А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "ВТОРЫМ делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" (страница 7)

   – Дрозд, резко вправо! – в точно рассчитанный момент, ни мгновением раньше, ни мгновением позже, раздался в эфире спокойный голос Савицкого.
   Федоткин выполнил приказ на удивление резво. Наверное, жить хотелось. Его ведомый, повторявший маневры командира, слегка замешкался, и очередь прошла в опасной близости от его крыла. Четверка «охотников» незамедлительно ушла вверх после промаха. Андрей представлял, какое разочарование царит сейчас в их кокпитах! Практически верная жертва в последний момент извернулась! А ведь они так долго терпеливо ждали в засаде. Но гораздо большее разочарование ожидало немецких асов в ближайшие секунды. Ведь их готовился покусать сам «Дракон»!
   Двигатели поршневых самолетов недостаточно мощны, чтобы компенсировать все потери энергии на трение о воздух при больших скоростях полета. Поэтому немцы вышли из горки километра на полтора ниже, чем были в начале атаки. Прямо на той высоте, на которой подходил со стороны солнца разогнавшийся Савицкий. Атака «Дракона» была стремительна – поднырнув сзади под горизонтально летящую и не ожидающую подвоха четверку «худых», тот короткой, но смертельно точной очередью развалил на куски передний «Мессершмитт» и ушел вверх. Шокированные немцы, потерявшие, видимо, своего командира, даже не попытались начать преследование нахала.
   Андрей решил тоже поучаствовать в избиении зазевавшихся «экспертов», благо у него имелся необходимый избыток скорости. Но по привычке сначала осмотрелся. И ахнул! На пару комдива стремительно заходили еще два «мессера», оставленные предусмотрительными охотниками на высоте. Воронов решительно двинулся им наперерез.
   – Дракон, опасность сзади-слева! – заорал он в эфир. – Пытаюсь отсечь!
   Сразу отсечь не вышло – слишком велико оказалось расстояние до вражеских самолетов. Но предупрежденный комдив резко сманеврировал, и первая атака противника сорвалась. Обладая избытком скорости, разъяренные немцы выполнили энергичный боевой разворот, заходя в атаку повторно. И тут-то и встретились на пересекающихся курсах с парой Воронова, спрямившей путь. Для пилотов «худых» это стало неожиданностью, и довернуть они не успели, а вот у Андрея было время рассчитать упреждение. И результат оказался соответствующим – со стороны было видно, как быстро сблизились четыре силуэта, сверкнула вспышка выстрела, и разошлись только три. Один, со свастикой на киле, горя, направился прямиком к земле.

   А ниже тем временем события шли своим чередом. Дежурные восьмерки немцев, прореженные после первой атаки, немного посопротивлялись для приличия, но, обнаружив отсутствие решительного преимущества на своей стороне, предпочли ретироваться, оставив переправу без прикрытия. И вовремя! Внизу протянулись яркие дымные полосы – подошедшие в заранее оговоренный момент штурмовики атаковали эрэсами позиции тяжелых зениток. В ответ к ним протянулись густые трассы двадцатимиллиметровых мобильных «Флаков», которым легче было работать по низко летящим целям. Но попасть по скоростным машинам, умело выполняющим противозенитный маневр, не так-то легко! Тем более, что Илы не оставляли без внимания и сами грузовики с установленными в них малокалиберными зенитными установками. А с востока приближались со своими тяжелыми гостинцами четверки пикировщиков Ту-2. Праздник только начинался, но время вышло, бензин израсходован наполовину – пора домой. Уже появились «сменщики» из соседнего истребительного полка, взявшие под контроль воздушное пространство над переправой.

   Звено, сопровождавшее комдива, задержалось на несколько минут над полем боя – Савицкий хотел понаблюдать за действиями «смежников», также подчиненных ему. Да и просто за ходом интересного боя. Поэтому на аэродром они вернулись буквально на последних каплях бензина, когда все остальные машины полка уже давно сели. Еще на пробеге Андрей заметил, что не все сели удачно – один из истребителей валялся на краю полосы с отломанной законцовкой крыла и погнутыми лопастями винта. За ним тянулся след из разрыхленного снега, как будто какой-то великан провел гигантскими граблями по утрамбованной поверхности аэродрома. Впечатление было такое, что кто-то не очень чисто выполнил посадку на брюхо. «С чего бы это? – удивился Воронов. – Вроде бы никто в бою повреждений не получал! Или по пути домой нарвались?»
   Еще больше он удивился, когда, сдав парашют верному Савельичу, привычно козырнувшему на стоянке вернувшемуся из боя командиру, подошел поближе к месту аварии. Судя по номеру на киле, разбившаяся машина принадлежала не какому-нибудь вчерашнему курсанту, а самому Федоткину. Методом опроса возившихся возле самолета механиков выяснилось, что командир полка жив, получил при посадке несколько ушибов и царапин и находится в лазарете. О причинах аварии они толком ничего сказать не могли – видели только, как истребитель криво зашел на посадку с убранным шасси, проигнорировав знаки прыгавшего у посадочного «Т» аэродромного сигнальщика, пытавшегося флажками просигнализировать ему об этом. Елозя брюхом по снегу и раскачиваясь из стороны в сторону, самолет с диким скрипом выскочил за пределы полосы и задел концом правого крыла за какой-то плохо сровненный бугорок. Слава богу, скорость в этот момент была уже сравнительно низкая.
   Андрей со всех ног бросился в лазарет. За ним последовал и сильно удивленный комдив, собиравшийся было направиться в штаб на разбор выполненного вылета, пока его машину обслуживают на стоянке. В лазарете выяснилось, что ничего страшного не произошло. Бледно-зеленый Федоткин, лежа на кушетке с перевязанной головой, рассказал слабым голосом, что, приближаясь к аэродрому, внезапно почувствовал резкую боль в животе и сильное головокружение. Зрение также было смазано. Кое-как, на грани потери сознания, смог плюхнуть самолет на полосу, отделавшись парой ушибов. Сам Федоткин считал, что от переживаний у него опять открылась давно вроде бы залеченная язва желудка. Полковой врач после беглого осмотра согласился с таким диагнозом и настаивал на эвакуации подполковника в тыловой госпиталь, ссылаясь на свою недостаточную компетенцию в лечении таких вот заболеваний. Вот переломы или ушибы – совсем другое дело!
   Андрей, переглянувшись с комдивом, отдал необходимые указания. Командира полка со всем тщанием погрузили в кузов грузовичка и в сопровождении фельдшера отправили в тыл. Нельзя сказать, что Андрей до конца поверил в историю про язву, но Федоткин ему до чертиков надоел, и Воронов был рад избавиться от него на время хоть бы и таким способом. Конечно, можно было проявить бдительность и проверить все тщательнейшим образом на предмет уклонения от выполнения воинского долга, но Андрей все же сформировался как личность совсем в другом мире, и такая мысль у него даже и не появилась. Баба с возу – кобыле легче! Впрочем, Савицкий, даром что являлся «местным» жителем, был, как оказалось, точно такого же мнения.
   – Вот что Андрей! – заявил тот, когда они вышли из лазарета. – Давай-ка принимай полк. Этого пусть после выздоровления в другую часть направляют, я позабочусь…

   Глава 7

   Андрей закончил разбираться с кипой накопившихся документов далеко за полночь. И то только с теми, откладывать решения по которым не имелось ни малейшей возможности. Все же у Федоткина, с его-то опытом административной деятельности, текущая полковая бюрократия занимала гораздо меньше времени. А учитывая еще, что Воронов, заняв его должность, летать продолжал ничуть не меньше, чем когда пребывал в заместителях, то короткого зимнего дня для решения всех дел не могло хватить и в принципе. Хоть объявление вешай: «Срочно требуется опытный армейский бюрократ на должность зама!»
   Мысли новоиспеченного комполка вновь вернулись к событиям истекшего дня. Второй за последние дни налет вражеской авиации на аэродром подталкивал к ускорению и так уже назревшего перебазирования полка на новый. Линия фронта сместилась далеко вперед, а местонахождение этого давно уже засечено появляющимися время от времени над нашей стороной вражескими разведывательными самолетами. С вполне ожидаемыми последствиями. Хотя за месяц с небольшим с начала наступления советская авиация с трудом, но завоевала локальное господство в воздухе, немцы все же продолжали летать. Теперь, правда, они сосредоточили свои поредевшие истребительные силы не на сопровождении ударных машин, которых, собственно, почти здесь и не осталось, а на попытках нанести противнику как можно больше потерь в самолетах. В том числе и с помощью ударов по его аэродромам. Благо, большая часть «Мессершмиттов» имела возможность подвесить при необходимости мелкие бомбы.
   Стоянки истребителей на аэродроме были рассредоточены в соответствии с инструкциями и хорошо замаскированы, так же, как и полковые склады ГСМ и боеприпасов. Поэтому обошлось без особых потерь, хотя на нервы налеты все равно действовали. Надо бы найти новую площадку, да и нанести ответный «визит вежливости» на вражеский аэродром не помешает. Для профилактики… Правда, его местонахождение еще требовалось уточнить – в связи с отступлением немцы тоже меняли места базирования, и предыдущие разведданные уже успели устареть.
   Утро встретило полк малоблагоприятной для полетов погодой – нижняя кромка густых, полных снега облаков нависала до горизонта почти над самой поверхностью земли, чуть ли не касаясь вершин деревьев. Андрей затребовал метеорологический прогноз, но ничего утешительного не нашел – до завтра улучшения погодных условий не обещали. Заданий из штаба фронта не поступало – там тоже, наверное, уже получили сводку от метеорологов. Да и простого взгляда в окно было достаточно, чтобы сделать вывод о невозможности боевых вылетов на сегодня. Так что Воронов, оставив в полной готовности лишь дежурное звено, со спокойной совестью объявил личному составу полка выходной. Летчики могли отдыхать, отсыпаться и заниматься личными делами, а механикам и бойцам БАО предстояло готовить технику к перебазированию. Вопрос только, куда? Андрей еще позавчера справлялся в штабе дивизии, но внятного ответа пока не получил. Недавно захваченный немецкий аэродром оказался заминирован по самое не хочу, и работы по разминированию еще даже и не начинались, поэтому этот вариант пока отпадал. Придется искать самим.
   Воронов еще раз взглянул в небо. Хоть облачность и низкая, но ветра почти нет. На легком самолете, пожалуй, возможно рискнуть пробраться по узкому промежутку между лесом и белоснежным «потолком». Да и сесть поставленный на лыжное шасси биплан способен куда угодно. Идеальный вариант для поиска подходящей площадки под аэродром!
   Андрей еще раз позвонил в штаб авиадивизии. Там ему сообщили примерное местонахождение перспективных площадок, замеченных с воздуха, и координаты линии боевого соприкосновения, уточненные на сегодняшнее утро. А то залетишь еще… Но вот на стоянке его ждал облом. Единственный имевшийся в полку легкий учебно-транспортный биплан У-2 стоял с разобранным двигателем – на сегодня зампотехом была запланирована, оказывается, полная переборка мотора. А то он уже еле тянул и сильно плевался маслом.
   Воронов, почесав в затылке, вздохнул и неохотно побрел на противоположный конец аэродрома. Там уже неделю как расположились соседи – эскадрилья легких ночных бомбардировщиков, действовавшая отдельно от своего полка. Мало того, что пришлось сильно потесниться на не особо большом аэродроме, так еще и полк оказался женским. С соответствующими последствиями для уровня дисциплины в среде молодых горячих пилотов. Не то чтобы Андрей был так уж против романтических отношений своих подчиненных, совсем даже нет, но это, к сожалению, постоянно сопровождалось нарушениями режима. А ведь им с раннего утра летать! Так что командиру полка такое соседство приносило только головную боль. И ко всему тому, при каждой встрече с командиром «соседок» Натальей Семеновой, довольно симпатичной, кстати, голубоглазой двадцатитрехлетней летчицей, Воронов отчетливо ощущал скрытую заинтересованность к своей персоне с ее стороны. Причем явно не просто профессиональный интерес. Ну да, молодой симпатичный подполковник, с четырнадцатью звездами на борту самолета. Все понятно, и осуждать девушку за не выходящий, впрочем, за рамки приличий, интерес было нельзя, но только недавно женившийся Андрей не имел никакого желания заводить военно-полевой роман. Хоть серьезный, хоть мимолетный. Поэтому встречи с Семеновой его смущали, и он старался сократить их до возможного минимума. Однако сейчас выбора не было, и приходилось идти к голубоглазой «соседке» на поклон…
   Полк ночных бомбардировщиков имел на вооружении самолеты По-2 – модернизированный вариант заслуженного учебного биплана конструкции Поликарпова У-2. На специально разработанную для военного применения модификацию установили два курсовых ШКАСа и пилоны для подвески реактивных снарядов или небольших бомб[ШКАС – скорострельный авиационный пулемет конструкции Шпитального и Комарицкого.]. В задней кабине развернули сиденье назад и снабдили второго члена экипажа еще одним, оборонительным, пулеметом. Также добавили предназначенные для ночных полетов приборы в кабину. В остальном это оставался все тот же простой и надежный биплан, способный примоститься на любом пятачке. Что Воронову сейчас и требовалось.

   Капитан Семенова встретила его радушно и предложила чаю с блинами – кто-то из девушек с утра постарался. Надо же, достали где-то белую муку и сахар, сладкоежки! С благодарностью приняв предложение, Андрей уселся за заменявшим здесь стол ящиком от, судя по маркировке, двадцатипятикилограммовых осколочно-фугасных авиабомб и вкратце изложил коллеге свою просьбу. Как и ожидалось, просьба встретила полное понимание. И не только. Семенова предложила составить Воронову компанию в поисках нового аэродрома, сославшись на насущность этого вопроса и для ее части. Действительно, «ночным охотницам» лететь на ту сторону отсюда далековато, особенно учитывая маленькую скорость их машин. Деваться Андрею стало некуда, и пришлось, растянув губы в вымученной улыбке, согласиться на совместные поиски.
   Капитан отдала соответствующие распоряжения, и они отправились на стоянку. Воронову только оставалось надеяться, что окружающие не замечают необычный блеск в глазах его спутницы и блуждающую в уголках ее губ улыбку. Еще не хватало соответствующих слухов! В закрытой и скученной среде фронтовых коллективов такие новости разносятся с необычайной скоростью!
   Наталья настаивала на том, чтобы лететь на одной машине, предлагая себя в качестве «водителя». Андрей же, по понятной причине, предпочитал лететь на двух, по отдельности. Обсуждая этот вопрос, они подошли к самолету Семеновой, одиноко, в стороне от других машин полка, примостившемуся на самом краю стоянки под мощными ветвями раскидистого дуба. Еще за несколько метров, когда Наталья чуть приотстала, отводя в сторону маскировочный полог, Воронов явственно расслышал абсолютно неуместный здесь чмокающий звук. Что это еще такое? В самолете явно кто-то был. На всякий случай Андрей громко кашлянул. И тут же машина качнулась, с перкалевой обшивки крыльев посыпался на землю выпавший под утро снег, а над задней кабиной синхронно показались две головы.
   Одна, черноволосая, принадлежала стрелку-радисту машины Семеновой Ольге и выражала крайнюю степень смущения, а вот вторая… Воронов с негодованием опознал наглую широкую морду собственного ведомого Паши Гроховского! «Вот кобель! – выругался про себя Андрей. – Так неудобно перед Натальей!» Нет, если бы не присутствие Семеновой, он бы прошел мимо, сделав вид, что ничего не заметил, но сейчас…
   Воронов сделал страшное лицо, и довольная улыбка на Пашиной морде быстро увяла. Тот увидел наконец, в компании кого появился его командир, и понял, что могут последовать и оргвыводы. Малоприятные для него и его подруги.
   – Т-товарищ подполковник! – выдохнул Гроховский. – Я, мы… тут…
   – Ты-то мне и нужен! – поспешил перехватить инициативу Андрей, косясь на свою хлопающую ресницами при виде неожиданного зрелища спутницу. Пока та сама не начала «раздачу слонов». – Полетишь со мной стрелком на этом драндулете! – продолжил он, не обращая внимания на возмущенные взгляды бомбардировщиц, обиженных за такое неуважительное мнение об их боевом «коне». Воронов сделал это, разумеется, специально, чтобы отвлечь внимание от неприятного инцидента. – Полетим искать новое стойло для нас и наших соседок. Справишься?
   – Конечно, товарищ командир! Вот, как раз Ольга знакомила меня с устройством пулемета УБТ…
   – Мы заметили, – сухо сообщил ему Андрей.

   Сборы много времени не заняли, и вскоре два По-вторых легко вспорхнули в серое зимнее небо. Тяжелые, плотные облака действительно стелились очень низко, и, несмотря на то что верхушки деревьев мелькали в каком-то десятке метров под нижним крылом, летящий справа самолет Семеновой то и дело скрывался из виду в мутной серой пелене. Поэтому Воронов на всякий случай увеличил дистанцию до пары сот метров. К вящему неудовольствию Гроховского, обменивавшегося какими-то знаками с сидящей в задней кабине соседнего самолета Ольгой. Что тот и не замедлил высказать по внутренней связи. В ответ Андрей в достаточно категоричной форме посоветовал своему ведомому попридержать язык, равно как и все остальные органы, если не хочется заработать крупные неприятности.
   Минут через двадцать добрались до первой из запланированных к посещению площадок. Облетели вокруг. Ни населенных пунктов, ни хотя бы нормальных дорог в окрестностях не наблюдалось. Полная глушь, даже речки нет, только угадывался сверху небольшой ручей невдалеке. С одной стороны – хорошо для маскировки, но с другой – ни человеческого жилья, ни нормального снабжения не будет. Зато просека большая и ровная.
   Воронов заметил внизу какое-то движение и пошел на посадку. Он и Гроховский легко спрыгнули на землю, сразу же увязнув по колено в снегу. Через несколько минут они, захватив своих спутниц, тоже приземлившихся неподалеку, уже разговаривали с хмурым пожилым мужиком, оказавшимся представителем соседней, штурмовой авиадивизии, прибывшим сюда с той же самой целью. Только не на самолете, а на запряженных хилой на вид лошадкой санях. Конкурент, короче. Оказывается, штурмовики еще пару дней назад присмотрели с воздуха это место, и мужик приехал его застолбить. Успели на пару часов раньше, горбатые!
   Андрей осмотрел площадку. В принципе, тут спокойно хватило бы места и для всех трех полков. И еще осталось бы. Но штурмовики явно будут против идеи совместного «проживания». Воронов тоже был бы против, если бы первым занял площадку. Разве что ругаться с ними на уровне командиров дивизий…
   Выход неожиданно подсказал сам «конкурент»:
   – Вчера вот наши соколы вылетали утром на штурмовку штаба немецкой дивизии. Вечером его наши танки заняли. Так там рядом небольшое ровное поле. Туда часто связные самолеты, которые пакеты в штаб везли, садились. Для нас полоса маловата, а вот вам – в самый раз!
   Андрей достал планшет и нанес на карту указанные собеседником координаты. В соответствии с полученным утром положением линии фронта действительно выходило, что это уже на нашей территории. Однако Воронов засомневался:
   – Точно эта площадка в наших руках?
   – Да точно, товарищ подполковник, третий день в том направлении танки наступают. Вчера вечером наши на последнюю штурмовку вылетали уже километров на десять западнее.
   – Хорошее место! – поддержала идею Наталья. – На острие наступления – цели рядом. Полетели?

   Перелет в указанную точку занял минут десять. Покружили, осматриваясь. Еще слегка дымились развалины зданий штаба. Заметны были следы вчерашнего боя – поле вокруг пестрело воронками от разрывов бомб и снарядов. Тут и там приткнулись обгоревшие останки нашей и вражеской бронетехники. Слепо смотрели черными дулами в небо уничтоженные артиллерийские орудия. Картина разгрома была несколько сглажена слоем свежевыпавшего снега.
   Искомое поле находилось немного в стороне от развалин штаба и, на первый взгляд, не пострадало от военных действий. На второй, когда Воронов пронесся над ним на бреющем, оставляя за собой вихрящийся снежный след, – тоже. Воронок от разрывов снарядов на поле не обнаружилось. Зато обнаружились два самолета, притулившиеся на его краю. Приблизившись, Андрей с удивлением узнал истребитель Як-1 и такой же, как и у него, У-2 на лыжах. Целехонькие. Невдалеке от них валялся с отбитым крылом немецкий связной «Шторьх», оставшийся, видимо, от прежних хозяев этого места. «Неужели и здесь конкуренты опередили?» – с разочарованием подумал Воронов. Яки стояли на вооружении двух других полков дивизии Савицкого. Вроде как свои, но аэродромом тоже вряд ли поделятся!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация