А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Остров Россия" (страница 9)

   Россию давили со всех сторон. В рамках создания «новой мировой системы» Хаус предлагал даже создать мировое правительство под эгидой США. В его «плане» нашей стране отводилась печальная участь. «Остальной мир будет жить более спокойно, если вместо огромной России, – писал Хаус, – в мире будет четыре России. Одна – Сибирь, а остальные – поделенная Европейская часть страны» (cм. «Архив полковника Хауса» М., АСТ). Разделенная таким образом Россия получала бы со стороны США «финансовую, промышленную и моральную поддержку по всем мыслимым направлениям» и все «четыре России» становились бы сырьевыми придатками и рынками сбыта США. Заодно отметим еще одну немаловажную деталь: Хаус планировал путем интеграции России в «новую мировую систему» заменить наше православие религией «наподобие протестантских».
   В развитие «плана Хауса» Госдепартамент США составил 21 января 1919 года специальный документ, предусматривавший расчленение России : предполагалось отсечь от нашей страны Прибалтику, Белоруссию, Украину, Кавказ, Сибирь и все среднеазиатские области» (Более подробно об этом см. Кунина А.Е. Провал американских планов завоевания мирового господства в 1917 – 1920 гг. М., 1954, с. 96-100). До этого, напомню, по ленинским декретам получили независимость Финляндия и Польша, входившие в состав Российской империи. План госдепа был с успехом осуществлен почти полностью лишь в 1991 г. с помощью Горбачева и беловежского «трио» предателей (Ельцин, Кравчук, Шушкевич).

   Русофобия вчера и сегодня

   В структуре «мировой закулисы», которая сформировалась окончательно к началу Первой мировой войны, вне всякого сомнения, главенствовала правящая элита США. Именно она и продвигала в жизнь «план Хауса» под невинным лозунгом «поощрения демократии». Привить России демократию в ее западном варианте не удавалось никак еще до Хауса. Известно, чем закончилось выступление декабристов. Но крах подготовленного масонами восстания 1825 г. на Сенатской площади не остановил дальнейших попыток «демократизации» России на французский, ну, на худой конец, на английский манер. Цивилизационные различия между Россией и Западом во многом объясняют происхождение и живучесть русофобии. Идеалы Великой французской революции стали основополагающими в западной цивилизации, которая была резко враждебна к монархизму в целом и к царской России в частности, а также к христианству. И хотя сатанинский культ «Верховного существа», практиковавшийся Робеспьером и другими главарями якобинцев, ни во Франции, ни в других европейских странах не привился, он остался в арсенале мирового масонства. Резко враждебным к России и русским, к православию было и коммунистическое движение Западной Европы ХIХ века, вышедшее из недр первых социалистических групп и масонской Парижской коммуны (1870 г.).
   «Россия стала колоссом, не перестающим вызывать удивление. Россия – это единственное в своем роде явление в истории: страшно могущество этой огромной империи в мировом масштабе, – писал Маркс в своих письмах в середине ХIХ века. – В России, у этой варварской расы имеется такая энергия и активность, которых тщетно искать у монархий более старых государств. Славянские варвары, – писал далее основатель научного коммунизма и проповедник «пролетарского интернационализма», – природные контрреволюционеры. Поэтому необходима беспощадная борьба не на жизнь, а на смерть со славянством, предающим революцию, на уничтожение и беспощадный терроризм.
   Точно так же ненавидел Россию и славян его сподвижник Ф. Энгельс.
   В своей статье «Демократический панславизм» он признал, что ненавидит даже тех славян, которые имели несчастье поселиться на территории нынешней Германии еще в далекой древности. Ненависть Энгельса к славянам слепила ему глаза. И не столько классовая, сколько расовая. По его мнению «славяне (за исключением поляков) постоянно служили (видимо, еще с незапамятных времен. – В.Б.) как раз главным орудием контрреволюции, они всюду, куда простиралось славянское влияние, были угнетателями всех революционных наций». В число этих «революционных наций» классик записал даже захватническую армию Наполеона Бонапарта, которому эти «проклятые славяне» не дали сожрать Россию. «Среди тех армий, – писал Энгельс, – которые своими превосходящими силами оттеснили Наполеона от Одера до Парижа, три четверти составляли славяне, русские или австрийские славяне». И за это пророчествовал он: «чехам, хорватам и русским обеспечены ненависть всей Европы и кровавая революционная война всего Запада против них». Вот как! Дальше еще круче: «На сентиментальные фразы о братстве, обращаемые к нам от имени самых контрреволюционных наций Европы, мы отвечаем: ненависть к русским была и продолжает еще быть у немцев их первой революционной страстью; со времени революции к этому прибавилась ненависть к чехам и хорватам, и только при помощи самого решительного терроризма против этих славянских народов можем мы совместно с поляками и мадьярами оградить революцию от опасности. Мы знаем теперь, где сконцентрированы враги революции: в России и в славянских областях Австрии; и никакие фразы и указания на неопределенное демократическое будущее этих стран не помешают нам относиться к нашим врагам, как к врагам.
   …Борьба, беспощадная борьба не на жизнь, а на смерть со славянством, предающим революцию, борьба на уничтожение и беспощадный терроризм… в интересах революции! (Это письмо не было включено в собр. соч. Маркса и Энгельса. Оно было написано Ф. Энгельсом 14 – 16 февраля 1849 г. и напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» №№222 и 223; 15 и 16 февраля 1849 г. Печатается по тексту газеты. Перевод с немецкого).
   К. Маркс уточнял «направление главного удара»: «В ближайшей мировой войне с лица земли исчезнут не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы. И это тоже будет прогрессом… Ближайшая борьба с Россией выдвинет великий вопрос: быть Европе конституционной или казацкой». «Только в союзе с поляками и мадьярами и с помощью самого решительного терроризма против славянских народов мы будем в состоянии обеспечить прочность революции» (Из письма Маркса к Энгельсу. Париж, 1865).
   В коммунистической пропаганде избегали прямого цитирования этих пассажей из наследия классиков марксизма-ленинизма, всячески упирая на интерес Маркса и Энгельса к русским революционным течениям и даже на их попытки изучать русский язык. Только не говорили, зачем им этот язык понадобился. Читаем: «…По крайней мере хоть один из нас будет знать языки, историю, литературу и особенности социальных институтов как раз тех народов, с которыми придется немедленно вступить в конфликт» (К.Маркс и Ф.Энгельс. Собр. соч., т. 28. С. 31 – 32). В своей работе «Разоблачения дипломатической истории XVIII века» К. Маркс писал: «Московия была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Она усилилась только благодаря тому, что стала virtuoso в искусстве рабства. Даже после своего освобождения Московия продолжала играть свою традиционную роль раба, ставшего господином. Впоследствии Петр Великий сочетал политическое искусство монгольского раба с гордыми стремлениями монгольского властелина, которому Чингисхан завещал осуществить свой план завоевания мира».
   Маркс писал о славянах, что у них нет гражданских начал, нет понятия демократии, свободы, потому это толпа, управляемая монархом, и представляет собой грубую животную силу, как мышцы у ящера. А вот когда произойдет революция (естественно, социалистическая), то она заменит эти слабовольные тупые правительства в Западной Европе на волевые, революционные правительства – «они-то и прикончат российское чудовище – оплот панславизма, и тогда солнце Запада (уже коммунистического) перейдет через Золотой Рог и взойдет над миром. Над миром, в котором не будет реакционной России и не менее реакционного славянства» (см.: К. Маркс и Ф.Энгельс. Собр. соч. тт. 8, 9, 10). Эти же идеи, которые большевики старались скрывать не только от русских, но и от других славянских народов, как известно, впоследствии высказал еще один «социалист», точнее, фюрер национал-социалистов Адольф Гитлер, соотечественник Маркса, провозгласив физическое уничтожение славян главной целью своего похода на Восток.
   В годы Советской власти, понятно, не принято было вспоминать ни о славянофобии классиков марксизма-ленинизма, ни о том, что основатель ВЧК Дзержинский, как и многие лидеры большевиков, был патологическим русофобом. И, как Ленин, говорил, что на Россию ему плевать. Именно в таком духе русофобства он воспитывался в польской школе и в большевистских «университетах». Не без основания российские историки говорили об «антирусском характере» революций 1917 г., как Февральской, так и Октябрьской. Большевистское подполье во главе с Лениным готовилось после захвата власти в России выполнить указания своего идейного вождя Карла Маркса. Осуществленный большевиками сословный геноцид – истребление дворянства, крестьянства, русского офицерства, священников и монашества, интеллигенции – тому подтверждение.
   В последние годы был опубликован ряд документов, подтверждающих активное участие «мировой закулисы» в подготовке трех революций в России – 1905 г., а также Февральской и Октябрьской 1917 г. (см. наприм.: Валерий Шамбаров. Антисоветчина, или Оборотни в Кремл». М., 2008) Так, Лев Троцкий (Лейба Бронштейн), который был в РСДРП вторым человеком после В.И.Ленина и «гением Октября», по словам Джона Рида, был помимо этого масоном и активным эмиссаром антироссийских центров США и Европы. Известно, что он получал деньги на «революционную деятельность», в первую очередь на организацию антимонархического переворота, от еврейских банкиров-русофобов в США – Якова Шиффа из банкирского дома Кун и Леб, от европейских и американских Варбургов, других. Но финансировали Лейбу не только его соплеменники. Троцкий был агентом, по меньшей мере, двух разведок – германской и английской «Интеллидженс сервис». И засылали его в Россию не для организации эмиграции российских евреев в Палестину. Его миссия была определена в соответствии с «планом Хауса» по развалу России. Его патроны знали, что он будет там «делать революцию» именно по антирусским и антиславянским заветам Маркса и Энгельса, по рецептам, выработанным в тайных ложах и обществах Европы и США. Отметим, что в среде русской коммунистической эмиграции, как и в западном комдвижении, было немало масонов. К самой сатанинской ложе – иллюминатов – принадлежали Л.Троцкий, Парвус, Ларин, немецкие коммунисты Карл Либкнехт, Роза Люксембург, близкая подруга Н.К. Крупской Клара Цеткин. Членами различных масонских лож были такие лидеры большевиков, как Бухарин, Зиновьев, Чичерин, Луначарский, Володарский, Красин, Скворцов-Степанов, Коллонтай, Петровский, Раковский, Радек и др.
   Заговор против России, который и тогда, как и в наше время, осуществлялся под лозунгом «борьбы за демократию в России», носил не столько антимонархический, сколько антироссийский характер, был направлен, прежде всего, на подрыв ее государственности и уничтожение ее генофонда. Денег на это не жалели. Так «вклад» банкира Якова Шиффа в российскую революцию его внук позже оценивал в 20 млн. долларов (тогдашних, около 400 млн. долл. нынешних). Британский банкир и масон Мильнер вложил в нее 10,5 млн. долларов. Видный историк Э. Саттон, сумевший получить доступ ко многим любопытным документам американских архивов, приводит доказательства того, что в финансировании революции принимали также участие Морган и ряд других банкиров. Иногда деятельность Шиффа, Пола Варбурга, Ашберга и др. расценивают в качестве «прогерманской». Но это неверно. Прогерманской в прямом смысле не была даже работа Макса Варбурга, Парвуса, австрийских Ротшильдов и иже с ними. Это была политика «мировой закулисы», согласно которой монархиям Германии, Австро-Венгрии, Турции тоже предстояло пасть, но позже – после России. И именно в рамках этой политики США к началу 1916 г. вызрел и начал проводиться в жизнь «план Хауса». (См. В. Шамбаров. Цит. соч. С. 37-38; Э. Саттон. Уолл-стрит и большевистская революция. М., «Русская идея», 1998 г.) Даже после победы революции, как свидетельствует Э. Саттон, от Моргана правительству большевиков перевели 1 млн. долларов. Попутно отметим, что недавно обнаруженные в архивах документы не подтвердили известного мифа о том, что Октябрьскую революцию сделали на деньги кайзера Вильгельма. 1 ноября 2007 г. «Российская газета» опубликовала интервью с руководителем Федерального архивного агентства Владимира Козлова, в котором он заявил, что благодаря документам, сохранившимся в архивах России, «могут быть развенчаны основные мифы Октября, в частности, о том, что революция совершалась на немецкие деньги и Ленин был немецким шпионом. Документы сфальсифицированы одним журналистом». Заявление это, как-то прошло незамеченным, и штатные телеразоблачители Ленина оперируют ими по сей день. Но вот о Троцком и его связях с г-ном Шиффом и «Интеллидженс сервис» почему-то помалкивают. А ведь именно Троцкий сделал все для заключения позорного Брестского мира, после чего Россия сепаратно вышла из войны, а Германия получила шанс не только оккупировать обширные российские территории, но и продолжать войну еще около года. В этих условиях страны Антанты – Великобритания, Франция и Италия приняли решение о поддержке антибольшевистских сил. Впоследствии к этому присоединились и США. Ставка Ленина на «разжигание антиимпериалистических противоречий» не сработала. Черчилль призвал «задушить большевизм в колыбели». 27 ноября 1918 г. совещание глав правительств стран Антанты признало закавказские правительства. 22 декабря конференция представителей стран Антанты в Париже сочла необходимым поддерживать связь с антибольшевистскими правительствами Украины, казачьих областей, Сибири, Кавказа и Финляндии и открыть им кредиты. 23 декабря было заключено англо-французское соглашение о разделе сфер будущих военных действий в России, а фактически – о ее разделе в соответствии с «планом Хауса». В зону Великобритании вошли Кавказ и казачьи области, в зону Франции – Бессарабия, Украина и Крым; Сибирь и Дальний Восток рассматривались как сфера интересов США и Японии. Англия, Франция и США начали оказывать экономическую помощь правительствам Колчака и Деникина. За зиму 1918/19 г. было поставлены сотни тысяч винтовок (250 – 400 тыс. Колчаку и до 380 тыс. Деникину), танки, грузовики (ок. 1 тыс.), броневики и самолеты, боеприпасы и обмундирование для нескольких сотен тысяч человек. Руководитель снабжения колчаковской армии английский генерал Альфред Нокс заявлял:
   «Каждый патрон, выстреленный русским солдатом в течение этого года в большевиков, сделан в Англии, английскими рабочими, из английского материала, доставленного во Владивосток английскими пароходами».
   Одновременно с этим Антанта ставила перед Белыми правительствами вопрос о необходимости компенсации за эту помощь. И уж никак не поддерживала их лозунги о «Единой и неделимой России». Для Антанты идеологические соображения здесь не играли никакой роли. Если для раздела России потребовалась бы победа большевиков, Антанта поддержала бы Ленина, если это гарантировали белые, то поддерживала бы до конца Деникина, Миллера и Колчака. Но лидеры Белого движения категорически заявляли (в отличие от «гибких», как при заключении Брестского мира, большевиков), что они «Россией не торгуют».
   Уинстон Черчилль не постеснялся напомнить в этой связи белым, из чьей руки они кормятся:
   «Было бы ошибочно думать, что в течение всего этого (1918 – 1919. – В.Б.) года мы сражались на фронтах за дело враждебных большевикам русских. Напротив того, русские белогвардейцы сражались за наше дело. Эта истина станет неприятно чувствительной с того момента, как белые армии будут уничтожены, и большевики установят свое господство на всем протяжении необъятной Российской империи». (См.: Черчилль В. Мировой кризис. М., Л. Госвоениздат, 1932.)
   Какое-то время в Антанте была популярна идея «двух маленьких Россий» – красной и белой. Но ее не поддержали белые. Тогда британский премьер-министр Ллойд Джордж, вскоре после неудавшейся попытки (в интересах Англии) усадить белых и красных за стол переговоров на Принцевых островах, высказался так:
   «Целесообразность содействия адм. Колчаку и ген. Деникину является тем более вопросом спорным, что они «борются за Единую Россию»… Не мне указывать, соответствует ли этот лозунг политике Великобритании… Один из наших великих людей, лорд Биконсфильд, видел в огромной, могучей и великой России, катящейся подобно глетчеру по направлению к Персии, Афганистану и Индии, самую грозную опасность для Великобританской империи…» (Из отчета о заседании английского парламента 8 и 17 ноября 1919 г. Цит. по: Деникин А.И. Очерки русской смуты. М. Айрис-пресс, 2006. т.4. С. 564).
   Яснее не скажешь. Британия, как затем и США, и другие страны Антанты, довольно быстро поняли, что идею «союзников» о создании «двух маленьких Россий» белые провалят. Поэтому постепенно они стали склоняться к тому, чтобы сделать окончательный выбор скорее в пользу большевиков, готовых идти на уступки и компромиссы ради удержания собственной власти, нежели в пользу упрямо повторявших «Мы Россией не торгуем» белых вождей. (См.: Н.В.Стариков. 1917. Кто убил Россию? М.,2007. С. 325.)
   Так, говоря словами генерала Деникина, произошел «окончательный отказ от борьбы и от помощи противобольшевицким силам в самый трудный для нас момент». (См.: Деникин А.И. Цит. соч.).
   Интервенты вплотную приступили к осуществлению «Плана Антанты», который предусматривал раздел России, первоначально разработанный полковником Хаусом. «План Антанты» был принят на совещании в Париже 23 декабря 1917 года и обнародован президентом США Вудро Вильсоном в канун 1918 года. План предусматривал раздел России на сферы влияния и носил название «Условия конвенции». (Впервые опубликован журналом «Российский обозреватель», 1995 г., №1. Перепечатан газетой «Правда» 20 сентября 1995 года.)
   Русофобия, реализованная на практике, не раз в истории ставила под угрозу само существование русского народа. И, если Марксу, который очень гордился своим еврейским происхождением, считая, что уже одно это делает его в отношении интеллекта выше всех других национальностей, чех Йосиф Вацлав Фрич как-то в Швейцарии просто публично набил морду, как только классик начал говорить об интеллектуальной неполноценности славян, то с его фанатическими последователями справиться оказалось куда труднее. В период с 1905 по 1917 годы первая мировая война и три революции подряд сломали естественный ход русской истории. Гражданская война и развязанный Лениным, Троцким, Дзержинским и прочими коммунистами-русофобами «красный террор» обернулся для России страшными жертвами.
   Вот как выглядела картина тогдашнего послереволюционного «переустройства» России в описании Михаила Арцыбашева: «Эти люди (большевики. – В.Б.) не были способны к созиданию, они умели только бороться, только разрушать....В хлебородной России, которая могла служить житницей всей Европы, настал голод; в стране необозримых лесов воцарился холод; у неисчерпаемых нефтяных источников черной тучей лег мрак; города превратились в кучи обледенелых развалин, среди которых, кутаясь в последние лохмотья, покрытые грязью и паразитами, копошились люди, голодом и страхом доведенные до последних пределов отчаяния, до потери человеческого образа.
   …В этом царстве дикого произвола, насилия и грабежа от голода спасали только спекуляция и воровство, а от издевательства – только сотрудничество в Чека. Поэтому спекулировали все, от глубоких стариков до маленьких детей, проституция приняла характер стихийного явления, общество переполнилось ворами, провокаторами. Ужасающее моральное разложение целых поколений молодежи было результатом превращения всего народа в бессловесный рабочий скот.
   А безумные декреты, углубляющие и развивающие революцию, продолжали сыпаться, как из рога изобилия, все суживая права человеческой личности и углубляя разрушение жизни и государства…»
   Для России все это обернулось страшной катастрофой. Даже по официальным, сильно заниженным советским данным, приведенным Лигой Наций в 1946 г., «избыточная смертность» в России, т.е. число людей умерших неестественным путем только в 1918 – 1922 гг., в те годы, когда В.И.Ленин ей непосредственно руководил, составила 12 миллионов человек. Из этого числа всего 430 тысяч человек составили совокупные потери белых и красных на фронтах Гражданской войны. Подавляющее большинство – около 9 миллионов человек – погибли от эпидемий и голодомора, вызванного реквизициями продовольствия, которыми руководило ЧК. Около 2 миллионов человек погибло в результате красного террора. В своей книге «Русская цивилизация» Олег Платонов приводит куда более внушительные подсчеты:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация