А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Полная хрестоматия для начальной школы. 2 класс" (страница 1)

   Полная хрестоматия для начальной школы. 2 класс
   Автор-составитель Николай Владимирович Белов

   Охраняется законом об авторском праве. Воспроизведение всей книги или любой ее части запрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

   Русское народное творчество

   Сказки

   Финист – ясный сокол

   Жил да был крестьянин. Умерла у него жена, осталось три дочки. Хотел старик нанять работницу – в хозяйстве помогать. Но меньшая дочь, Марьюшка, сказала:
   – Не надо, батюшка, нанимать работницу, сама я буду хозяйство вести.
   Ладно. Стала дочка Марьюшка хозяйство вести. Все-то она умеет, все-то у нее ладится. Любил отец Марьюшку: рад был, что такая умная да работящая дочка растет. Из себя-то Марьюшка красавица писаная. А сестры ее завидущие да жаднющие, из себя-то они некрасивые, а модницы-перемодницы – весь день сидят да белятся, да румянятся, да в обновки наряжаются, платье им – не платье, сапожки – не сапожки, платок – не платок.
   Поехал отец на базар и спрашивает дочек:
   – Что вам, дочки, купить, чем порадовать?
   И говорят старшая и средняя дочки:
   – Купи по полушалку, да такому, чтобы цветы покрупнее, золотом расписанные.
   А Марьюшка стоит да молчит. Спрашивает ее отец:
   – А что тебе, доченька, купить?
   – Купи мне, батюшка, перышко Финиста – ясна сокола.
   Приезжает отец, привозит дочкам полушалки, а перышка не нашел.
   Поехал отец в другой раз на базар.
   – Ну, – говорит, – дочки, заказывайте подарки.
   Обрадовались старшая и средняя дочки:
   – Купи нам по сапожкам с серебряными подковками.
   А Марьюшка опять заказывает:
   – Купи мне, батюшка, перышко Финиста – ясна сокола.
   Ходил отец весь день, сапожки купил, а перышка не нашел. Приехал без перышка.
   Ладно. Поехал старик в третий раз на базар, а старшая и средняя дочки говорят:
   – Купи нам по платью.
   А Марьюшка опять просит:
   – Батюшка, купи перышко Финиста – ясна сокола.
   Ходил отец весь день, а перышка не нашел. Выехал из города, а навстречу старенький старичок.
   – Здорово, дедушка!
   – Здравствуй, милый! Куда путь-дорогу держишь?
   – К себе, дедушка, в деревню. Да вот горе у меня: меньшая дочка наказывала купить перышко Финиста – ясна сокола, а я не нашел.
   – Есть у меня такое перышко, да оно заветное; но для доброго человека, куда ни шло, отдам.
   Вынул дедушка перышко и подает, а оно самое обыкновенное. Едет крестьянин и думает: «Что в нем Марьюшка нашла хорошего!»
   Привез старик подарки дочкам, старшая и средняя наряжаются да над Марьюшкой смеются:
   – Как была ты дурочка, так и есть. Нацепи свое перышко в волоса да красуйся!
   Промолчала Марьюшка, отошла в сторону, а когда все спать полегли, бросила Марьюшка перышко на пол и проговорила:
   – Любезный Финист – ясный сокол, явись ко мне, жданный мой жених!
   И явился ей молодец красоты неописанной. К утру молодец ударился об пол и сделался соколом. Отворила ему Марьюшка окно, и улетел сокол к синему небу.
   Три дня Марьюшка привечала к себе молодца; днем он летает соколом по синему поднебесью, а к ночи прилетает к Марьюшке и делается добрым молодцем.
   На четвертый день сестры злые заметили – наговорили отцу на сестру.
   – Милые дочки, – говорит отец, – смотрите лучше за собой.
   «Ладно, – думают сестры, – посмотрим, как будет дальше».
   Натыкали они в раму острых ножей, а сами притаились, смотрят. Вот летит ясный сокол. Долетел до окна и не может попасть в комнату Марьюшки. Бился-бился, всю грудь изрезал, а Марьюшка спит и не слышит.
   И сказал тогда сокол:
   – Кому я нужен, тот меня найдет. Но это будет нелегко. Тогда меня найдешь, когда трое башмаков железных износишь, трое посохов железных изломаешь, трое колпаков железных порвешь.
   Услышала это Марьюшка, вскочила с кровати, посмотрела в окно, а сокола нет, и только кровавый след на окне остался. Заплакала Марьюшка горькими слезами – смыла слезками кровавый след и стала еще краше.
   Пошла она к отцу и проговорила:
   – Не брани меня, батюшка, отпусти в путь-дорогу дальнюю. Жива буду – свидимся, умру – так, знать, на роду написано.
   Жалко было отцу отпускать любимую дочку, но отпустил.
   Заказала Марьюшка трое башмаков железных, трое посохов железных, трое колпаков железных и отправилась в путь-дорогу дальнюю, искать желанного Финиста – ясна сокола. Шла она чистым полем, шла темным лесом, высокими горами. Птички веселыми песнями ей сердце радовали, ручейки лицо белое умывали, леса темные привечали. И никто не мог Марьюшку тронуть: волки серые, медведи, лисицы – все звери к ней сбегались. Износила она башмаки железные, посох железный изломала и колпак железный порвала.
   И вот выходит Марьюшка на поляну и видит: стоит избушка на курьих ножках – вертится. Говорит Марьюшка:
   – Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.
   Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там Баба-яга – костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.
   Увидела Баба-яга Марьюшку, зашумела:
   – Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?
   – Ищу, бабушка, Финиста – ясна сокола.
   – О, красавица, долго тебе искать! Твой ясный сокол за тридевять земель, в тридевятом государстве. Опоила его зельем царица-волшебница и женила на себе. Но я тебе помогу. Вот тебе серебряное блюдечко и золотое яичко. Когда придешь в тридевятое царство, наймись работницей к царице. Покончишь работу – бери блюдечко, клади золотое яичко, само будет кататься. Станут покупать – не продавай. Просись Финиста – ясна сокола повидать.
   Поблагодарила Марьюшка Бабу-ягу и пошла. Потемнел лес, страшно стало Марьюшке, боится и шагнуть, а навстречу кот. Прыгнул к Марьюшке и замурлыкал:
   – Не бойся, Марьюшка, иди вперед. Будет еще страшнее, а ты иди и иди, не оглядывайся.
   Потерся кот спинкой и был таков, а Марьюшка пошла дальше. А лес стал еще темней.
   Шла, шла Марьюшка, сапоги железные износила, посох поломала, колпак порвала и пришла к избушке на курьих ножках. Вокруг тын, на кольях черепа, и каждый череп огнем горит.
   Говорит Марьюшка:
   – Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.
   Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там Баба-яга – костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.
   Увидела Баба-яга Марьюшку, зашумела:
   – Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?
   – Ищу, бабушка, Финиста – ясна сокола.
   – А у моей сестры была?
   – Была, бабушка.
   – Ладно, красавица, помогу тебе, бери серебряные пяльцы, золотую иголочку. Иголочка сама будет вышивать серебром и золотом по малиновому бархату. Будут покупать – не продавай. Просись Финиста – ясна сокола повидать.
   Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. А в лесу стук, гром, свист, черепа лес освещают. Страшно стало Марьюшке. Глядь, собака бежит:
   – Ав, ав, Марьюшка, не бойся, родная, иди! Будет еще страшнее, не оглядывайся.
   Сказала и была такова. Пошла Марьюшка, а лес стал еще темнее. За ноги ее цепляет, за рукава хватает… Идет Марьюшка, идет и назад не оглянется.
   Долго ли, коротко ли шла – башмаки железные износила, посох железный поломала, колпак железный порвала. Вышла на полянку, а на полянке избушка на курьих ножках, вокруг тын, а на кольях лошадиные черепа; каждый череп огнем горит.
   Говорит Марьюшка:
   – Избушка, избушка, встань к лесу задом, а ко мне передом!
   Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит Баба-яга – костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос. Сама черная, а во рту один клык торчит.
   Увидела Баба-яга Марьюшку, зашумела:
   – Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?
   – Ищу, бабушка, Финиста – ясна сокола.
   – Трудно, красавица, тебе будет его отыскать, да я помогу. Вот тебе серебряное донце, золотое веретенце. Бери в руки, само прясть будет, потянется нитка не простая, а золотая.
   – Спасибо тебе, бабушка.
   – Ладно, спасибо после скажешь, а теперь слушай, что тебе накажу: будут золотое веретенце покупать – не продавай, а просись Финиста – ясна сокола повидать.
   Поблагодарила Марьюшка Бабу-ягу и пошла, а лес зашумел, загудел: поднялся свист, совы закружились, мыши из нор повылезли – да все на Марьюшку. И видит Марьюшка – бежит навстречу серый волк.
   – Не горюй, – говорит он, – а садись на меня и не оглядывайся.
   Села Марьюшка на серого волка, и только ее и видели. Впереди степи широкие, луга бархатные, реки медовые, берега кисельные, горы в облака упираются. А Марьюшка скачет и скачет. И вот перед Марьюшкой хрустальный терем. Крыльцо резное, оконца узорчатые, а в оконце царица глядит.
   – Ну, – говорит волк, – слезай, Марьюшка, иди и нанимайся в прислуги.
   Слезла Марьюшка, узелок взяла, поблагодарила волка и пошла к хрустальному дворцу. Поклонилась Марьюшка царице и говорит:
   – Не знаю, как вас звать, как величать, а не нужна ли вам будет работница?
   Отвечает царица:
   – Давно я ищу работницу, но такую, которая могла бы прясть, ткать, вышивать.
   – Все это я могу делать.
   – Тогда проходи и садись за работу.
   И стала Марьюшка работницей. День работает, а наступит ночь – возьмет Марьюшка серебряное блюдечко и золотое яичко и скажет:
   – Катись, катись, золотое яичко, по серебряному блюдечку, покажи мне моего милого.
   Покатится яичко по серебряному блюдечку, и предстанет Финист – ясный сокол. Смотрит на него Марьюшка и слезами заливается:
   – Финист, мой Финист – ясный сокол, зачем ты меня оставил одну, горькую, о тебе плакать!
   Подслушала царица ее слова и говорит:
   – Продай ты мне, Марьюшка, серебряное блюдечко и золотое яичко.
   – Нет, – говорит Марьюшка, – они непродажные. Могу я тебе их отдать, если позволишь на Финиста – ясна сокола поглядеть.
   Подумала царица, подумала.
   – Ладно, – говорит, – так и быть. Ночью, как он уснет, я тебе его покажу.
   Наступила ночь, и идет Марьюшка в спальню к Финисту – ясну соколу. Видит она – спит ее сердечный друг сном непробудным. Смотрит Марьюшка, не насмотрится, целует в уста сахарные, прижимает к груди белой, – спит, не пробудится сердечный друг.
   Наступило утро, а Марьюшка не добудилась милого…
   Целый день работала Марьюшка, а вечером взяла серебряные пяльцы да золотую иголочку. Сидит вышивает, сама приговаривает:
   – Вышивайся, вышивайся, узор, для Финиста – ясна сокола. Было бы чем ему по утрам вытираться.
   Подслушала царица и говорит:
   – Продай, Марьюшка, серебряные пяльцы, золотую иголочку.
   – Я не продам, – говорит Марьюшка, – а так отдам, разреши только с Финистом – ясным соколом свидеться.
   Подумала та, подумала.
   – Ладно, – говорит, – так и быть, приходи ночью.
   Наступает ночь. Входит Марьюшка в спаленку к Финисту – ясну соколу, а тот спит сном непробудным.
   – Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!
   Спит Финист – ясный сокол крепким сном. Будила его Марьюшка – не добудилась.
   Наступает день.
   Сидит Марьюшка за работой, берет в руки серебряное донце, золотое веретенце. А царица увидала:
   – Продай да продай!
   – Продать не продам, а могу и так отдать, если позволишь с Финистом – ясным соколом хоть часок побыть.
   – Ладно, – говорит та.
   А сама думает: «Все равно не разбудит».
   Настала ночь. Входит Марьюшка в спальню к Финисту – ясну соколу, а тот спит сном непробудным.
   – Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!
   Спит Финист, не просыпается.
   Будила, будила – никак не может добудиться, а рассвет близко.
   Заплакала Марьюшка:
   – Любезный ты мой Финист – ясный сокол, встань, пробудись, на Марьюшку свою погляди, к сердцу своему ее прижми!
   Упала Марьюшкина слеза на голое плечо Финиста – ясна сокола и обожгла. Очнулся Финист – ясный сокол, осмотрелся и видит Марьюшку. Обнял ее, поцеловал:
   – Неужели это ты, Марьюшка! Трое башмаков износила, трое посохов железных изломала, трое колпаков железных поистрепала и меня нашла? Поедем же теперь на родину.
   Стали они домой собираться, а царица увидела и приказала в трубы трубить, об измене своего мужа оповестить.
   Собрались князья да купцы, стали совет держать, как Финиста – ясна сокола наказать.
   Тогда Финист – ясный сокол говорит:
   – Которая, по-вашему, настоящая жена: та ли, что крепко любит, или та, что продает да обманывает?
   Согласились все, что жена Финиста – ясна сокола – Марьюшка.
   И стали они жить-поживать да добра наживать. Поехали в свое государство, пир собрали, в трубы затрубили, в пушки запалили, и был пир такой, что и теперь помнят.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация