А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Прохоровка без грифа секретности" (страница 49)

   Если же за основу взять безвозвратные потери по данным Томзова (263), то общие потери войск Манштейна с учетом принятого Хейнрици отношения составят в среднем 1547 танков и штурмовых орудий (с учетом САУ – 1570). То есть в ходе операции «Цитадель» почти каждый танк (штурмовое орудие) противника был поврежден не менее одного раза. Такой вывод только на первый взгляд кажется слишком смелым (или натянутым – кому как нравится).
   В 1995–1997 годах Научно-исследовательский центр армии США, изучив как немецкие, так и советские архивные документы по Курской битве, в 1998 году опубликовал итоги своего исследования, которые и на сегодняшний день представляют интерес для историков. Особенно хорошо американцы разобрались с потерями немцев в бронетехнике, так как в распоряжении центра были трофейные документы вермахта и полевых войск СС. К сожалению, автор располагает лишь отдельными фрагментами этого труда. Американцы, например, высчитали общий процент повреждений танков «тигр» в тд «Мертвая голова» в ходе операции – 190,9 %. Это значит, что даже эти тяжелые танки многократно (в среднем каждый – минимум дважды) подбивались танками и артиллерией русских и после ремонта снова шли в бой. Действительно, к исходу 13 июля имевшиеся в этой дивизии 10 танков «тигр» были выведены из строя.
   До сих пор не утихают споры о том, сколько же немцы потеряли танков в бою под Прохоровкой 12 июля и сколько из них было уничтожено. По данным, основанным на ежедневных сводках, в течение 12 июля корпус потерял уничтоженными и подбитыми 130 танков и 23 штурмовых орудия, всего 153. Соединения группы армий «Юг» в этот день потеряли 55 танков и 3 штурмовых орудия, которые не подлежали восстановлению44.
   Обратимся еще к одному источнику. Немецкий историк Й. Энгельманн утверждает: во 2-м тк СС на 13 июля в строю оставались 131 танк и штурмовое орудие, в 48-м – 199, в 3-м тк на 15 июля – 6945. Убыль по корпусу СС по сравнению с 11 июля (294) – 163 танка и штурмовых орудия, то есть даже на 10 единиц больше. Между тем по сводкам соединений к 19.35 (21.35) 13 июля во 2-м тк СС в строю уже насчитывался 251 танк и штурмовое орудие46. За счет чего могла возникнуть разница с данными Энгельманна в 120 единиц? На этот счет в архиве есть документ: «В ночь с 12 на 13 июля в корпусе было 122 танка и штурмовых орудия, восстановление которых ожидалось в ближайшие 4 дня»47. Видимо, убыль в танках была частично компенсирована путем устранения незначительных повреждений, полученных как в бою 12 июля, так и за счет восстановленных боевых машин из числа подбитых ранее.
   Хейнрици дает несколько другие данные о количестве боеспособной бронетехники – на 13 июля во 2-м тк СС в строю осталось 157 танков и штурмовых орудий и 11 трофейных Т-34. В таком случае число боеспособных танков и штурмовых орудий в корпусе СС уменьшилось на 126 единиц48. Но при этом количество танков в тд «ДР» не только не уменьшилось, но даже увеличилось на 15. Увеличилось на 10 штук и число штурмовых орудий в тд «ЛАГ». С учетом этого обстоятельства убыль в бронетехнике также будет примерно на уровне 150 единиц.
   Неопределенность с величиной ремонтного фонда затрудняет определение потерь за определенный период и тем более за один день. Приведем один из немногих случаев, когда противнику не удалось быстро восполнить потери, и это было зафиксировано в документах. Из тд «МГ» на 18.35 12 июля доложили о наличии в строю 100 танков, в том числе 10 «тигров» (накануне в строю их было 11). Получается, что дивизия, наткнувшись на мощный артиллерийский заслон и не выполнив поставленную задачу – овладеть дорогой Карташевка – Прохоровка, за день боя потеряла всего один танк (между тем на утро 13 июля 4 танка «тигр» числились в ремонте). Но, согласно вечерней сводке, на следующий день в строю было только 54 боеспособных танка и ни одного «тигра»49. Так не бывает: в ходе атаки дивизия потеряла один танк, а в обороне, отражая атаки русских 13 июля, – 46.
   Кстати, если читатель помнит, согласно сводке, наши войска 12 июля на плацдарме подбили и уничтожили 44 танка противника. Видимо, в донесение «МГ» не вошли потери за прошедший день, так как бои продолжались до позднего вечера, и вряд ли штаб дивизии успел собрать данные. А в связи с выходом из строя мостов, в том числе 60-тонного для тяжелой бронетехники, немцы не смогли своевременно эвакуировать поврежденные танки с плацдарма и в то же время переправить туда уже отремонтированные.
   Согласно архивным данным, 2-й тк СС не потерял 12 июля ни одного «тигра» – они прошли по документам, как находящиеся в краткосрочном и долгосрочном ремонте. Трудно поверить, что остальные вышедшие из строя 37 танков дивизии (в том числе 22 Т-Ш, 13 T-IV и 2 командирских) отделались лишь повреждениями. Если тд «МГ» за сутки боя в основном с пехотой и артиллерией 5-й гв. армии в излучине реки потеряла 47 танков, то и другие две дивизии 2 тк СС в бою с тремя танковыми корпусами потеряли не меньше.
   Сошлемся еще на один немецкий источник. Генерал-майор бундесвера Дитер Бранд, ссылаясь на Фризера, утверждает, что в результате боя 12 июля только в танковых дивизиях «АГ» и «ДР» было подбито (получили повреждения) 108 танков и штурмовых орудий, из них отправлено в долгосрочный ремонт – 41, в краткосрочный – 67 50.
   Таким образом, общие потери корпуса СС подбитыми и уничтоженными танками и штурмовыми орудиями в количестве 153 штук (52 % от имевшихся на 11 июля) вовсе не кажутся преувеличенными. При отражении разрозненных и недостаточно организованных наших контратак 8 июля две дивизии корпуса СС потеряли не менее 42 танков. В контрударе 12 июля наши танки применялись массированно при сильной, как отмечали немцы, поддержке артиллерии. Сюда надо добавить потери 3-го тк – не менее 50 подбитых и уничтоженных танков и САУ. Тогда общие потери двух танковых корпусов в боях 12 июля составят не менее 200 танков и САУ, а безвозвратные – 40. Наша разведка отметила, что немцы эвакуировали с поля боя в ночь с 13 на 14 июля около 200 танков. Наверное, они не только советские танки вытаскивали с поля боя?
   По мнению генерала Ф. Меллентина: «К исходу 14 июля стало совершенно очевидно, что немецкое наступление провалилось. <…> Потери в личном составе были не так уж велики, зато потери в танках были потрясающими. <…> Из всех «пантер», принимавших участие в боях, к 14 июля осталось только несколько машин». И далее: «Не лучше обстояло дело и в танковом корпусе СС»51.
   К.-Г. Фризер, ссылаясь на документы 2-го тк СС, в 1993 году заявил, что 12 июля «безвозвратные потери, как это однозначно следует из документов, составили не более 5 танков». При этом 43 танка и 12 штурмовых орудий были отправлены в ремонт на длительное время52. Через 10 лет он уже утверждал, что корпус СС 12 июля вообще потерял только 3 танка, при этом повреждено было всего 38 танков и 12 штурмовых орудий.
   А.С. Томзов лично ознакомился с папкой архива RH 10/64, Blatt 48, на которую ссылался Фризер, и убедился, что в ней нет конкретных данных о потерях 2-го тк СС за 12 июля. Там приводятся только сведения об изменении ремфонда дивизии «ЛАГ» на 24.00 11 и 13 июля (и только фрагментарно за 12 июля). Согласно им, за два дня боев в безвозвратные потери в дивизии были списаны два танка Pz.IV, 16 танков отправлены в краткосрочный ремонт и еще 4 – в долгосрочный53. И это без учета танков, которые были отремонтированы в ночь с 12 на 13 июля, введены в бой и снова подбиты.
   Собственно, это подтверждается и в статье Д. Бранда, цифра 3 относится только к тд «АГ», которая безвозвратно потеряла один T-VI «тигр» и два T-IV из танковой роты Риббентропа54. Фризер не учитывает, что безвозвратные потери в ходе боев зачастую оформляли задним числом. Данных по потерям двух других дивизий в папке нет. А как быть с тд «МГ», в которой из строя выбыло минимум 47 танков? Или нет безвозвратных потерь только потому, что все танки (даже подбитые советские) удалось вытащить с плацдарма?
   Этот пример показывает, что подсчитать немецкие потери в бронетехнике с точностью до единицы практически нереально.
   Следует учитывать, что Германия испытывала значительные трудности в производстве высокопрочной броневой стали. Это и ограниченность собственной сырьевой базы, и недостаточные возможности по получению необходимого сырья, особенно легирующих добавок, в частности молибдена, из нейтральных стран. Поэтому противник в любом случае стремился эвакуировать с поля боя всю бронетехнику, в том числе и ту, что годилась только для переплавки. Нельзя исключить, что при этом некоторые немецкие командиры пользовались возможностью уменьшить безвозвратные потери своих частей и соединений с молчаливого одобрения старших начальников. Невосстановленный и позже списанный танк все равно прошел уже по графе ремонта. Они могли это делать из соображений как собственного престижа, так и престижа элитного корпуса СС – в угоду чиновникам из фронтовых рот пропаганды Геббельса. Гитлеровскому руководству страны и вооруженных сил по мере того, как надежды на успех операции «Цитадель» таяли с каждым днем, тем более не хотелось признавать большие потери в танках.
   Воюющие стороны использовали любую возможность для пропаганды своих успехов на фронтах. Дело доходило до прямой полемики в средствах информации. Это можно проследить по сводкам советского Совинформбюро. А уж Геббельс тем более не упустил возможность подчеркнуть превосходство немецкого вооружения и техники в борьбе с большевиками. Поэтому в вопросе о потерях новейших немецких танков нельзя сбрасывать со счетов пропагандистский аспект сражения.
   Интересное совпадение: согласно донесениям, каждая из трех эсэсовских дивизий, как и тд «ВГ», к 17 июля потеряла по одному танку «тигр» – не больше и не меньше! Установили «лимит»? Между тем по данным, требующим проверки, тд «ЛАГ» потеряла два «тигра»: один – 6-го и второй – 12 июля. Известно, что Гитлер особенно интересовался вопросами боевого применения новейших танков в операции и лично разбирал один из случаев утраты танков «тигр», строго наказав виновных.
   Из приведенных расчетов и рассуждений можно сделать вывод: в действительности безвозвратные потери противника до вывода из боя его главных сил были значительно больше, нежели указанные в донесениях.
   На этом можно было бы поставить точку, как это делают авторы многих публикаций о Курской битве, в том числе и серьезных. Они, как правило, избегают попыток сравнивать потери сторон в живой силе и технике, не хотят определить цену нашей победы в сражении. О причинах этой скромности догадаться нетрудно.
   По нашему мнению, стоит попытаться хотя бы в первом приближении сопоставить потери наших войск с потерями вермахта. Иначе зачем мы забивали голову читателю цифрами и выкладками. Но для этого придется несколько вернуться назад. Редакция новой энциклопедии, чтобы сгладить шок от огромных и трагических потерь 5-й гв. танковой армии, определила потери противника за 12 июля в 360 танков и штурмовых орудий, включив сюда и потери соединений 48-го тк противника, которые в боях на прохоровском направлении не участвовали. Тем самым они несколько подправили число 400, указанное советскими историками, которые, как известно, никогда не жалели «супостатов». Между тем в уже упоминавшейся оперсводке № 200 штаба Воронежского фронта от 13 июля было отмечено:
   «В боях за 12.7.43 г. противник понес следующие потери: убито и ранено до 5000 солдат и офицеров; уничтожено и подбито 225 танков и самоходных орудий, из них: 85 штурмовыми действиями ВВС (выделено мною. – Л.Л.)', уничтожено 286 автомашин и 74 орудия; сбито в воздушных боях 28 самолетов; взорвано два склада с боеприпасами»55.
   85 танков – это, разумеется, по докладам экипажей:
   По нашим расчетам, в ходе боев при отражении фронтового контрудара 12 июля немцы потеряли порядка 200 танков, штурмовых орудий и САУ, из них безвозвратно – 40. Наши потери, соответственно, – 500 и 240.
   Таким образом, общие потери 5-й гв. танковой армии в бронетехнике в бою под Прохоровкой 12 июля оказались в
   2,5 раза больше потерь противника. При этом безвозвратные потери сторон в танках и САУ в этот день соотносятся как 6:1 также не в нашу пользу.
   Такова цена самоубийственной атаки на неподавленную оборону противника, насыщенную противотанковыми средствами и усиленную танками и штурмовыми орудиями. Результаты сопоставления потерь абсолютно не соответствуют широко распространенным представлениям о разгроме противника под Прохоровкой в ходе «знаменитого» танкового сражения. Но цифры – упрямая вещь, никуда от них не деться.
   Определить общие потери войск сторон в бронетехнике в ходе семидневного Прохоровского сражения, пространственные и временные рамки которого достаточно условны, – задача, трудно разрешимая (например, как отсечь потери соединений 2-го тк СС, понесенные до 10 июля?). Определить потери 3-го тк, который вступил в Прохоровское сражение 12 июля с захватом с. Ржавец, еще труднее, чем по корпусу СС: в нашем распоряжении имеются лишь отрывочные сведения.
   По безвозвратным потерям есть более или менее ясные данные: наши войска потеряли в пять раз больше танков и САУ (не менее 350), чем противник (70).

   В качестве информации к размышлению приведем данные о потерях Воронежского фронта в живой силе, в вооружении и боевой технике по различным источникам, в том числе приведенные в докладе командующего фронтом И.В. Сталину и в тот же день – 24 июля 1943 года уточненные начальником штаба фронта в докладе начальнику Генштаба56:

   Таблица 11
   Потери войск Воронежского фронта в живой силе, вооружении и боевой технике в период с 5 по 22.07.43 г. по различным данным


   Источники: ЦАМО РФ. Ф. 236. Оп. 2673. Д. 6. Л. 48–51; ЦАМО РФ. Ф. 203. Оп. 2843. Д. 301. Л. 204; Гриф секретности снят. 1993. С. 188, 370; Манштейн. Указ. соч. С. 515, 516.
   Примечание: в скобках – в процентах от наличия в боевом составе на 1.07.1943 г.

   По официальным данным получается, что три фронта потеряли танков и САУ почти столько же, сколько один Воронежский фронт по докладам его руководства! Между тем, согласно справке о потерях от 23 июля штаба БТ и MB Красной Армии, Воронежский фронт с 5 по 20 июля потерял 1254 танка из имевшихся у него 2924 (последняя цифра учитывает все вновь прибывшие в его состав танковые части). В другом документе речь идет о 1223 потерянных танках, но уже с 5 по 13 июля (оказывается, за последующую неделю фронт потерял 31 танк, что не соответствует данным по 5-й гв. ТА). Наконец, известно, что заместитель начальника штаба БТ и MB полковник Заев Д.И. 17 июля докладывал, что Воронежский фронт с 5 по 15 июля потерял 890 танков (видимо, речь идет о танках и САУ)57. Это же число назвал в своем докладе на конференции в Ингольштадте в сентябре 1993 года и представитель советских историков (руководитель архивного и военно-мемориального центра Генштаба), оценив потери ГА «Юг» (по данным ЦАМО) в 2644 танка и 35 САУ и потери Центрального фронта с 5 по 15 июля, соответственно, – 651 танк и САУ против 928 (32) ГА «Центр»58. О реакции немецких участников конференции по поводу названных потерь войск Манштейна и Моделя в бронетехнике можно только догадываться… Но как же согласовать цифры наших собственных потерь?
   Указанные выше потери Воронежского фронта в бронетехнике, видимо, не учитывают потери 5-й гв. ТА под предлогом, что она относится к Степному фронту. А представитель советской стороны «забыл» напомнить о нем в своем докладе немцам, хотя, по официальным данным, этот фронт участвовал в операции с 9 июля. Суммируя названные им цифры и потери армии Ротмистрова (334 танка и САУ), получим примерно числа, указанные в справке штаба БТ и MB, – 1224 или 1254. С учетом последнего числа потери трех фронтов в бронетехнике к 20 июля могли составить порядка 1900 танков и САУ. Ориентируясь на цифры, названные руководством Воронежского фронта, потери трех фронтов в ходе курской оборонительной операции (5—23 июля) составят не менее 2000 танков и САУ. В этом случае соотношение по безвозвратным потерям сторон в бронетехнике составит порядка 5:1 не в нашу пользу.
   5-я гв. ТА в боях с 12 по 24 июля потеряла 439 танков и САУ, 87 орудий разного калибра, 25 минометов (120-мм – 14), 2 установки PC М-13, 280 автомашин59. Если ориентироваться на усредненную цифру потерь Воронежского фронта (1500 танков и САУ) и уточненные данные по потерям противника (290), то соотношение по потерям сторон на южном фасе Курского выступа также составит примерно 5:1 в пользу противника.
   Реальные потери в самолетах также выше официальных цифр. По данным исследования, основанным на тщательном анализе советских и немецких архивных документов, безвозвратные потери авиации в период с 5 по 18 июля составляют: 2-й ВА – 371 самолет, 17-й ВА – не менее 200 самолетов, всего в боях на южном фасе Курского выступа – 571 (опять больше, чем три фронта, по данным Кривошеева).
   Безвозвратные потери 8-го авиакорпуса противника за это время составили примерно 190 самолетов. К этому надо добавить 90 самолетов, которые, по классификации немцев, составили «небоевые потери при боевых действиях», всего 280. До 200 машин противника получили серьезные повреждения. Таким образом, безвозвратные потери авиации на южном фасе Курского выступа соотносятся как 2:1 не в пользу советских ВВС. По мнению авторов исследования, это «отражало средний уровень мастерства и боевого опыта [экипажей], а также живучесть участвовавших в сражении самолетов». А всего советские ВВС с учетом 16-й ВА ЦФ, авиации ДД и ПВО в операции потеряли свыше 1000 самолетов60.
   Подобные сомнения существуют и по потерям в других видах вооружения и боевой техники. Нестыковку данных по ним могут объяснить только авторы книги «Гриф секретности снят». Возможно, они исключили из потерь оружие, собранное после освобождения захваченной врагом территории. По крайней мере, в степях под Сталинградом после завершения боев собрали очень много брошенного оружия и техники.
   Трудно объяснить и слишком большую разницу в цифрах потерь в докладах командования фронта. Оснований для обвинения Ватутина Н.Ф. и Иванова С.П. в самоедстве у нас нет. Для них, как и для любого другого военачальника, характерно стремление к занижению своих потерь. И данные, вероятнее всего, готовились исходя из следующих соображений: в Ставку – поменьше (под обычным предлогом, что цифры еще нуждаются в уточнении), Генштабу – поточнее (там ведут строгий и детальный учет, да и выпросить на восполнение потерь можно будет побольше).
   Видимо, и в последующем командование фронта допускало вольное обращение с цифрами и фактами. Подобные вещи Сталин не терпел. Приказом Ставки от 11.11.1943 г. Н.Ф. Ватутин был предупрежден, что в случае повторения попыток представления Генеральному штабу неточных сведений он будет привлечен к строжайшей ответственности. Начальник штаба фронта С.П. Иванов этим же приказом был снят с должности за противоречивые донесения в Генштаб.

   О потерях сторон в живой силе. В спорах о количестве уничтоженных и подбитых танков порой забывают о людях, усилиями которых была добыта победа. Успешное завершение оборонительной операции трудно далось войскам Воронежского фронта – в ожесточенных боях погибли многие тысячи бойцов и командиров, прошедших Сталинград и имевших большой боевой опыт. Погибли воины, подготовленные в течение трех месяцев относительного затишья на фронте.
   Материальные потери, в отличие от людских, восполнимы (в данном контексте вопросы нравственности мы выводим за скобки – с ними в минувшую войну не очень-то и считались). Тыл огромной страны жил одним – все для фронта, все для Победы! Благодаря самоотверженному труду рабочих и колхозников, главным образом женщин, стариков и детей, фронт получал все в больших количествах вооружение и боевую технику. Конечно, армии были пополнены и личным составом. Но в связи с большими потерями обострилась другая проблема – учебные центры, запасные и учебные полки училища и ускоренные курсы не успевали должным образом готовить пополнение. Это прежде всего касалось подготовки офицеров и наиболее квалифицированных специалистов: пилотов и техников, механиков-водителей, командиров танков и САУ, орудий и минометов, связистов и воинов других специальностей.
   Какова же цена успеха в курской оборонительной операции, и как соотносятся потери противоборствующих сторон в людях?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 [49] 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация