А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Прохоровка без грифа секретности" (страница 44)

   Ставка ВГК и командование фронта не захотели тратить время на перегруппировку войск, хотя этому благоприятствовала и общая обстановка, и завоеванное нашей авиацией полное господство в воздухе. Не будем фантазировать, к чему могли привести удары по флангам вклинившейся группировки противника, уже приступившего к выводу из боя соединений 2-го тк СС, в условиях нашего превосходства в силах (в сражение были введены войска 53-й армии с ее 1-м мехкорпусом). Об этом хорошо сказано в воспоминаниях К.К. Рокоссовского, С.М. Штеменко и Л.М. Сандалова (начальник штаба Брянского фронта) относительно действий наших войск при отходе противника из орловского выступа.
   В полосе Степного фронта соединения 69-й армии, понесшие большие потери, приводили себя в порядок и 17 июля активных действий не вели. 92 гв. сд, сдав свой участок обороны 252-й сд 53-й армии, была выведена в тыл для доукомплектования. В 96-й тбр и 148-м отп на 15 июля в строю имелось всего 12 танков, из них 4 легких. Чтобы сорвать планомерный отход врага, нужны были дополнительные силы. Армия получила в качестве пополнения 9348 человек, в том числе 48-й ск – 6 574 (стрелковым соединениям досталось 1100 чел.).
   18 июля и в ночь на 19-е действовали только передовые отряды. Противник отразил их атаки сильным артиллерийским огнем. В предвидении отхода немцы не жалели снарядов и мин. 19 июля в 13.00 командующий войсками Степного фронта доложил представителю Ставки маршалу Жукову:
   «По данным авиации и боем устанавливается отход противника в южном и юго-западном направлении. Идет бой за Плоты и Александровку. Решил немедля ввести Соломатина и две сд Манагарова[22]. Задача – стремительным ударом преследовать противника в направлении Шахово, Гостищево, Белгород, к исходу дня 20.7 перерезать шоссе Обоянь – Белгород в районе Ерик, Шопино, Гостищево. Крючёнкин В.Д – преследует вдоль левого берега р. Сев. Донец на Белгород. Шумилов М.С. – Мясоедово, Старый Город. Прошу утвердить»116.
   Основные силы Степного фронта перешли в наступление в 4.00 20 июля. Части 214-й и 233-й сд 53-й армии, введенные в бой из-за правого фланга 69-й армии, к исходу дня овладели Лески, Малиновкой и завязали бой за Волобуевку, Чурсино и Клейменово. Соединения 69-й армии овладели Ржавцем, Кураковкой, Стрельниковом, Казачьим.

   Минометный расчет противника ведет огонь

   К сожалению, в который раз командование фронта недооценило возможности противника по сдерживанию наступления наших войск. А обороняться немцы умели. Они со времен Фридриха считали, что устоять легче, чем победить. Войска учили, что, отбив атаку, надо немедленно контратаковать, чтобы захватить пленных, оружие и боевую технику противника. В течение дня части противника упорно удерживали занимаемый рубеж, используя любую возможность для проведения коротких контратак. Затем под прикрытием арьергардов основные силы выходили из боя и отходили на следующий промежуточный рубеж.

   Командующий войсками Степного фронта генерал-полковник И.С. Конев (справа) и начальник штаба фронта генерал-лейтенант М.В. Захаров

   Первыми отводились батареи тяжелой артиллерии, которые развертывались на новом рубеже в готовности к открытию огня на максимальную дальность. Батареи легкой артиллерии и минометного полка вели огонь до 22.00 (23.00), стремясь ввести противника в заблуждение. Танки использовались для усиления пехотных частей и в качестве резерва их командиров. Выход из боя и отход арьергардов прикрывали многочисленные засады с использованием танков, а на западном фланге 4-й танковой армии – в том числе и «пантер». Подбитые боевые машины немцы уже не успевали эвакуировать и при отходе взрывали.
   Противник оказывал упорное сопротивление частями прикрытия и боем на промежуточных рубежах, неоднократно переходя в контратаки силами пехоты и небольших групп танков. К 18.07 в 6-й тд оставалось 18 боеспособных танков, включая 2 командирских (ее ударная танковая группа взаимодействовала со 168-й пд), в 19-й тд – 25 танков (из них 2 командирских) и 21 ПТО (ударная танковая группа дивизии взаимодействовала с 167-й пд), в 503-м отб – 14 «тигров». В 167-й пд имелось 51 противотанковое орудие, в 168-й пд – 53117.
   Иногда ошибочно считают, что основные силы 3-го тк армейской группы «Кемпф» были выведены из боя к 18 июля. Судя по архивным документам, они также выводились из боя постепенно, по мере сокращения фронта вклинения. 20 июля были выведены из боя 19-я тд, затем 332-я пд. По мере усиления нажима советских войск вдоль шоссе Обоянь – Белгород противник счел возможным перебросить часть танков и артиллерии в полосу наступления войск Воронежского фронта. Так, на угрожаемое направление был переброшен 503-й отб «тигров» (15 боеспособных машин) – к 2.30 20 июля в район станции Сажное, затем в район Смородино (западнее р. Липовый Донец). Части 6-й тд 21 июля также совершили маневр на левый фланг 167-й пд и оседлали шоссе Обоянь – Белгород. 11-я тд 48-го тк действовала западнее шоссе, прикрывая направление на Быковку. Промежуточный рубеж, проходящий примерно по рубежу прежней второй полосы обороны, продолжали удерживать 255-я пд, 3-я и 11-я тд, 167, 168 и 198-я пд противника. К этому времени танковые дивизии СС «АГ» и «ДР», а также 7-я тд сосредоточились западнее Белгорода. Мд «ВГ» начала выдвижение в район южнее Сумы для последующей переброски в район Брянска118.

   Официально оборонительная операция Воронежского фронта завершилась 23 июля. Эта дата напрямую связана с приказом Верховного Главнокомандующего от 24 июля 1943 г. об итогах оборонительного периода Курской битвы:
   «Вчера, 23 июля, окончательно ликвидировано июльское немецкое наступление из района Орла и севернее Белгорода в сторону Курска. <…> За время боев с 5 по 23 июля уничтожено более 70 тысяч солдат и офицеров противника, подбито и уничтожено 2900 танков, самоходных установок – 196, полевых орудий – 844, самолетов – 1932, автомашин – свыше 5000»119.
   Этот приказ, имевший большое политическое и пропагандистское значение, был немедленно доведен до войск. Интересно, что уже на следующий день – 25 июля – текст этого приказа активно обсуждался в Ставке Гитлера. Фюрер был удивлен, что Сталин в своем докладе точно назвал количество немецких мотопехотных, танковых и пехотных дивизий. В разговоре с генерал-лейтенантом Варлимонтом (заместитель начальника оперативного управления ОКБ) Гитлер сказал: «У меня такое ощущение, что это означает отбой своего собственного наступления, то есть он представляет дело таким образом, что наш план сорван. Но создается впечатление, что одновременно он обосновывает этим свои решения. Наверное, поступили сообщения, что здесь дело дальше не идет, здесь повсюду произошла задержка, так что он отказался от мысли, что все будет развиваться быстрым темпом дальше. Таково ощущение»120. Действительно, наступление давалось нашим войскам тяжело. И Гитлер рассчитывал, что у русских не хватит сил на большое наступление одновременно на орловском и харьковском направлениях.
   Но по требованию Сталина войска Воронежского и Степного фронтов продолжали наступать, и ожесточенные бои на южном фасе Курского выступа продолжались и после 23 июля. Судя по ежедневным сводкам о потерях наших и немецких войск, боевые действия в этот период носили крайне напряженный характер. Достаточно сказать, что 5-я гв. ТА с 21 по 31 июля потеряла порядка 4,5 тыс. человек (43 % от общих потерь в июле). И это при том, что с 24 июля она, передав занятый рубеж соединениям 5-й гв. армии, была отведена в тыл для приведения бронетехники в порядок. Всего армия в период с 12 по 24 июля потеряла 439 танков и САУ, в том числе 276 Т-34, 128 Т-70, 11 МК-4 «Черчилль», 1 °Cу-76, 14 СУ-122121.
   Армия Жадова в ходе наступления с 21 по 31 июля потеряла около 11 тыс. человек. Об ожесточенности боев после официального завершения оборонительной операции красноречиво говорят ее потери, которые после 23 июля составили 7814 человек – треть от общих потерь за июль. Потери по дням наступления распределились следующим образом: 24 июля – 763 человека, 25-го – 2126, 26-го – 1258, 27-го – 609, 28-го – 1190, 29-го – 465 и 30-го -1403, всего – 7814122.
   Командующий Степным фронтом И.С. Конев, однажды уже споткнувшийся на вопросе организации преследования отходящего противника, потребовал от войск фронта решительнее обходить позиции арьергардов противника, смелее выходить на пути его отхода[23]. Однако сопротивление противника по мере сокращения линии фронта усиливалось. Войска фронта в течение дня 23 июля, продолжая наступление, продвинулись на 2–5 км и после упорных боев овладели 8 населенными пунктами. Особенно упорное сопротивление противник оказал в районе Мелихово, которое в течение дня несколько раз переходило из рук в руки. К 22 часам наконец удалось овладеть этим важным пунктом.
   С утра 24 июля войска Степного фронта продолжили наступление, стремясь полностью восстановить оборону по прежнему переднему краю и выйти к главной полосе обороны противника. Бои велись до полного истощения физических и моральных сил личного состава. Части 89-й гв. и 183-й сд лишь 26 июля после ожесточенных боев овладели Хохлово и Шишино. В трех стрелковых полках 93-й гв. сд к 24 июля осталось 2458 человек, из них активных штыков, то есть тех, кто непосредственно может идти в атаку, всего 754. Дивизия потеряла за четыре дня наступления более 715 человек убитыми и ранеными. Командир дивизии доложил, что продолжает сокращать тыловые подразделения. 26 июля части дивизии освободили Дальнюю Игуменку. Противник отошел на западный берег Липового Донца. Сводному отряду автоматчиков удалось 28 июля захватить небольшой плацдарм на правом берегу реки в районе Шишино (8 км севернее Белгорода). Командование требовало продолжать форсирование, но в дивизии осталось к этому времени всего 220 активных штыков. Остатки отряда пришлось отвести назад. Дивизия перешла к обороне назначенного рубежа только с 30 июля123.
   В этот день Конев доложил Сталину, что с 16.00 войска Степного фронта возобновили наступление на правом крыле и после ожесточенного боя 53-я армия овладела районом высоты 244.7 и восточной опушкой леса западнее Вислое (15 км севернее Белгорода). Части 107-й сд 69-й армии вели бой юго-западнее Киселево. Войскам 7-й гв. армии удалось восстановить оборону по р. Северский Донец до устья р. Разумная. Отразив две контратаки противника силою до батальона пехоты с 10 танками, они удержали плацдарм, захваченный на западном берегу Северского Донца в районе Соломино124. В связи с большими потерями дальнейшие попытки полностью восстановить оборону по бывшему переднему краю в полосе фронта успеха не имели. Но настойчивые атаки наших войск продолжались вплоть до конца июля. Они, видимо, имели цель сковать силы противника, не допустить их переброски на другие участки фронта. К началу операции «Румянцев» в результате упорных боев восточный берег Северского Донца был очищен от врага, за исключением небольшого плацдарма противника у Михайловки (был оставлен противником на второй день нашего контрнаступления – 4 августа).
   Войска Степного фронта в составе 7-й гв., 53-й и 69-й армий с 20 по 31 июля потеряли свыше 34 тыс. солдат и офицеров, в том числе 69-я армия – порядка 14 тыс. И.С. Конев пожаловался представителю Ставки маршалу Г. К. Жукову, что четыре лучшие его армии, механизированный и танковый корпуса передали Воронежскому фронту, а принятые от Ватутина 7-я гвардейская и 69-я армии в результате июльских боев имеют малочисленный состав дивизий и большие потери в материальной части артиллерии и оружии. Степной фронт имеет активную задачу, а танков мало: в 53-й армии – 60, в 69-й – 88, в 7-й гвардейской – 50 танков, в 1-м мехкорпусе – 200.
   Оба фронта в период с 20 по 31 июля потеряли более 50 тыс. человек. Вот во что обошлось нашим войскам «преследование разгромленного противника»! Выйдя на рубеж Новая Горянка (7 км южнее Ново-Ивановка), Герцовка, Черкасское, Триречное, Каменный Лог (1,5 км северо-восточнее Задельное), Дружный, Киселево, Хохлово, Мелихово, Ястребове, Разумное и далее по восточному берегу р. Северский Донец, наши войска перешли к обороне и начали подготовку к белгородско-харьковской наступательной операции.
   Таким образом, Манштейну удалось в основном беспрепятственно отвести войска на прежний хорошо оборудованный в инженерном отношении рубеж и при этом вывести в свой резерв несколько танковых дивизий. Но о переброске корпуса СС в Италию и речи не шло: выведенные из боя танковые дивизии использовались в качестве «пожарных команд» для ликвидации возникающих кризисов на фронте группы армий «Юг».
   Соединения 24-го тк были использованы для отражения наступления русских на Северском Донце. Тд СС «ЛАГ», сосредоточившаяся к 21 июля в районе Славянска, готовилась к контрудару для восстановления положения на изюм-барвенковском направлении. Однако в ночь на 26 июля она получила приказ на выдвижение в район погрузки в железнодорожные эшелоны. Дивизия только 27 июля 1943 г. убыла на север Италии, передав 97 исправных танков и тяжелое вооружение дивизиям «ДР» и «МГ». Эти дивизии, имевшие в своем составе 203 танка (в том числе 23 «тигра») и 75 штурмовых орудий, были переброшены в Донбасс, где совместно с 3-й тд участвовали в контрударе 30 июля. В результате тяжелых боев, в котором участвовали соединения и 24-го тк, немцам удалось к 3 августа ликвидировать захваченный нашими войсками плацдарм на р. Миус. Моторизованная дивизия «ВГ» была переброшена в состав ГА «Центр». Это еще один довод в пользу вывода о том, что не высадка союзников в Сицилии, а угроза разгрома немецко-фашистских войск в районе Орла и прорыва фронта на южном крыле ГА «Юг» вынудила Гитлера остановить операцию «Цитадель».
   Пытаясь оправдать неудачные действия войск Воронежского и Степного фронтов по срыву планомерного отхода противника с захваченного им плацдарма, маршал Г.К. Жуков выразился так: «Это ему [Манштейну] удалось сделать вследствие исключительной переутомленности наших 1-й танковой, 6-й и 7-й гвардейских армий, а также недостаточной активности 5-й гвардейской танковой армии»125. В условиях жесткой цензуры Жуков не мог сказать, что причина крылась не столько в «переутомленности» личного состава, сколько в больших потерях армий в людях, вооружении и технике. А вот активность армии Ротмистрова и более эффективное использование ее соединений на этом этапе операции в немалой степени зависели от самого Жукова, который координировал действия Воронежского и Степного фронтов. По словам маршала, войска обоих фронтов, выйдя 23 июля к переднему краю немецкой обороны (подразумевалось исходное положение немецких войск перед операцией, что, как мог убедиться читатель, не соответствовало реальному положению вещей), не могли сразу перейти в контрнаступление, хотя этого и требовал Верховный Главнокомандующий. И ему с большим трудом удалось выпросить у Сталина восемь суток передышки.
   Советские историки, отлученные в те, уже далекие времена от архивных документов, спрашивали бывшего командующего Степным фронтом И.С. Конева: почему же войска фронта не ворвались на плечах отходящего противника в его оборону, зачем понадобилась оперативная пауза перед операцией «Румянцев». Конев, поддерживающий выводы официальной историографии о разгроме противника под Прохоровкой и не пожелавший по понятным причинам рассказывать о трудных боях после 23 июля, так ответил на их недоуменные вопросы:
   «Действительно, с 23.7 по 3.8 была пауза. И она была крайне необходима, чтобы привести в порядок переданные в состав Степного фронта войска 7-й гвардейской и 69-й армий, которые понесли значительные потери в период оборонительного сражения, чтобы изучить характер обороны противника, поскольку он отошел на заранее подготовленные рубежи, преодолевать которые надо было по всем правилам искусства»126.
   Оказывается, до этого – при преследовании «разгромленного противника» – можно было пренебрегать правилами военного искусства. В чем же на самом деле заключалась эта пауза и во что обошлась для войск обоих фронтов пресловутая «передышка», читатель теперь уже знает.
   Противник, удержав конечный рубеж отхода, намеченный Готом (показан пунктиром на схеме 2), создал на подступах к Белгороду с севера и северо-востока нечто вроде предполья. При этом немцы использовали хорошо оборудованные позиции 52-й гв., 375-й и других стрелковых дивизий, занимавших здесь оборону до 5 июля, с их инженерными сооружениями и минными полями. Но это не спасло врага от разгрома.
   На третий день общего контрнаступления – 5 августа, ровно через месяц с начала операции «Цитадель», – Москва салютовала войскам в честь освобождения этого старинного русского города.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 [44] 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация