А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Прохоровка без грифа секретности" (страница 15)

   Другое дело, что Модель, в отличие от Манштейна, для прорыва обороны применил в первом оперативном эшелоне главным образом пехотные дивизии при поддержке танковых. В первом эшелоне против Воронежского фронта противник задействовал в первый же день все имеющиеся в его распоряжении танковые и моторизованную дивизии.
   Так, может, дело не только в просчете Ставки относительно силы удара противника?
   В официальных изданиях и исторической литературе обычно упоминаются три возможных направления главного удара противника с юга: Белгород, Обоянь; Белгород, Короча и Волчанск, Новый Оскол. Ватутин 12 апреля 1943 года представил в Генштаб свои соображения о возможном характере действий противника. Он считал, что «противник перед фронтом сможет создать ударную группировку силой до десяти танковых дивизий и не менее шести пехотных дивизий, всего до 1500 танков. (Хорошо считали разведчики! – Л.Л.). <….> противник, вероятнее всего, будет наносить главный удар из района Борисовка – Белгород в направлении на Старый Оскол и частью сил на Обоянь и Курск (выделено мною. – Л.Л.). Вспомогательные удары следует ожидать в направлении Волчанск – Новый Оскол и Суджа – Обоянь – Курск». Ставка частично приняла во внимание точку зрения командования Воронежского фронта. В директиве Ставки ВГК, подписанной Жуковым, предусматривалась возможность вспомогательного удара, рассекающего наш фронт, – между реками Сейм и Псёл из района Ворожба на Курск. Командующий ЦФ К.К. Рокоссовский по этому поводу сказал, что удар с запада по центру Курского выступа в худшем для нас случае может привести только к вытеснению наших войск из него, а это невыгодно противнику.
   Кстати, Г. Гудериан упоминает о плане Манштейна, который предлагал не действовать по шаблону и не ломать Курскую дугу двусторонним охватом, а ошеломить противника фронтальным ударом с запада. Здесь были наиболее слабо оборудованные оборонительные позиции советских войск. После относительно легкого прорыва можно было рассечь группировку советских войск и поворотом на север и юг окружить и уничтожить ее по частям, вытолкнув русских на их же минные поля. Однако эта идея была отброшена якобы из-за недостатка времени для перегруппировки войск109. Наше командование не исключало даже возможность удара противника и в полосе ЮЗФ.
   Среди всех этих возможных направлений ударов противника и нужно было выбрать наиболее опасное для наших войск и, значит, наиболее выгодное для противника. И сосредоточить на этом направлении основные усилия обороны. В этом и состоит искусство военачальника. Между тем неопределенность в отношении наиболее вероятного главного удара противника сохранялась вплоть до начала операции. В результате при подготовке обороны на южном фасе Курского выступа, на наш взгляд, были допущены серьезные просчеты.
   В 60-е годы, во времена хрущевской «оттепели», когда наши военные архивы приоткрыли наконец свои хранилища, стали известны многие документы, касающиеся Курской битвы. Многие исследователи обратили внимание, что все армии первого эшелона Воронежского фронта имели примерно одинаковые состав и средства усиления. Они сделали вывод, что, в отличие от Центрального, командование Воронежского фронта не сумело точно определить направление главного удара противника. Поэтому оно рассредоточило силы и средства в полосе трех армий первого эшелона из четырех на фронте 164 км из 244, что составляло две трети общей протяженности линии фронта110.
   Некоторые авторы, пытаясь как-то объяснить трудности, с которыми пришлось столкнуться Ватутину при определении вероятного направления главного удара, ссылаются на условия местности. Якобы на северном фасе Курского выступа ширина полосы местности, пригодной для действий крупных масс танков, составляла 95 км, то есть 31 % ширины Центрального фронта. И что, напротив, 67 % полосы Воронежского фронта (164 км) могло быть использовано для наступления танков. При этом они включают сюда и полосу обороны 7-й гв. армии шириной 50 км, оборона которой строилась с учетом такой серьезной водной преграды, как Северский Донец. Сторонникам этой точки зрения можно посоветовать более внимательно подойти к оценке местности в полосах обоих фронтов в отношении ее доступности для действий танковых войск.
   Но главное: при принятии решения на оборону учитывают не только условия местности. В первую очередь исходят из оценки противника, его группировки и намерений, применяемых им оперативных приемов, наконец, взвешивают степень опасности его ударов на различных направлениях. В результате всесторонней оценки обстановки командующий ЦФ сделал свой выбор – основные усилия фронта были сосредоточены в полосе 13-й армии шириной 32 км – треть от 95 км. Позднее маршал К.К. Рокоссовский высказался вполне определенно: «Центральный фронт правильнее расставил силы. Мы сосредоточили их на том участке, который для войск фронта представлял главную угрозу». В полосе 95 км (а это 31 % от общей протяженности фронта ЦФ) сосредоточили 58 % всех стрелковых дивизий, 70 % артиллерии и 87 % танков и САУ. В это смелое решение Рокоссовского был заложен элемент риска. Но данные разведки и партизан подтверждали намерения противника нанести удар именно под основание Курского выступа. По мнению командующего ЦФ, удар на другом направлении мог привести лишь к вытеснению наших войск, а никак не к их окружению и разгрому.
   Командующий Воронежским фронтом равномерно распределил силы и средства усиления между тремя армиями в полосе 164 км. А это не позволило создать в обороне достаточно высокие средние плотности пехоты, артиллерии и танков. Более того, сравнивая ширину фронта обороны трех объединений, приходишь к выводу, что 6-я гв. армия (64 км) оказалась в худшем положении, нежели ее соседи – 7-я гвардейская и 40-я (по 50 км). Кстати, существует крылатое выражение: «Кто обороняет все, не обороняет ничего».
   По этому поводу в военной печати разгорелась дискуссия. В защиту Н.Ф. Ватутина выступил Г.К. Жуков. Отвечая на критику решений командующего фронтом, он писал, что среднюю плотность артиллерии и танков подсчитали неправильно. «На участках 38-й и 40-й армий артиллерийская плотность была незначительной, а что касается танков, то их в этих армиях имелись единицы». И далее: «Чтобы правильно определить силу сопротивления обороны в крупных сражениях, нужно для подсчета брать средства и силы не только тактической обороны, но и находящиеся в оперативной глубине, тогда не будет ошибки»111.
   Не очень удобно возражать прославленному маршалу. Но надо же разобраться в причинах столь быстрого преодоления противником хорошо подготовленной тактической зоны обороны. Сначала о плотностях артиллерии и танков. Достаточно вернуться к данным таблицы 2, чтобы убедиться, что количество орудий и минометов в трех армиях было практически равным. Танков в их составе имелись не единицы, а в сумме больше, чем в 1-й танковой армии Катукова. При этом в 6-й гв. армии меньше, чем в других, хотя полоса обороны этой армии была шире на 14 км, нежели в соседних.
   Оппоненты Рокоссовского почему-то в своих расчетах объединяют 6-ю и 7-ю гв. армии, противопоставляя их 40-й и 38-й (фронт обороны последней – 80 км). Но при этом они умалчивают о том, что главный удар противник нанес двумя танковыми корпусами (более тысячи танков и штурмовых орудий) все-таки в полосе 6-й гв. армии. А на участке 7-й гв. армии наносился вспомогательный удар силами менее 400 танков. Все вышеизложенное неизбежно приводит нас к выводу, что из трех объединений фронта 6-я гв. армия по своему составу и плотностям сил и средств оказалась наименее подготовленной к отражению удара противника. Ее положение еще более осложнилось, когда 3-й танковый корпус с захваченного плацдарма на восточном берегу Северского Донца повернул на север – опять-таки в полосу 6-й гв. армии. Для парирования этого удара были привлечены основные силы 69-й армии и резервного 35-го ск, которым пришлось сражаться вне подготовленных ими рубежей.
   Можно и дальше приводить десятки цифр, характеризующих оборону фронтов. Сделаем проще – сравним армии двух фронтов, по которым пришелся главный удар противника. 6-я гв. армия имела два стрелковых корпуса, в первом эшелоне которых в полосе шириной 64 км оборонялись четыре стрелковые дивизии (15–16 км на дивизию), во втором – еще две и одна дивизия находилась в резерве (18–20 км на дивизию). Это не позволило создать в обороне достаточно высокие средние плотности артиллерии и противотанковых средств на направлении вероятного главного удара противника.
   13-я армия, оборонявшаяся в полосе в два раза меньшей, чем 6-я гв. армия, к 1 июля имела в своем составе четыре корпуса (сд – 12, в среднем 0,34 дивизии на км фронта) – в три раза больше, чем в 6-й гв. армии, и в три раза больше орудий и минометов. Численность личного состава армии – 133,3 тыс. человек (плотность – более 4 тыс. человек на км фронта, а в 6-й гв. – менее 1,6 тыс.).
   Поэтому средние плотности артиллерии в соединениях 6-й гв. армии, которые оборонялись на направлении главного удара противника, составляли: в 67-й гв. сд орудий и минометов – 12–13, ПТР – 15 на 1 км фронта (без учета 50-мм минометов и боевых машин ГМЧ); в 52-й гв. сд орудий и минометов – 15–16, ПТР – 13112. Средняя плотность противотанковых средств (без учета минометов) была еще меньше.
   Сравнительные данные по средним плотностям в тактической зоне обороны приводятся в «Сборнике материалов по изучению опыта войны», изданном в 1944 году. Эти материалы предназначались для использования в продолжающихся боях на советско-германском фронте и были свободны от конъюнктурных изысков некоторых послевоенных советских историков. «Сравнительная плотность на 1 км фронта артиллерийских средств дивизий первого эшелона составляла: в 13-й армии Центрального фронта – 19 орудий, в 6-й гв. армии – 9,5 орудия (с учетом полковой и дивизионной артиллерии и артиллерии усиления дивизии второго эшелона средств усиления не имели). Степень сопротивляемости первым массированным ударам противника на Центральном фронте была значительно больше, чем на Воронежском»113.
   И далее: «В отличие от Центрального, на Воронежском фронте основная масса истребительно-противотанковых артиллерийских частей и соединений была передана армиям первого эшелона. В резерве фронта из тридцати одного иптап и шести иптабр были оставлены лишь одна бригада и пять полков»114. На ЦФ в составе армейских и фронтовых артиллерийско-противотанковых резервов (АПТР) находилось 87 % всей истребительно-противотанковой артиллерии (37 % в армиях и 50 % во фронте), а на Воронежском – 67 % (51 % в армиях и только 16 % во фронте). С одной стороны, это позволило создать в армиях сильные противотанковые резервы. Так, противотанковый резерв 6-й гв. армии включал: две иптабр, два иптап и батальон ПТР (всего 45-мм орудий – 22, 76-мм орудий – 68, 120-мм минометов – 31, ПТР – 468, 10 тыс. мин на машинах и 2 тыс. на подводах), а также 27-й батальон собак – истребителей танков115. Но, с другой стороны, это, несомненно, сузило возможности командующего фронтом реально влиять на ход боевых действий при неблагоприятном развитии обстановки.
   Обычно вопросы развития тактики оборонительного боя в наших военно-учебных заведениях рассматриваются на примере Курской битвы. Рисуются красивые схемы обороны соединений и частей, как правило, на примере 13-й армии ЦФ. В этой армии дивизии первого эшелона и их полки имели двухэшелонный боевой порядок. В результате все три и даже четыре оборудованные позиции в полосах обороны были заблаговременно заняты войсками. Боевой порядок 52-й гв. стрелковой дивизии 6-й гв. армии ВФ, оборонявшейся на направлении главного удара противника, да и полков был построен в один эшелон. Так что восемь стрелковых батальонов дивизии из девяти были растянуты в «ниточку» на фронте до 15 км. По существу, войсками была занята в основном только первая позиция. К тому же ее три траншеи, располагавшиеся на удалении всего лишь 100–200 м друг от друга, накрывались бомбами за один налет авиации противника.
   Кстати, отчетные карты 6-й гв. армии, по которым можно было бы подробно изучить построение ее обороны, автору в 2005 году так и не выдали, несмотря на разрешение начальника ЦАМО.
   Например, на ЦФ более продуманно подошли и к организации противотанковой обороны. Сказался большой боевой опыт командующего в ведении оборонительных боев. Так, на участке стрелкового полка все противотанковые опорные пункты (ПТОП) объединялись в противотанковый район (ПТОР), комендантом которого являлся командир стрелкового полка (опорного пункта – командир роты или батальона, их заместителями – артиллерийские командиры). Это обеспечивало централизованное управление всеми противотанковыми средствами в пределах полкового участка обороны. ПТОП, как правило, имел в своем составе 3–6 орудий калибра 45–76 мм, 2–3 отделения ПТР, а также огневые средства для борьбы с вражеской пехотой – взвод-батарею минометов и до отделения автоматчиков. Иногда в него включались отдельные орудия 122-мм и 152-мм калибра для борьбы с тяжелыми танками, а также до отделения саперов и реже 1–2 танка или САУ.
   На Воронежском фронте 20 ПТОПов в главной полосе обороны и 8 во второй были вытянуты в линию. Возглавляли их артиллерийские офицеры. Это не способствовало тесному взаимодействию с пехотой. Лишившись в ходе боя пехотного прикрытия, артиллеристы несли тяжелые потери от огня стрелкового оружия противника, что значительно снижало их возможности по борьбе с танками.
   2-й танковый корпус СС наносил главный удар в полосе 52-й гв. стрелковой дивизии, сосредоточивая свои основные усилия на участке прорыва шириной 6 км[3]. Здесь ему противостояли на первой позиции менее четырех стрелковых батальонов и три ПТОПа. Дивизия полковника Некрасова имела, включая средства трех ПТОПов, 60 45-мм ПТО, 56 76-мм орудий полковой, дивизионной и приданной артиллерии, 30 122-мм гаубиц, всего 146 орудий и 138 минометов (48 50-мм, 65 82-мм и 24 120-мм). Ее поддерживал 142-й пап корпуса (18 152-мм гаубиц-пушек) и 16 «катюш»116. Разве могла она долго сдерживать наступление двух танковых дивизий СС, в составе которых было более 250 танков и около 70 штурмовых орудий, к тому же оставшаяся в критический момент без поддержки противотанкового резерва армии? Положение не спасли и 39 американских танков 230 отп, расположенных в 6 км севернее, в районе Быковки.
   Еще быстрее была прорвана вторая полоса обороны 6-й гв. армии. И это при том, что в ее пределах размещались основные силы механизированного и трех танковых корпусов, в составе которых было не менее 800 танков (в 3-м мк – 250, в 6-м тк – 169, во 2-м гв. и 5-м тк – 400)! Но на участке (иск) Яковлево, Лучки удару двух танковых дивизий корпуса СС противостояли один стрелковый полк в составе двух батальонов и подразделения 6-й мсбр 5-го гв. тк, основные силы которого располагались в 2–4 км севернее. Пехота без поддержки танков не выдержала удара врага.
   Автор далек от мысли, что простым увеличением плотности сил и средств можно было бы остановить танковый таран Манштейна. В 1942 году Крымский фронт имел оперативную плотность 2 км на стрелковую дивизию. Но оборона не имела глубины, так как войска фронта, обладавшие превосходством в силах над противником (кроме авиации), все время пытались наступать. 11-я армия противника, которой командовал тот же Манштейн, прорвала оборону наших войск на участке шириной всего 5 км, и фронт рухнул.
   Командование, создавая глубину обороны, должно так распределить силы, чтобы эшелоны оперативного построения (боевого порядка) могли поддерживать друг друга, а резервы всех видов – опираться на подготовленные рубежи и взаимодействовать со стрелковыми частями.
   В десятках диссертаций и в официальных изданиях отмечается широкий и умелый маневр силами и средствами в полосе Воронежского фронта, в том числе и резервами, находящимися в оперативной глубине. Действительно, размах маневра впечатляет. В течение 6–8 июля на обояньское направление было переброшено с участков 38-й и 40-й армий три отдельных танковых бригады, четыре танковых полка, три истребительно-противотанковых бригады и восемь полков, два батальона ПТР117.
   Но при этом авторы, как правило, стыдливо умалчивают, чем же был вызван столь значительный размах сложных и массовых перегруппировок войск в ходе операции. Созданные плотности артиллерии и противотанковых средств в тактической зоне обороны Воронежского фронта на направлении главного удара противника не были рассчитаны на отражение массированных танковых атак противника. Скорее всего, для командования фронта оказалось неожиданным применение противником в первом эшелоне пяти танковых и моторизованной дивизий.
   Наращивать усилия на угрожаемом направлении пришлось уже в ходе операции в условиях острого недостатка времени и под непрерывными ударами с воздуха. Это не всегда удавалось сделать своевременно, так как для совершения маневра, особенно не предусмотренного планом операции, требовалось значительное время. Между тем, чтобы успешно противостоять ударам противника, темп наращивания усилий на угрожаемом направлении должен превышать темпы его продвижения. Тем более что противник принимал все меры по срыву маневра с неатакованных участков и воспрещению подхода резервов из глубины. Выдвигающиеся части и соединения, прежде всего танковые и артиллерийские, подвергались непрерывным ударам противника с воздуха. В результате налетов немецкой авиации в течение 5 июля пять истребительно-противотанковых полков фронта потеряли почти все свои орудия. В этот же день 120 самолетов противника в 18.00 подвергли бомбежке части 93-й гв. сд, готовившиеся к выдвижению в новый район. В результате дивизия потеряла 97 человек, 6 орудий и 4 миномета. Прикрывавшие войска зенитные части сами подвергались непрерывным ударам с воздуха. Так, выдвигавшийся на новые огневые позиции 1352-й зенитно-артиллерийский полк 26-й зенад в результате налета штурмовиков противника потерял 4 орудия, 2 пулемета, 20 автомашин и 90 человек личного состава118.
   В целом ряде случаев наше командование, даже имея необходимые силы и средства, не успевало усиливать оборону на направлениях прорыва танков противника. Особенно сложно было собрать из положения обороны и перебросить на новый рубеж стрелковую дивизию. В ходе боев пришлось переместить 12 стрелковых дивизий вместо пяти по плану. В связи с некомплектом транспорта и средств тяги соединения выходили в назначенные районы с минимальным запасом боеприпасов. Зачастую частям приходилось развертываться и отражать удары танков противника на неподготовленной местности. Они не успевали организовать систему огня, прикрыть стыки и открытые фланги. Это особенно характерно для соединений 69-й армии и 35-го гв. ск.
   Так, 305-я сд, выдвигавшаяся из района Корочи пешим порядком, в связи с некомплектом лошадей на ранее занимаемых позициях оставила 8 орудий. Хотя почти каждый солдат на марше нес по одному-два снаряда, на старом месте пришлось оставить и четверть боеприпасов. Согласно донесению, «хозяйство [дивизия] село на голое место, где нет ни одного окопа»119(выделено мною. – Л.Л.). Положение выдвигающихся соединений усугублялось трудностями в организации взаимодействия с впереди действующими и отходящими войсками. Например, случаи преждевременного подрыва мостов отмечались не только на р. Солотинка, но и на Северском Донце.
   Все это позволило врагу, сохраняя созданное им подавляющее превосходство в силах, особенно в танках, последовательно наносить поражение нашим частям и соединениям, в том числе и выдвигающимся резервам. Это стало одной из причин быстрого выхода противника к тыловому оборонительному рубежу и больших потерь в живой силе, вооружении и боевой технике наших войск в ходе боев за первую и вторую полосы обороны. Например, в 52-й гв. сд после боев 5 и 6 июля в районе сбора удалось собрать лишь 2,5 тыс. солдат и офицеров из 8,9 тыс.
   В итоге высокие потенциальные возможности наших войск на южном фасе Курского выступа по удержанию наиболее подготовленных в инженерном отношении главной и второй полос обороны не были реализованы в полной мере. Вовсе не случайно директивой Ставки было приказано «остановить стремительное наступление противника».
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация