А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "12 ступеней мудрости. Записи 1960—1961 гг." (страница 36)

   427. Каждую попытку темных примите как знак вашего служения Свету и служенья Владыке.
   428. (Сентябрь, 20). Говорим все о том же, его углубляя и расширяя. Углубление и расширение основ идет по мере роста и расширения сознания. И нов с Нами идущий каждый момент, ибо расширение сознания и углубление понимания восходящей спирали подобно. Качества духа остаются все те же, но беспределен их рост и рост чувств беспределен. И путь освещается пламенем сердца. Пламя любви, пламя преданности, пламя устремления и огни всех прочих качеств, неуклонно растущих, путь освещают ко Мне. Не устает в делании идущий, ибо с ним Луч. В Лучах Моих, поднимаясь, постигает он шаг за шагом, ступень за ступенью вечную правду сущего. Сияющим станет весь путь, когда растворится мираж личной Майи. Думают: отречение, отказ, лишение, – нет! Нет, не лишение и не отказ, но расширение, углубление и понимание, то есть вмещение. Потому Говорим: многое могущий вместить да вместит. Чаша вмещения увеличивается при росте мышления. Мышление – это искусство. Искусство мышления не многим известно. Это результат накопления многих жизней. В одночасье его не создать. Но если развито оно, углубление становится легким. Конечно, легкость эта весьма относительна, и сопряжена она с ритмом. О ритме мышления мало кто думал. Но утверждение его в каждодневности, словно на крыльях, несет дух к вершинам. Насильственно думать заставить себя невозможно. Обратный удар сметет результаты насилия, но ритм утвержденный преодолевает сопротивление среды, не вызывая разрушительной реакции. Когда ритм установленный прочен и нерушим и не колеблем случайностями жизни текущей, этот процесс расширения сознания и развития мышления идет очень быстро и притом совершенно естественно, без всяких вымученных усилий и надсады. Ритм и сила его еще понимаются мало. Когда ритм вошел в Общение и стал основой его, Учитель спокоен за то, что уклонений не будет, не будет скачков и не будет шатаний. Можно даже сказать, что спасение – в ритме. Ведь ритм – это тоже основа, на которой зиждется мир. На этой основе созидать можно прочно. Ритм можно внести во все отправления жизни. Наблюдения за жизнью природы учат тому, что все явления ее тоже подчинены ритму. Ритмически пульсирует атом, и сердце, и Солнце; и зиму сменяет весна, и расцветают деревья. И Солнца ритмичен восход в спирали движения в вечность. И в ритме труда плодоносность его увеличивается чрезвычайно. Ритм записей свидетельством служит их роста, умножая страницы запечатленных Пространственных Мыслей. В одночасье и их не создать. Где видите труд плодоносный, там ритм усмотрите, в основе лежащий его.
   429. Устремляясь ко Мне, как можно Мое получить и к мысли Моей приобщиться, если ум занят своим! Освобождение сознания от всего своего, что его наполняет, будет необходимейшим условием успешности контакта со Мною. Тягость самости преградою служит Общенью. Вспышки самости надо гасить, и не только в преддверии Общения, но и всегда и везде, где она поднимает, подобно змее, свою голову, чтобы ужалить. А жалит она прежде всего светоносную сущность устремленного к Учителю духа. И когда яд впущен, омрачение, следующее за этим, становится неизбежным. Вред, наносимый самому себе, велик, уже не говоря об окружающих и о пространстве. Самость и тьма – неразлучны. Самость и есть питомник, гнездо, седалище и рассадник всех злых начинаний и света гаситель. Когда это чудовище поднимает свои змеиные головы, его можно унять, обуздать и активность его пресечь в корне устремлением ярым ко Мне. Вдвоем мы управим неуемным астралом и воле его подчиним. Подняться сознанием можно поверх обступающей тьмы, но как удержаться на этом подъеме? Меня призовите, и Я Помогу.
   430. (М. А. Й.). Когда что-то мешает контакту со Мною или с Владыкой, не следует огорчаться, но следует подумать о характере пространственных токов, которые могут вторгаться и очень мешать, если они хаотичны. Неопытное сознание часто относит неудачу контакта на свой счет – это ошибка. Конечно, собственное неуравновесие тоже мешает, но наличие его установить легче, и тогда можно и огорчиться своим недомыслием. Что же свое можно променять на радость Общенья и чем своим можно его заменить? Об этом следует тоже подумать. Сколько раз говорилось о том, что перед отходом ко сну надо утвердить положение мысли, и сколько раз это указание не соблюдалось. А почему? Неужели так трудно от себя отрешиться даже в этот момент, который может служить как бы символом перехода Великих Границ. Если не сможем от себя отрешиться сейчас, то как же отрешимся тогда, когда для последнего отрыва от Земли потребуется напряжение всех сил духа? Если утвердить эту привычку при жизни и усиливать ее ритмом, то и перед вратами смерти, которой нет, дух будет готов к полному отрешению от себя и всего земного, для отрыва и от Земли. Поздно готовиться лишь накануне. Вся жизнь должна быть подготовкой. И утверждение положения мысли перед отходом ко сну очень поможет подготовить сознание и к переходу Великих Границ, ибо этот переход аналогичен.
   431. (М. А. Й.). Яркой особенностью вспышек астрала является их аритмичность.
   432. Каждый день есть ступень для подъема,
   Если дух идет вверх, и ступень нисхожденья,
   Если дух идет вниз.
   Каждый день – как ступень, утвержденная
   волей ведущей, волей духа.
   Можно кверху идти, можно книзу –
   Все зависит от выбора воли,
   Ибо путь есть путь духа и в духе лежит;
   Ибо все – только в духе, и все в человеке;
   Ибо сам человек и есть путь, и есть жизнь,
   Если следует он за Владыкой,
   являющим Истину духу.
   433. Учитель примет все знаки заботливости, внимания и признательности со стороны ученика. Не Ему нужны эти знаки, но тому, кто их уявляет. Ведь это всё ниточки связи, устремленные от сердца преданного ученика к Сердцу Учителя Света. Сердце питается этими чувствами так же, как и мозг питается мыслью. Сердце тоже нуждается в питании. Огонь сердца, как и всякий огонь, требует топлива. Этим топливом будут лучшие чувства, уявляемые как приношение незримых даров на Алтарь Великого Сердца. Связь эта, прорываемая лучшими чувствами сердца в пространстве, остается в нем и тогда, когда сброшено тело, и служит она магнитною нитью, соединяющей Учителя с учеником поверх плотных условий. Очень важно понять, поверх чего протягивается Серебряная Нить Связи. Сознание поднимается над всеми оградами повседневности и обычности, над всеми условиями преходящего, чтобы, поднявшись, увидеть и ощутить, как эта сияющая Нить, кроме которой нет ничего, соединяет Владыку с идущим за Ним. Об укреплении и усилении Серебряной Нити следует думать. Можно усилить ее, можно сделать ее прочнее стального каната, прочнее цепи железной, ибо она и в огне не горит, и не тонет в воде, и не ржавеет. Она может оборвана быть и повиснуть в пространстве, но причиной того никогда не бывает Учитель. Как же бережно надо ее охранять. Не срастить двух концов разорванной нити, как струны не срастить. Потому самое ценное, что имеем, заботливо обережем. Цветы нуждаются в поливке их каждодневно, чтобы не засохли они. Также и Нить Серебряной Связи нуждается в каждодневной заботе о ней. Не может порваться она, когда сердце пылает любовью и преданностью к Владыке. Не может погаснуть любовь, питаемая сознанием каждодневно. Чувства, устремляемые к Учителю Света, растут. А чувства по природе своей беспредельны. И предела усиления Серебряной Нити нет, ибо ведет это усиление Нити к полному слиянию сознания ученика с сознанием Учителя Света. Палория[36] – есть состояние, указующее на достижение очень высокой ступени.
   434. (М. А. Й.). Во всяких условиях жизни человек может к Нам устремляться. Пусть устремление это будет не временным и спазматическим, но постоянным. Нет ничего в жизни столь важного и значительного, что бы могло заслонить Нас и поставить временные, случайные и преходящие условия жизни превыше того, что является наинужнейшим для человека. «Ни дела, ни обстоятельства, ни характер, ни причины всякие не могут служить» препятствием устремлению к Нам. Мы готовы поддержать каждую искорку духа, каждое устремление, обращенное к Нам, и ответить на каждый зов сердца. Если о Нас позабыть, то угаснет сердечный огонь и лучшее, что есть в человеке, заглохнет в сутолоке материального мира. Ритм каждодневный даст духу силу идти по пути, и шаг его будет тверд и неуклонен. До Нас каждый может дойти, если захочет. Поможем, но приложить усилие дух должен сам. Поведем, но руку к Нам протяните. И Встретим, когда час ваш пробьет.
   435. (Сентябрь, 22). Утвердить памятование постоянное о Владыке все же возможно, хотя и потребует это немало труда и усилий. Легче всего достичь это любовью. Преданность, устремление и все прочие качества духа тоже сближают. Но любовь – путь ближайший. Когда она есть, не надо тогда заставлять думать себя о Любимом. Где Любовь, там и сердце, ибо сердце и любит. Сказано ясно – где сокровище ваше, там и сердце, и не надо тогда никаких вымученных усилий, ибо любовь не знает преград ни времени, ни пространства. Расстояние для нее – ничто. И когда она есть, не имеет значенья для духа, в каком теле и где находится он, живет ли он на земле или в Мире Надземном. Любовь можно усилить, если думать о ней постоянно. Любовь плодоносное чувство. Во имя любви к Родине бестрепетно смотрит герой смерти в лицо, готовый за нее умереть. Жертва, отказ и отречение – это для них, не знающих любви. Но для Любви – это приношение и радостная отдача. Любовь отдает и приносит Любимому лучшее, что имеет, – и это без нарочных дум и вымученных усилий. Там, где требуются годы долгих и упорных усилий в сосредоточении и упражнении, Любовь достигает естественно, просто и почти для себя незаметно, ибо огонь Любви, огонь сердца превышает все прочие чувства, превышает пламя других приношений. И преданность, и равновесие, и устремление, и торжественность без Любви – как форма без содержания: и все, кажется, есть, а главного не хватает. Размышление о чувстве Любви в непосредственной связи с Владыкой будет как бы нагнетением этого чувства. Ведь чувства можно нагнетать сознательно. И тогда мысль просто и естественно будет постоянно находиться около Того, Кого любит сердце. Мысль и забота о тех, кого любим – и это без всяких насильственных дум. Только Любовь может сказать: что еще я смогу принести Тебе сегодня, Владыка? И приносит без счета. Так наитруднейшее достигается просто Любовью. Можно подумать о том, как выполняется труд любимый и не любимый. Насколько радостен, легок и светоносен труд первый, и темен второй, омраченный. Труд радостного подвига творим быть может только в любви и любовью. Иначе – не подвиг, а нудная, тяжкая и унылая обязанность. Радостным должен быть подвиг, но он невозможен, если нет в сердце любви к Тому, Кто на подвиг Позвал. Так преуспеем любовью и ей победим и ею пройдем беспрепятственно там, где громоздятся громады препятствий.
   436. Пусть сперва неделание людям зла, а затем делание людям добра станет врожденной привычкой, то есть натурой второй, и тогда не надо уже будет утверждать рядом повторных усилий то, что стало плотью и кровью природы человека, творящего благо. При этом хорошо не забыть, что благо творить можно мыслью. С одними людьми в мир входит благословение, с другими – проклятие. Одни свет с собою несут, другие тьму. Мысль светоносная носителя ее окружает Светом незримым, нерукотворным, а мысль зла – тьмою. По светотени мыслей делятся люди на тех, кто служит тьме и кто Свету. Постоянный над мыслью контроль регулятором будет огней, в микрокосме человека творимых. Когда в сердце пылает любовь к человеку и миру – не нужен контроль, ибо мысли любви есть мысли блага.
   437. (М. А. Й.). В этом мире, где двойственно все и где все различается по светотени, совершенного нет ничего, что не имело бы в себе наряду с гармоническими частицами частиц хаотических, нарушающих совершенную и полную гармонию целого. Мыслью можно вызывать, усиливать и утверждать в любом явлении жизни те или другие частицы, то есть стороны добра или зла. Если, взяв человека, усмотреть в нем частицы добра и, вызвав их к жизни, их тем усилить, свет в человеке будет усилен, если же – наоборот, усмотреть и усилить в нем только плохое, это будет усилением тьмы, которая в нем. Так что нашею мыслью о людях можем мы в них вызывать к жизни и усиливать элементы добра или зла, тьмы или Света. Мыслью творить человека может каждый. Потому осуждение – безусловное зло, ибо творит оно тьму в человеке и усиливает все то плохое, что в нем уже есть. Осуждением даже из неплохого человека можно сделать плохого. Осуждение – зло, обсуждение – благо. Знать – не значит еще осуждать. Знать, не осуждая, будет достижением очень высокой ступени. Снять маску, увидеть обнаженную сущность под ней и все же от осуждения воздержаться – признаком служит высокого духа. Так, поднявший камень осуждения и бросивший его в другого человека, оказывается сослужителем тьмы.
   438. (М. А. Й.). Глаз добрый – это глаз, открытый на добро, это творческий глаз, свет в людях и явлениях жизни творящий, на которые он обращен. Когда потенциал мысли растет, нужна особая осмотрительность, чтобы уметь усиливать и утверждать гармонические частицы в каждом явлении жизни и уменьшать противоположные им. Это воздействие энергий человеческого микрокосма распространяется на предметы, вещи, одежду, растения, насекомых, животных, человека и на все явления жизни, акцентируя и усиливая или гармонические элементы объектов воздействия, или дисгармонические и разрушительные.
   439. (Сентябрь, 23). Если найден ближайший к Владыке подход, то углубление сближения становится возможным. При этом имеет значение сноп энергий, исходящих от устремленного к Владыке сознания. Лучи самоисходящие – так их Мы Называем. Даже Луч Мой силу имеет тогда, когда встречен своими лучами. Воздействие со стороны может временно вздернуть сознание на известную высоту, но удержать его долго не сможет. Даже при лечении требуется хотя бы искорка доверия или веры, чтобы получилось замыкание встречных токов. Отсюда формула – «веруешь ли?». Реагировать должно сердце. Потому нынче Стучимся в сердце. Ответность на вибрации, идущие сверху, является одним из условий успешного контакта с Владыкой. Эоловой арфе уподобляется устремленное к Свету сознание ученика, готовое воспринять каждую посылку сверху и ответствовать на нее. А это, в свою очередь, рождает состояние постоянной готовности. Именно постоянной, так как постоянство тоже одно из условий. Многие ярко горят, но непостоянство не дает пламени устойчивости, без которой нарушается уже ритм и постоянство Общения. Колебания эти вызывают неуверенность, неустойчивость, а затем уже и сомнение, которое разрушает Серебряную Нить Связи. Все это возможно, и все это бывает, если не цементирует чувства любовь. Думают, что можно обойтись без любви, что ее могут заменить другие качества духа, но ее подменить невозможно ничем, ибо любовь – двигатель мощный. Без нее до конца не дойти и не выдержать трудностей и не преодолеть всех испытаний.
   440. Многие духи легко и свободно восходят, если их поставить в благоприятные условия. Но принятый ученик должен научиться продвигаться вперед во всяких условиях жизни. Здоров или болен, сыт или голоден, в тепле или холоде, богат или беден, любим или ненавидим, с друзьями или одинок, молодой или старый, с Учителем Света или как бы предоставленный самому себе, в теле плотном или сбросивший тело, в мире этом и в том, и в какой бы оболочке он ни был, на каком бы плане существования – восхождение духа идет неотступно и его не может остановить уже ничто. Это требует неслыханного упорства и ясного осознания цели и космического назначения человека. Это становится возможным тогда, когда осознано, что возврата назад уже нет. Куда может вернуться дух, восходящий по лестнице жизни? Вниз? Туда, откуда взошел? Но ведь прежние условия, как и прежняя одежда, будут уже не по мерке. В них будет тесно. Не посадить льва в птичью клетку – он разломает ее, если даже и сделать ее достаточно большой. Спуститься вниз – значит оставить Владыку. Но пусто тогда станет кругом, и все, что дотоле было наполнено смыслом, вдруг всякий смысл потеряет, краски слиняют, и жить станет нечем. Потому путь – лишь вперед. Все сожжено позади. Возврата к прошлому и в прошлое нет.
   441. (М. А. Й.). Может быть, для того и даются трудные, а подчас и невозможные условия жизни, чтобы идти, несмотря ни на что. Пусть будет плохо то или это, пусть все мешает, пусть нарушают Контакт, но если все в духе, все только в духе, то кто же и что же вовне может преградить путь, лежащий внутри. Путь есть ряд последовательных состояний сознания, то есть состояний духа, воздействующих на все оболочки в смысле их утончения и осветления. Кто же и что может ему помешать в микрокосме своем утверждать этот свет негасимый? Свет этот может светить миру везде: за рабочим станком, за рабочим столом, на полях, на горах и в лесах, в одиночестве кельи, темницы, в затерянной в горных громадах пещере, во дворце и лачуге – словом, там, где находится дух в плотном теле, дух Носителя Света. Если этот Свет пронесен через жизнь в плотном теле, то останется он и потом, когда тела не будет, а будут другие тела – более тонкие облачения духа. Удержать Сокровище и будет первейшей задачей, его охраняя неустанно и ежечасно напряжением всех сил духа.
   442. (Сентябрь, 24). Перед отходом ко сну, прежде чем установить положение мысли, хорошо подумать о том, как был проведен день, явился ли он ступенью восхождения, нисхождения или застоя. Спокойно и нелицеприятно в тишине перед сном можно рассмотреть все, что произошло за день. Не самокопание, не самоковыряние и самоедство нужно, но – оценка собственных мыслей, поступков и дел. И времени много тратить на это не надо. Печать окончательного суждения накладывается на все, что сделано и помыслено за день: хорошее – с тем чтоб его утвердить, плохое – чтобы не повторилось. Это необходимо, иначе движение духа пойдет по проторенной привычками колее, и рефлекторность осилит явление постоянного бодрствования. Ритм утвердит самоконтроль над тем, что прожито за день. Вечерний контроль станет преддверием утра и дня, который наступит на смену тому, что ушел. Все это, конечно, не ново, но, будучи известным и старым, оно все же еще не утверждено и не применено в приложении к жизни. А применить надо, иначе слишком много сил тратится зря, и усилия утвердить то или иное качество желаемых и ожидаемых результатов не дают.
   443. Если понять, что путь преодоления самого себя будет продолжаться до тех пор, пока человек не станет таким совершенным, «как Отец ваш Небесный совершен есть», то бесконечность пути в Беспредельность станет совершенно очевидной. Ведь преодолевается то, чего достиг человек, тем, чего он должен еще достигнуть: старое – новым, менее совершенное – более совершенным, прошлое – будущим, прежний в себе человек – обновляемым постоянно и постоянно растущим, точнее сказать, раскрывающим свой потенциал беспредельного роста и развития. К бесконечности этой борьбы надо быть постоянно готовым и уже не удивляться и не поражаться, что конца улучшению нет. Лучшее – все, что выше, что находится на ступенях, через которые предстоит проходить, а худшее – то, что прошло и подлежит преодолению. Для кого-то оно может быть лучшим, ибо для кого-то данная ступень еще далеко впереди, но для прошедшего через нее лучшее – только в будущем, будущее ведет, будущее утверждает, будущее творит человека. Особенность и преимущество будущего в том, что пластично оно в руках воли. Потому будущее Называем ведущим магнитом. В нем все. Идущий за Мною не смотрит назад. Позади – несовершенство и ошибки прошлого, впереди – возможность бесконечного усовершенствования и роста. А потому – только вперед. При вечерней проверке прошедшего дня утверждается все, что способствует восхождению духа, и отбрасывается мешающее ему. Суждение духа сурово и беспристрастно.
   444. (М. А. Й.). Внешний облик человека не тайна, но врата, через которые можно войти в его внутренний мир, если есть умение и навык в эти моменты совершенно отрешаться от себя, своих собственных мыслей и чувств. Когда сознание становится подобным поверхности воды застывшего в покое озера, отражает оно четко и неискаженно окружающий его мир. Гладкой поверхности зеркала можно уподобить спокойное, отрешившееся от себя сознание. Волнение и думание о себе разбивает зеркало сознания на тысячи кусков, и отражение становится отрывочным, осколочным и искаженным. Тайна постижения чужой души лежит в способности отрешения от самого себя. Без этого отрешения или самоотвержения невозможно познавание человека. Не от Бессмертной Триады своей следует отрешаться, но, хотя бы на время, – от всего, что происходит в ее оболочках – физической, астральной, ментальной. Даже обычное сосредоточение есть уже известная степень самоотвержения или отрешения от себя. Даже слов собеседника не понять, если быть занятым только собою. Так качество самоотрешения или самоотверженности в своих уявлениях многообразно, и постепенны ступени его. Оно будет основою всякого познавания и особенно познавания Высшего. «Отвергнись от себя и следуй за Мною» – так Учитель сказал.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 [36] 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация