А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Прохоровка без грифа секретности" (страница 46)

   И кризис в операции «Цитадель» наступил только в связи с переходом в контрнаступление войск Брянского и Западного фронтов. Угроза разгрома немецко-фашистских войск в районе Орла явилась одной из причин, которая вынудила Гитлера остановить операцию.
   В действительности разгромить главную группировку противника не удалось. В ходе контрудара он потерял значительно меньше, чем войска фронта, и в целом сохранил боеспособность. В течение 13–15 июля противник сумел провести частную операцию по окружению соединений 48-го ск 69-й армии, избежать которого удалось с большим трудом и значительными потерями в людях, вооружении и технике. Для сравнения приведем доклад 2-го тк СС (штаб – лес Журавлиный, 18 июля) о потерях противника, пленных и трофеях за период с начала операции (5.07) и по ее завершении 18 июля:
   «Пленные – 6441, перебежчики – 561, танки – 1149, захвачено танков – 18, разведывательные бронемашины – 3, самолеты – 85, ПТО – 459, ПТР – 562, пулеметы – 721, артиллерийские орудия – 47, БТР – 16, тягачи – 2, тракторы – 5, мотоциклы – 10, автоматы – 912, винтовки – 2362, минометы – 150, зенитные пушки – 150, огнеметы– 73, реактивные установки – 28, грузовики – 93, убитые – 4262»1.
   О каком разгроме танковых войск Манштейна может идти речь, если Ватутин 16 июля отдает приказ о переходе к упорной обороне и создании главной и второй оборонительных полос с готовностью к 5.00 17 июля. Как раз в этот день противник начал отвод своих тылов, а затем и главных сил из района вклинения.
   Сразу оговоримся, что здесь ни в коем случае не ставится под сомнение конечный результат оборонительной операции Воронежского фронта. Операция «Цитадель», задуманная гитлеровцами с далеко идущими целями, провалилась в результате в целом успешных действий наших войск. Речь идет о незаслуженно высокой оценке результатов контрудара 12 июля командованием фронта и танковой армии, которая противоречит исторической правде. Это стало причиной того, что многодневные бои в районе ставшей широко известной станции в массовом сознании до сих пор ассоциируются только с этим контрударом. Этот стереотип абсолютно неправомерен и несправедлив по отношению к усилиям других армий, которые вели упорные и тяжелые бои и до, и после 12 июля.
   Г.К. Жуков по этому поводу выразился так: «В своих мемуарах бывший командующий 5-й танковой армией П.А. Ротмистров пишет, будто бы решающую роль в разгроме бронетанковых войск армий «Юг» сыграла 5-я танковая армия. Это нескромно и не совсем так. Обескровили и измотали врага войска 6 и 7 гвардейских и 1 танковой армий, поддержанные артиллерией резерва Главного Командования и воздушной армией, в период ожесточенных сражений 4—12 июля. 5 танковая армия имела дело уже с крайне ослабленной группировкой войск, потерявшей веру в возможность успешной борьбы с советскими войсками»8.
   Остается уточнить, когда и насколько была ослаблена ударная группировка противника к 12 июля, и подвести итоги оборонительной операции фронта. Ибо оценить значение и результаты многодневных боев под Прохоровкой возможно только в ее рамках. Для этого напомним в самом общем виде хронологию событий и попытаемся определить основное содержание и продолжительность этапов этой операции. К тому же автор не совсем согласен с периодизацией курской оборонительной операции, предложенной в 1945 году в труде Генштаба: 1-й этап – бои на обояньском направлении 5–9 июля; 2-й – бои под Прохоровкой 10–12 июля; 3-й – бои в районе Лески, Гостищево, Шахово 13–15 июля; 4-й – контрнаступление с целью восстановления положения 17–25 июля9. Бои в районе Гостищево, Лески и Шахово начались 11 июля и неразрывно связаны с боями под Прохоровкой, поэтому их нецелесообразно выделять в отдельный этап.
   На первом этапе войска Воронежского фронта отражали наступление группы армий «Юг» на обояньском и корочанском направлениях. В связи с подавляющим превосходством противника в силах, прежде всего в танках, на избранных им направлениях ударов и господством его в воздухе остановить противника в пределах тактической зоны обороны не удалось. Неожиданно быстро – за первые два дня наступления (средний темп продвижения составил 12–14 км в сутки) – противник, несмотря на ввод в сражение резервов фронта, сумел преодолеть главную и вторую полосы обороны 6-й гв. армии, которые готовились в течение трех месяцев. Уже к исходу 6 июля ему удалось передовым отрядом выйти к армейскому (тыловому) рубежу в районе станции Прохоровка, до которой оставалось 10 км. Упорное сопротивление соединений 1-й танковой, 6-й гвардейской и 69-й армий и контрудары по правому флангу вражеской группировки не позволили корпусу СС с ходу прорвать армейский оборонительный рубеж.
   Основная причина столь быстрого продвижения противника – просчеты Ставки и командования Воронежского фронта в определении силы и направления главного удара ГА «Юг». Наращивать усилия на выявленном направлении главного удара противника пришлось уже в ходе операции в условиях острого недостатка времени и под непрерывными ударами с воздуха. Это не всегда удавалось сделать своевременно. К тому же 3-йтк АГ «Кемпф», наступавший на север и «сматывавший» нашу оборону ударом вдоль оборонительных рубежей, своим продвижением затруднял нашим войскам локализацию района вклинения противника и маневр силами и средствами на угрожаемое направление. В результате враг получил возможность последовательно наносить поражение нашим частям и соединениям, в том числе и выдвигающимся резервам, что стало одной из причин больших потерь в живой силе, вооружении и боевой технике в ходе боев за первую и вторую полосы обороны.
   Ставка потребовала остановить стремительное продвижение на рубеже р. Псёл, захватив в свои руки инициативу. В результате контрудара силами четырех танковых корпусов 8 июля удалось выиграть время для усиления угрожаемого направления за счет маневра с неатакованных участков фронта и выдвижения резервов из глубины. И к 9 июля войска 6-й и 7-й гвардейских, 69-й и 1-й танковой армий совместно с резервами фронта в основном приостановили продвижение противника на обоих направлениях. В целом наша оборона устояла, немцы понесли большие потери, и отсечь Курскую дугу до подхода стратегических резервов Ставки им не удалось. Продолжительность первого этапа составила 5 суток – с 5 по 9 июля.
   На втором этапе операции противник с 10 июля за счет перегруппировки наращивает усилия на прохоровском направлении, рассчитывая разгромить подходящие стратегические резервы советских войск ударами двух танковых корпусов (2-й тк СС и 3-й тк АГ «Кемпф») по сходящимся направлениям и наконец вырваться на оперативный простор.
   Цель действий войск Воронежского фронта состояла в том, чтобы упорным удержанием тылового рубежа 6-й гв. армии нанести максимальные потери противнику, окончательно остановить его и создать условия для разгрома вклинившейся группировки. Благодаря принятым мерам по усилению угрожаемого направления, мужеству и героизму советских воинов противник за два дня – 10 и 11 июля – продвинулся всего на 6–7 км. Создалось впечатление, что он начал выдыхаться. Ватутин и Василевский пришли к выводу, что решительного срыва наступления врага и разгрома его вклинившейся группировки можно добиться только мощным контрударом войск Воронежского фронта, усиленного за счет стратегических резервов.
   В сражение были введены две гвардейские армии, которые вообще-то предназначались для перехода в контрнаступление в момент, когда противник полностью исчерпает свои силы. 12 июля юго-западнее Прохоровки произошел бой между основными силами 5-й гв. ТА и 2-го тк СС, который вошел в историю под названием Прохоровского встречного танкового сражения. Контрудар по ряду причин поставленной цели не достиг, перехватить инициативу не удалось, наши войска понесли большие потери. Оборонительные бои в районе Прохоровки приняли довольно затяжной характер и продолжались до 16 июля включительно.
   Учитывая количество задействованных сил и особую напряженность боев в довольно ограниченном районе, за этим этапом продолжительностью 7 суток совершенно логично сохранилось имя – Прохоровское сражение10. Именно сражение, так как здесь столкнулись в ожесточенной схватке основные силы Воронежского фронта и группы армий «Юг». Действия войск сторон были увязаны между собой по цели, месту и времени и направлены на решение конкретных оперативных задач, от решения которых во многом зависели дальнейший ход и исход операции. И фронтовой контрудар силами 5-й гв. ТА составлял лишь часть этого сражения, при этом не самую удачную. Отражение мощного удара группы армий «Юг» и большой урон, нанесенный танковым войскам противника, были достигнуты в результате общих усилий войск фронта с привлечением резервов Ставки. В результате сражения противник был окончательно остановлен.
   Третий этап оборонительной операции фронта начался в ночь на 17 июля, когда командование группы армий «Юг», убедившись в окончательном крахе операции «Цитадель», начало отвод своих главных сил на исходный рубеж. Наши войска перешли к решению другой оперативной задачи – восстановлению утраченного положения с целью создания условий для перехода в контрнаступление. Неудача фронтового контрудара 12 июля и тяжелые потери 5-й гв. танковой армии серьезно осложнили действия фронта в этот период. Пришлось вводить в сражение войска Степного фронта (53-ю армию). Вместо преследования отходящего противника дело свелось к его вытеснению. По официальным взглядам, оборонительная операция завершилась 23 июля с выходом наших войск в основном на рубеж, занимаемый ими до ее начала. На самом деле бои по восстановлению обороны продолжались более двух недель, то есть больше, чем затратили гитлеровцы на выход к Прохоровке. При этом войска обоих фронтов понесли большие потери в живой силе и технике.
   Интересно проследить эволюцию официальных взглядов на результаты танкового сражения под Прохоровкой 12 июля. Российские историки отказались от категорического вывода советской военной энциклопедии издания 1978 года – «сражение выиграли советские войска». Еще бы! Впервые за шесть десятилетий авторы статьи в новой военной энциклопедии привели конкретные данные о потерях 5-й гв. ТА: «К исходу дня встречное сражение под Щрохоровкой] завершилось на всем фронте. <…> 5 гв. ТА, понеся большие потери (ок. 3 тыс. чел. убитыми и ранеными, танков и САУ безвозвратно – 350, повреждено – 420) и использовав свой 2-й эшелон и резерв для борьбы на флангах, не смогла развивать успех на гл. направлении и вынуждена была закрепиться на достигнутом рубеже». Но далее они повторяют выводы 30-летней давности (только другими словами): «Успешное нанесение контрудара сов. войсками и срыв наступления нем. танк, группировок под Прохоровкой были обусловлены правильным выбором времени его нанесения, скрытым выдвижением крупной сов. танк, группировки к рубежу ввода в сражение, умелым маневром силами и средствами на поле боя»11(выделено мною. – Л.Л.).
   Просим извинения за пространную цитату, но дальнейшие рассуждения будут иметь самое непосредственное отношение к сказанному. Прежде всего, какой смысл вкладывают авторы статьи в слова «успешное нанесение контрудара»? И о каком успехе на главном направлении идет речь? Разве были выполнены поставленные боевые задачи? Если согласиться с утверждением, что сражение завершилось к исходу 12 июля и что армия не выполнила поставленную задачу и при этом за один день потеряла более половины своих танков, то итог ее действий можно было бы определить одним словом – неудача. Ротмистров выбрал другое слово – «побоище», вложив в него совершенно другой смысл. К 13.00 13 июля в строю армии оставалось около 400 танков и САУ, и сражение в районе Прохоровки, в том числе и на флангах 5-й гв. танковой армии, продолжалось и после этой даты. И ограничивать рамки Прохоровского сражения одним днем 12 июля и «танковым полем» было бы неправомерно.
   Сомнения в правдивости описания встречного танкового сражения и его результатах высказывались и ранее. Во времена хрущевской «оттепели» в связи с 20-летием Курской битвы редакция «Военно-исторического журнала» обратилась к бывшему командующему 5-й гв. ТА по поводу существующего мнения, что в районе Прохоровки не было встречного танкового сражения, а был незавершенный контрудар. П.А. Ротмистров ответил: «С подобным утверждением нельзя согласиться, тем более что в нем конечные результаты сражения неправомерно противопоставляются способу его ведения. Одновременно с наступлением 5-й гв. ТА возобновила наступление и немецкая танковая группировка. Две мощные лавины танков устремились навстречу друг другу. В течение дня обе стороны понесли серьезные потери – примерно по 300 танков»12.
   Командарм ушел от ответа на прямой вопрос. На наш взгляд, подмена понятия «контрудар» на «встречное танковое сражение под Прохоровкой» не случайна. Это позволяло уйти от рассмотрения задачи, поставленной армии на контрудар, от выяснения причин ее невыполнения и понесенных огромных потерь. Ну, случилась, мол, такая беда – столкнулись «лоб в лоб» две танковые лавины, но мы выстояли и заставили врага перейти к обороне! Действительно, противник пытался наступать, но где? На флангах танковой армии, стремясь выйти ей в тыл. Еще ранее командарм отмечал, что «для обеих сторон оно было встречным танковым сражением, то есть неожиданным». Интересная трактовка термина: когда не ведется разведка, любые действия противника окажутся неожиданными.
   Относительно мифа о скрытном выдвижении танковой армии и якобы достигнутой внезапности контрудара выше было сказано много. Немцы не могли воспрепятствовать подходу крупных советских резервов, но они непрерывно следили за ними и подготовились к отражению удара. Как мы убедились, не было ни двух мощных лавин, устремившихся навстречу друг другу, ни сквозной атаки, в которой якобы участвовало 1500 танков. А была лобовая атака на противника, временно перешедшего к обороне на направлении главного удара танковой армии.
   Здесь нельзя не обратиться вновь к письму Ротмистрова Жукову от 20 августа 1943 г.: «Проведенные мною бои летом 1943 года убеждают меня в том, что и теперь мы самостоятельно маневренный танковый бой можем вести успешно, пользуясь отличными маневренными свойствами нашего танка Т-34.
   Когда же немцы своими танковыми частями переходят, хотя бы временно, к обороне, то этим самым они лишают нас наших маневренных преимуществ и, наоборот, начинают в полной мере применять прицельную дальность своих танковых пушек, находясь в то же время почти в полной недосягаемости от нашего прицельного танкового огня… (выделено мною. – Л.Л.). Таким образом, при столкновении с перешедшими к обороне немецкими танковыми частями мы, как общее правило, несем огромные потери в танках и успеха не имеем»13.
   Представляет интерес поручение, которое дал представитель Ставки маршал Г.К. Жуков начальнику ГАБТУ по поводу измышлений Ротмистрова:
   «Тов. Федоренко. Прошу разобраться в причинах потерь 5 гв. ТА в ходе боев под Прохоровкой 12–13 июля с.г. Сведения о большом количестве немецких тяжелых танков, противостоявших 5 гв. ТА, показаниями пленных и работой трофейных команд не подтверждаются. Результаты доложить. Срок – 10 дней»14.

   Противник не дал навязать себе ближний бой. Немцы максимально использовали свое преимущество в танковом вооружении, расстреливая наши наступающие танки огнем с места, с заблаговременно занятых позиций. Только во второй половине дня, когда возникла реальная угроза прорыва наших войск к переправам через Псёл и отсечения главных сил тд «МГ» на плацдарме, П. Хауссер перехватил инициативу, чтобы использовать результаты удачного для них отражения атак танковых корпусов. Начались контратаки, в ходе которых возникали встречные бои танковых подразделений и частей.
   Теперь о выборе времени для нанесения фронтового контрудара. Есть все основания утверждать, что контрудар был осуществлен преждевременно. Расчет строился на том, что противник, наступающий в течение семи дней, измотан, понес большие потери и не имеет достаточных сил для продолжения наступления. Недостаток достоверной информации о противнике, его группировке, боеспособности и решительных намерениях привел к ошибочным выводам. Сказалась наша вечная болезнь недооценки сил и боевых возможностей противника (достаточно вспомнить наступательные операции 1942 года) и стремление выдавать желаемое за действительное.
   Противник в ходе наступления понес большие потери, прежде всего в танках. Но цифры его потерь, приведенные в донесениях и разведсводках, были чересчур завышенными. Уже к исходу первого дня операции фронт доложил, что «за 5 июля уничтожено 505 танков, в том числе около 20 «тигров», свыше 10 тыс. солдат и офицеров противника. Только в полосе 6-й гв. армии уничтожено 469 танков. Наши потери – 60 танков»15. Согласно сводке разведотдела фронта, за шесть дней, с 4 по 9 июля, было выведено из строя 2460 танков и штурмовых орудий противника!16Выходит, что наши войска к 12 июля вывели из строя в полтора раза больше танков противника, чем у него было к началу операции! Разведчики не учли большие возможности противника по восстановлению поврежденной бронетехники и восполнению потерь. В целом, несмотря на потери, ударная группировка противника к 12 июля представляла собой серьезную силу, сохранив свои наступательные возможности.
   С другой стороны, советское командование переоценило возможности своих войск. Ставка передала в распоряжение Ватутина две полностью укомплектованные армии, в том числе одну танковую, в составе которой было более 700 танков и самоходных орудий. С вводом их в сражение количественное превосходство фронта в силах над противником еще больше увеличилось. Пожалуй, впервые за годы войны фронт в ходе оборонительной операции получил такое мощное объединение, обладающее столь большой огневой и ударной силой и высокой маневренностью, как 5-я гв. ТА. В составе контрударной группировки (с учетом 2-го гв. и 2-го танковых корпусов и 5-й гв. армии) насчитывалось не менее 120 тыс. солдат и офицеров, более 900 боеготовых танков и САУ. Уместно предположить, что командование фронта и Ставка ВГК были как бы загипнотизированы столь большими цифрами. Иначе чем объяснить столь решительную цель фронтового контрудара и большую глубину боевой задачи танковой армии? Но при этом не учли возможности противника по созданию в короткие сроки сильной противотанковой обороны и качественное превосходство его в танковом вооружении.
   Сошлемся на мнение такого знатока танковых войск, как Ротмистров:
   «Приходится с горечью констатировать, что наша танковая техника, если не считать введение на вооружение самоходных установок СУ-122 и СУ-152, за годы войны не дала ничего нового. <…> Ныне танки Т-34 и КВ потеряли первое место, которое они по праву имели среди танков воюющих стран в первые дни войны»17.
   Некоторые исследователи и историки обвиняют Н.Ф. Ватутина, что он решился на контрудар и тем самым нерационально использовал переданные ему резервы Ставки. Это обвинение если и справедливо, то только частично. Возможно, Ватутин проявил инициативу, но принципиальное решение на проведение контрудара 12 июля, вне всякого сомнения, было принято с ведома Верховного Главнокомандующего и приурочено к началу контрнаступления Брянского и левого крыла Западного фронтов. План контрнаступления был согласован и утвержден представителем Ставки маршалом А.М. Василевским. На командующего фронтом возложили его подготовку, ну и, конечно, ответственность за его результаты.
   Мысль, что история не терпит сослагательного наклонения, давно стала банальной. Поэтому не будем сейчас рассуждать – надо или не надо было наносить контрудар 12 июля. Попытаемся прежде понять, почему контрудар на главном направлении вылился в лобовое столкновение с сильной танковой группировкой противника и почему он не достиг поставленной цели. Н.Ф. Ватутин при докладе в Ставку сделал правильный, в общем-то, вывод, что противник усиливает свою ударную группировку за счет ослабления флангов. Действительно, фланги 4-й танковой армии и 3-го тк группы «Кемпф» прикрывали пехотные дивизии, оборонявшиеся на довольно широком фронте. Выше уже говорилось об опасениях Гота, что 57-я пехотная дивизия 52-го армейского корпуса на левом фланге его армии, рубеж обороны которой растянулся до 60 км (это больше ширины полосы обороны всей 40-й армии), будет не в состоянии сопротивляться даже слабым атакам противника.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 [46] 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация