А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Суд над Сталиным" (страница 1)

   Юрий Игнатьевич Мухин
   Суд над Сталиным

   Предисловие
   Сталинисты и антисталинисты

   Стороны и судьи

   C 8 по 13 октября 2009 года в Басманном суде Москвы проходило первое в России заседание по защите чести и достоинства Сталина. Иск подал внук Сталина Евгений Яковлевич Джугашвили (сын погибшего на фронте старшего сына Сталина Якова), инициативу представлять истца в суде взял на себя Леонид Николаевич Жура, а я из-за болезни смог присоединиться к делу только на этой стадии – на стадии начала его слушания. В это же время представителем истца стал и Сергей Эмилиевич Стрыгин. Иск был подан к «Новой газете» за публикацию статьи А.Ю. Яблокова «Виновным назначен Берия». Ранее третьими лицами к ответчикам присоединился «Мемориал». В итоге команда ответчиков под очевидным руководством адвоката Г. Резника состояла из 8 человек «мемориальцев», представителей «Новой» и их адвокатов:
   1. Резник Генри Маркович, адвокат, представитель «Мемориала».
   2. Хлебников Олег Никитьевич, шеф-редактор отдела современной истории, член редколлегии «Новой газеты».
   3. Кожеуров Ярослав Сергеевич, представитель АНО «Редакционно-издательского дома «Новая газета», юрист.
   4. Яблоков Анатолий Юрьевич, ответчик, адвокат.
   5. Бинецкий Алексей Эдуардович, адвокат ответчика Яблокова.
   6. Гурьянов Александр Эдмундович, представитель «Мемориала».
   7. Рачинский Ян Збигневич, представитель «Мемориала».
   8. Петров Никита Васильевич, представитель «Мемориала».
   Председательствовала в суде судья А.С. Лопаткина, которая сумела за более чем два десятка часов слушания не задать ни единого вопроса по сути дела, которое в своих деталях было очень сложным. Причины такого поведения судьи видятся две – судья и не понимала, о чем тут спорят истцы с ответчиками, да и не нужно ей это было, поскольку решение у нее и так уже было готово, и ей оставалось только формальности соблюсти.
   Итак, сразу сообщу, суд по защите чести и достоинства Сталина мы проиграли – это плохо!
   Но кто-то удивлен? Мы могли его выиграть в нынешней России? Немного жаль моих товарищей по процессу – Л.Н. Журу и С.Э. Стрыгина. У нас были настолько сильные козыри, что они, зная о московских судьях только понаслышке, не могли поверить, что мы можем проиграть. Жура даже поспорил со мною на литруху, что мы выиграем.
   Но в конце концов судья объявила решение – в иске отказать. Немного комично было то, что Резник и Бинецкий драли глотки в прениях, чтобы рассказать суду, как при Сталине было страшно жить, а тут надо заходить в зал, выслушивать решение судьи, а судья боится людей и распорядилась, чтобы дежурившие в зале человек шесть вооруженных приставов всех входящих в зал обыскали, а пара приставов встала между нею и людьми в зале. Причем сначала судебные приставы пригласили участников процесса и публику в зал суда на оглашение решения судьи, после чего через пару минут выгнали всех людей из зала, а потом стали запускать по одному, обыскивая входящих! Мыслимо ли такое было при Сталине, когда в судах и не пахло судебными приставами, тем более в бронежилетах, а милиция ходила в патрули без оружия? Ох, как сегодня стало жить «нестрашно»!
   Итак, мы проиграли – это плохо, но хорошо то, что мы провели репетицию суда. И предлагаем эту репетицию для ознакомления читателям этой книги. Предлагаю вам в этом деле стать «уважаемым судом» (так обязаны называть судью в гражданском процессе) и самим принять решение в этом суде по обвинению Сталина, самим решить, виноват ли он в инкриминируемых ему преступлениях. Ведь по существующему законодательству каждый гражданин России может быть вызван в суд в качестве присяжного, т. е. судьи, который определяет, виновен подсудимый или нет, даже по уголовному делу. Соответственно, у каждого читателя, уж безусловно, есть право самому рассмотреть все доказательства по этому гражданскому делу и право самому разрешить вопрос виновности, по моему мнению, самого яркого руководителя в истории человечества.
   Иными словами, вам предлагается уже сегодня посмотреть на поведение сторон (обвинения и защитников) в том суде над Сталиным или его клеветниками, который еще будет.

   Повод

   Подавать иски в защиту чести и достоинства Сталина можно практически на любые СМИ в нынешней России и по множеству поводов, поскольку нет человека, на которого клеветали бы так низко и так злобно. Но Леонид Николаевич Жура подал иск очень точно (сначала он написал в «Новую газету» опровержение, но у тех, «свободолюбивых», свобода слова только для своих – для клеветников). Поскольку при рассмотрении данного иска в судебном заседании обязано было всплыть Катынское дело, сфабрикованное поляками и Главной военной прокуратурой России так глупо, что эти деятели, как огня, боялись рассмотрения подробностей фальсификации в суде.
   Итак, содержание статьи Яблокова «Виновным назначен Берия»:
   «Истинное отношение властных элит к сталинизму проявили решения по „Катынскому делу“.
   В начале 90-х я длительное время работал в отделе по реабилитации жертв политических репрессий Главной военной прокуратуры (ГВП). Пересмотр дел репрессированных хоть и осуществлялся в индивидуальном порядке, но во многом был процессом формальным, поскольку на деле прокуроры были заняты лишь оформлением политической воли руководства страны реабилитировать определенные группы репрессированных. По каждому такому делу по существовавшей методике необходимо было запрашивать ФСБ о том, есть ли тот или иной следователь, прокурор, оперативник или судья в списке лиц, повинных в репрессиях граждан.
   Кто установил этот список и почему справки из него имели доказательственное значение, зачем нужно было делать эти запросы, если дела и связанные с ними факты пересматривались прокурорами заново, почему нельзя было опубликовать эти списки или хотя бы передать их в распоряжение ГВП, чтобы не тратить время на запросы по каждому делу, – на эти вопросы ответа не было. Все, что связано с ФСБ, рассматривалось как политическая воля (решение), не подлежащая обсуждению.
   Этот список был закрытым не только для оглашения, но и для дополнения, то есть установленные прокурорами факты незаконных методов ведения следствия, пыток, издевательств и других репрессий на конкретный состав виновных в репрессиях уже не влияли.
   Исключения из этого правила случались лишь по инициативе все тех же контролирующих органов. Так, руководитель особой группы НКВД СССР Павел Судоплатов, занимавшийся на основании решений Политбюро ВКП(б) тайным уничтожением неугодных лиц, был репрессирован по известному делу против Берии и его подручных и длительное время провел в местах лишения свободы. В советский период, во времена фактического партийно-чекистского двоевластия, попытки Судоплатова добиться реабилитации потерпели фиаско. Однако уже в 90-е годы то, что он, даже находясь многие годы в наших застенках, не сдал соучастников по кровавому ремеслу и уничтожил большинство документов о проведенных операциях, было по достоинству оценено новой властью. Судоплатов был не только реабилитирован, но и возвеличен как гений российской разведки и образец преданности чекистским идеалам.
   Сталин и чекисты повязаны большой кровью, тягчайшими преступлениями, прежде всего против собственного народа.
   А о конкретном механизме сталинского террора мне удалось узнать в ходе расследования «Катынского дела».
   Секретными протоколами к Пакту Молотова – Риббентропа было предусмотрено, что СССР несмотря на действовавший с Польшей договор о ненападении должен участвовать на стороне Германии в нападении на Польшу. После того как 1 сентября 1939 года Германия начала войну с Польшей, СССР, выполняя свои обязательства перед Германией, 17 сентября 1939 г. вторгся с Польшу и занял оговоренную с Германией польскую территорию. В ходе этих действий было взято в плен около 250 тысяч поляков. Из этого числа 14 700 человек были размещены в Козельском, Старобельском и Осташковском лагерях НКВД и 11 тысяч в тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии.
   В 1943 г. в Катынском лесу Смоленской области немцы обнаружили останки польских офицеров. А Советское государство немедленно обвинило фашистскую Германию в убийстве 11 тысяч польских военнопленных, содержавшихся в трех лагерях НКВД.
   В октябре 1989 года первый заместитель генерального прокурора Польши А. Герцог обратился с письмом к генеральному прокурору СССР А.Я. Сухареву, в котором в числе прочих вопросов просил его возбудить уголовное дело об убийстве польских офицеров в Катыни и других пока не установленных местах. В ответном письме от 11 января 1990 г. Сухарев подтвердил официальную советскую позицию: польских офицеров в Катыни расстреляли немецко-фашистские захватчики. Герцог не согласился с этим и продолжал настаивать на своем, ссылаясь на то, что в апреле 1990 г. на переговорах в Москве между президентами СССР и Польши было объявлено об обнаружении документов, «которые косвенно, но убедительно свидетельствуют о том, что тысячи польских граждан, погибших в смоленских лесах ровно полвека назад, стали жертвами Берии и его подручных», а также привел публикации в советской печати, подтверждающие роль НКВД в расстрелах поляков.
   В 1990 году были возбуждены уголовные дела о судьбе польских военнопленных, содержавшихся в трех лагерях НКВД, которые были приняты к расследованию Главной военной прокуратурой. В ходе расследования было установлено, что в действительности 14 700 польских военнопленных из трех лагерей НКВД и 7305 польских граждан, содержавшихся в тюрьмах Западной Украины и Западной Белоруссии, по постановлению Политбюро ВКП(б) в апреле – мае 1940 года были расстреляны сотрудниками НКВД СССР и захоронены на территории дач УНКВД и в других местах.
   В октябре 1992 г. были впервые преданы огласке документы особой папки, хранившейся в Архиве президента РФ в Кремле. Среди них Решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. о расстреле польских военнопленных с собственноручными подписями Сталина, Ворошилова, Молотова и Микояна, а также отметками о голосовании «за» Калинина и Кагановича, записка Берии Сталину от марта 1940 г., записка А.Н. Шелепина Н.С. Хрущеву от 3 марта 1959 г. и другие документы.
   Несмотря на подтверждающие правоту этих документов показания бывшего председателя КГБ СССР Шелепина, бывшего начальника Управления по делам военнопленных НКВД СССР Сопруненко, начальника УНКВД по Калининской области Токарева и других, подлинность этих документов была дополнительно тщательно проверена.
   В начале декабря 1992 г. в архиве президента РФ мною был проведен осмотр этих документов с участием специалистов архива. Затем с участием судебных экспертов из ВНИИСЭ и ЦСМЛ МО РФ были назначены и проведены комиссионные, судебные, технические и почерковедческие экспертизы, подтвердившие подлинность этих документов, а также что подписи, выполненные на этих документах от имени Сталина, Ворошилова, Молотова, Микояна, Берии, были исполнены именно этими лицами. Все документы приобщили к уголовному делу в качестве вещественных доказательств и передали на хранение руководству архива.
   Впервые документально было подтверждено, что около 22 тысяч жертв катынского преступления казнили по решению Политбюро ЦК ВКП(б) – по политическим и национальным мотивам как «закоренелых, неисправимых врагов советской власти… по национальности свыше 97% поляки». Обстоятельства этого массового убийства подтверждаются не только этими документами, но и показаниями свидетелей и материалами эксгумаций в местах захоронений.
   21 сентября 2004 г. Главная военная прокуратура РФ прекратила «Катынское дело» за смертью виновных. Несмотря на бесспорную доказанность причастности Политбюро ВКП(б) к уничтожению 22 тысяч польских граждан, виновными признаны другие лица. Как следует из постановления о прекращении уголовного дела, резолютивная часть которого была озвучена в ходе пресс-конференции, виновными признаны «ряд конкретных высокопоставленных должностных лиц СССР», чьи действия квалифицированы по п. «б» ст. 193—17 УК РСФСР (превышение власти лица начальствующего состава РККА, имевшее тяжелые последствия при наличии особо отягчающих обстоятельств). Конкретный состав лиц, виновных в этом злодеянии, а также все материалы уголовного дела были засекречены.
   Таким образом, Сталин и члены Политбюро ВКП(б), вынесшие обязательное для исполнителей решение о расстреле поляков, избежали моральной ответственности за тягчайшее преступление. Возобладало несмотря на установленные факты первоначальное политическое решение: в гибели поляков повинны лишь «Берия и его подручные».
   Однако даже такое, признающее вину руководителей спецслужб государства постановление не повлекло за собой автоматического официального признания безвинными жертвами политических репрессий всех расстрелянных польских граждан. Более того, на прямые обращения родственников расстрелянных польских офицеров о реабилитации в нарушение Закона «О реабилитации жертв политических репрессий» из прокуратуры и российских судов поступают лишь отказы. И это при том, что такие деятели, как Павел Судоплатов, реабилитируются незамедлительно. Объяснения этому надо искать не в области закона и правосудия, а в настроениях властных элит.
   В Архиве президента РФ около 3 тысяч подобных особых папок с документами особой важности. Обращения следователей военной прокуратуры к властям о проверке этих документов для выявления других преступлений сталинизма остались неуслышанными.
   Ставшие ненужными «политические шестерки» названы виновными во всех кровавых преступлениях. Бывший отец народов, а в действительности кровожадный людоед признан «эффективным менеджером».
   Вот что я думаю о перспективах суда над Сталиным и сталинизмом в современной России».
   Но перед тем, как заняться рассмотрением собственно гражданского дела, я считаю необходимым хотя бы кратко разобраться с вопросом, кто такие «сталинисты» и «антисталинисты».
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация