А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Пекло" (страница 16)

   – Полковник Храпов, командир спецгруппы по контролю за перемещением особо опасных грузов Дорожных войск России, – представился я, также отдав воинскую честь. – Мы ведем поиск пропавшего этой ночью на территории Скважинска транспорта, перевозящего контейнер с секретным оборудованием. А сюда прибыли потому, что нам необходимо допросить майора Капустина и его ассистентку, поскольку они владеют нужной для нашего расследования информацией.
   Самое глупое, что я и Кальтер могли отмочить – это взяться наперебой разоблачать друг друга, выдав генералу наши настоящие имена и преступления, которые мы совершили. Его реакцию на это было легко вообразить: он прикажет охране всех нас разоружить и поместить под стражу для дальнейшего разбирательства. И ждать, когда оно начнется, нам придется долго – не один час или даже сутки.
   Вот почему я и Безликий предпочитали лгать, даром что правда в нашей войне являлась самым мощным оружием, способным моментально разбить любого из нас в пух и прах.
   – Что за груз вы потеряли? – насторожился Вампилов. – Его утрата угрожает городу?
   – Никак нет, – успокоил я его. – Опасность представляют лишь некоторые компоненты этого оборудования. И то лишь тогда, когда оно полностью собрано и готово к эксплуатации. Поэтому перед транспортировкой его разукомплектовали, а каждая его часть по отдельности не представляет опасности.
   – Это хорошо. – Генерал был доволен тем, что я не взваливаю на его плечи еще одну проблему. – Конкретно от меня вам что-нибудь нужно? Люди? Транспорт? Предупреждаю: в данный момент я ничем не могу вам помочь.
   – Благодарим вас, но мы уверены, что обойдемся своими силами. Только хотелось бы иметь гарантию, что ваши люди не станут препятствовать нам вести расследование.
   – А они уже каким-то образом вам препятствовали?
   – Пока нет, но мало ли.
   – Лейтенант Тальянов! Выпишите им пропуск формы сорок-дробь-шесть, – обратился Вампилов к одному из копошащихся у стола адъютантов. После чего отвернулся от нас, давая понять, что наш разговор окончен, и вновь обратил взор на Кальтера: – Я вас слушаю, майор Капустин. Докладывайте.
   – Разрешите сначала уточнить, господин генерал-майор: прежде я никогда не видел этих людей. И понятия не имею, по поводу чего они намерены меня допрашивать. Наверное, здесь какая-то ошибка, – сказал Безликий, посмотрев в нашу сторону. Недоумение в его взгляде было столь искренним, что оно обмануло бы самого Станиславского.
   – Вот как? – Вампилов нахмурился и, приняв мимоходом от очередного курьера бумажное донесение, снова повернулся к нам: – Полковник Храпов, вы это слышали? Не потрудитесь вкратце объяснить, в чем тут дело?
   – Так точно, слышал, господин генерал-майор, – отозвался я, успев перед этим отправить Крупье к Тальянову за пропуском. Пригодится нам этот документ или нет, но раз мне его выдали, лишним он не будет. – По моим сведениям, майор Капустин и лейтенант Сопаткина побывали на месте предполагаемого исчезновения нашего транспорта и подобрали одну ценную улику. Это произошло пару часов назад на глазах нескольких солдат и офицеров. Это они рассказали нам о двух специалистах по химической разведке, которые побывали там незадолго до нас.
   – Где именно это произошло, господин полковник? – поинтересовался у меня Кальтер-Капустин.
   – На автозаправочной станции, что находится на первом километре западного шоссе, – уточнил я.
   – Весьма сожалею, господин полковник, но вас ввели в заблуждение. Ни я, ни лейтенант Сопаткина никогда не были на той станции, – и глазом не моргнув соврал Безликий. – И тем более не находили там никаких улик. С самого начала катастрофы мы работали в элеваторной промзоне, на месте падения главного фрагмента космического объекта. И в штаб прибыли прямиком оттуда.
   Пока мы, сохраняя невозмутимые лица, обменивались ложью, командующий бегло прочел донесение, подозвал ближайшего адъютанта и передал бумагу ему. Никаких устных инструкций адъютант не услышал – видимо, он уже знал, что делать с полученной информацией.
   – И какие новости вы привезли мне с «точки номер один»? – снова вернулся Вампилов к теме, о которой они с Кальтером никак не могли завести разговор.
   – При всем уважении к полковнику Храпову, но его присутствие во время моего доклада будет неуместным, – провел очередной финт Безликий.
   – А вы намерены сообщить мне сведения особой секретности? – ответил вопросом на вопрос генерал.
   – Точно не знаю, но предполагаю, что да.
   – Ну что ж, в таком случае я прошу полковника Храпова и его людей удалиться из зала. И, если вас не затруднит, проследите снаружи, чтобы никто другой тоже пока сюда не входил, – Вампилов сурово посмотрел на нас, давая понять, что на самом деле его просьба является приказом. И лишь из уважения к моим погонам он выставляет нас за дверь в максимально вежливой форме.
   Любые возражения с нашей стороны были бы не только неуместны, но и подозрительны. Я молча козырнул генералу, развернулся и, указав своим людям на выход, зашагал туда первым. Последним вышел Бледный, и он же закрыл за нами массивные двустворчатые двери.
   О чем повели за ними речь настоящий генерал и фальшивый майор, мы уже не слышали. Однако уходить тоже не собирались. В малом зале было всего два выхода – этот и еще один, сбоку от сцены. Но воспользоваться запасным у Безликого не выйдет. Во-первых, эти двери располагались дальше по коридору, и мы их видели. А, во-вторых, с той стороны они были завалены креслами. Сигануть в окно «Капустин» и «Сопаткина» в принципе могли – в протезе у инвалида имелась встроенная спусковая лебедка, а решетки здесь стояли лишь на окнах первого этажа. Я не думал, что Кальтер выберет такой шумный способ бегства, но нам все же стоило подстраховаться. Поэтому я отправил Крупье вниз, чтобы он занял позицию снаружи, под окнами малого зала, и пристрелил любого, кто решит покинуть клуб не через двери.
   Ближайшие охранники стояли возле лестницы, и мы могли не таясь обсуждать вполголоса вероятную тактику Кальтера, хотя это было и бессмысленно. Он мог нашептать Вампилову на ухо много чего такого, что изменит мнение генерала о нас не в лучшую сторону. Или заставит события развиваться выгодным для Кальтера, но невыгодным для нас образом. Или – чем черт не шутит? – попытается-таки убедить генерала в том, что я – Грязный Ирод, и что именно я виновен во всех постигших Скважинск бедах…
   Короче, пока все не зашло слишком далеко, и мы не сели в лужу или во что-нибудь пострашнее, Безликого следовало уничтожить. И лучше сделать это сразу, как только он переступит порог малого зала. А после того, как мозги Кальтера разлетятся по коридору, мы снимем с его трупа пакаль и рванем отсюда во все лопатки. Разумеется, постараемся больше не стрелять, но тут уж как повезет. Когда учиняешь кровавую баню, трудно избежать разлетающихся вокруг брызг.
   Одна загвоздка: негодяй Кальтер знает, что я способен на такой отчаянный шаг. И он готов к тому, что я буду встречать его за порогом штаба, держа палец на спусковом крючке.
   Между тем любительница ворованных ценностей Шира заинтересовалась табличкой на двери соседнего кабинета. «Исторический музей ж/д станции «Скважинск» – вот что там располагалось, если, конечно, табличка не врала. Вряд ли в этом музее хранилось что-либо ценное помимо керосиновых фонарей, шпальных костылей, кирок, паровозных свистков, фуражек легендарных машинистов и пожелтевших старых фотографий. Но Крамер все же подергала дверную ручку и проверила, тщательно ли оберегаются экспонаты.
   Кабинет оказался не заперт. Это должно было окончательно убедить Ширу в том, что никакими сокровищами тут не пахнет. Тем не менее она не удержалась от соблазна и заглянула внутрь. Затем выглянула обратно, повертела головой, проверяя, не рассердила ли кого ее выходка, и, убедившись, что нет, прошмыгнула в приоткрытую дверь.
   Я хотел окликнуть ее и попросить не заниматься ерундой. Но тут в коридор забежал очередной курьер, и нам пришлось объяснять ему, что у командующего секретное совещание, и он приказал пока его не беспокоить. Впрочем, Шире и самой быстро расхотелось знакомиться с историей местной железной дороги. Не прошло и полминуты, как Крамер выскочила из кабинета… Однако что-то с ней было не так. Выглядела она очень возбужденной, и ей явно не терпелось поделиться с нами какой-то новостью.
   – Полковник! – воскликнула она, подбегая ко мне. – Пропади я пропадом, но вам надо срочно на это взглянуть!
   – На что взглянуть? На старые, ржавые железяки? – поинтересовался я, хотя интуиция подсказывала мне, что вряд ли Шира разволновалась бы из-за пустяка.
   – К черту железяки! – раздраженно отмахнулась она. – Там на стене висит картина. А на ней – каменный мост! Тот самый, который мне снился! Точно вам говорю! Я едва на ту картину взглянула, так моментально его узнала!
   – Да чтоб тебя! – выругался я, покосившись на курьера. Но тот, переминаясь с ноги на ногу, отвернулся к окну и глядел на зарево пожара, бушующего неподалеку отсюда. – Ладно, показывай свой мост. Только быстро!
   Велев Бледному и Гробику продолжать охранять штабной вход, я последовал за Крамер в музей. Она подвела меня к большой картине, на которой и впрямь был изображен каменный мост, напоминающий те арочные европейские мосты, что были сооружены еще во времена Римской империи. Этот мост был совсем короткий, в два пролета, поскольку речушка, над которой его возвели, не превосходила по ширине здешнюю Чучуйку.
   Так подумал я до того, как прочел пояснительную табличку под картиной. На самом деле она оказалась не обычным пейзажем, нарисованным каким-нибудь одаренным железнодорожником. Каждая деталь на ней имела прямое отношение к истории Скважинска и проходящей через него железной дороги. И речка на полотне являлась именно Чучуйкой, и место, на которое я сейчас глазел, существовало в действительности. И даже мост там сегодня стоял. Правда, это был совсем другой мост, большой и железный, а не тот, который снился Шире, и который она вдруг обнаружила на музейной картине.
   Было на ней еще кое-что, роднящее ее со сном Крамер. Прямо перед мостом, напротив его единственной опоры, в речной глади виднелся неглубокий провал, похожий на воронку водоворота. Вряд ли художник вписал бы в свой реалистичный пейзаж фантастическую деталь. А, значит, этот водоворот тоже существовал в действительности.
   Как любопытно!
   Держа ухо востро и слушая, что происходит в коридоре, я пробежался глазами по табличке.
   «Легендарный Мост Утопленников – историческое сооружение Поволжья, не сохранившийся до наших дней. Был построен на пересечении речки Чучуйки с Мартыновским трактом за полвека до основания Скважинска…
   Возникший после возведения моста рядом с ним, в речном дне, бездонный разлом породил редкое природное явление – большой речной водоворот. По приблизительным подсчетам, в него стало утекать около десяти-пятнадцати процентов всей речной воды…
   Также, вероятно, из-за разлома возведенный вскоре на этом месте городок назвали Скважинском. Хотя некоторые краеведы не согласны с такой версией. Они считают, что город получил свое имя из-за множества скважин, которые бурили здесь в конце девятнадцатого века ищущие нефть компании.
   Мост Утопленников получил свое название потому, что стал популярным в округе местом самоубийств. Желающие покончить с жизнью скважинцы верили, что найдут в речном водовороте быструю и легкую смерть…
   Мост Утопленников был взорван и уничтожен во время Гражданской войны. Тогда же исчез водоворот – один из обломков моста упал поверх донного разлома и перекрыл его. Однако перекрыл не полностью, и вода в том месте до сих пор продолжает утекать под землю. Во избежание несчастных случаев, ныне это место отмечено буем и огорожено…
   В конце тридцатых годов двадцатого столетия уцелевшие береговые фундаменты моста были усилены и послужили основанием для новой переправы – стального моста, перекинутого через реку при строительстве железной дороги…»
   Автор картины – скважинец Савелий Островерхов, член Союза художников СССР, лауреат таких-то премий, участник таких-то выставок и так далее…
   – Ну что, уже теплее? – осведомилась Шира, заметив, что я прочел табличку.
   – Если ты имеешь в виду проклятые пожары, то да – здесь и впрямь становится жарковато, – ответил я. – Если же ты про картину, то я все еще не вижу на ней подсказку! Все, что мы выяснили – месторасположение объекта, который тебе снился. Да, это лучше, чем ничего, но в чем тут смысл?
   – Возможно, это и есть ориентир, на который нам нужно двигаться дальше, – предположила Крамер.
   – Не исключено. Но какой из двух ориентиров? Мост Утопленников или водоворот?
   – Ну, если учесть, что первый остался в далеком прошлом, а второй вроде еще существует, хотя и не виден на поверхности реки…
   – Он существует, – подтвердил я, припомнив доходившие до нас городские слухи. – Нам тут рассказывали, что год назад под железнодорожным мостом на день ВДВ утонули сразу два десантника. Причем оба были не слишком пьяны и отлично плавали. Но их затянуло под воду с такой быстротой, что они даже закричать не успели.
   – Тогда все ясно. «Серые» хотят, чтобы мы тоже нырнули в реку, – мрачно сострила Шира. – Вот досада – а я купальник в тюрьме оставила!
   В коридоре раздался скрип открывающихся дверей. Я сей же миг забыл о картине и поспешил прочь из музея. Бледный и Гробик не стали бы стрелять в Кальтера без меня. Учинять здесь бойню или нет, предстояло решать только мне. Но я по-прежнему не был уверен, разумная ли это мысль.
   Из малого зала показался, однако, не Кальтер, а один из адъютантов. Пробежав мимо нас, он притормозил возле курьера, сообщил ему, что тот может войти, и последовал дальше, к лестнице. Надо думать, это разрешение касалось всех остальных, включая нас. И я, велев товарищам оставаться у дверей, вошел в зал следом за посыльным.
   Кальтер и Вампилов стояли возле лэптопа и рассматривали что-то на мониторе. Что именно, я не видел – он был повернут экраном не ко мне. Но, судя по характерному движению указательного пальца Кальтера, они с генералом изучали карту. Вампилов отвлекся, чтобы принять доклад посыльного, потом перенаправил его к адъютанту и снова уставился в монитор. Дочурка Безликого топталась позади папаши и помалкивала, продолжая изображать из себя прилежную стажерку.
   Оба – и командующий, и фальшивый химик – заметили мое появление и оторвались от лэптопа.
   – Извините, полковник Храпов, но, если вы все еще сомневаетесь в показаниях майора Капустина, вам придется отложить его допрос на потом, – сказал генерал. – Сначала он поможет мне решить одно дело, не терпящее отлагательств… Докладывайте, Гурьев!
   – Машина и БТР сопровождения будут у парадного входа через минуту, – сообщил вернувшийся адъютант, который до этого выбегал из зала.
   – Идемте, господа офицеры, – обратился Вампилов к своим новым помощникам, отходя от стола. После чего указал на Гурьева: – Ты – с нами! Остальные – продолжать исполнять свои обязанности! Старший в мое отсутствие – подполковник Нестеренко.
   Отдав последние распоряжения, командующий решительной походкой направился к выходу. Все, кому было поручено его сопровождать, поспешили за ним. Я отшагнул в сторону, пропуская их компанию. Кальтер даже не взглянул на меня, но, проходя мимо, сделал вид, будто поправляет притороченную к бедру кобуру. На самом деле он знал, с каким искушением я борюсь, и приготовился при первом моем резком движении выхватить свой пистолет.
   Я отметил на голове Безликого точку, куда с большой охотой всадил бы пулю, но дальше этой фантазии дело не зашло. Устраивать с Кальтером ковбойскую дуэль, да еще в таком окружении – не самый удачный способ его прикончить. Хочешь не хочешь, придется повременить с этим и последовать за ним, куда бы он ни заманивал генерала Вампилова.
   Нас они с собой, естественно, не приглашали. Поэтому мы отправились за ними, соблюдая такую дистанцию, чтобы не нервировать генерала и в то же время постоянно держать его и Безликого на виду. Пронаблюдав, как все они садятся в «уазик» и в сопровождении бронетранспортера отъезжают от клуба, мы позвали дежурившего под окнами Крупье, вернулись в «Додж» и покатили в том же направлении.
   – Кальтер блефует, – заключил Бледный. – Там, куда он везет Вампилова, ничего нет. Все, что надо Кальтеру, это сбросить нас с хвоста.
   – Вполне вероятно, – согласился я. – Как вероятно и то, что под защитой военных Безликий хочет добраться до чего-то важного. Впрочем, благодаря Крамер у нас теперь тоже есть кое-какой ориентир…
   Я вкратце рассказал Бледному, Крупье и Гробику про мост Утопленников и речной водоворот, что существовали на самом деле, а не только в снах Ширы. А Кальтер тем временем вел своих новых друзей на северо-запад – либо к колонии, либо к элеваторной промзоне. Попасть туда самым коротким путем было уже нельзя. Сначала генеральскому кортежу предстояло объехать два пожара. Один из них разразился недавно – после того, как мы миновали это место по пути к Дому культуры, – но уже охватывал большую территорию. Навстречу нам бежали испуганные люди, и мы могли лишь догадываться, сколько их знакомых, друзей и родственников не успело спастись от стремительно распространяющегося пламени.
   «Уазик» и БТР собирались объехать пожар на безопасном расстоянии, и ничто вроде бы не предвещало беды. Она обрушилась оттуда, откуда ее не ждали, и в мгновение ока сорвала генералу все планы.
   До этого мы еще не видели, каким образом огонь так быстро захватывает город. И вот нам наконец-то представился случай на это взглянуть. Из ревущей стены огня, которую огибали армейские машины, в небо взлетало множество огненных языков – от небольших до огромных, величиной с дом и больше. Оторвавшись от основного пламени, все они быстро исчезали в дыму. Но один из них почему-то не погас, а, взлетев, неожиданно начал снижаться. И светился он настолько ярко, что был отчетливо различим даже на фоне бушующего пожара.
   За миг до столкновения падающего огня с землей я обратил внимание, что он имеет очертания человеческой фигуры. Но поделиться своим открытием со спутниками я не успел. Едва огонь приземлился, ввысь взметнулся такой мощный столп пламени, что все мы невольно зажмурились, а Бледный ударил по тормозам.
   Очередной новорожденный пожар напоминал извержение вулкана. Огонь бил в небо без остановки и мгновенно охватил окрестные здания в радиусе полусотни метров. Внутри восходящего потока пламени разразились один за другим несколько взрывов – видимо, это детонировали газовые баллоны или бензобаки автомобилей. Один взрыв прогрохотал рядом с водонапорной башней, и она тут же начала заваливаться набок. И повсюду вверх взлетали горящие рекламные плакаты, тенты, полиэтиленовые пленки, тряпки, куски сорванных кровель и многое другое, что эта стихия могла поднять в воздух.
   В считаные секунды генеральский кортеж угодил между огненными Сциллой и Харибдой. Этот пока не объятый пламенем перешеек оставался достаточно широким, чтобы машины успели проскочить по нему, прежде чем он исчезнет, и два пожара сольются в один гигантский. Но тут как назло стряслось новое несчастье, которое стало для Вампилова и его сопровождающих фатальным.
   Торопясь убраться из опасной зоны, они, а вслед за ними мы, прибавили скорость. Улица, по которой мы двигались, вела в горящий район, поэтому на ближайшем перекрестке нам требовалось свернуть направо. Но мы до него не доехали. Прямо из огня нам навстречу вылетел на полной скорости горящий тягач с прицепом. Его водитель, судя по всему, был уже мертв, но нога покойника продолжала давить на педаль газа. Остановить огромный грузовик могло лишь попавшееся ему на пути препятствие. И так уж вышло, что этим препятствием пришлось стать бронетранспортеру.
   Вообще-то сначала тягач должен был врезаться в генеральский автомобиль, но его шофер вовремя рванул руль вправо и ушел от лобового столкновения. Правда, избежав одной беды, он тут же вляпался в другую. При резком съезде в кювет «уазик» потерял равновесие и перевернулся. Чего не случилось бы с устойчивым БТР, но его водитель уже не сумел за столь короткий срок увести с дороги двадцатитонную бронемашину.
   Она столкнулась с тягачом как раз в тот момент, когда «уазик», кувыркнувшись, улегся на крышу кабины. Каким бы тяжелым ни был БТР, тягач с нагруженным прицепом (в нем оказались мешки с какими-то химикатами) весил как минимум вдвое больше. Вдобавок первый уже начал поворачивать, и удар пришелся ему в левую переднюю часть корпуса. Бронетранспортер развернулся поперек дороги и тоже очутился вверх колесами. После чего внутри него что-то бабахнуло, и пламя вырвалось изо всех открытых люков.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация