А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Остров Россия" (страница 24)

   С тачанкой и «максимом»?
   Космическая оборона – где она?

   Сейчас мало кто вспоминает о том, что перед началом Второй мировой войны Красная Армия все еще имела на вооружении трехлинейки времен Первой мировой. Гитлеровский вермахт к тому времени уже давно отказался от кавалерии и успешно осуществлял танковые прорывы, побеждая одного за другим своих противников в Европе. А наши великие стратеги Ворошилов и Буденный все еще преподавали в советских военных академиях теорию кавалерийского прорыва с применением тачанок и пулеметов типа «Максим». А в 1942-м на ржевском направлении в бой бросали целые кавалерийские дивизии, которые гитлеровцы косили пулеметами из своих бетонных дотов. Печально, но история нас ничему не учит. Даже нападение войск НАТО на Югославию и военные действия США против Ирака по методу дистанционной, бесконтактной войны не всколыхнули болото российской военной мысли.
   Как выше было сказано, в США разрабатываются все более современные, высокоточные, ядерные и неядерные вооружения, для такой бесконтактной войны, с помощью которых можно будет уничтожать ракеты и в шахтах, и на траектории. Если бы такое точное оружие, как у США в Ираке, было в наших войсках к началу войны в Южной Осетии, 58-й армии даже не надо было бы входить в Рокский тоннель. По грузинам можно было бы бить без промаха из Владикавказа. Но, увы, такого оружия у 58-й армии не было и нет. И не только у нее. А ведь теперь война, как стало ясно в Югославии и Ираке, – это удары высокоточных систем вооружения, наводящихся с самолетов и спутников. Это – маневрирующие боеголовки, обходящие любую ПРО, космические системы разведки и слежения. Само слово «война» даже в локальных конфликтах не адекватно, т.к. термин более точный сегодня – это «воздушно-космическая операция» (ВКО). Не надо быть знатоком военной стратегии для того, чтобы понять: России для отражения любой ВКО необходима действенная общероссийская ВКО, то есть воздушно-космическая оборона, способная отражать удары с воздуха и из космоса. Еще маршал Жуков предупреждал: «Тяжелое горе ожидает ту страну, которая окажется неспособной отразить удар с воздуха». Добавим к этому: «… И из космоса». И это предупреждение звучит в высшей степени современно. Только в 80-х годах прошлого века, увы, совсем незадолго до развала СССР, у нас заговорили о необходимости создания ВКО. Разработки новейших систем были начаты уже тогда, но, увы, после 1991 года все это приходилось восстанавливать по крупицам.
   Первым государственным документом, содержащим термин «воздушно-космическая оборона», стал Указ Президента РФ 1993 года. О нем, однако, вскоре благополучно забыли. Снова вспомнили о ВКО после войны 2003 года в Ираке. Надо здесь отдать должное Владимиру Путину. По его указанию была подготовлена Концепция ВКО РФ, которую он и утвердил в апреле 2006-го. На базе этой концепции началась подготовка проекта Федерального закона РФ «О воздушно-космической обороне», а в Твери на базе бывшей Академии ПВО была создана Академия ВКО им. Г.К.Жукова, ставшая базовым вузом для всех стран СНГ по подготовке специалистов в области ВКО. Президент Дмитрий Медведев, определяя военные приоритеты России вскоре после конфликта в Южной Осетии, сказал, что Россия будет придерживаться курса на переоснащение армии и флота, укрепление стратегических ядерных сил и создание системы воздушно-космической обороны. Но какой же вывод сделало российское Министерство обороны из этого конфликта на Кавказе и из поручений Президента России? В свете объявленной г-ном Сердюковым военной реформы Академия ВКО им. Г.К.Жукова должна была прекратить свое существование. В списке военных вузов Минобороны, подлежащих в 2009 году расформированию, она значилась под №1. Главком ВВС издал приказ о прекращении в 2008 году набора студентов и слушателей.
   Военные специалисты считают, что такое решение может привести к катастрофическим последствиям для России. 50 профессоров, докторов военных наук обратились с письмом в адрес руководителей страны, в котором выражают несогласие с уничтожением уникального вуза. В конце ноября 2008 г. представители академии пришли в редакцию газеты «Московский комсомолец» и передали ей для публикации свое письмо, которое я привожу здесь полностью. По нему можно судить не только о том, как решаются вопросы реформирования Вооруженных сил РФ, но и о том, каково истинное отношение руководства Минобороны к обеспечению безопасности России. И одной некомпетентностью это уже не объяснишь. Вот это письмо:
...
   «Обращение коллектива ученых-профессионалов воздушно-космической обороны к Президенту Российской Федерации, Верховному главнокомандующему ВС РФ Дмитрию Анатольевичу Медведеву, к премьер-министру Владимиру Владимировичу Путину, к руководителям фракций, председателям комиссий и комитетов, ко всем депутатам Государственной думы Федерального собрания, к членам Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности.

   Уважаемые руководители всех ветвей власти Российской Федерации!
   В последние годы вы проявляете обоснованную озабоченность состоянием военной безопасности государства. Среди основных направлений и принципов, на которых она должна строиться, определено создание системы воздушно-космической обороны (ВКО). 5 апреля 2006 года президент страны утвердил «Концепцию ВКО РФ». В настоящее время готовится проект Федерального закона РФ «О воздушно-космической обороне». Это хотя и запоздалое, но исключительно важное решение, так как среди военных угроз России наивысшую опасность в ХХI веке представляют угрозы, исходящие из воздушно-космического пространства.
   …Особо следует выделить значимость ВКО как фактора сдерживания агрессии. Главную роль в сдерживании войны, конечно же, играют стратегические ядерные силы (СЯС). Это кулак Вооруженных сил. Пока будет существовать возможность получения агрессором ответного ракетно-ядерного удара, вероятность нападения на Россию будет мала.
   Но СЯС сами нуждаются как в защите от упреждающего разоружающего удара сил ВКН, так и в информационном обеспечении своих действий. Чем больше может быть сохранено и применено ударных сил и средств возмездия, тем эффективнее будет решаться задача сдерживания агрессии. Вывести из-под такого удара и защитить их может только единая информационно-огневая система Воздушно-космической обороны (ВКО), организованная не в одном из видов Вооруженных сил, а в государстве.
   Транстерриториальность задач ВКО (необходимость их решения не на отдельных направлениях, а во всем воздушно-космическом пространстве), оперативность принимаемых решений (полет средств ВКН даже на «дозвуке» составляет 1000 км/ч, а разрабатываемые в США гиперзвуковые летательные аппараты (ГЗЛА) будут летать в 5 – 6 раз быстрее!) превращают функционеров ВКО в офицеров-практиков совершенно нового формата знаний, способностей и ответственности. Теория ВКО уже превратилась в принципиально новую и самостоятельную область военной науки. «Попутно» или «в дополнение к чему-то» ее не освоить и не внедрить.
   В этой связи закономерен ряд вопросов.
   1. Откуда в ближайшее время возьмутся такие профессионалы-практики ВКО, способные не за сутки или часы, а в считаные секунды оценить обстановку, принять решение, поставить задачу и ответить за результат действий войск в воздушно-космическом пространстве?
   2. Откуда возьмутся профессионалы-ученые, способные разработать новую стратегию, оперативное искусство и тактику применения сил и средств ВКО в такой пространственно-временной динамике борьбы?
   3. Откуда возьмутся те, кто обучит первых и выпестует вторых?
   Сейчас всех специалистов ВКО готовит комплексное высшее военно-учебное заведение – Военная академия воздушно-космической обороны имени Маршала Советского Союза Г.К.Жукова (ВА ВКО) в Твери. Она стала самым опытным педагогическим и научным центром по проблематике ВКО, лидерство которого подтверждают руководители более 20 стран, присылающих на учебу в Тверь своих офицеров и курсантов. 16 апреля 2004 года решением Совета глав правительства СНГ академии ВКО придан официальный статус «базовой организации государств – участников Содружества Независимых Государств по подготовке военных кадров для Объединенной системы противовоздушной обороны (ОС ПВО СНГ)».
   Лидерство ученых и педагогов академии в теории и практике организации ВКО признают даже специалисты США, приглашавшие и обеспечивавшие совместные с нами работы по «нестратегической» противоракетной обороне. Но это лидерство мы можем утратить, так как «реформаторы», считая ВА ВКО «лишним» вузом в ВВС, предлагают ее ликвидировать, а подготовку специалистов перевести в другие учебные заведения. Некоторые из них приводят цифры и делают акцент на «экономической выгоде» от подобного решения.
   Отбросив мысль о преднамеренном вредительстве национальной безопасности России, без эмоций оценим возможные последствия подобной «организационной оптимизации» Вооруженных сил.
   Первое. В «Концепции ВКО РФ» указано, что воздушно-космическая безопасность РФ является важнейшей и неотъемлемой частью национальной безопасности страны. Это не попутная задача видов Вооруженных сил. Она обрела ранг общегосударственной задачи. Отсюда и подготовка специалистов ВКО должна быть «надвидовой», а академия являться необходимым военным вузом в системе вузов Вооруженных сил.
   Второе. Подготовка интегрированного специалиста такого рода должна быть организована под единым руководством и в общей образовательной среде. И только академия ВКО имени Г.К.Жукова осуществляет подготовку слушателей и курсантов одновременно для систем противовоздушной и ракетно-космической обороны, составляющих основу системы ВКО государства. Только здесь проводятся исследования вопросов строительства и применения системы ВКО в целом. Вся современная теория ВКО разработана в стенах этого вуза. Ни в прошлом, ни в настоящем в России не было и нет другого учреждения, где работали бы специалисты обеих ветвей ВКО – противовоздушной (ПВО) и ракетно-космической (РКО) обороны. В случае ликвидации академии ВКО либо исключения из ее структуры одного компонента (а подготовку специалистов РКО планируется перенести из Твери в Академию космических войск уже в будущем году) продолжать исследования в области комплексной ВКО будет негде и некому. Всякое расчленение погубит цельное.
   Более того, в тех вузах, куда планируется перевести подготовку военных специалистов с высшим военным образованием для систем ПВО и РКО, нет ни соответствующего преподавательского состава, ни необходимой учебной материальной базы. Таким образом, продолжать исследования будет негде и некому не только в области комплексной ВКО, но и в областях ПВО и РКО.
   Третье. Все попытки «перенести» подготовку специалистов из одного вуза в другой всегда приносили очевидный вред и неочевидную пользу. Перевод военных академий из столицы на периферию объясним хотя бы в некотором смысле. По крайней мере освобождается так необходимая состоятельным предпринимателям дорогостоящая столичная недвижимость. Не стране и ее обороне, но хоть им есть польза. Однако кому потребовалась инфраструктура Академии ВКО, удаленная от Москвы на 200 км?
   Академия ВКО располагает научно-педагогическим потенциалом, костяк которого составляют ученые, которых нет в других учебных заведениях. С ликвидацией академии большая часть этого потенциала будет потеряна. Многие ли военные профессионалы уйдут с насиженных мест осваивать «новые территории» в свои 40 – 60 лет? А сколько средств потребуется на передислокацию учебно-материальной базы? Аналогов ей нет в России (оборудованные средствами автоматизации и сведенные в единую систему учебные командные пункты всех систем ракетно-космической и противовоздушной обороны, а также реальная материальная часть вооружения). С ликвидацией академии ВКО демонтаж и передислокация учебно-материальной базы из Твери в другое место просто невозможны.
   Реформаторы должны заранее отдавать себе отчет, что не только научные школы, но и просто педагогические коллективы по проблематике ВКО, равно как и уникальная учебно-материальная база, должны будут создаваться заново, с нуля. В результате затраты на «экономию» в разы превысят «дореформенные» расходы.
   Четвертое. Вместо объекта расходов ВА ВКО им. Г.К.Жукова может быть превращена в реальный источник валютных доходов для государства. Уже сейчас в ее стенах обучаются 300 офицеров и курсантов из более чем 20 стран мира (ни в одной другой академии такого показателя нет). Среди профессорско-преподавательского состава ВА ВКО есть специалисты, способные оказать конкретную помощь любому развивающемуся государству по вопросам создания и рационального построения группировок ПВО, выработки эффективного замысла отражения воздушной агрессии, исходя из конкретно складывающейся там обстановки, и это уже делалось.
   Проведение названного комплекса интеллектуальных работ повлечет за собой: закупку вооружения государствами на предприятиях ВПК РФ; интеллектуальное и материально-техническое сопровождение процесса совершенствования созданной ПВО и ее обслуживания; широкое представительство офицерского состава РФ в роли военных советников и инженеров на территориях государства; расширение видов, форм и масштабов подготовки специалистов по ПВО для иностранных армий. И все это деньги для страны.
   При этом борьба за дешевый российский интеллект уже идет. В нее включился ряд государств, и только в России не знают, что с этим интеллектом делать. С 1997 года регулярно проводятся совместные российско-американские учения по организации нестратегической противоракетной обороны. Основными участниками этих учений являются специалисты – преподаватели ВА ВКО. Примечательно, что все расходы на проведение учений берут на себя США.
   Зачем? А затем, что американцы умеют считать деньги и оценивать выгоду. От нас они получили гораздо больше, чем дали нам, – наш уникальный опыт в одной из областей ВКО.
   Ряд азиатских и африканских стран, имея представление (в отличие от нас) о новом главном оружии современной войны, сделал приоритетным создание и развитие своих систем ПВО. Они готовы купить не только наше вооружение, но и наши «мозги», понимая, что нигде в мире организация ПВО не освоена так, как в России. США и страны НАТО всегда делали ставку на ударные силы ВВС и действительно имеют опыт в вопросах осуществления воздушных агрессий. А мы с 60 – 70-х годов занимаемся вопросами отражения этих агрессий во Вьетнаме, в Корее, Лаосе, Сирии, Египте, Ливии и в других странах. И выполняли этот интернациональный долг выпускники Тверской военной академии ПВО (ныне ВКО).Складывается впечатление, что мы обеспокоены одним: как скорее освободиться от этого опыта и потерять преимущество там, где оно годами создавалось.
   Экономическое состояние России 90-х годов могло служить некоторым оправданием сокращения боевого и численного состава группировок войск (сил), отвечающих за ВКО страны. Но сегодня, когда, по словам президента, отмечается устойчивый прогресс в экономике, возникла ситуация, при которой у нас есть что оборонять. В скором времени будет чем оборонять. А вот будет ли кому – зависит от того, насколько взвешенно мы подойдем к реформированию системы военного образования.
   Объяснимо, когда с целью сокращения числа невостребованных специалистов из 30 юридических институтов и факультетов оставляют 15. А чем оправдать уничтожение единственного учреждения, готовящего уникальных специалистов ВКО?
   В связи с этим убедительно просим еще раз взвесить все «за» и непоправимые «против» в принимаемом решении по сокращению единственной в мире Военной академии Воздушно-космической обороны. Способность отмены необоснованного решения свидетельствует не о слабости, а о силе и мудрости как отдельного руководителя, так и целого властного института».
   Поднявшийся шум, видимо, заставил зарвавшихся «реформаторов» обождать с разгромом ВА ВКО. Поначалу появились сообщения, что академию все же сохранят. Но потом, как всегда тихой сапой, стали распространять сведения о том, что «подготовка специалистов противовоздушной и ракетно-космической обороны, которая сегодня осуществляется в Твери, будет поручена другим военным вузам» (данные «Интерфакс – АВН). Затем отменили набор новых слушателей.

   Бесконтрольность, закрытость и полная защита от критики, которыми пользуются в Минобороне РФ, планируя и осуществляя свои «реформы», оборачивается для нашего государства, как мы уже видим из вышесказанного, смертельной опасностью. Можно ли тут сохранять невозмутимое спокойствие и молчать о проблеме, вместо того чтобы привлечь к ней внимание самой широкой общественности, всех наших соотечественников? Думаю, что молчать нельзя, и военные эксперты в России тоже так считают. Уже упоминавшиеся авторы «Независимого военного обозрения» доктора наук Евгений Сиротинин, Юрий Криницкий, пишут по этому поводу:
   «Необходимо подчеркнуть, что сдерживание, в том числе и ядерное, обеспечивается способностью вести боевые действия, и никак иначе. А если есть задача, то должны быть соответствующие формы и способы ее решения.
   Как показывают исследования, основной формой ведения войны будущего, между ведущими ядерными державами, следует считать стратегическую совместную операцию по завоеванию ядерного превосходства. Она будет кратковременной, без фронтов и тыла, без крупномасштабных действий сухопутных войск, без мобилизационного периода. Национальная безопасность России в этих условиях может быть обеспечена путем проведения стратегической операции по срыву завоевания ядерного превосходства. Возможность разгрома нападающего, являясь условием сдерживания, должна быть известна другой стороне, как и твердая политическая решимость использовать ее в случаях, предусмотренных Концепцией национальной безопасности.
   Операции сдерживания для различных противоборствующих сторон будут разными, так же как и силы, привлекаемые для проведения таких операций, объекты защиты и нападения, связи военных и политических структур, формы информационной борьбы, в том числе демонстрационные действия. Они будут разнородны, как и операция по завоеванию ядерного превосходства.
   В настоящее время необходимость организации ВКО страны не вызывает сомнения. Она признана на государственном уровне. Необходимость сдерживания отражена в Концепции национальной безопасности, Военной доктрине, Концепции ВКО. В 2004 году было принято решение о преобразовании Военного университета ПВО имени Маршала Советского Союза Г.К.Жукова в Военную академию ВКО. Казалось бы, процесс развития воздушно-космической обороны стронулся с мертвой точки и будет, хотя бы для начала, восстановлено в системе сдерживания то, что было разрушено за годы реформирования ВС РФ, но так необходимо.
   Однако грянуло новое реформирование армии, и в СМИ появилась информация о возможной ликвидации Военной академии ВКО. Такое решение означает – либо воздушно-космическая оборона не будет создаваться вообще, либо задачу ВКО возложат не на систему, а на разнородный, не взаимосвязанный «набор» войск, сил и средств без единого органа управления (система РКО находится в Космических войсках, а система ПВО – в ВВС).
   Между тем доказательств необходимости системы ВКО достаточно. А доказательств того, что она не нужна, просто нет. Но это не самое главное. Очень важным является учет развития средств нападения и средств защиты, а также скоротечности проведения как операции по разрушению, так и операции по сохранению наших СЯС для последующей их доставки к объектам нападающего.
   Например, загоризонтные РЛС потенциально могут обнаружить и авиационные средства нападения, и ракеты. Кому их отдать? Силам ПВО или РКО? Кто будет ставить задачи, управлять режимами работы, устанавливать очередность контроля воздушно-космического пространства? Не вызывает сомнений, что такие средства являются фактором, свидетельствующим в пользу объединения ПВО и РКО. Чем эти средства эффективнее, чем больше их значимость в организации военной безопасности, целесообразнее объединение.
   И таких факторов много. Но проводимая реформа очевидных тенденций развития вооружения не учитывает.
   Также надо учитывать, что после выхода США из Договора по противоракетной обороне 1972 года и создания американцами ПРО, элементы которой они собираются размещать в непосредственной близости от наших границ, мы переходим в эпоху новой военно-стратегической ситуации. Основной ее принцип – обеспечение выживания одной из сторон за счет развертывания воздушно-ракетной, космической обороны. К настоящему времени значительная часть сил ПВО в США уже соответствует программе ВОИ (воздушная оборонная инициатива).
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [24] 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация