А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Обратная сторона смерти" (страница 15)

   И ради денег. Только вот откуда бы им взяться? Даже если продать дом, все имущество и землю, много не выручить.
   – Баранов предлагал ей четверть миллиона, но эта дура, моя золовка, не согласилась! – в сердцах произнесла Екатерина Филипповна, не подозревая, что конфиденциальную беседу подслушивают. – Ваня, дай мне тоже закурить…
   Женя поморщилась – что может быть гаже женщины, подобно мужику затягивающейся цигаркой? Она представила себе сцену, которая разыгрывалась в паре метров от нее: управляющий с голой грудью, курящий сигарету, а рядом с ним облаченная в неглиже, с распущенными седыми волосами ведьмы старая дева Екатерина Филипповна, которая положила голову на плечо любовника и тоже дымит, – и девушку передернуло от отвращения.
   – Между прочим, мне удалось разузнать кое-что о планах Баранова, – снова заговорил Усачев. – Наше имение – последнее в цепи его приобретений. На то, чтобы умаслить прочих помещиков в округе, он потратил колоссальные деньги. А чтобы заполучить Ведьмино болото, выложит любую сумму. Но Алевтина, дура набитая, все вздыхает о чистом воздухе, об идиотских воспоминаниях, о своем сынке-инвалиде, поэтому продавать не хочет.
   – Тоже мне, Раневская выискалась! Свой вишневый сад сохраняет! – злобно воскликнула Екатерина Филипповна. – Она ведь со мной беседовала, мнения моего спрашивала. И я, натурально, посоветовала ей пока не продавать.
   – Я, конечно, тоже, – вставил управляющий. – Потому как из Баранова, если дело вести, как надо, можно полмиллиона выжать, и даже целый миллион. Но не в наших интересах, чтобы такие деньжищи оказались в руках Алевтины.
   – Миллион… – проговорила мечтательно Екатерина Филипповна. – Ваня, подумай только, целый миллион! Укатим тогда сразу на Лазурный Берег, в Ниццу. Купим там виллу или даже целый замок и будем жить спокойно вдали от этого противного Ведьминого болота…
   Женя едва сдержала смешок. Старая дева явно себе льстила. Наверняка Усачев связался с ней, потому что видел возможность зацапать деньги. В то, что он пылал страстью к любовнице, не верилось. Какой же мерзавец этот Иван Степанович – обманывает не только свою ничего не подозревающую хозяйку, но и беспринципную подружку-сообщницу. Нет, мужчины все же гадкие создания!
   – Только вначале надо сделать так, чтобы и имение, и Ведьмино болото оказались в наших руках, – заявил он.
   – В моих руках, Ваня, в моих руках! – поправила Екатерина Филипповна. – И оттягивать больше никак нельзя. Однако снова травить стрихнином не следует. И так пришлось уламывать доктора, чтобы написал, будто брат мой скончался от естественных причин…
   Стрихнин! Они отравили несчастного генерала Рыбоедова! Это объясняло его страшную кончину, судороги, которые терзали его тело.
   – Да, ты права, Катя. Яд опять использовать нельзя. Я кое-что обмозговал и придумал. Вот, послушай…
   Голоса стали тише – парочка вернулась в беседку. Желая услышать, какое очередное злодеяние затеяли преступники, Женя стала обходить ее, помня, что сбоку имеется оконце. Если припасть к нему, можно будет узнать коварный план мерзких людишек. Но, конечно же, наступила на сухую ветку, которая треснула так, как будто кто-то выстрелил в ночном саду из револьвера. Голоса в беседке мгновенно стихли. Затем послышались шаги, а Женя нырнула в глубину сада.
   Минутой позднее появился Усачев, именно такой, каким девушка себе его и представляла – с голой грудью, а вместо сигареты фонарик. Сопровождала его кутавшаяся в шаль Екатерина Филипповна. Волосы у нее были действительно распущены, и женщина походила на ведьму – на ту самую сказочную, которая якобы обитает среди болот. Только теперь стало ясно: настоящая ведьма живет не на болоте, а в особняке покойного генерала. Коего она сама и отравила стрихнином!
   Любовники вместе осмотрели окрестности беседки, однако Женю, притаившуюся среди деревьев, к радости девушки, не увидели. Решив, что звук произвела большая птица, они приняли решение, что пора возвращаться в дом. И порознь направились восвояси – сначала Екатерина Филипповна, а минут пять спустя управляющий.
   Выждав для верности с четверть часа, если не больше, Женя тоже вернулась в особняк. Проскользнула к лестнице – и вдруг почувствовала, как кто-то привлек ее к себе. Это был Гоша.
   – Женюсик, я так и знал, что ты к беседке ходила! В комнате-то тебя не было, – зашептал он ей жарко на ухо. – Все в доме спят, пойдем ко мне… Или в сад… Там нам никто не помешает!
   Его руки шарили по телу девушки, губы тянулись к лицу. Женя закатила ему оплеуху и с возмущением произнесла:
   – Георгий Ильич, ведите себя подобающим образом, иначе о вашей распущенности мне придется поставить в известность Алевтину Илларионовну. А такого она точно терпеть под крышей своего дома не будет!
   Гоша со стоном отпрянул в сторону.
   Женя быстро поднялась по лестнице, прошмыгнула к себе в комнату и заперла ее на ключ. Запахнув на всякий случай окно тоже, улеглась в кровать и стала размышлять.
   Быть может, с Гошей она поступила и излишне сурово. Однако девушка не намеревалась, подобно горничным и деревенским бабенкам, дарить ему утехи только потому, что у него красивые глаза, длинные ресницы и невероятное самомнение. Да и в ушах ее все еще звучали беседы, которые вели Усачев и Екатерина Филипповна. Не могла же она лобызаться с Гошей после всего, чему стала свидетельницей, в той же самой беседке, где эти двое задумали очередное преступление!
   Половину ночи она проворочалась без сна и забылась только под утро. За завтраком Женя исподтишка смотрела на, как всегда, чопорную Екатерину Филипповну и сидевшего с другой стороны стола молчаливого Ивана Степановича. Кто бы мог подумать, что ночью они были полны страсти и неги – теперь же они даже не смотрели друг на друга, отлично играя свои роли!
   Появился и Гоша, с оплывшим глазом, и мачеха тотчас поинтересовалась, что же с ним произошло. Женя, закусив губу, едва сдержалась от того, чтобы не расхохотаться. Похоже, она вчера заехала ему не только по щеке!
   – Ночью на сервант наткнулся! – буркнул тот и, не глядя на Женю, потребовал себе кофия – черного, крепкого и без сахара.
   Тоси за столом не было. Поэтому после завтрака учительница поднялась к ней в комнату. Увидев, что та ничком лежит на кровати, дотронулась до ее лба и чуть не отдернула руку – лоб был подозрительно горячим.
   Посоветовавшись с Алевтиной Илларионовной, Женя дала воспитаннице порцию рыбьего жира. Потом задернула шторы, уселась рядом. Тося слабым, хриплым голосом произнесла:
   – Кажется, у меня простуда… И это летом!
   – Ничего страшного, ты, главное, голос не напрягай, – ответила Женя. И подумала о том, что приставать к девочке с расспросами о том, чему же она с подружкой стала на болоте свидетельницей, бесчеловечно. Стоило подождать несколько дней, пока Тося не выздоровеет, и снова поговорить с ней.
   Собственно, и так было ясно, что именно девочки увидели – наверняка разнузданную сцену ласк Екатерины Филипповны и управляющего Усачева. И те убили внучку мельника, выдав ее смерть за деяние мифической ведьмы, чтобы весть об адюльтере не разнеслась по округе. А Тосю любовники то ли не заметили, то ли пожалели. В конце концов, она все же племянница Екатерины Филипповны. Хотя если та родного брата отравила стрихнином…
   Напоив больную чаем с малиновым вареньем, Женя отправилась к Филиппку.
   Мальчик велел, чтобы учительница с ним играла. Но через некоторое время Женя пожелала посмотреть, как дела у его сестры, и тот скривил губы:
   – Тося, Тося… Она уже взрослая, да и простуда у нее наверняка легкая, только корчит из себя…
   Женя строго посмотрела на воспитанника:
   – Ты не имеешь права говорить так. Тося в самом деле больна.
   – Это я болею, а не она, – заявил мальчик с внезапной злобой и замахнулся костылем. – Она что, через два дня будет снова скакать по саду! И везде подслушивать! А я на всю жизнь наказан этой ногой, причем никто не знает, почему Господь решил меня покарать!
   – Господь не карает, он просто испытывает тех, кого больше всего любит… – произнесла Женя и прижала к себе дрожащего мальчика. То, что тот ревновал ее к Тосе, она заметила уже давно. Ему не нравилось, что сестра время от времени была в центре внимания, ему хотелось, чтобы вся любовь и забота предназначались только одному человеку: ему самому.
   – Лучше бы Господь мне новую ногу подарил! – буркнул Филиппок, прижимаясь к Жене. – Тогда я пойму, что он меня больше всех любит. А ты меня любишь?
   – Конечно, люблю! – кивнула Женя и поцеловала мальчика в лоб. Тот же, хитро улыбнувшись, спросил:
   – Больше, чем Тоську?
   Потрепав его по волосам, девушка ответила:
   – Я люблю вас каждого по-своему, потому что вы совершенно разные.
   – Нет, скажи, я хочу знать, кого ты больше любишь, ее или меня! – капризно потребовал Филиппок. – И не будь, как мама, которая тоже правду сказать боится. Я ведь знаю, что мама меня не любит! И стесняется меня. Потому что у меня эта треклятая нога!
   Женя уверила мальчика, что Алевтина Илларионовна обожает его, и тот снова заканючил:
   – Но меньше, чем Тосю! Потому что она такая ужасно умная! И все правильно делает! И у нее две здоровые ноги! А я только обуза! Так скажи, кого ты больше любишь?
   – Тебя, конечно, тебя! – сказала Женя, добиваясь того, чтобы Филиппок успокоился. И тот в самом деле моментально перестал плакаться, поцеловал ее и принялся за уроки.
   Женя же заглянула к Тосе, потому что ощущала перед ней вину за то, что обманула мальчика. Любила она каждого из детей по-своему, но в итоге одинаково. Однако она пошла на поводу у больного мальчика и сказала то, что хотелось ему услышать.
   Тося спала, закутавшись в одеяло. Женя поправила его и тихо произнесла:
   – И тебя я, конечно же, тоже люблю…
   Выйдя из комнаты, она вдруг осознала, что дети в опасности. Ей требовалось поставить в известность Алевтину Илларионовну – только вот о чем и как? Не заявиться же к ней и не сказать, что ее золовка состоит в любовной связи с управляющим и что они ядом извели генерала? От такого Алевтину Илларионовну еще чего удар хватит.
   Посему Женя приняла решение пока что ничего вдове не говорить, а посоветоваться с господином Забияко – благо до намеченного суаре с московской дамой-медиумом оставалось всего несколько дней.
   Женя была уверена, что в эти несколько дней коварные любовники не предпримут ничего ужасного. А потом, когда господин Забияко даст ей ценный совет, она поступит в точности с его словами.
   Не могла Женя понять только одного: каким образом Екатерина Филипповна и ее хахаль намеревались завладеть поместьем. Если злоумышленники и отравят, скажем, Алевтину Илларионовну, то все унаследуют ее дети, Тося и Филиппок. Имелся еще и Гоша, генеральский сын от первого брака, которому после смерти родителя кое-что перепало и который, не исключено, включен и в завещание мачехи.
   Получалось, что любовной парочке требовалось извести всю семью, дабы получить наследство. Это было возможно, но кончина сразу четырех человек была бы крайне подозрительной. Такой кошмарной трагедией точно заинтересовалась бы полиция, провела расследование и нашла бы злоумышленников.
   Тогда что же замышляют Екатерина Филипповна и Иван Степанович?

   Желая разузнать это, девушка воспользовалась моментом и проникла в комнату управляющего. Там царил идеальный порядок, ничего подозрительного она не обнаружила. Но на дне шкафа отыскала старый чемодан, в котором нашла несколько проспектов о недвижимости на Лазурном побережье, а также револьвер и коробку с патронами. И пришла к выводу: Усачев явно собирается присвоить миллион, если его с Екатериной Филипповной план увенчается успехом. А потом избавится и от сообщницы. Что рука у него не дрогнет, Женя нисколько не сомневалась. Причем злобную старую деву ей ничуть не было жаль.
   Затем девушка побывала в комнате золовки хозяйки. Там, как и в обиталище Усачева, все было на своем месте, рукомойник сиял, все вещи были тщательно уложены. Однако тот факт, что Екатерина Филипповна являлась крайне аккуратной дамой, не делал ее хорошим человеком.
   Особенно заинтересовалась Женя содержимым аптечки, располагавшейся в примыкавшей к спальне ванной комнате. В ней помимо различного рода безобидных лекарств она обнаружила темный флакон с притертой пробкой и без наклейки. Юная сыщица открутила пробку и осторожно понюхала плескавшийся в бутылочке состав. Запаха не было, однако девушка могла поклясться, что это яд. Не исключено, раствор стрихнина, при помощи которого сестра опоила брата. Или другой токсин, который злодейка намеревалась испробовать на прочих родственниках.
   На всякий случай Женя вылила содержимое склянки в раковину, тщательно промыла емкость, наполнила водой из-под крана и поставила обратно ее на полочку. Затем выскользнула из ванной, подошла к выходу, желая покинуть комнату, – и вдруг увидела, как дверь отворяется.
   В голове мелькнуло: если старая дева застанет ее в своих апартаментах, последует небывалый скандал, который наверняка будет стоить Жене места. Поэтому девушка нырнула в шкаф, в последний момент успев прикрыть створку, но не до конца, получив тем самым возможность наблюдать.
   В комнату вплыла Екатерина Филипповна, захлопнула за собой дверь – и потянула носом, словно крыса. Женя испугалась – вдруг старая дева, подобно сказочной ведьме, сейчас протянет: «Здесь кто-то есть… Выходи, я тебя съем!»
   Того, что Екатерина Филипповна питалась человечиной, девушка совсем даже не исключала. Только чтобы быть каннибалом, не обязательно уплетать людей на ужин – достаточно просто сеять смерть и убивать невинных. А мерзкая тетка этим занимается, что было теперь известно точно.
   Хозяйка комнаты подошла к столу, положила на него сумочку, из которой вынула темно-зеленую бутылочку. В дверь осторожно постучали, старая дева спросила, кто это, и получила ответ, что Усачев. Она быстро открыла дверь, управляющий проскользнул внутрь. Прятавшейся в шкафу Жене пришлось наблюдать за тем, как любовники лобызаются – зрелища противнее и выдумать было нельзя.
   – Ну как, удалось обвести дурака вокруг пальца? – спросил наконец Усачев. И Екатерина Филипповна ответила:
   – Да, конечно. Побывала в его оранжерее – у него там настоящая лаборатория! Этот идиот производит там разнообразные тинктуры, настойки, яды, и я позаимствовала у него кое-что. Скоро нам пригодится!
   Она указала на темно-зеленую бутылочку.
   – Однако торопиться не следует, – покачал головой управляющий. – Пока надо затихнуть и лечь на дно. Сама никаких шагов не предпринимай, Катя. Я тебе дам сигнал.
   – С какой бы радостью я подлила это в чай моей любимой золовке! – воскликнула старая дева, потрясая флаконом. – Так и хочется посмотреть, как она сдохнет в мучениях!
   – Еще одна скоропостижная смерть вызовет массу подозрений, что не в наших интересах, Катя. У меня задумка получше. Приходи сегодня вечером в беседку, я тебе расскажу…
   Мужчина удалился. Вскоре и Екатерина Филипповна, зайдя на минутку в ванную комнату, последовала его примеру.
   Женя вылезла из шкафа и тоже отправилась в ванную. Нашла темно-зеленую бутылочку, спрятанную за прочими с безобидным содержимым, вылила яд в раковину, вымыла флакон и наполнила водой. Так-то лучше! Она не была уверена, что отравительница будет действовать по плану любовника. Злодейка вполне ведь способна, не сдержавшись, опоить генеральшу раньше времени.
   Женя непременно побежала бы после захода солнца в беседку, дабы узнать, что замышляют коварные преступники, однако к вечеру у Филиппка поднялась температура – видимо, он подцепил простуду, от которой уже выздоравливала Тося. Девушке пришлось провести всю ночь около его кровати, так как мальчик бредил, цеплялся за ее руку и просил никуда не уходить. Ему казалось, за ним придет ведьма и заберет на болото. Бедняжка и не подозревал, что настоящая ведьма, его тетка, давно обосновалась в доме.
   Вечером следующего дня Женя все-таки пробралась к беседке – Филиппку уже полегчало, его можно было оставить одного. Прождала там полчаса, но никто так и не появился. Судя по всему, любовники, обговорив свои планы предыдущей ночью, снова туда не пришли. Так что узнать, что они затевают, не удалось.
   Настала суббота, та самая, когда должно было состояться суаре у Изыдина.
   Приглашены на вечеринку были Алевтина Илларионовна, Женя и Екатерина Филипповна. Последняя, сославшись на то, что ей всякие эзотерические штучки малоинтересны и кому-то из взрослых надо присмотреть за больными еще детьми, отказалась от поездки. У Жени мелькнула мысль, не замышляет ли старая дева чего-либо нехорошего. Поэтому с большим удовольствием она тоже осталась бы дома. Однако понимала, что на суаре Забияко каким-то хитрым способом намерен разоблачить убийцу ее тетушки, и решила ехать.
   О том, что именно Усачев мог быть тем самым человеком в сапогах, зарубившим владелицу ломбарда, девушка уже давно думала. Окольными путями она узнала, что в год убийства Елизаветы Никитичны нынешний управляющий генеральши якобы работал где-то в Сибири. Но подтверждений этому никаких не имелось – кроме его собственных слов, коим веры не было никакой.
   Кстати, Алевтина Илларионовна попросила Ивана Степановича сопровождать ее на суаре, потому что не хотела сама править бричкой, особенно возвращаясь ночью вдоль болот. А значит, Усачев тоже примет участие в действе, которое разработал Забияко.
   Утром произошел один инцидент. Женя обратила внимание, что Екатерина Филипповна как-то странно возбуждена. Более того, суетилась на кухне и даже вызвалась лично подавать хозяйке имения ее любимый пудинг. Женя, наблюдая за ней исподтишка, заметила вдруг, как старая дева прячет в карман фартука знакомую ей темно-зеленую бутылочку.
   Значит, она в самом деле собралась отравить Алевтину Илларионовну!
   Хоть Женя и помнила, как подменила яд водой, она не могла допустить, чтобы генеральша попробовала кушанье. Тем более дети тоже изъявили желание его откушать. Поэтому, когда кухарка несла пудинг в столовую, учительница намеренно бросилась ей наперерез, вроде бы случайно толкнула ее – и блюдо полетело на пол.
   Больше всех почему-то сокрушался Гоша. А Екатерина Филипповна, чье лицо покрылось красными пятнами, тотчас убежала к себе в комнату.
   Через некоторое время Женя стала свидетельницей достаточно бурной сцены между старой девой и ее любовником – Усачев, поняв, что соратница пыталась использовать яд, обозвал ее идиоткой, а та залепила ему пощечину. Нашей сыщице это было только на руку: ведь если злоумышленники поссорятся, то, может быть, откажутся от своих черных планов.
   Под вечер две дамы и один господин отправились в поместье Изыдина.

   Обещанная дама-медиум из Москвы оказалась крупной, полной особой, облаченной в ярко-красное платье, обернутой в черную шаль и обмахивавшейся испанским веером. Говорила госпожа фон Гольц чуть ли не басом и постоянно требовала себе сигареты с ментолом.
   Ее появление произвело фурор. Женя же осмотрела собравшихся – кажется, это было примерно то самое общество, что и в день, когда генерал Рыбоедов выиграл в карты перстень с сапфиром.
   Сам хозяин, Севастьян Ардалионович Изыдин, как всегда, во всем зеленом, суетился вокруг эзотерической гостьи. Его кузен, Эрнест Тихонович Забияко, восседал в кресле и странно улыбался. (С ним Женя имела короткую беседу, изложив новости, ставшие ей известными. Бывший полицейский пожурил ее за то, что она подвергла свою жизнь опасности, но под конец добавил: из нее вышел бы настоящий частный детектив или писатель криминальных романов.) Землевладелец Данила Денисович Баранов ходил по гостиной, скрипя сапогами и зыркая по сторонам подобно филину. Алевтина Илларионовна, как обычно, щебетала, рассказывая о недавней болезни своих детей, а Иван Степанович Усачев, сидевший поодаль, молча морщил лоб. Остальные приглашенные, пара незнакомых Жене владельцев соседних усадеб, расселись кто где.
   – Дамы и господа, дорогие друзья! – произнес, хлопнув в пухлые ладоши, Изыдин. – Все вы, я вижу, крайне заинтересовались моей замечательной гостьей, госпожой фон Гольц и ее паранормальными способностями. Кстати, открою вам секрет: госпожа фон Гольц консультировала даже полицию в ряде запутанных дел. И помогла напасть на след истинных преступников!
   – Но в нашем-то краю преступлений нет… – заметил Баранов.
   А алхимик усмехнулся:
   – Ну, как сказать, Данила Денисович, как сказать… Взять, к примеру, Ведьмино болото…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация