А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Пчелиный волк" (страница 37)

   – Это все очень трогательно, – равнодушно ответила Лара, – но мне совершенно плевать. Если ты умрешь в этом мире, то просто очутишься в том. Это ведь все не по-настоящему. Так что отвали. Мне тебя не жалко.
   Я покивал, потом сказал:
   – Все это немножко не так. Дело в том, что я не совсем…
   – Я больше не хочу этого слушать. – Лара отвернулась.
   Ну, ладно. Я опустил руку в карман, нащупал петлю…
   Со стороны поселения послышался смех. Квакающий, может, крякающий.
   – Опять! – испугалась Катька. – У Люлюки приступ, надо…
   Лара вскочила, оставила свои спицы и нырнула в темноту между хижинами.
   – А ты чего не бежишь? – спросил я у Катьки.
   – Нельзя. Надо огонь поддерживать. Если не поддерживать огонь, то они еще больше смеяться будут. Когда горит огонь, они меньше смеются.
   – Понятно. – Я устроился на полене возле костра.
   – Тут почти нет маленьких, – грустно сказала Катька. – Только Никита, но я не хочу с ним дружить, у него по шесть пальцев. Если бы Зубастик…
   – Катька. – Я подмигнул девчонке. – А можно, я поглажу твою собачку?
   – Можно, – улыбнулась Катька. – Зубастик хороший. Только яйцо разбилось…
   – Не, – покачал головой я. – Я, пожалуй, не буду его гладить. А вдруг он меня цапнет?
   – Он не может цапнуть. Зубастик давно утонул…
   – Знаешь, – перебил ее я. – Моя бабушка, та, что связала пять тысяч носков, она рассказала мне одну историю. Про одну девочку, которая могла оживлять мертвых. Но не людей или там коров, а мелочь всякую. Мышей, другой мелкий рогатый скот. Она оживляла мертвых, и однажды на старой свалке она нашла яйцо. Яйцо было окаменевшее и странное, с квадратными боками. Сначала эта девчонка хотела сделать из яйца держалку для книг, но потом ей пришла необычная идея. Она решила яйцо оживить. И оживила. А из яйца вылупился дракон…
   Из темноты показалась Лара.
   – Как это она делала? – спросила Катька. – У нее вода живая была?
   – Нет, живой воды у нее не было, она знала волшебное слово. Хочешь, я тебе расскажу?
   – Хочу! – Катька захлопала в ладоши.
   – Только это слово надо на ухо говорить. Подойди поближе.
   Катька наклонилась ко мне.
   – Не подходи! – сказала Лара. – Не подходи к нему!
   Но я уже подмигнул Катьке обаятельнейшей улыбкой французского шансонье, Катька не устояла и приблизилась, и я сказал ей на ухо шепотом заветное:
   – Электрификация. Запоминай. Э-лек-три-фи-ка-ция.
   – Электрификация, – сказала Катька. – Странное какое слово…
   Лара расслабилась и отступила.
   – Все волшебные слова странные, на то они и волшебные, – объяснил я. – Запомнила?
   – Электрификация..
   – Хорошо. А теперь возьми Зубастика за правое ухо и три раза повтори волшебное слово.
   – Зачем? – Катька насторожилась.
   – Попробуй. А вдруг получится? Вдруг он оживет. Все равно хуже-то не будет…
   – Ладно, попробую.
   Катька взяла киберпса за ухо и произнесла:
   – Электрификация. Электрификация. Электрификация.
   Внутри у Сима, которого нынче звали Зубастиком, зажужжало. Он дернулся, задрожал, сервомоторы пискнули, Сим поднялся на лапы.
   – Он ожил! – воскликнула Катька. – Ты его оживил! Он оживил Зубастика!
   Лара посмотрела на меня, и я увидел, как в ее глазах проскользнул интерес.
   – Он оживил Зубастика! – Катька прижала к себе голову Сима. – Он оживил Зубастика!
   Катька принялась прыгать. К моему немалому удивлению, Сим тоже принялся прыгать. Прыгал он тяжело, с тупым пружинным звуком, проваливаясь в мягкий грунт. Никогда не думал, что Сим обладает игривым нравом. Видимо, на него тоже подействовал мир Планеты Х.
   – Зубастик, иди сюда! – позвала Катька.
   Сим подбежал к Катьке, сел. Катька напялила на него крапивную рубашку.
   Пока, Сим, подумал я.
   Живи.
   Уноси в своей кевларовой башке тысячу и одно изобретение технического гения господина Дрюпина. Изобретений, половина из которых принадлежит, кстати, мне. Которые сделали бы меня богатым.
   – Спасибо, дяденька, – пискнула Катька. – Спасибо тебе!
   – Пока, – сказал я. – Смотри, вовремя его смазывай.
   Меня никто никогда еще не называл дяденькой.
   – Лара, погляди, Зубастик ожил! – Катька скакала. – Посмотри, какой он!
   Я сунул руку в карман и быстро швырнул в огонь петлю.
   Без комментариев. Но если очень хочется, можете считать меня сентиментальным.
   И еще так.
   Солдат ребенка не обидит. Ребенка, бородулю, умственно отсталого баяниста. Впрочем, если бы это был, к примеру, Дрюпин, я бы с удовольствием его немножко попытал. А тут вот стух. Какие глубины обнаружишь в себе, оказавшись заброшенным на задворки мироздания! Оказывается, я романтик! Никогда бы не подумал.
   А и думать нечего. Я развернулся и ушел.
   – Эй! – позвала Лара.
   Я остановился.
   Она не остановилась. Прошла мимо и шепнула:
   – Не надо тебе его искать.
   – Почему? – спросил я.
   Но она не ответила.
   Умная. Красиво говорит. Мне такие, кажется, нравятся. Черт, а ведь она на самом деле здорово похожа на Сирень.
   К чему бы это?

   Глава 15. Суши и боль

   – Хорошую идею может исковеркать дурное воплощение! Как говорил мне сам великий… человек… дай подлому люду в руки кормило государственного корабля, и лодка разобьется о скалы! Какой-нибудь деловой человек организует империю или там Деспотат. Сначала все хорошо идет. Все вроде бы есть. И экономика, и идеология, все. Жизнь идет, благосостояние непрерывно растет, все вроде бы как надо. Даже культура и та на подъеме… Потом приходят временщики! У которых нет ни на йоту совести, нет ни грамма ответственности перед подданными! И все! Государство лихорадит! Надои падают! Красные волки подступают к границам! Свиньи на парашюте тоже падают! И не простые свиньи, а свиньи крашеные! Куда это годится? А теперь кобольды… За что мне все это…
   Это был не сон, это был Ляжка. Ляжка утомительно канючил где-то на границе восприятия. Но дремать под это канюченье было хорошо, просыпаться не хотелось совершенно.
   – Вставай, сид, – разбудил меня Кипчак. – Вставай.
   – Что?
   Кипчак был слегка испуган.
   – Что случилось? – спросил я. – Неужели что-то хорошее?
   – Там кобольды, – сказал бесхитростный Кипчак.
   И указал рукой направление.
   Я встал, посмотрел. Тундра как тундра. Пусто.
   – С чего ты взял?
   – Я их чую.
   – Где Коровин?
   – Тут, – ответил Коровин. – Мы тут.
   Они были тут. На самом деле.
   – Не покатило нам все-таки, – сказал Коровин. – Не успели…
   – Происки Застенкера, – вздохнул Ляжка. – Проклятый узурпатор…
   – Надо уходить, – сказал я.
   – Надо… – кивнул Коровин.
   – Надо туда, – Кипчак кивнул в сторону нужного направления. – Там река.
   Мы быстро собрались к околице. Там встретили Лару. Она сидела на старой покрышке и смотрела в сторону горизонта.
   – Вам надо уходить, – сказал я. – Бери всех, кто может передвигаться, и идите туда.
   Я указал пальцем. Сказал:
   – Если повезет, вы успеете. Недалеко река. Кобольды не любят воду, успеете переправиться и сможете спастись. К тому же им нужны не вы…
   – А остальные? – Лара кивнула в сторону хижин. – Те, кто не может идти?
   Я пожал плечами.
   Лара покачала головой. Уходить она не собиралась.
   – Твой отец просил тебя найти, – сказал я. – И вытащить. Если хочешь, я могу тебя вытащить. Я могу.
   Никакой реакции.
   – Он просил прощения, – сказал я. – Очень.
   Лара молчала. Только кулаки сжимала.
   – Как знаешь, – сказал я. – Не буду тебя уговаривать. Когда я найду вашего Персиваля… Я передам ему от тебя привет.
   Она усмехнулась.
   Я развернулся.
   – Погоди, – позвала меня Лара.
   Я погодил.
   – У тебя же оружие? – Лара кивнула на бластер. – Можно… хоть что-нибудь сделать?
   – Нет. Мало зарядов.
   – А ты? – Она повернулась к Коровину. – Ты же можешь?
   Коровин спокойно и равнодушно покачал головой.
   Лара снова усмехнулась. Я решил спросить. Так, на всякий случай:
   – Скажи напоследок, теперь уже все равно. Где этот ваш Перец?
   – Он мертв.
   – Это неправда.
   – Он мертв.
   – Я же говорил, – кивнул Коровин. – Сдох, как тузик..
   – Тут почти триста человек, – сказала Лара. – Триста. Они совершенно беззащитны…
   – Не человек, – поправил я. – Гномов. Но для меня разницы нет, я не расист. Но… Вам нет дела до моих интересов, мне нет дела до ваших. Это честно.
   Она прикусила губу.
   – С удовольствием бы тебе помог, – улыбнулся я. – Но у меня свои проблемы. Это тоже честно.
   И правдиво. Мне следовало уходить. Мне следовало спешить. Оставалось совсем немного времени, мало дней. Я почувствовал, скоро капсула лопнет, и эта дрянь разойдется по моей крови. Доберется до мозга, сосуды разорвутся, я стану тихим. И умру в муках. А я не хочу умирать в муках. Я хочу умирать в своей постели в окружении многочисленного семейства. Лет через восемьдесят. И с именем.
   – Желаю здравствовать, – сказал я Ларе. – Будешь в том мире, пошли мне открытку. Я отвечу. Честное слово.
   – Ты тоже уходишь? – спросила она у Коровина.
   Коровин кивнул.
   Лара отвернулась. Сидела на своей покрышке и смотрела почему-то в небо. Как будто ждала чего. Помощи. Небо было серое и унылое.
   – Пока-пока, – сказал я, перепрыгнул через плетень и пошагал в тундру.
   Кипчак и Ляжка ждали неподалеку.
   – Ну что? – спросил Ляжка.
   – Сваливаем, – ответил я. – Скоро тут будет… Ничего скоро тут не будет. Лучше поспешить. Нам туда.
   – А как же… – У Кипчака образовалось растерянное лицо. – Мы же тут единственные, кто может…
   Кипчак поморщился.
   – Кипчак, не парься попусту, – сказал я. – Я освобождаю тебя от твоей клятвы. Если хочешь, можешь… можешь делать что хочешь.
   – Вы совсем меня не так поняли, сид, – покачал головой Кипчак. – Я совсем не то думал…
   – Тогда идем.
   В деревне было тихо. Все попрятались. Иногда из хижин слышались смех и стоны, иногда я замечал блестящие через дырявые стены глаза. Мы прошли по границе поселения и углубились в тундру. И скоро началась вода. Болото.
   Болото – это хорошо.
   Жижа. Мутная, густая, больше похожая на грязь. Хорошо. Пираний нет. Я шагнул первым. Коровин, Кипчак и Ляжка за мной. Через километр началась зыбкая суша. Вернее, не совсем суша, так что-то среднее. Но идти стало легче.
   – Почему мы идем в этом направлении? – спросил Коровин. – Что там? Там река?
   Я промолчал. Кипчак ответил:
   – Там река.
   – Может… – робко предложил Ляжка.
   – Там, – я указал пальцем за плечо. – Там через час будут кобольды. Так что выбора особого нет. Вперед. Разберемся потом. По ходу дела.
   Я прибавил темп.
   Жаль, что так получилось, думал я, перепрыгивая с кочки на кочку. Жаль, что Лара так ничего не сказала. Это осложнит задачу. Но об этом подумаем после. Сейчас болото, болото не терпит посторонних мыслей, сейчас надо уходить…
   Коровин остановился.
   – Что случилось? – спросил я. – Останавливаться не время…
   – Я вернусь, – сказал Коровин. – Пожалуй…
   – Куда? – не понял я.
   – В пуэбло.
   – Зачем?! – Я все еще не понимал.
   – Ты что, еще ничего не понял?!! – рассмеялся Ляжка. – Он же…
   – Я вернусь, – твердо сказал Коровин. – И не собираюсь никому ничего объяснять.
   – Твое дело, – пожал плечами я. – Я тебя не держу. Кота не жалко? Эти монстры ведь его сожрут, он ведь не возродится…
   – Ничего, – Коровин почесал Доминикуса. – Как-нибудь…
   – Мама, – сказал Доминикус.
   Вот урод, подумал я. Урод. Коровин – урод.
   – Бластер не дам, – сказал я.
   – Не надо. Пока, Кипчак, сын Робера.
   Коровин подмигнул и побрел назад.
   – Это уж непременно. – Ляжка показал ему вслед неприличный знак.
   Коровин уходил. Точно. Время тут по-дурацкому бежит. Сейчас вот очень ускорилось.
   – Он просто свинья, – сказал Ляжка, когда Коровин потерялся среди болота. – Эта дура просто таких болванов притягивает, они на нее цепляются…
   – Пошли.
   И мы пошли, рассекая болотную жижу. Мы шли, шли, шли, болото не кончалось и не кончалось. Даже глубже становилось. Как будто кто-то подливал и подливал мутной водицы. Несчастный Кипчак проваливался иногда почти по шею, в редких случаях с головой. Я предлагал взять его на закорки, но гордый Кипчак отказался и выдержал еще километра два.
   А потом он сказал:
   – Прости, сид.
   И я сразу все понял. Путешествие заканчивалось. В начале путешествия все длинно и весело, в конце…
   В конце все происходит быстро. Даже очень быстро. Иногда даже не успеваешь думать, успеваешь только делать.
   – Бластер возьмешь? – спросил я.
   Кипчак отрицательно покачал головой.
   – Почему?
   – Да он его даже не удержит, – сказал Ляжка. – Такой…
   – Я не удержу, – подтвердил Кипчак.
   – Возьми тогда меч.
   Но и от меча Кипчак тоже отказался. Меч был в полтора раза выше самого Кипчака. А больше у меня никакого оружия не было.
   Требовалось что-то сказать, и я сказал:
   – Ты молодец, Кипчак. Я был рад, что ты был моим оруженосцем.
   – Я тоже рад.
   Кипчак развернулся в сторону пуэбло.
   – Ну и вали! – крикнул Ляжка. – Всегда знал, что гномы гады…
   – Река там, – указал я. – Надо поспешить.
   – Надо.
   Болото скоро улучшилось, появилось больше кочек, проходимость повысилась. Очень повысилась.
   – Да не расстраивайся ты, – успокаивал Ляжка. – Ничего… Тут еще не такие дела случаются, я за это время такого понавидался…
   Но я плохо слушал Ляжку, в четверть уха. Я старался не думать. Но не думать получалось плохо. Тогда я стал вспоминать «Анаболиков», композиция «Суши и боль», альбом «Честные спириты».
   Простые, входящие в сердце каждого человека слова:

Здравствуйте, Людочка, время пришло.
Лодку засмолим, наточим весло
И поплывем вдоль бурунов в рассвет,
Встретим мы счастье, которого нет.

   Но даже «Анаболики» в этот раз не помогли. Я прокрутил в голове всех «Честных спиритов», но ничто не порадовало. Тогда я решил для облегчения душевного состояния поколотить Ляжку, но почему-то не смог, отчего гвоздь, плотно обосновавшийся в моем правом легком, вырос до размеров австрийского штыка.
   Было вообще-то больно. Скоро как, надо же.
   – Ляжка, – попросил я. – А ты помнишь наизусть «Беспредел медведей»?
   – Местами. Рассказать?
   – А что-нибудь еще есть? Ассортимент держишь?
   – Есть, – ответил Ляжка. – Поэмы в основном. Последнее время я работал в крупной форме. Вот, например, из последнего. Поэма «Смерть двух членов союза писателей посредством электрорубанка», «Параплан и губернатор», «Как я был на ВВЦ»…
   – Давай про параплан, – попросил я.
   Ляжка принялся читать.
   Поэма оказалась реалистическим произведением и посвящалась губернатору некоей приморской области, который имел обыкновение каждую неделю облетать свои владения на параплане. И вот однажды он тоже полетел, намереваясь с воздуха отынспектировать строительство коровника, но едва взлетел, как параплан схлопнулся. Губернатор стал падать, и в падении перед ним встала картина всей его жизни – от детского сада до прихода к браздилам правления… Довольно скучно. Немного порадовал финал. Колхозники увидели падающего губернатора и натаскали сена, смягчив тем самым падение.
   «Параплан и губернатор» почему-то не затронул мою душу. Что-то тоскливо было мне.
   Что-то одиноко мне было. Я вдруг испугался, что капсула лопнет сейчас и здесь. Здесь мне не хотелось. И вообще.
   Как плохо одному.
   Я всегда был один, и всегда мне было плохо.
   Хватит, наверное, с меня одиночества.
   – А знаешь, я тебе так и не рассказал, – внезапно остановился Ляжка. – Самое главное ведь в том, что этот самый Коровин…
   – Помолчи, Ляжка, – велел я. – Я в меланхолии…
   – Ну, как знаешь, – пожал плечами Ляжка. – Хотел тебе помочь…
   – Полчаса тишины, – велел я.
   Полчаса мы молчали. Я молчал. И старался не думать.
   Не думать.
   Не думать.
   Не думать, перейдем реку, там будет время подумать.
   А Ляжка вздыхал, ругался, вел себя точно, как Коровин в плохом настроении. Потом мы оказались у реки.
   Река была что надо. Не очень широкая, но глубина подходящая, сразу видно. Если переплыть, то оторваться можно.
   – Ляжка, – сказал я. – А ты никогда не слышал, что Вселенная заключена в пуговицу слабоумного великана Струльдеррсона?
   Ляжка ответил в весьма сочных выражениях. Что Вселенная заключена отнюдь не в пуговицу великана, а в его… Ну, совсем не в пуговицу, короче.
   – Ты просто устал, Ляжка, – сказал я. – Такое бывает, когда устаешь.
   После чего плюнул в реку и побежал назад.
   Я возвращался.
   – Ну вот, опять! – плаксиво всхлипнул Ляжка. – Почему моя жизнь так богата идиотами?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 [37] 38 39 40 41 42

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация