светились огоньки. Иван даже крякнул от досады. И тут конь его сбился с ноги, под ним раздался короткий визг, он остался позади. «Собачонку какую-то затоптал», – мельком подумал он и оглянулся. Собачки он не увидел, но заметил тень всадника, который быстро приближался к ним.
   – Пастух за нами скачет! – сполошно выкрикнул он. – Поддай своему!
   Увидел, как Таисия ударила ногами в бока коня, сам он стал нахлестывать животное поводом уздечки. Однако, как они ни старались, пастух догнал их и ременной плетью хлестнул Таисию. Она громко вскрикнула. Тогда Иван, попридержав своего коня, пропустил ее вперед и оказался перед пастухом. Тот не замедлил стегануть и его по спине, потом еще раз и еще. Преодолевая резкую боль, Иван не сводил с него взгляда, примериваясь. И когда тот для удара плетью замахнулся в очередной раз, он резко выбросил правую руку, плеть обвилась вокруг руки, и он резко дернул ее на себя. Пастух, как видно, не ожидал такого поворота в противоборстве и вылетел из седла.
   «Так, – удовлетворенно подумал Иван, посылая коня вперед, – пока ты оправишься, вскочишь в седло, мы уже далеко будем».
   Впереди выросла небольшая рощица, они устремились в нее. Среди деревьев ничего не было видно, и они стали полагаться только на чутье своих животных. Те сбавили ход, но уверенно пробивались вперед, все более и более углубляясь в чащу. Наконец остановились. Иван и Таисия соскочили на землю, всполошенными глазами глядя друг на друга.
   – Вот это скачка! – наконец проговорил он.
   – Я чуть не задохнулась! – восторженно ответила она.
   – И все-таки оторвались!
   – А здорово он меня огрел! – поежившись, сказала Таисия.
   – Мне тоже крепко досталось, – сознался Иван. – Да ничего, через день-два заживет. Будем как новенькие!
   Они рассмеялись, довольные.
   – Куда теперь? – спросила она его.
   – Как куда? К табуну. Вернем лошадей, а сами домой.
   Они снова сели на коней и поехали между деревьями. Рощица скоро кончилась, они оказались в поле. Иван поглядел на небо, по звездам определил направление движения – он умел это делать безошибочно, и Таисия доверяла ему.
   Ехали не спеша, негромко переговаривались.
   – Парень ты хороший, добрый, к людям ласковый, зла от тебя никто не видел, – говорила Таисия, искоса бросая на него взгляд. – Но какой-то шебутной, бесшабашный, шалопутный. Не сидится тебе на месте, вечно что-то выдумываешь, куда-то стремишься. И сам колобродишь, и другим покоя не даешь.
   – Не нравлюсь, тогда почему вместе со мной?
   – Да я тоже такая же. Но вот думаешь иногда, не вечно же забавами заниматься, пора и повзрослеть.
   – Ничего, еще подрастем, как и другие, серьезными заделаемся. А пока молодые, гулять надо от души!
   Появился табун. Они сняли уздечки с коней и отпустили их.
   – Вот будет потеха! – рассмеялся Иван. – Наутро пастух станет объезжать стадо, а кони на месте!
   – Он, наверно, подумает, что ему все приснилось! – веселилась Таисия.
   – Я думаю, он рехнется от увиденного!
   – Крепко мы его разыграли!
   Довольные, они вернулись в Перемышль, стали прощаться.
   – Сейчас завалюсь спать, – сладко потягиваясь крепким телом, проговорила Таисия. – Устала невозможно, до завтрашнего утра просплю.
   – А мне и спать неохота, – потрясая в руке уздечкой, ответил Иван. – Я бы сейчас еще раз пронесся в дикой скачке!
   Таисия направилась к своему терему, Иван – к княжескому дворцу. Навстречу ему выбежал гридь, проговорил встревоженно:
   – Князь, где ты пропадал? Тебя с вечера отец ищет.
   – А что случилось?
   – Из Галича прибыл князь Владимирко Володаревич, вел долгую беседу с твоим отцом, а потом тебя стали искать.
   – Да вот он я. Куда мне деться?
   – Надо тебе, князь, в покои отца идти. Наверно, что-то срочное для тебя приготовлено.
   Иван переоделся, заскочил к поварам, наскоро перекусил. Спросил:
   – Отец поднялся?
   – Нет, он еще почивает.
   Вошел в свою горницу, прилег в кровать и незаметно уснул. Разбудил его тот же гридь:
   – Князь к себе требует.
   Ростислав Володаревич, седовласый старик с болезненным лицом и серыми, тусклыми глазами, сидел в кресле, его худые ладони покоились на подлокотниках. Рядом с ним восседал его младший брат, Владимирко Володаревич, князь Галицкий, с крепким станом, круглой головой; губы у него были тонкие, а рот маленький, словно куриная гузка; глаза навыкате, немигающие, с холодным блеском. Был Владимирко умен, расчетлив и хладнокровен, но одновременно жесток и коварен, способен на любые непредсказуемые поступки. Сильный, хитроумный и изворотливый правитель, он сумел объединить два удела – отца и деда, князя-слепца Василько Теребовльского, и стал могущественным князем. Своим стольным городом он выбрал ничем не примечательный Галич, ставший при нем одним из главных центров Западной Руси.
   – А вот и племянник явился, – проговорил Владимирко, вперив в Ивана пронзительный взгляд. – Пару лет, брат, я у тебя не был, а он вон каким молодцом стал. В настоящего богатыря вымахал!
   Владимирко несколько преувеличил, на богатыря Иван не был похож. Он был среднего роста, с широкими плечами и длинными сильными руками, на лице выделялись глубоко посаженные большие голубые глаза, веселые, озорные. И весь он был как бы на взводе, готовый в любой миг сорваться с места и броситься в какое-нибудь предприятие.
   – Вырос большой, да взрослым не стал, – болезненным голоском отозвался Ростислав Володаревич. – Не проходит недели, чтобы не пожаловались на него. Сколотил вокруг себя ватагу отчаянных парней, беспокоит бояр и купцов набегами, шалят, безобразничают. Парню жениться пора, а он все в детские шалости наиграться не может.
   – Это дело преходящее, – возразил ему брат. – Минет еще годок-второй, остепенится, станет рассудительным, важным, как и подобает князю, а женишь его, так и подавно серьезным мужчиной станет. Невесту не подыскал?
   – И не собираюсь. Пусть сам ищет.
   – Ну это ты зря. Надо бы тебе, брат, из княжеских семей ему подходящую невесту подыскать. Породнишься с каким-нибудь князем, верным союзником будет на всю жизнь.
   Ростислав Володаревич махнул рукой, отвернулся:
   – Женили меня на польской принцессе насильно, вот и мучаюсь до сих пор. Как не любил, так и не люблю, хоть и детей народили. Не жизнь, а мука одна, вспоминать тошно. Не хочу такой судьбы своему сыну. Пусть женится по любви.
   Помолчав, продолжал:
   – Я о другом думаю. Многими ты, Владимирко, землями владеешь, до иных руки не доходят, выделил бы ему какой-нибудь удел. Он бы при деле оказался, про баловство свое забыл, да и тебе выгода: твою волю исполнять станет и за порядком наблюдать, все поменьше твои тиуны воровать будут.
   – Надо подумать, – отозвался Владимирко. – Но не сейчас, а после войны с Польшей. Так отдаешь мне в поход своего сына, брат?
   – А как же, раз обещал.
   И – Ивану:
   – Слышь, Иван, немощен я стал, придется тебе вместо меня с нашей дружиной в поход на Польшу сходить. Намерен твой дядя отомстить полякам за пленение своего отца и за унижение, которому подверг его король польский.
   Несколько лет назад отец Владимирко был обманом захвачен в плен поляками. Тогда сын собрал несколько телег золота и серебра, одежды и всяких драгоценностей в возах и привез в Польшу. Добра было столько доставлено королю, что не только поляки, но и немцы, окружавшие трон владыки, поражались безмерной широте натуры Владимирко. Польский король устроил пир, на котором была провозглашена вечная дружба между ним и Владимирко. Столько было произнесено клятв и заверений, столько было рукопожатий и поцелуев, что казалось, никогда больше не прольется кровь между народами. Но прошло немного лет, и вот теперь, в 1135 году, Владимирко собрался в поход против Польши.
   – Я рад, что получил поддержку от тебя, брат, – говорил он. – Мне важно иметь возле себя твои воинские силы.
   – Иначе и быть не могло, – отвечал Ростислав Володаревич. – Мой родной Перемышль – пограничный город с Польшей, стоит на реке Сан. Мы издавна отстаивали свои рубежи и говорили: «Знай, ляше, по Сан – наше!» Разве мы можем уклониться от противоборства с давним недругом?
   – Высокомерные поляки надеются, что я им прощу отцовское унижение! – неожиданно вскипел Владимирко. – Пока жив, постоянно буду мстить, при любом удобном случае!
   – Дядя, я со своей дружиной буду верным помощником в твоем предприятии! – горячо проговорил Иван.
   – Я ценю твое усердие, племянник, – проговорил Владимирко. – После похода назначу тебя правителем в одном из уделов. Слова свои никогда не бросаю на ветер!
   Неделю собиралась в поход перемышльская дружина. Ранним утром она уходила из города. Ивана провожала Таисия. Она от дворца до крепостных ворот, держась за стремя, шла рядом с его конем.
   – Иван, – спрашивала она, глядя на него потемневшими, увлажненными глазами, – ты будешь в походе вспоминать обо мне?
   – Конечно! Как же тебя не вспоминать, когда мы с тобой с детства вместе во всех забавах и увеселениях!
   – Я не о том. Ты меня по-другому будешь вспоминать?
   – Как по-другому? – недоумевал он. – Ты как все мои друзья, близка и понятна. Разве друзей забывают?
   – Ну, как парень девушку… Как самую дорогую девушку, – силилась объяснить ему Таисия, но он гнул свое:
   – Ты для меня самая дорогая девушка. С кем я еще крепче дружил, как не с тобой!
   А ей хотелось сказать ему, что очень он дорог, что она постоянно думает о нем, что любит его. И хотя все называют его человеком с безалаберным характером, она считает его добрым и отзывчивым, да вдобавок еще самым красивым из парней и готова часами смотреть в его глубокие ласковые глаза с по-девичьи загнутыми черными ресницами… Но она ничего не сказала. На развилке дорог, уже далеко за крепостными воротами, остановилась и долго глядела вслед, пока конные дружинники не закрыли его совсем.
   В Галич прибыли на третий день. Когда-то еще мальчишкой, лет десять назад, был Иван в этом городе вместе с отцом. Тогда это было обычное селение, обнесенное земляным валом и частоколом, среди разбросанных домишек виднелась небольшая церковь. Теперь перед ним раскинулся большой город, с деревянными стенами и крепостными башнями, из-за которых высились золоченые купола собора и двух церквей; деревянные церкви стояли среди и ремесленно-торгового посада, вольготно раскинувшегося вокруг города, здесь же приютились два монастыря с крепкими оградами; на реке Днестре была выстроена пристань, возле которой стояли десятки кораблей различных стран. Сновал народ, оживленными были и пристань, и посад; всюду кипела жизнь.
   Дружину Иван разместил в домиках посада, а сам отправился в княжеский дворец. Князя Владимирко он увидел стоящим возле крыльца, вокруг него толпились бояре, они что-то оживленно обсуждали.
   – А, вот и племянничек явился! – радостно воскликнул Владимирко, увидев Ивана. – Как дорога, без происшествий?
   – Прибыли благополучно, дядя.
   – Ну и хорошо, – он оглянулся, ища кого-то глазами, потом крикнул молодой женщине, стоявшей на площадке крыльца: – Анна! Принимай гостя. Это твой родственник из Перемышля, ты с ним еще не знакома.
   И – Ивану:
   – Это моя жена Анна. Она тебя встретит и накормит, а мне некогда, дел много навалилось. В ужин, даст Бог, увидимся.
   Слышал Иван в Перемышле, что после смерти своей первой жены, венгерской принцессы, женился Владимирко на местной красавице, дочери галицкого боярина Степана Хотянича. Дивился тогда народ: втрое моложе себя взял в жены девицу князь. Видать, еще крепким себя чувствует!
   Поднялся Иван на площадку крыльца, глянул на княжну и поразился: совсем молоденькая, наверно, его лет. А уж красавица, сил нет, таких он за свою жизнь не видел: и очи большие, голубые, и носик вздернутый, маленький, и губки красные, сочные.
   Дрогнуло что-то в груди Ивана, но он не подал и вида, отвел глаза в сторону, словно заскучал. А она смотрела на него насмешливо и покровительственно, будто на малыша, спросила, тая насмешку:
   – Это ты, что ли, мой родственник? Издалека явился?
   – Из Перемышля, дружину привел.
   – Ишь ты! Такому несмышленому и дружину доверили?
   Насупился Иван, бросил глухо:
   – У самой молоко на губах не обсохло, а туда же…
   – Ну ладно, ладно, – примирительно сказала Анна. – Пойдем во дворец, прикажу накормить тебя.
   После плотного обеда потянуло в сон. И неудивительно: с непривычки походная жизнь крепко измотала его, спать приходилось урывками, ночью одолевали комары и мошка, даже дым от костра не спасал, а от езды верхом на лошади болели все суставы и мышцы. Иван ткнулся в пуховую подушку и тотчас уснул, да так крепко, что проспал и ужин, и всю ночь и проснулся только к завтраку.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация