А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "История идеи гражданского общества в англо-американской либеральной политической традиции" (страница 1)

   Сатнислав Остроумов
   История идеи гражданского общества в англо-американской либеральной политической традиции

   THE HISTORY OF IDEA OF CIVIL SOCIETY IN ANGLO-AMERICAN LIBERAL POLITICAL TRADITION: Accent Graphics Communications, 2013-128 p. [e-book]

   ©Остроумов С. В., 2013
   ©Оформление Accent Graphics Communications, 2013 г.

   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

   ©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

   Введение

   Проблема гражданского общества принадлежит к числу фундаментальных научных проблем в связи с тем, что затрагивает глубинные аспекты бытия человека в социуме, в обществе себе подобных, генезис и развитие человеческого сообщества, возможные перспективы эволюции социума и более тривиальные, но тем не менее жизненно важные для каждого поколения людей вопросы интеракции индивида и общества, общества и государства от которых зависит всё – реализация потенциала отдельных индивидов, совокупный потенциал общества и государства, который в конечном итоге детерминирует уровень развития каждой отдельной страны и человеческой расы в целом.
   Проблема гражданского общества является ключевой для решения практически всех других социальных и политических проблем, поэтому неудивительно, что она волновала лучшие умы человечества с эпохи античности до современности. Мыслители бились над вопросом как сконструировать идеальное человеческое сообщество, создающее конъюнктуру для оптимального развития каждого своего члена и вместе с тем оградить граждан от несправедливостей друг друга, соотнести свободу и ответственность? Кого наделить политической властью, какой компетенцией должно обладать правительство, каким путём его формировать, чтобы оно задумывалось не только о своих интересах, но и о благе общества. В сущности, объём полномочий органов власти детерминируется представлением о природе человека. Чем хуже она выставляется, тем более сильный контроль властных структур оправдывается.
   В эпоху античности и средневековья гражданское общество отождествлялось с государством. В древнегреческих полисах цивилизованное сообщество граждан, подчинённое правовым законам, противостоящее атакам варваров, притязаниям тиранов и контролирующее в несколько раз численно превосходящую массу рабов – это и было государство. В эпоху средних веков население – преимущественно крестьяне и земельная собственность были поделены между аристократами, которые за это проявляли лояльность к монарху. Суверен и аристократия составляли сообщество, которое одновременно являлось государством, контролирующим народные массы.
   Проблема гражданского общества стала особо актуальной в эпоху нового времени. В эпоху нового времени в связи со значительными изменениями в расстановке политических сил, структуре социума и активным развитием капиталистических отношений появилось социально-политическое противоречие. Интересы капиталистов не были адекватно учтены в аристократическом государстве, характеризующимся наличием сословных привилегий, корпораций феодальной знати, обладающих земельной собственностью и военной силой [448, Р. 95] в котором капиталист de jure находился на одной из нижних ступеней социальной лестницы. Альянс капиталистов с представителями высших слоёв аристократического общества, обладателями политической власти, коррупция, объединение в тайные общества сделали своё дело. В результате главы многих европейских государств – монархи, препятствующие инновациям оказались на политической обочине или были вообще казнены.
   Фундаментальные трансформации в Европе были обусловлены централизацией государственной власти с последующим отчуждением власти отдельных аристократических родов и гильдий единственно в пользу государства [448, Р. 10–11] по итогам революций, инспирированных масонским движением, окутавшим в Европе и Северной Америке представителей всех уровней власти, включая высших государственных функционеров [394, Р. 22, 168; 458, Р. 120].
   Члены масонских лож решили сменить форму правления в европейских государствах с монархической на республиканскую или сохранив институт монарха, существенно ограничить его власть для того, чтобы искоренить несправедливости в обществе и привести свои интересы в некоторое соответствие с запросами новой социальной силы – капиталистов [394]. Для этого стало необходимым нуллифицировать сословные привилегии, законодательно зафиксировать равенство граждан перед законом, права человека и гражданина, создать необходимую конъюнктуру для свободной экономической деятельности капиталистов. Рецепция римского права и либеральная идеология способствовали реализации данного проекта. В результате крушения Ancien regime в Европе и революции в Америке, на одной стороне оказалось правительство, а на другой – все остальные – формально равные индивиды без каких либо сословных различий, составившие (за исключением негров в США) гражданское общество, что нашло отражение в социальной и политической философии эпохи в плане концептуализации дихотомии гражданское общество – государство.
   Либерализм выступил против классической платоновской политической традиции, в рамках которой государство, защищающее граждан от внешних вторжений, гарантирующее правопорядок внутри страны, соблюдающее права граждан в соответствии с законом отождествлялось с цивилизованным или гражданским обществом. В классической традиции государство как всеобщность важнее отдельного индивида [174, Р. 1–22], государство вмешивается в дела граждан [85, С. 209, 212–213], проявляет о них заботу [85, С. 479, 556, 763], распоряжается людьми как пешками в интересах общего блага [85, С. 578, 776].[1]
   Напротив, либерализм постулирует приоритет индивида над обществом и государством. Гражданское общество атомизируется и противопоставляется государству, право государства на активное вмешательство в жизнь граждан отрицается, что обуславливается автономией индивида и уважением к его частной жизни.
   В эпоху нового и новейшего времени, сила на стороне государства, граждане разрознены, не объединены общими интересами [448, Р. 95] и ничего не могут ему противопоставить [28, С. 38]. Либеральное государство, в отличие от всех других, благородно соблюдает права и свободы граждан, признаёт плюрализм мнений, ценностей культур, инкорпорирует любой прогрессивный опыт, обеспечивает за счёт налогоплательщиков внешнюю безопасность, развитие оборонной промышленности, транспортной инфраструктуры, то есть всего того, с чем отдельные индивиды или их ассоциации не могут справиться самостоятельно или не хотят справляться в связи с тем, что это не соотносится с их личными интересами [493, Р. 620]. Либеральное государство ставит конкурентную борьбу граждан, за счёт которой происходит социальное развитие в правовые рамки и гарантирует правопорядок.[2]
   Данное исследование актуально в связи с тем, что проблема гражданского общества в англо-американской либеральной политической традиции слабо разработана в отечественной истории политической мысли, а также в связи с прокламированным российским правительством, но недостаточно реализуемым на практике курсом на демократизацию и либерализацию общества, построение в РФ правового государства и гражданского общества.
   Изучение социально – философской и политической мысли прошлого исключительно важно для правильного понимания современных политических явлений, а также для разрешения современных политических проблем. Классические трактаты часто оказываются отправными точками для уяснения современной практики. История политической мысли позволяет нам познать себя, проследить, как формировались политические ценности тех или иных народов, как эволюционировало национальное политическое мышление [56, С. 78–80].
   Степень научной разработанности проблемы гражданского общества. В соответствии с классической политической традицией koinonia politike или societas civilis появилось вместе с возникновением государства и институционализапией частной собственности. В рамках данной традиции государство отождествляется с цивилизованным или гражданским обществом. Существенный вклад в разработку проблемы на начальном этапе внесли Платон и Аристотель.
   Классическая политическая традиция была некоторым образом модифицирована, но не утратила своего влияния на протяжении всей эпохи средневековья. Отождествление общества и государства можно встретить и в трактатах мыслителей эпохи Нового времени – Дж. Локка [61; 62; 63; 323], И. Канта [46] и Ж. Ж. Руссо [403].
   Тем не менее, именно в данный исторический период Т. Гоббс ставит проблему прото-капиталистического societas civilis, в его концепции прослеживаются зачатки дихотомической модели «государство – гражданское общество», противопоставление правительства и общества [270]. Некоторый вклад в разработку рассматриваемой проблемы внёс также А. Фергюсон, считавший гражданское общество социально желаемой альтернативой, как естественному состоянию человека, так и индивидуализму зарождающегося капитализма [205].
   Дихотомическая модель оформилась в концепциях классических английских либералов – А. Смита [421], Дж. Бентама [137–141], Дж. Ст. Милля [347], а также в трудах американского идеолога британского происхождения Т. Пэйна [364] и основателей США – Дж. Мэдисона [334–336] и Т. Джефферсона [см. 289–291], обретя завершённый характер в теориях Г.В.Ф. Гегеля [17] и К. Маркса [65–67].
   Значительный вклад в разработку проблемы societe civile внёс А. де Токвиль, также дифференцировавший политическое и гражданское общество, последнее в его концепции представлялось в виде внегосударственной сферы социума, состоящей из множества добровольных ассоциаций граждан [448; 449].
   В дальнейшем Т. Грин разработал органическую теорию общества, соотносящуюся с идеалистической концепцией государства, в рамках которых благо целого (государства) строится из благосостояния его частей (индивидов), а задачей правительства является обеспечение гармоничного взаимодействия личности и государства [237]. Новые либералы – Т. Грин, Дж. Хобсон [351; 277–279], Л. Хобхаус [275; 276] и Дж. Дьюи [186–191] выступили за редистрибуцию в гражданском обществе финансовых ресурсов путём создания налоговых и законодательных барьеров монополистам и магнатам и распределения полученных средств среди наиболее обездоленных слоёв населения в государстве всеобщего благоденствия (welfare state).
   В середине XX века западным исследователям удалось преодолеть дихотомическую модель «государство – гражданское общество» и ей на смену пришла в 60-70-е гг. XX столетия модель взаимосвязи этих сфер, в рамках которой гражданское общество рассматривается как арена отношений между ними, призванная выполнять роль буфера, медиатора.
   В 1950-60-х годах интерес к проблемам гражданской культуры и гражданского общества был обусловлен стремлением Запада создать идейный базис противодействия тоталитаризму. В данный период появилась широко известная работа Г. Алмонда и С. Верба, в которой подчёркивалась важность политической и гражданской культуры для оптимального функционирования свободного общества [124].
   Англо – американские либералы Ф. Хайек, К. Поппер, И. Берлин подчёркивавшие важность индивидуальной свободы, составили интеллектуальную «тяжёлую артиллерию», направленную против авторитарного режима СССР, и приложили значительные усилия для дискредитации теоретического базиса марксизма – ленинизма. В концепциях вышеупомянутых теоретиков либерализма доминирует процедурный подход к демократии.
   Ф. Хайек разработал концепцию «спонтанного порядка», в рамках которой общество самоорганизуется при минимальном участии государства в рамках права и чистой рыночной экономики [258–260]. Широкую известность приобрела концепция «открытого общества» К. Поппера [373], некоторый вклад в разработку рассматриваемой проблемы также внесла концепция плюрализма ценностей И. Берлина, считавшего, что плюрализм человечен в связи с тем, что проявляет уважение к личному выбору и предпочтениям граждан и их объединений и позволяет им жить так, как они хотят, следовать любым традициям, исповедовать любую религию, этические и философские взгляды в рамках действующего законодательства [4; 147].
   Дискуссионными остаются многие положения деонтологической либертарной концепции справедливого общества X. Штайнера в которой собственность умерших граждан не переходит по наследству, а поступает в общественный фонд, на который каждый гражданин имеет равное право [428].
   Настоящий ажиотаж в англо – американском академическом сообществе вызвала деонтологическая теория справедливости Дж. Ролза и его концепция «хорошо – организованного общества», следующего двум принципам справедливости, разработанным на основе учения И. Канта [380]. Весьма плодотворной является ролсианская дифференциация политической, ассоциативной, личной и семейной сфер общества [383, Р. 137], а также концепция политического либерализма, направленная на поддержание стабильности общества в условиях плюрализма [383].
   На современном этапе интерес к проблеме гражданского общества обусловлен неудовлетворённостью правительств и граждан социокультурными последствиями модернизации. В постиндустриальную эру, эпоху глобализации ни централизованное государство, ни чистая рыночная экономика не в состоянии предоставить адекватные ответы на насущные вопросы, возможно, поэтому страны Запада стали возлагать большие надежды на гражданское общество.
   В политическом плане идея гражданского общества была успешно использована восточноевропейскими странами в борьбе с советским авторитаризмом, что спровоцировало неимоверный всплеск академической активности в США и Великобритании. В период с 1980 по 2004 гг. были опубликованы сотни работ по данной тематике.
   Общетеоретические аспекты проблемы гражданского общества, категориальные дефиниции данного понятия, соотношение гражданского общества и государства, гражданского общества и демократии, вопросы членства в societas civilis, проблемы гражданского возрождения получили должное отражение в работах таких исследователей как Э. Геллнер [224], Дж. Кохэн и А. Арато [173], Н. Чандхок [162], П. Хёст [269], Дж. Кин [300; 301], А. ван Руй [452], Б. О. Коннел [356], Н. Дикин [184], К. Томсон [447], Л. Кахун [160], Г. Бэйкер [130], М. Эдвардс [198], а также в сборниках под редакцией Дж. Кина [165], Р. Файна и С. Рай [168], Р. Фуллинвайдера [167], Н. Роземблюм и Р. Поста [164] и других.
   Аналитический обзор различных зарубежных подходов к проблеме гражданского общества можно найти в монографиях Дж. Кина [301] и А. ван Руя [452].
   Э. Геллнер полагает, что гражданское общество должно не только уравновешивать государство, но и создавать противовес так называемой «тирании кузенов» [225]. Пропоненты концепции «социального капитала» Р. Пэтнем, Дж. Колман, Ф. Фукуяма, А. Нортон [377; 176; 218; 354] полагают, что его составляют сети единения индивидов на базе доверия, сотрудничества и участия. Эти сети – важнейший компонент гражданского общества. В трактовке Р. Пэтнема, такое представление о социальном капитале продуктивно в силу того, что способствует совместной работе граждан, направленной на решение социальных проблем. Более того, кумулятивное действие социального капитала может быть использовано правительствами для «улучшения эффективности функционирования общества путём облегчения координированных действий» [377, Р. 167].
   Апологетами ценностного подхода к проблеме гражданского общества являются А. Селигман [415] и 3. Pay [444] считающие ценностный консенсус граждан непременным условием существования общества. Немало сторонников у теории «коммуникативного действия» Ю. Хабермаса [108], но всё же в современной зарубежной историографии превалирует подход к гражданскому обществу как промежуточной, пограничной, медиаторной сфере, локализованной между частной и публичной сферами общества, семьёй государством и экономикой.
   К пропонентам данного подхода можно отнести таких авторов как А. Кроисан, X. Лауф и В. Меркел, П. Тьерри, Г. Уайт, И. Шапиро, Б. Барбер, А. Соломон и X. Анхейер, А. ван Руй, Н. Роуз [181; 445; 460; 111; 133; 230; 452; 398], но всё же наиболее значительный вклад в разработку данного подхода внесли Дж. Кохэн и А. Арато [173]. А. Арато разработал пятичастную модель социума, он дифференцирует экономическое общество, экономические ассоциации, политическое общество, гражданское общество, гражданские ассоциации и движения [1].
   В зарубежной историографии можно обнаружить и негативистские трактовки понятия «гражданское общество». М. Боббио оно представлялось пространством, в котором возникают социальные, экономические, идеологические и религиозные конфликты [150].
   Истории идеи гражданского общества посвящена монография Дж. Эренберга [199], а также сборники под редакцией Дж. Холла [170], Ф. Трентмана [365], С. Кавиража и С. Хилнани [169]. Образы гражданского общества в классическом либерализме отражены в работе С. Роули [171].
   Англо – американские диссертационные исследования по проблематике гражданского общества характеризуются многоплановостью. Их авторы исследовали фундаментальные вопросы теории гражданского общества, использовали богатый эмпирический материал и сформулировали продуктивные выводы касательно роли гражданского общества в его отношениях с государственными структурами и перспектив его развития, подняв вопрос о возможности формирования глобального гражданского общества.
   В своей докторской диссертации Г. Полок исследовал проблемы взаимодействия гражданского общества и государства на общетеоретическом уровне [371]. Г. Бэйкер рассмотрев различные аспекты концепции гражданского общества и теории демократизации, применил компаративный подход для сравнительного анализа гражданских обществ на межрегиональном уровне [129].
   Целью данной работы является исследование эволюции идеи гражданского общества в рамках англо – американской либеральной политической традиции, поэтому автор считает уместным проанализировать литературу, посвященную проблемам англо – американского либерализма и либеральной теории.
   Фундаментальные проблемы теории либерализма разрабатывал Б. Кроче, считавший его метатеорией, превосходящей формальную теорию политики и вбирающей в себя любой прогрессивный опыт [51; 52]. В англо – американской историографии историю западного либерализма исследовали Г. Ружейро [404][3], Г. Ласки [317], У. Ортон [361], Дж. Шапиро [411], С. Зейдман [413], А. Арбластер [126], Т. Хэлидэй и Л. Карпик [318].
   Г. Ружейро разработал проблемы теории либерализма, сформулировал его категориальное определение, рассмотрел исторические формы европейского либерализма – английский, французский, немецкий, итальянский, раскрыл соотношение либерализма и демократии, либерализма и социализма, церкви и государства и пришёл к выводу о кризисе либерализма [404]. Работа Г. Ласки посвящена эпохе восхождения европейского либерализма, она строится следующим образом: предыстория, XVII век, эпоха Просвещения, XIX век – время либерального триумфа [317, Р. 237]. Г. Ласки, как и У. Ортон считает либерализм выдающейся западной доктриной [365; 418], напротив А. Арбластер под влиянием учения К. Маркса и Г. Лукача полагает, что изначально либерализм был прогрессивной идеологией, но с 1848 г. наступила политическая реакция, либерализм продемонстрировал, что он является защитником интересов капиталистов, а не рабочих [126].
   Проблемы истории британского либерализма разрабатывал широкий спектр англо – американских учёных. Ф. Уоклер проанализировал учения А. Смита, Т. Мальтуса, Дж. Бентама, Г. Спенсера [453]. Работа К. Роббинс посвящена истории британского либерализма периода 1660–1780 гг. [393]. Предметом исследования Д. Крегиера выступила британская либеральная традиция до 1868 года [179]. Ю. Мехта рассмотрел перипетии развития английского либерализма XIX века [344]. М. Бэнтли исследовал британскую либеральную традицию периода 1868–1918 гг. [144], а М. Фриден – 1914–1939 гг. [213].
   Следует выделить работы по истории британского либерализма, хронологически охватывающие значительные временные периоды. Хронологические рамки фундаментального исследования А. Сайкса – 1776–1988 гг. [434]. А. Балок и М. Шок исследовали английскую либеральную традицию от Ч. Дж. Фокса до Дж. М. Кейнса [441], а Р. Дженкинс – от Гладстона до У. Черчилля [293].
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация