А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Остров Россия" (страница 3)

   Министра обороны не могли найти?

   Властный тандем Кремля действовал слаженно и практически безупречно. Сейчас даже на Западе признают, что если бы не Медведев, который без особых консультаций и зондажей в западных столицах отдал приказ 58-й армии немедленно идти на помощь осетинам и российским миротворцам, вряд ли удалось бы сорвать блицкриг Саакашвили и спасти оставшихся в живых жителей Цхинвала от запланированного в Тбилиси уничтожения. К счастью после летних учений 58-я армия, у которой большой опыт боевых действий в Чечне, не успела еще вернуться в казармы и оставалась в Северной Осетии фактически в полной боевой готовности. Более того, не была еще распущена и специально созданная для этих учений группа штаба Северо-Кавказского военного округа, которая смогла быстро задействовать пять полковых тактических групп из состава разных дивизий для боевых действий в Южной Осетии. Управление ими осуществлялось не штабами этих дивизий, а через эту группу штаба СКВО. Таким образом, решения принимались быстрее, согласованность действий различных видов и родов вооруженных сил повысилась. Такую структуру впоследствии использовали в Министерстве обороны РФ, когда принялись реформировать армию и создавать мобильные бригады вместо дивизий и полков. Отмечу также, что в ходе тех учений, кстати, Российская армия отрабатывала задачи по охране Рокского тоннеля, соединяющего Север Осетии с Югом. Были приняты дополнительные меры по его защите от нападения диверсантов и с воздуха, в том числе всеми средствами ПВО. Именно поэтому ни спецназовцы, ни ударная группировка грузинских войск не успели до подхода наших войск взорвать его. Как только по Рокскому тоннелю прошли на Цхинвал передовые части 58-й армии, в рядах агрессора началась паника. Марионеточная армия позорно драпала до самого Тбилиси, бросая по пути оружие, своих раненых и убитых.
   Российское телевидение рапортовало в те дни только об успехах. Но даже по тем кадрам, которые мы видели, можно было догадаться о главной беде властного тандема – далеко не все члены кремлевской команды соответствовали тому уровню, без которого невозможно компетентно и достойно выйти из кризисной ситуации. Даже из такой не глобальной, а сугубо региональной, как в Южной Осетии.
   Сверим часы. Медведев к полудню 8 августа уже был в Кремле. В 15.00 он собрал постоянных членов Совета безопасности. Телекамера «Вестей» зафиксировала, что на этой встрече присутствовали руководитель аппарата премьер-министра Собянин, директор ФСБ Патрушев, директор СВР Фрадков, шеф российского МИДа С.Лавров и министр МЧС С. Шойгу. Министра обороны г-на А. Сердюкова и никого из военных там не было. Из предновогоднего интервью Медведева ясно было, что он поддерживал с министром обороны связь по телефону, едва ли не каждые полчаса. Но только 9 августа в 10 утра Дмитрий Медведев встретился лично с Сердюковым и незадолго до этого назначенным вместо генерала Балуевского начальником Генерального штаба Вооруженных сил генералом Н.Макаровым. Перед телекамерой Медведев рассказал им о начале конфликта. Сердюков и Макаров молчали. Они вошли в кадр уже после того, как Цхинвал был почти полностью разрушен, после того, как под огнем грузинских залповых минометов «Град» и орудий, бивших прямой наводкой по жилым кварталам и больницам, погибли ни в чем не повинные мирные жители, в том числе под гусеницами танков. Погибли, как уже говорилось, и российские миротворцы. Что делал в тот момент, когда их расстреливали в Цхинвале, командующий миротворческими силами генерал Марат Кулахметов? «Известия» писали, что он до последнего момента «призывал грузинскую сторону одуматься». Не напоминает ли эта ситуация с российскими миротворцами в Цхинвали трагическую ситуацию на советской границе 22 июня 1941 года в день нападения гитлеровских войск на СССР? Немцы шли вперед, били по нашим из всех калибров, а советские войска все еще не имели приказа стрелять на поражение.
   Где находился российский министр обороны с начала военных действий в Южной Осетии до 10 часов утра 9 августа, Медведев в своем интервью не уточнил, а в нашем военном ведомстве умеют хранить секреты передвижения начальства. И все же кое-что выяснить удалось. Дотошные журналисты из «Московского комсомольца» узнали вот что:
   «Нападение Грузии застало Генштаб врасплох, и генералам было, конечно, не до информационных технологий. Министра обороны не могли найти по телефону больше 10 часов. Без него нельзя было принять никаких важных решений. Видимо, поэтому начальник Генштаба сначала заявил, что раз на месте находится командующий войсками округа, то пусть он и принимает решения самостоятельно, исходя из обстановки. Но потом, видя, что дело плохо – грузины слишком быстро дошли до Цхинвала, стал звонить одному из своих им же уволенных замов – бывшему начальнику Главного оперативного управления Генштаба (ГОУ ГШ) Александру Рукшину и просить: вернись хотя бы на пару суток, надо оказать помощь, ведь новый начальник ГОУ еще не назначен. Рукшин отказался. И не только из обиды по поводу увольнения. Оказалось, что ему не с кем было работать – почти всех офицеров ГОУ ГШ отправили в отпуск (еще одна параллель с началом Великой Отечественной), так как новый глава строительного главка затеял переезд ГОУ в другое здание на Ленинградском проспекте. В том здании когда-то размещался Генштаб давно распущенного Варшавского Договора, и теперь там ни документов, ни карт не найдешь. «Что я, по глобусу буду воевать?!» – возмущенно сказал один из генералов ГОУ. Потом Рукшину стал звонить министр обороны, но он и ему ответил: нет, я вам больше не подчиняюсь. Единственно кому Рукшин подчинился, так это Путину. После его звонка генерал приехал в Генштаб и взял управление операцией на себя. К тому времени уже прошли сутки. Только тогда начались хоть какие-то скоординированные действия. Были подавлены, а затем и уничтожены грузинские радиолокационные станции, которые наводили ПВО на наши самолеты. Это, конечно, должны были сделать первым делом, но авиация ведь командующему округом не подчиняется. На ее применение он должен получить приказ из Генштаба. Его не было. Вот и оказалось, что рядом, в Ростове, стояли вертолеты со средствами РЭБ и не использовались. В результате в первые же часы грузины уничтожили сразу четыре, по данным МО РФ, а по другим данным – шесть наших самолетов.
   Говорят, что главком ВВС генерал-полковник Александр Зелин, человек с крутым нравов, руководил авиацией из кабинета прямо по мобильнику, даже не спускаясь на КП. Все решал сам, не считал нужным даже пригласить на совещание своих замов по ПВО, которые могли посоветовать ему, что сделать, чтобы избежать таких больших авиационных потерь. А что уж говорить о решении послать на бомбежку дальний бомбардировщик Ту-22? Да мало того, его же туда отправили не один, а целых две группы – аж шесть штук! После всего этого начальник Главного штаба ВВС генерал Хворов написал рапорт об отставке. Не выдержал. А это ведь один из самых молодых, перспективных и порядочных генералов в нашей армии. Трудно сказать, что послужило причиной его решения… Хотя скорее всего это – неприятие тех приемов ведения войны, которые использовались, в том числе способов применения его родной дальней авиации, которой он еще недавно командовал и в состав которой входил тот самый Ту-22, сбитый грузинской ПВО… (См. «Московский комсомолец», 11.09.2008).
   13 сентября в журнале Moscow Defense Brief российский эксперт Саид Аминов написал, что ВВС России потеряли во время вооруженного конфликта с Грузией семь самолетов. В первый день войны, 8 августа, грузинам удалось сбить четыре российских самолета – три Су-25 и один Ту-22М3». Потерю этих четырех самолетов официально подтвердил российский Генштаб. Аминов отмечает, что все четыре российских самолета были сбиты при помощи «Бук-М1». «Причем обучение применению «Бук-М1» грузинские военные прошли на Украине, и боевые действия грузины могли вести при контроле со стороны украинских военных инструкторов», – заявляет автор. Однако, как отмечает эксперт со ссылкой на неофициальные данные, Россия в ходе конфликта потеряла еще три самолета – один Су-24МР 8 августа, один Су-24М 10 или 11 августа и один Су-25 9 августа, а также, возможно, один Ми-24. Как утверждает Аминов, оба Су-24, предположительно, были поражены грузинскими средствами ПВО «Оса-АК/АКМ» или переносными зенитными ракетными комплексами (ПЗРК), а Су-25, по ряду сообщений, стал жертвой ошибочного «дружественного огня» российских войск. «Еще минимум один российский Су-25 получил попадание ракеты грузинского ПЗРК, но смог благополучно вернуться на базу. В свою очередь, как сообщалось, ПВО российских войск сбила три грузинских Су-25». Из членов экипажей сбитых российских самолетов двое (пилоты Су-24МР и Ту-22М3) попали в плен, а затем были освобождены по обмену 19 августа. «По неофициальным сведениям, еще пять российских летчиков (пилот сбитого «дружественным» огнем Су-25, штурман экипажа Су-24МР и три члена экипажа Ту-22М3) погибли», сообщал Moscow Defense Brief.
   Столкновение с такой системой ПВО стало серьезным испытанием для российской военной авиации. «Тем более что, судя по всему, первоначально имела место недооценка грузинских возможностей в сфере ПВО. При этом грузинская ПВО, как сообщается, опиралась в основном на получение информации от «Кольчуги-М» (комплекс радиотехнической разведки), минимально используя активные радары, а грузинские «Бук-М1» и «Оса-АК/АКМ» применяли тактику действия из засад. Это затрудняло борьбу с грузинскими средствами ПВО».
   Самое обидное, что «Бук-М1-2» (индекс ГРАУ – 9K37M1-2) – это российский зенитно-ракетный комплекс, хотя и не самый современный. По классификации НАТО – SA-17 Grizzly (Гризли). Его разработка началась еще 13 февраля 1972 года в НИИ Приборостроения им. В. В. Тихомирова, была завершена в 1978 году и впервые представлена в 1980 году. Дальность обнаружения самолетов боевой и тактической авиации составляет: на высоте 100 метров – не менее 35 километров, на высоте от 1000 до 25 000 метров – до 150 километров. В состав боевого комплекса «Бук-M1-2» входят КП (командный пункт), радиолокационная станция обнаружения целей, до шести самоходных огневых установок (СОУ), до трех пускозаряжающих установок, до 48 зенитных управляемых ракет. Одновременно командный пункт может вести обработку информации о 75 целях, обеспечивая при этом выбор наиболее опасных 15, вести автоматическое распределение по шести огневым каналам. Оружие хоть и не новое, но мощное. Россия поставила эти комплексы на Украину еще до развала СССР и впоследствии обеспечивала техническую поддержку. Увы, о том, что указом президента Ющенко целый дивизион «Бук-M1-2» был снят с боевого дежурства на Украине и по дешевке продан Грузии буквально накануне конфликта в Южной Осетии, в России узнали слишком поздно. И о том, что на «Буках» работали украинские расчеты, тоже стало известно только после окончания «пятидневной войны». 24 августа 2009 Следственный комитет при Прокуратуре РФ (СКП РФ) заявил, что в войне на Кавказе в августе 2008 года участвовали военнослужащие регулярных воинских подразделений Минобороны Украины и не менее 200 членов националистической организации УНА-УНСО. Кроме того, как сообщил СКП, в ходе боевых действий «были захвачены ракетно-зенитные комплексы «Бук-М» и «Оса-АКА», имеющие украинскую маркировку. Согласно полученным в ходе следствия документам указанные ракетно-зенитные комплексы проходили регламентное техническое обслуживание на украинских оборонных заводах в мае 2008 года, то есть за два месяца до начала боевых действий в Южной Осетии».
   Автор документального фильма «Свой – чужой» Аркадий Мамонтов провел собственное расследование, в ходе которого выяснил, что подразделения сил быстрого развертывания, в которых были комплексы «Бук-М1», прикрывавшие западную границу Украины, были привезены в Грузию через Батуми и Поти и отправлены затем на позиции под Гори, а также на абхазскую границу. В Южной Осетии также действовали украинские наемники. Переодевшись в форму Российской армии, они образовали в тылу нашей 58-й армии диверсионные группы.
   Где же была наша знаменитая СВР? Или там за «партнерами по СНГ» не присматривают, даже за теми, кто уже хоть сейчас готов в НАТО, только бы приняли? Где наши спутники-шпионы? Или они на Грузию не были нацелены? Если так, то почему? Как писала американская газета «The Weekly Standard», в Южной Осетии «оглушительнее всего провалились российские разведслужбы. Подобно своим коллегам из ЦРУ и спецслужб множества других стран мира, российские разведчики руководствуются аксиомой: «Любая информация хоть чего-нибудь стоит, только если она украдена». Почти все данные о закупках для грузинской ПВО и контрактах по модернизации радиолокационных систем, выполненных киевской компанией «Аэротехника» и другими украинскими фирмами, публиковались в русскоязычной печати, интернете и других открытых источниках, но в ГРУ (российской военной разведке) никто, похоже, не обратил на них внимания. Бывший командующий российскими ВВС генерал Анатолий Корнуков подверг резкой критике нынешнее военное руководство страны, заметив в интервью московскому информационному агентству «Интерфакс»: «Экипаж Ту-22 отправили на смерть, считая, что грузинские ПВО не окажут сопротивления» («The Weekly Standard», 21. 11.2008). Как бы там ни было, российская разведка здесь не сработала, и в результате наши летуны, не зная броду, полезли в воду, точнее, взмыли в небо. Отсюда и плачевный результат – за пять дней сбиты семь боевых самолетов, погибли пять летчиков. Недопустимые потери! Ведь у нас боевые самолеты и их экипажи – считаные. В одном из своих аналитических обзоров по конфликту в Южной Осетии Константин Макиенко и Руслан Пухов, руководители московского Центра Анализа Стратегий и Технологий, а также издатели журнала «Moscow Defence Brief», писали: «Современная война – это сражение авиации и обеспечивающей связь электроники. Наша авиация свою миссию выполнила очень плохо. Бои начались ночью. Утром от артиллерии, обстреливающей Цхинвали (столица Южной Осетии), не должно было остаться ничего. Нашим летчикам от баз в Моздоке и Ханкале до Цхинвали было несколько минут лету. А между тем грузинская артиллерия утром оказалась невредимой, потому что у нас нет самолетов, приспособленных к ночным боям. Воздушные силы в течение трех дней не могли подавить слабую противовоздушную оборону Грузии. Наши Су-24 бомбили авиабазы грузин совершенно нерезультативно. Как рассказывают западные военные эксперты, взрывалась лишь каждая третья сброшенная бомба. Во время войны мы потеряли 11 самолетов. Для кратковременного маломасштабного конфликта это много» (цит. по «Gazeta Wyborcza», Польша. 04.02. 2009).
   Неготовность Российской армии и авиации к конфликту сплошь и рядом вела к неоправданным потерям и жертвам. А если бы так начиналась война не с Грузией с ее трусоватой армией, а с войсками НАТО! Где бы была Россия через те 10 часов розыска министра обороны? Ведь в современной войне счет идет на секунды. И в эти секунды вполне может решиться судьба не одного приграничного района, а всей России. А у нас все еще продолжают умиляться по поводу того, что «русский мужик не перекрестится, пока гром не грянет». А ведь он может в наши дни при современном оружии массового уничтожения грянуть так, что русский мужик и перекреститься не успеет. В том же «Moscow Defence Brief» читаем: «В Калининградской области, прямо на нашей границе с НАТО, располагается знаменитый гвардейский полк истребителей имени Покрышкина. Там у нас 40 Су-24, 40 пилотов. Летать могут только две машины. В других местах то же самое. Сегодня мы регулярно два раза в месяц слышим о катастрофах военных самолетов. Раньше этого не было, потому что армии не хватало горючего и машины стояли на земле. Сегодня горючее есть, летчики тренируются, но, как оказалось, – на старой рухляди». (Op.cit.) Неужели же состояние боеготовности наших вооруженных сил настолько несовершенно? Неужели правда то, что пишет польская «Gazeta Wyborcza»: «Сегодня Вооруженные силы России были бы не в состоянии вести конвенциональную войну не только с противником столь мощным, как США или НАТО, но даже с Турцией или Польшей» (Op.cit.). Как довели их до такого развала разного рода перестройщики и реформаторы? Увы, о плачевном состоянии Вооруженных сил РФ открыто говорят теперь даже их руководители. Выступая в Академии наук по итогам августовских событий на Кавказе, начальник Генштаба генерал армии Николай Макаров так описал ситуацию: «Летчики деградируют. В ходе конфликта с Грузией нам пришлось считать всех летчиков, которые могут выполнять боевые задачи в простых условиях, буквально по пальцам». Впрочем, продолжал генерал Макаров, ситуация в Сухопутных войсках еще хуже: «Нам приходилось штучно искать подполковников, полковников и генералов по всем Вооруженным силам, чтобы они участвовали в боевых действиях. Потому что штатные командиры «бумажных» дивизий и полков просто были не в состоянии решать боевые вопросы. Когда этим командирам дали людей, дали технику, они просто растерялись, а некоторые даже отказались выполнять приказания»… (См. «Совершенно секретно», июнь 2009 г.).
   По мере того, как я всеми правдами и неправдами узнавал о том, что творилось в первые дни конфликта в Южной Осетии, меня охватывал леденящий ужас при мысли: «А что, если завтра настоящая война?»
   Очевидцы, оказавшиеся в день нападения Грузии в Южной Осетии отмечают, что в штаб-квартире миротворческого контингента РФ за несколько лет его стояния в Цхинвале даже не оборудовали бомбоубежища. Землянка была – два бревнышка и 20 сантиметров грунта над головой. Но и это было бы полбеды. Но как грузины сумели так скрытно перебросить свой ударный кулак на плацдарм под Цхинвалом, что доблестный генерал Кулахметов это проморгал? А проморгал он ни много ни мало:
   1)развертывание целого дивизиона установок залпового огня «Град» перед самым своим носом; 2) выход многотысячного грузинского контингента с танками, самоходками и бронетранспортерами на передовые позиции? Почему об этом в Москве узнали в самый последний момент, когда война уже началась? Это такая же тайна за семью печатями, как и то, почему министр обороны РФ и начальник его Генерального штаба смогли встретиться с президентом Медведевым только через 34 часа после начала грузинской агрессии против Южной Осетии и через 19 часов после чрезвычайного созыва Совета безопасности РФ.
   Уже упоминавшийся полковник ГРУ Владимир Квачков в одном из своих интервью (см. «Профиль», 01.09.2008) отметил обстоятельство, весьма важное для понимания характера тогдашних боевых действий на Кавказе:
   «Причиной катастрофы первых двух суток боев (в Южной Осетии. – В.Б.) стало полное отсутствие в российских военных уставах понятий специальных действий и специальных операций. Командующий миротворческими силами Кулахметов просто исчез в эти дни, «рассосался», а ведь должен был как минимум подсказать, как действовать против грузинских штурмовых групп и бронетехники в городе, организовать оборону. Но ни Кулахметов, ни другие генералы не в состоянии этого сделать, потому что не умеют и не знают. В Цхинвале бегал герой – секретарь Совбеза Южной Осетии Баранкевич, который бил эти танки. Он своим умом, как и ополченцы, понял, что нужно не рыть окопы, как это до сих пор делают на картах болваны в Генштабе, а действовать небольшими группами. Танки шли в Цхинвал по нескольким дорогам. Почему там не были созданы специальные инженерные заграждения, не организованы засадные действия с применением противотанковых средств, мин? Все это должно было быть сделано группами спецназа в условиях, когда грузинская армия была в десятки раз мощнее осетинских сил и батальона миротворцев. Словом, у нас отсутствуют доктринальные положения, которые позволяют применять Вооруженные силы в соответствии с тем характером вооруженной борьбы, который соответствует XXI веку. В этом кроются главные причины неудачных действий, которые позволили грузинам уничтожить 1500 мирных жителей».
   Квачков сказал главное: Российская армия безнадежно устарела по всем параметрам. И по вооружениям, и по связи, и по военной доктрине. Только боевой дух российских солдат и офицеров спас эту кампанию. Но какой ценой. Даже после всех недавних учений 58-я армия около полутора суток шла к Цхинвалу. Авиационного прикрытия у российских войск не оказалось. Война в Южной Осетии показала катастрофический упадок боеготовности и боеспособности российских ВВС – фронтовой и армейской авиации. Грузинские штурмовики Су-25, модернизированные израильской компанией Elbit, могли действовать в ночное время, и наша авиация не способна была им эффективно противодействовать. Даже на третий день войны грузинские ВВС продолжали наносить удары по российским военным колоннам, равно как и по военным и гражданским объектам на территории Южной Осетии! Дислоцированная в Северо-Кавказском ВО авиация за все это время не смогла завоевать господство в воздухе. Не было достаточного количества боеспособных самолетов. По нормам советского времени, дежурная эскадрилья должна была подняться в воздух в течение 10 минут…
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация