А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Пчелиный волк" (страница 22)

   – Ну так пойдем, посмотрим. – Я зашагал через лебеду к амбару. – Хуже не будет! Может, там бесплатную еду раздают…
   – Это вряд ли. – Коровин стал продираться за мной. – С бесплатной едой у нас напряги…
   Мы шагали, наверное, минут двадцать, но амбар не стал ближе, видимо, изначально я не совсем правильно оценил расстояние, до амбара было гораздо дальше. Полуденный воздух искажает расстояние. Мы шагали еще минут двадцать. С таким же успехом.
   – Чертова лебеда! – Я попытался выдернуть из земли ближайший стебель, но только поранил руки. – Скрадывает расстояние. Надо шагать быстрее!
   Мы пошагали быстрее и заблудились в лебеде, а когда вышли на более-менее высокое место, то обнаружили, что пролетели мимо и теперь амбар находится не впереди, а позади.
   Мы развернулись и снова устремились к цели с упорством знатных землепроходцев.
   И снова прошли мимо.
   В итоге, потратив на попытки приблизиться к амбару почти полтора часа, мы остановились.
   – Что это, Коровин? – спросил я. – Что за дела?
   Коровин напыжился.
   – Это наглядный урок нам, – сказал он. – Что реальное расстоя…
   – Коровин, не изображай Алису в Зазеркалье. – Я уже изрядно разозлился и чуть было не отступил от реализуемого сценария. – Как нам добраться до этого сарая?
   – Должна быть карта. Если карты нет…
   – Короче, пошли отсюда. – Я развернулся в обратную сторону.
   – Есть один способ. – Коровин поймал меня за плечо. – Есть.
   Коровин стал осматривать окружавшую нас лебеду. Он перебирал стебли, выбраковывал, выбраковывал, потом все-таки обнаружил то, что ему нужно.
   – Вот, – сказал он, выдернув один стебель из земли. – Погляди.
   Коровин протянул мне лебедину.
   – И чего?
   Лебедина как лебедина, ничего выдающегося. Хотя… Прямо посреди стебля растение оказалось завязано узлом.
   – Это полуденница завязала, – сказал Коровин.
   – Полуденница?
   – Полуденная ведьма. В каждом поле есть своя ведьма. Ржаница, пшеничница, гречишница, а полуденница – самая главная, самая страшная. Как в каждом омуте свой водяной, так и в поле своя ведьма. В полдень полуденница выходит осматривать владения, а если кого в поле встретит спящего, крышка тому. Смертушка лютая, а потом говорят – солнечный поцелуй. Стебли это она завязывает, выбирает особые – она из них себе гнездо будет вить. С помощью таких стеблей можно искать воду. Дороги тоже можно искать… Я же говорил, что это не простой амбар! Что это амбар необычный, прямой дороги к нему нет, заклятие наложено…
   Коровин принялся изгибать стебель лебеды, пытаясь состроить из него что-то вроде лозоходской рогатки. Рогатка не получалась, Коровин мял стебель, пытаясь выгнуть из него надлежащую фигуру, и ругался на незнакомом мне, кажется финском, языке. Коккола-шмоккола, утсиски-шмутсиски, сплошная, короче, линия Маннергейма.
   Неожиданно потемнело – я задрал голову и обнаружил, что над нами медленно проплывает небольшой, похожий на чахоточный огурец дирижабль.
   – Смотри, – я указал пальцем. – Цеппелин.
   Коровин оторвался от стебля и посмотрел вверх.
   – Не знал, что здесь такие летают… – сказал он. – Как я отстал, однако, от жизни…
   Я же подумал о другом. О том, как удобно на самом деле путешествовать на дирижабле. Дирижаблить, так сказать. Или дирижабить. За дирижаблем будущее – сейчас во всех странах дирижаблестроение возрождают.
   – Это же Энлиль! – неожиданно восхитился Коровин. – Энлиль!
   – Бог ветра, что ли? – спросил я.
   – Какой еще бог ветра?!
   – Энлиль – бог ветра в шумерской мифологии, – сказал я. – Там еще Шамаш есть – за справедливость отвечает…
   – А, теперь понятно… – покачал головой Коровин. – Вообще-то он Энлиль Сироткин.
   – Как?
   – Энлиль Васильевич Сироткин, гражданин Российской Федерации.
   – Удружили родители с именем, – сказал я. – Похоже на современную книжку. Во всех современных книжках родители называют детей как-то по-дебильному. Пирамидонец, Тиамат опять же, Кремний… Прикинь, в детский сад приводят Тиамат Валерьевну…
   Коровин согласился:
   – Да, да, оригинально, конечно, тут много смешных имен… Но с Сироткиным по другому, родаки у Энлиля действительно стуканутые были, закончили Институт стран Востока и Азии и пятнадцать лет работали в Багдаде…
   – Атомную бомбу Саддаму строили?
   – Вавилон раскапывали. Сам Энлиль, кстати, там родился, в Багдаде. Наверное, потому его так и назвали…
   Вторую свою картину, сюжет № 2, я назову просто. «Энлиль». И изображу все так. Поле лебеды без краев, по небу к нему тянется дирижабль. И два мальчика смотрят ему вслед.
   Красиво.
   Дирижабль Энлиля подлетел к амбару, завис. Откинулся люк. Я вдруг подумал, что сейчас из люка вывалится рояль, вывалится, с тоскливым звуком упадет в лебеду. А почему бы, собственно говоря, роялю не выпасть? Выпадение рояля не пойдет вразрез с общей логикой Планеты Х.
   Но рояль не выпал. Из люка вывалилась веревочная лестница, по лестнице спустились два субъекта в длинных неудобных хламидах неопределенного цвета.
   – Чего они все в этот амбар лезут? – спросил я.
   – Это слет! – торжественно сказал Коровин.
   – Какой еще слет? Партии любителей курдючного сала?
   – Это слет эльфов!
   Коровин приосанился и умудрился придать своей внешности достойный, даже в чем-то благообразный вид. Как ни странно, ему это даже немного удалось. Несмотря на то что выглядеть благообразно в проеденном плесенью мешке было достаточно трудно. И рубашка в белый горошек тоже сурьеза не добавляла.
   Забавно, но даже Доминикус подобрался, его шерсть каким-то удивительным образом пригладилась, в результате чего облезлая психопатская кошатина приобрела благородные черты русской голубой.
   Или даже британского рекса, того, у которого мать отгрызает уши сразу после рождения.
   – Это слет эльфов, – повторил Коровин. – Настоящих, разумеется, эльфов. Такие иногда проводятся. На них приглашаются все здешние действующие эльфы. Выбирается Оберэльф, выбирается Верховная Конгрегация, определяется общая политика. Энлиль как раз в последний раз был Оберэльфом. Да что там говорить, я сам два раза выбирался в Конгрегацию!
   – А ты что, все-таки эльф, что ли? – удивился я.
   Коровин степенно кивнул.
   Бывает, подумал я. Коровин эльф. Мой приятель Дрюпин супермастер, Сирень девчонка. У всех свои недостатки. Все бывает. Люди разные нужны, люди разные важны. Вот я тоже, простой обычный…
   – Я был эльфом, я и сейчас эльф… – гордо сказал Коровин. – И я просто обязан принять участие в этом съезде!
   Коровин сложил руки на груди и тряхнул отсутствующими волосами.
   – Я просто… Я хочу.
   – Я думал, эльфы не такие, – сказал я.
   – Предрассудки, – отмахнулся Коровин. – Обывательские представления. Я понимаю, все хотят видеть в эльфе волосатого – раз, белобрысого – два, норвежского – три, и к тому же металлиста. Кстати, у меня раньше тоже были космы, наличие волос еще ничего не значит. Так что надо обязательно к ним заглянуть…
   – Зачем?
   – Ну как… как зачем? Надо выяснить, надо поглядеть, что тут к чему… Знаешь, у этого Энлиля – у него же дирижабль, ты же видел?
   Здравая идея, подумал я. Дирижабль вполне может пригодиться. Чего ноги впустую давить? Если удастся как-нибудь договориться… Или не договориться.
   – Но только дирижабль – потом, – сказал Коровин. – Сначала надо на слете немного… побыть. Они там разойдутся, болтать будут, может, какая-то информация проскочит… Эти уродцы могут вполне знать что-нибудь о твоем Персивале…
   Это тоже хорошее известие. След. Ну, или запах следа.
   Внезапно Коровин потух, сдулся, как китайский воздушный шарик.
   – Что с тобой? – спросил я. – Внутренний стержень разжижился?
   – Не могу, – ответил Коровин слабым голосом. – Не могу явиться им на глаза. Они меня изгнали…
   – Как изгнали?
   Коровин не ответил.
   – За что изгнали? – снова спросил я.
   – Велели пересмотреть свой кодекс поведения. – Коровин даже хлюпнул носом. – Собаки… Жалкие псы…
   – А ты что?
   – Сказал, чтобы сами свой кодекс пересматривали. Приблизительно так и сказал… А они меня изгнали. Просто тоталитарная секта какая-то, а не эльфийский союз! Псы уродские! Они меня не пустят туда…
   Коровин даже покраснел от возмущения.
   – Мне кажется, что настоящий эльф не должен задумываться о таких мелочах. – Я похлопал Коровина по плечу. – Пустят не пустят, так размышляют лишь малые дети… Просто пойдем и посмотрим, что там к чему.
   Коровин подул на руки, вытер их о Доминикуса, сжал кулаки и сказал решительно:
   – Так точно, товарищ. Пойдем и посмотрим. Что, они меня бить по лицу, что ли, будут, в конце концов?
   Доминикус недовольно мяукнул – видимо, словосочетание «бить по лицу» ему было хорошо знакомо.
   – Нет, конечно, – успокоил я Коровина, хотя сам в этом был не вполне уверен.
   Коровин поднял свою лебеду, закрыл глаза, сосредоточился. Указующий стебель повернулся, и мы вслед за ним. События продолжали развиваться. Я ждал.
   Стебель лебеды вел себя довольно странно: поворачивал налево, поворачивал направо, показывал вверх, дрожал, дергался. Коровин полностью доверял стеблю, двигался вслед за ним, в результате чего мы выписывали по полю замысловатые крендели. А амбар все не приближался и не приближался, какой-то равноудаленный амбар, честное слово.
   И я никак не мог понять – сама эта лебединая ветка двигается или ее все-таки потихонечку поворачивает Коровин. Так или иначе, мы перлись через всю эту растительность, потом ветка вдруг качнулась и указала под ноги Коровину.
   Эльф потряс ветку. Согнутый стебель упрямо показывал вниз.
   – Что это? – спросил я.
   – Повезло! – Коровин упал на колени и принялся ощупывать землю. – Давай присоединяйся…
   – Неужели там трюфели? Я никогда не пробовал…
   – Трюфели растут в дубовых рощах, – ответил сведущий Коровин. – А тут клад.
   – Клад?
   – Клад, – подтвердил Коровин. – Дублоны, рупии, гинеи. Если лоза указывает в землю, это значит, что в земле спрятан клад. Верное дело, проверено, о кладах тьма идиотов мечтает. Давай, копаем.
   Коровин схватил котел и стал рыть котлом.
   Совершенно неожиданно для себя я вдруг понял, что мне тоже хочется раскапывать клад. Доставать из земли проржавевший сундук, пропускать между пальцами маслянистые желтые кружки и ребристые бриллианты, не говоря уже об изумрудной и аметистовой мелочи.
   И понял я в сей миг, что Планета Х начала действовать и на меня. Что начал и я играть по правилам этой странной и непонятной мне земли, воздух ее отравил, что ли…
   При мысли об отравлении мое настроение немного ухудшилось, но я смог быстро взять себя в руки. Потер правое ухо, чтобы выкинуть из головы здешний туман.
   – Может, пойдем все-таки? – предложил я. – Недалеко уже осталось…
   – Подожди, – перебил Коровин. – Тут неглубоко, я чувствую эманации…
   – Чего?
   – Эманации. – Коровин поднял на меня уже перепачканное в земле лицо. – Из земли идет теллурическое излучение… короче, клад уже скоро…
   Я пожал плечами и стал ждать. Клад это, конечно, интересно.
   Котел скрипнул по железу.
   – О-па. – Коровин отбросил посуду и принялся раскапывать клад руками.
   Успешно.
   Клад оказался небольшим квадратным сундучком, с большой ручкой на крышке.
   – Пиастры, пиастры, – сказал я. – Коровин, жажда наживы еще никого не доводила до добра…
   – Я знаю. – Коровин схватился за ручку и дернул.
   Сундучок не открылся. Коровин подергал еще. Бесполезно.
   – Ладно, – кивнул Коровин. – Ладно. Применим старую тактику…
   Он достал из-за пазухи небольшой кожаный мешочек и вытряс на руку несколько мумифицированных былинок. Понюхал. Выбрал длинную коричневую травинку, остальные спрятал.
   – Разрыв-трава, – пояснил Коровин, сунул травинку в замок и принялся ворочать в нем как отмычкой.
   Ворочал-ворочал, потом подергал за ручку. Бесполезно.
   – Высохла, зараза. – Коровин смял травинку и бросил на землю. – Лучше ломом бы…
   – Лома я не захватил, – сказал я. – Но помочь попробую. Отойди.
   Я отстранил Коровина в сторону и присел перед сундучком.
   Замок на сундучке оказался довольно простым, это сразу было видно. Я огляделся, поднял камень и принялся постукивать вокруг скважины. Стукну и слушаю, стукну и слушаю. Простукав замок хорошенько, я стукнул посильнее.
   Замок щелкнул, крышка приподнялась.
   – Как это? – Коровин поглядел на меня с удивлением.
   Я многозначительно не ответил. На самом деле все было просто. На базе учили не только стрелять и плавать, а еще и другим интересным вещицам. «Спецкурс Гудини», так это называлось. Освобождаться от пут и наручников, задерживать дыхание на пять минут, маскироваться в любой обстановке. Выбираться из закрытой комнаты.
   А чтобы выбраться из закрытой комнаты, надо уметь открывать замки.
   Гудини мог открыть замок с одного удара, кулаком, мне на это требовалось несколько минут. Конечно, так можно справиться лишь с замками определенной конструкции, но сундучок был как раз из таких.
   Я немножечко приподнял крышку и сделал приглашающий жест.
   Коровин вожделеюще заклокотал, оттолкнул меня, откинул крышку сундучка и погрузил пальцы в золотоносные глубины. В сундучке щелкнуло.
   – Ы-ы! – зарычал Коровин и попытался извлечь руки.
   Не получилось.
   – Помоги! – взвизгнул Коровин. – Оно меня держит!
   Я осторожно приподнял крышку сундучка и обнаружил, что под крышкой располагается крепкий кроличий капкан, в котором и зажались алчные коровинские конечности.
   – Интересно как, – сказал я. – Видно, что сундучок зарыл человек с фантазией…
   – Мне пальцы перебило! – простонал Коровин. – Как я буду на пианинеиграть?
   – Ты еще на пианино играешь?
   – Нет. – Коровин попытался стряхнуть капкан, но лишь поморщился. – Но вдруг мне когда-нибудь захочется?
   – Руками любой дурак на пианино может, – сказал я. – В последнее время в приличном обществе принято играть ногами. Это гораздо сложнее и ценится выше. Это изысканно. Так что не плачь, Коровин, этот сундучок на самом деле открывает перед тобой обширные перспективы… Кстати, Коровин, ты в курсе, что волки, попавшие в капкан, отгрызают себе лапы?
   – Ты что, предлагаешь мне отгрызть пальцы?! – истерично воскликнул Коровин.
   – Надо попробовать…
   – Доставай меня оттуда! – Коровин встряхнул сундучком. – Или я не ручаюсь за последствия!
   – Ты меня забодаешь?
   У Коровина перекосилось лицо, и я поспешил выручить его из сундучка. Оттянул пружину капкана.
   Коровин принялся дуть на свои освободившиеся ладони, растирать их и возлагать на Доминикуса, который как нельзя кстати оказался поблизости. Боль отступила быстро, Коровин бешено огляделся и увидел сундучок.
   Он схватил его, заорал и уронил о землю.
   Сундучок был крепким, разбить его с первого раза не удалось, Коровин в ярости подхватил сундучок и снова уронил. Этим он занимался минуты, наверное, четыре: поднимал-ронял, поднимал-ронял, поднимал-ронял. Через четыре минуты роняния Коровин утомился и оставил сундучок в покое.
   – Ты внимательно посмотрел? – спросил я. – Может, там еще чего-нибудь внутри есть? Попробуй…
   Коровин схватил сундучок и собрался было забросить его в гущу лебеды, но я его остановил:
   – Не стоит, Коровин. Этот сундучок – наше единственное имущество. Кроме котла.
   – Ну и тащи его сам! – Коровин плюнул на сундучок, но не попал.
   Коровин был перемазан в жирном черноземе, на него налипли корни, листья и синеватые неприятные личинки с большими глазами. Выглядел Коровин уныло, но при этом как-то яростно.
   – Идем, – сказал он злобно. – А то на самое главное опоздаем.
   – А ты уверен, что нам все-таки надо туда? – Я поднял сундучок. – Может, еще кладов поищем?
   – Безоговорочно уверен. К тому же эти га… эльфы наверняка знают что-нибудь. Про того, кто тебе нужен.
   Шагов через сто лоза, вернее, лебеда дрогнула и снова указала вниз.
   – Интересно… – сказал я. – Что же там такое? Говорят, что, когда лоза так дергается, это к кладу…
   – Нечего. – Коровин злобно подул на свои руки. – Нечего поощрять дурацких шутников. Кто их знает, чего они еще тут поназарывали…
   Коровин поморщился, и я тут же представил Коровина пять лет назад.
   После третьего урока Коровин прячется в кустах рядом со школой, выкидывает кошелек на леске и ждет. Первоклашки возвращаются домой, замечают кошелек. Радостно бегут за ним. Кошелек удирает. Первоклашки прибавляют скорости и нагоняют. Отталкивая друг друга, лезут внутрь. Внутри устройство, состоящее из пружины и лопатки, в которую ценящий хорошую шутку Коровин заложил жидкого куриного помета. Кошелек открывается, катапульта срабатывает, перемазанные ребятишки с ревом разбегаются.
   Весело.
   – Идем скорее, тут уже действительно недалеко, – снова сказал Коровин. – Черт с ними, с этими кладами…
   Вероятно, Коровин тоже вспомнил себя пять лет назад.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация