А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Призрак Оперы" (страница 16)

   Ришар и Моншармэн напряженно слушали старуху, которая, по мере того, как произносимые ею персоны становились все знатнее, все более и более вдохновлялась и наконец, как пифия у треножника, выкрикнула последнюю фразу своего пророчества:
   – 1885 – Мэг Жири – императрица!!!
   Задыхаясь от волнения, капельдинерша рухнула на стул.
   – Это письмо, – с жаром продолжала она, – было подписано «Призрак Парижской Оперы»! Хотя до меня и доходили слухи об этом призраке, но я в него в то время еще не верила. Но после этого предсказания у меня не осталось никаких сомнений.
   Действительно, при одном взгляде на взволнованную физиономию матушки Жири можно было безошибочно сказать, как на неё должны были подействовать эти два слова: «призрак и императрица»!
   Но кто же, однако, был инициатором всей этой выдумки?
   – Как! Вы его никогда не видели, и все-таки верите всему, что он говорит?
   – Да, во-первых, потому, что благодаря ему, мою Мэг сделали корифейкой. Я ему как-то сказала: для того, чтобы она в 1885 году успела сделаться императрицей, нельзя терять времени даром, сделайте ее сначала корифейкой. Он сейчас же согласился, и стоило ему только шепнуть одно слово месье Полиньи, как мое желание тут же было исполнено.
   – Значит Полиньи его все-таки видел?
   – О, нет! Он только слышал его голос. Привидение сказало ему об этом на ухо, в тот вечер, когда он сидел один в ложе № 5.
   – Вот так история! – вздохнул Моншармэн.
   – Я всегда думала, – продолжает матушка Жири, – что между призраком и месье Полиньи существуют дружеские отношения, так как Полиньи никогда ему ни в чем не отказывал.
   – Слышишь, Ришар? Полиньи ни в чем ему не отказывал.
   – Слышу, слышу, – произнес Ришар. – Полиньи в дружбе с призраком, а так как мадам Жири в свою очередь в дружбе с Полиньи, вывод ясен. Но, однако, до Полиньи мне нет никакого дела. Меня больше интересует мадам Жири. Мадам Жири, вы знаете, что лежит в этом конверте?
   – Нет.
   – Посмотрите!
   Жири смущенно заглядывает в конверт.
   – Деньги! – восклицает она.
   – Да, мадам Жири, это деньги!.. И вы это хорошо знаете.
   – Я! Что Вы, господин директор!.. Я!.. Клянусь вам!..
   – Не клянитесь напрасно! Ну, а теперь я вам скажу, зачем я вас собственно позвал… Я вас арестую!
   Грязновато-бурые перья на шляпе матушки Жири, обыкновенно напоминающие собой два вопросительных знака, сразу вытянулись в восклицательные, и вся шляпа заходила ходуном. Удивление, негодование и испуг, охватившие одновременно бедную капельдинершу, выразились в каком-то чисто балетном пируэте, благодаря которому она очутилась в двух шагах от господина директора, который поспешил отодвинуться от нее подальше.
   – Арестовать?! Меня?!..
   Ришар не смутился.
   – Да! Вас, мадам Жири! Вы – воровка!..
   – Повтори!..
   И прежде чем оба директора успели опомниться, она окатила Ришару звонкую пощечину. От этого движения находившийся у нее в руке конверт раскрылся и деньги, как гигантские бабочки, разлетались во все стороны. У обоих директоров мелькнула одна и та же мысль, и они с громким криком бросились подбирать с пола драгоценные бумажки.
   – Не подменили ли их? – спрашивал себя Моншармэн.
   – Те ли это? – волновался Ришар.
   – Слава Богу! Настоящие!
   Между тем матушка Жири не переставала осыпать их самыми разными словами, постоянно возвращаясь к одному и тому же напеву.
   – Я – воровка!.. Воровка!.. а!..
   Она задыхалась от негодования.
   И вдруг стремительно бросилась к Ришару.
   – Во всяком случае, – завизжала она, – месье Ришар должен знать лучше меня, куда девались 20 тысяч франков.
   – Я! – изумляется Ришар. – Каким образом?
   Моншармэн немедленно потребовал объяснений.
   – Что это значит? – возмутился он. – Почему вы думаете, Ришар должен знать лучше чем вы, куда девались деньги?
   Между тем Ришар, все более и более красный под пристальным взглядом Моншармэна, схватил матушку Жири за плечи и прорычал не своим голосом:
   – Почему я должен это знать? Почему, отвечайте!
   – Потому, что они у вас в кармане, – стараясь от него вырваться, выпалила старуха.
   Ришар был уничтожен, и не столько словами капельдинерши, сколько подозрительным взглядом, брошенным на него Моншармэном. Он сразу потерял присутствие духа, необходимое для того, чтобы выйти из этого неприятного положения, и как большая часть людей, на которых внезапно сваливается незаслуженное ими обвинение, он начал краснеть, бледнеть, смущаться, давая этим лишний повод к подозрению.
   Моншармэн, вовремя остановивший Ришара, который, как разъяренный зверь, готов был броситься на старуху, начал снова ее допрашивать:
   – Что вас заставляете думать, что месье Ришар положил к себе в карман эти 20 тысяч франков? – спросил он ее как-то особенно любезно.
   – Я этого не говорила, – спохватилась матушка Жири, – потому что не месье Ришар, а я сама положила ему в карман эти деньги. Тем хуже! – добавила она вполголоса: – Я не могла больше молчать. Да простит меня призрак!
   Ришар порывался что-то сказать в свое оправдание, но Моншармэн его остановил.
   – Виноват! Виноват! Позволь этой женщине высказаться до конца. Я хочу ее допросить. Вообще меня удивляет твое поведение. Мы так добивались раскрытия этой тайны, и вдруг теперь, когда от нас зависит ее узнать, ты выходишь из себя… И чего тут сердиться?.. Меня это только забавляет…
   Мадам Жири с лицом мученицы закатываете глаза к небу.
   – Вы говорите, что в конверте, который я положила в карман месье Ришара, было 20 тысяч франков, повторяю еще раз, я этого не знала… Также, впрочем, как и сам месье Ришар.
   – Ага! Вот как! – внезапно оживляясь, воскликнул Ришар. – Я, оказывается, тоже этого не знал! Вы мне клали в карман 20 тысяч франков, а я об этом и не подозревал. Благодарю вас, мадам Жири, благодарю вас!
   – Да, – ничуть не смущаясь, продолжала эта решительная особа. – Никто из нас этого не знал. Но что касается вас, то все-таки, в конце концов, вы должны были заметить!
   Если бы не присутствие Моншармэна, который взял капельдинершу под свою защиту, Ришар бы ее давно растерзал.
   – Какой же конверт вы положили в карман месье Ришара? – продолжал допрашивать Моншармэн. – Очевидно не тот, который вы получили от нас, так как его вы, на наших глазах, положили на барьер ложи № 5.
   – Виновата! Я положила в карман месье директора имени тот конверт, который я от него получила. Что касается конверта, который я оставила в ложе № 5, то он был получен мною от привидения и заранее приготовлен для подмена.
   При этих словах матушка Жири достала из рукава точно такой же конверт, с точно такою же надписью как тот, в который должны были быть вложены деньги. Директора выхватили его у нее из рук. Он был запечатан их служебною печатью. Они разорвали конверт и оттуда выпали 20 поддельных кредитных билетов, точно таких, как и в прошлый раз.
   – Как всё просто! – развел руками Ришар.
   – Как всё просто! – как-то особенно торжественно произнес Моншармэн и продолжил, не спуская глаз с матушки Жири, как будто желая ее загипнотизировать;
   – И этот конверт Вам действительно вручил призрак и действительно приказал, подменив конверт, положить деньги в карман Ришара?
   – Он самый! Конечно призрак!
   – В таком случае, сударыня, продемонстрируйте нам вашу ловкость! Вот конверт! Поступайте так, как будто мы ничего не знаем.
   – Хорошо.
   Она берет конверт с деньгами и направляется к выходу. Оба директора испуганно бросились за ней.
   – Нет! Нет! Нет! Вы нас больше не проведете. Довольно! Нам это надоело!
   – Извините, господа, – старуха остановилась. – Вы мне сказали, чтобы я поступала так, как будто вы ничего не знаете… Я в таком случае, прежде всего, вышла бы из кабинета…
   – Как же вы тогда положили бы ко мне в карман конверт? – поинтересовался Ришар, с которого Моншармэн не сводил левого глаза, в то время как его правый был устремлен на Жири.
   – Я должна его туда положить в тот момент, когда вы менее всего это ожидаете. Вам известно, что я иногда во время спектакля прихожу за кулисы, особенно в те дни, когда танцует моя дочь… Там всегда толпится много народу… на меня никто не обращает внимания… и вот, пользуясь теснотой и суматохой, я незаметно прохожу сзади вас и опускаю в карман конверт… Как видите, очень просто:
   – О! Да! Действительно всё очень просто, – сверкая глазами, повторил Ришар, – очень просто! Но я вас сейчас же уличу во лжи, старая колдунья!
   Почтенная дама гордо снесла оскорбление.
   – Каким образом? – невозмутимо спросила она.
   – А вот каким образом: я в этот вечер не выходил из зрительного зала, наблюдая за конвертом, который вы положили на барьер ложи. Я ни одной минуты не был за кулисами!
   – Совершенно верно, месье директор, поэтому я и положила конверт к вам в карман не в этот вечер, а в следующий. В тот самый вечер, когда секретарь министерства изящных искусств…
   – Да, да, да… – прервал ее Ришар. – Вы правы. Действительно, я припоминаю… Меня вызвал за кулисы секретарь министерства изящных искусств, я спустился в балетное фойе и остановился на минуту на площадке лестницы, у дверей… В этот момент я почувствовал, что меня кто-то задел, я обернулся и увидел вас… больше никого не было. Я это отлично помню!..
   – Вы не ошиблись! Как раз в этот момент я опустила конверт. Ваш карман очень удобно расположен! – И желая это доказать, матушка Жири подошла сзади Ришара и на глазах изумленного Моншармэна, с неподражаемой ловкостью, опустила конверт в один из задних карманов директора.
   – Ловко придумано! – воскликнул немного побледневший Ришар. – Ваш подземный дух оказывается весьма расчетлив. Получать деньги без всяких посредников, прямо из моего кармана, совершенно спокойно… Это прямо гениально!
   – Гениально или нет, – процедил сквозь зубы Моншармэн, – но ты забываешь одно, что из этих 20 тысяч франков, 10 тысяч принадлежали мне, а между тем мне в карман никто ничего не положил.

   Глава 16

   Последняя фраза Маншармэна, ясно доказывающая, что он подозревает в краже своего сотрудника, вызвала между ними самое бурное объяснение, окончившееся договором, в силу которого Ришар должен был исполнять все требования Моншармэна, дабы во что бы то ни стало обнаружить глумившегося над ними негодяя.
   Между тем настал антракт перед третьим действием тот самый, во время которого поведение директоров обращает на себя, по словам секретаря Реми, всеобщее внимание. Теперь, зная руководившие ими соображения, можно с уверенностью сказать, что в их поведении не было ничего удивительного. Оно само собой вытекало из двух пунктов:
   1) Ришар должен был делать то же самое, что он делал в тот вечер, когда исчезли деньги.
   2) Мошармэн не должен был терять из виду ни на одну минуту карман Ришара, куда матушка Жири должна была своевременно положить 20тысяч франков.
   В силу этих соображений, Ришар, как и в тот роковой вечер, отправился за кулисы и останавился на том самом месте, где он в прошлый раз встретился с секретарем министерства изящных искусств. Сзади, в нескольких шагах от него, встал Моншармэн.
   В надлежащий момент мимо Ришара прошла матушка Жири, опустила в его карман 20 тысяч франков и исчезла. Исчезла бесследно, так как, согласно отданному ему заранее Ришаром приказанию, Мерсье должен был запереть испуганную, растерянную капельдинершу в свой кабинет. Таким образом, она будет лишена возможности предупредить призрака. Между тем Ришар отчаянно жестикулировал, отвешивал низкие поклоны и почтительно пятился к двери, как будто перед ним действительно находился всемогущий секретарь министерства изящных искусств. Но то, что казалось бы, вполне естественным, если бы перед ним действительно стояла какая-нибудь важная особа, производило теперь, когда он раскланивался в пустое пространство, самое двусмысленное впечатление.
   И в нескольких шагах от него Моншармэн проделывал то же самое. Мало того, он не подпускал никого к Ришару ни на шаг, начиная с секретаря Реми и заканчивая Бордерийским посланником.
   Это тоже не лишено было основания, так как, во-первых, он боялся, что в случае исчезновения денег, Ришар мог обвинить в этом кого-нибудь из тех, кто с ним здоровался, а во-вторых, воспроизводя все, что с ним случилось в прошлый раз, он не должен был, как и тогда, к кому-либо прикасаться.
   Наконец, переставь кланяться, Ришар, все еще продолжая пятиться назад, вышел из фойе и направился к канцелярии. Моншармэн неотступно следовал за ним. Дойдя до полутемного коридора, отделяющего сцену от служебной половины, Ришар шепотом сказал:
   – Я ручаюсь за то, что до меня никто не дотронулся… Теперь встань здесь и наблюдай за мной издали, пока я не дойду до двери. Посмотрим, что из этого выйдет.
   Но Моншармэн был не согласен.
   – Нет, Ришар, нет! Иди вперед, я пойду сейчас же за тобой, шаг за шагом!
   – Но в таком случае никто не сможет украсть деньги!
   – Надеюсь, – спокойно отвечает Моншармэн.
   – К чему же это нас приведет?
   – Мы повторяем в точности все, что делали прошлый раз… Я тогда встретился с тобой в этом коридоре и пошел сзади тебя…
   – Верно! – вздыхает Ришар, покачивая головой.
   Несколько минуть спустя, оба директора входят в кабинет и запирают дверь на ключ, который Моншармэн кладет себе в карман.
   – В тот вечер мы также сидели здесь запершись, – говорить он, – вплоть до того момента, когда ты ушел домой.
   – Помню! И сюда никто не входил?
   – Никто!
   – В таком случае, – говорит Ришар, напрягая память, – меня, вероятно, обокрали по дороге домой…
   – Нет! – как-то особенно сухо произнес Моншармэн: – нет… это невозможно… Я сам, в своей карете, довез тебя до дому. 20 тысяч исчезли у тебя дома, это для меня теперь вполне ясно.
   – Ни в каком случае, – запротестовал Ришар; – я ручаюсь за моих людей… наконец, если бы кто-нибудь из них украл эти деньги, он бы постарался скрыться.
   Моншармэн презрительно пожимает плечами. Это окончательно выводит из себя Ришара.
   – Однако, довольно, Моншармэн! Как ты смеешь меня подозревать, и в чем?
   – В довольно неостроумной шутке!
   – С 20 тысячами франков не шутят!
   – И я того же мнения, – согласился Моншармэн и, взяв в руки газету, погрузился в чтение.
   – Что это? Ты намерен читать? – удивился Ришар.
   – Да, до тех пор, пока не настанет время отвезти тебя домой.
   – Как в прошлый раз?
   – Как в прошлый раз!
   Ришар вырвал из рук Моншармэна газету. Тот вскочил, вне себя от раздражения. Но Ришар не смутился и вызывающе глядя на него, заявил:
   – Знаешь, что мне сейчас пришло на ум? Что я должен подумать, если, как в прошлый раз, после проведенного с тобой наедине целого вечера, я по возвращению домой опять-таки в твоем обществе, обнаружу пропажу денег?
   – Что же ты можешь подумать? – вызывающе произнес Моншармэн.
   – Я могу подумать, что, так как ты ни на минуту не отходил от меня в течение всего вечера и, согласно твоему желанию, никто кроме тебя ко мне не подходил, то весьма возможно, что 20 тысяч франков из моего кармана перешли в твой!
   Моншармэн подскочил, как ужаленный.
   – Французскую булавку! – кричит он. – Дайте мне французскую булавку!
   – Что ты с нею хочешь делать?
   – Приколоть к тебе конверт! Таким образом, ты сразу почувствуешь, когда кто-нибудь потянет у тебя его из кармана… А!.. теперь ты меня подозреваешь! Ну, хорошо же, хорошо! Французскую булавку!..
   И открыв дверь в коридор, он закричал:
   – Французскую булавку! Дайте мне французскую булавку!
   Как раз в эту минуту, как нам уже известно, у двери, оказался Реми, у которого, к сожалению, не было булавки и ее подал Моншармэну конторщик.
   Получив желаемую булавку, Моншармэн опустился перед Ришарем на колени.
   – Надеюсь, – сказал он, – что деньги еще тут?
   – Не сомневаюсь!..
   – Настоящая? – спросил Моншармэн, твердо решив, что на этот раз его не проведут.
   – Посмотри! Я не хочу до них и дотрагиваться…
   Моншармэн, с сильно бьющимся сердцем, вытащил из кармана Ришара незапечатанный конверт и осмотрел лежавшие в нем кредитные билеты. Затем, убедившись в их подлинности, он опять положил конверт в карман и приколол его французской булавкой к фалдам фрака. Сделав это, он сел, не спуская глаз с злополучного кармана, на кресло и приказал Ришару неподвижно сидеть перед письменным столом.
   Еще немного терпения, Ришар! – сказал он. – Осталось всего несколько минут… Скоро наступит полночь. Мы вышли в прошлый раз, как только пробило 12 часов.
   – Я готов ждать сколько угодно!
   Часы медленно ползли. В комнате царила жуткая, таинственная тишина. Ришар попробовал пошутить.
   – Я, кажется, скоро уверую во всемогущество призрака, – сказал он. – У меня такое чувство, как будто здесь в комнате происходит что-то таинственное, неуловимое и вместе с тем страшное…
   – У меня тоже, – сознался смущенный Моншармэн.
   – Может быть, действительно, призрак существует, – уже шепотом продолжал Ришар, как будто боясь, что его кто-нибудь услышит. – Помнишь, мы слышали, как кто-то постучал по столу три раза? А что, если это в самом деле стучало привидение? И оно же доставляло конверты, говорило в ложе № 5, убило Жозефа Бюкэ и теперь крадет наши деньги… Потому что ведь, кроме нас с тобой, тут никого нет, и если деньги опять пропадут…
   В этот самый момент часы на камине стали бить полночь.
   Оба директора вздрогнули. Их охватил какой-то непреодолимый, панический страх. Холодный пот выступил на их лицах… Наконец, когда часы пробили двенадцатый раз, они встали с мест.
   – Я думаю, мы можем уходить, – сказал Моншармэн.
   – Конечно, – согласился Ришар.
   – Но прежде чем выйти отсюда, разреши мне заглянуть в твой карман.
   – Пожалуйста, даже настаиваю на этом.
   – Ну, что? – спросил через секунду Ришар.
   – Булавка на месте.
   – Очевидно. Ты сам сказал, что я сейчас же почувствую, если кто-нибудь дотронется до моего кармана.
   Вдруг Моншармэн громко вскрикнул:
   – Булавка на месте, но денег нет!
   – Что за глупые шутки?! Им теперь не время и не место!
   – Посмотри сам!
   Ришар поспешно сбросил с себя фрак и вывернул карман. Он был пуст!
   И что удивительнее всего, булавка осталась на своем месте. Ришар и Моншармэн побледнели, как полотно. Это было какое-то колдовство.
   – Призрак… – чуть слышно шепчет Моншармэн.
   Вдруг Ришар с кулаками набросился своего коллегу:
   – Кроме тебя, никто не дотрагивался до моего кармана. Отдай мне мои 20 тысяч франков! Отдай!
   – Клянусь тебе всем, что мне дорого, – почти теряя сознание, прошептал Моншармэн, – что у меня их нет.
   И услыхав, что кто-то стучит в дверь, он медленно, как во сне, поднялся с места, открыл дверь и, не слушая того, что ему говорит взволнованный Мерсье, положил ему в руку ненужную теперь французскую булавку.

   – Кристины Даэ тут случайно нет? – Первым делом спросил комиссар, войдя в кабинет дирекции.
   Моншермэн был не в силах произнести ни слова… Он был потрясен гораздо больше Ришара, так как тот все-таки мог подозревать в исчезновении денег Моншармэна, между тем, как перед ним самим возникло вдруг что-то такое непостижимое, страшное и полное тайны, перед чем содрогнулся бы каждый смертный.
   – Почему вы спрашиваете, месье комиссар, нет ли тут Кристины Даэ? – произнес, наконец, Ришар.
   – Потому, что ее необходимо найти, господа директора Парижской Оперы! – торжественно произнёс комиссар.
   – Как найти? Разве она исчезла?
   – Да. И заметьте, на сцене, во время действия.
   – На сцене? Непостижимо!
   – Вы находите? Но что, по-моему, еще удивительнее, так это то, что вы узнаете об этом происшествии от меня.
   – Действительно! – согласился Ришар, хватаясь за голову. – Это что еще за история? Только одно и остается: бежать, бежать без оглядки! – шептал он сам себе. – Итак, – сказал он как сквозь сон, – она исчезла во время представления?
   – Да, во время сцены в тюрьме, когда Маргарита взывает к ангелам. Но я сильно сомневаюсь, чтобы ее похитили ангелы.
   – А я в этом уверен.
   Все оборачиваются. Передними возник бледный, дрожащий от волнения молодой человек.
   – В чем вы уверены? – спрашивает Мифруа.
   – В том, что Кристину Даэ похитил ангел, господин комиссар, я вам даже могу сказать его имя…
   – Ага. Вот как! Виконт де Шаньи утверждает, что мадмуазель Кристину Даэ похитил ангел, очевидно, тот самый ангел Оперы?
   Рауль оглянулся по сторонам. В эту минуту, когда ему так необходимо было призвать на помощь полицию, чтобы спасти свою невесту, ему вдруг больше всего захотелось увидеть того воинственного незнакомца, который приказал ему молчать. Но его не видно. Все равно! Он будет говорить. Но только не здесь, среди всей этой любопытной толпы зевак.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация