А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Синий георгин" (страница 18)

   – Милый факт из истории Бил-стрит.
   – О, их бесчисленное множество! Здесь зародились блюз и рок, процветали вуду, игорный бизнес, секс, скандалы, бутлегеры, карманники и убийцы, – Логан рассказывал под доносившуюся из клуба музыку, казавшуюся Стелле ярчайшим примером жанров, зародившихся на Юге. – Все это происходило прямо тут, но нам остается наслаждаться тем, что есть сейчас.
   Они присоединились к толпе, собравшейся вдоль тротуара и наблюдающей за тремя мальчишками, кувыркающимися посреди улицы.
   – Я тоже так умею, – кивнула Стелла на одного из мальчиков, который шел на руках к коробке для сбора денег.
   – Угу.
   – Честно, умею. Просто не собираюсь демонстрировать сие здесь и сейчас. Шесть лет занятий гимнастикой. Я могу скрутиться в кренделек. Ну, в полкренделька, а однажды…
   – Вы пытаетесь меня возбудить?
   Стелла рассмеялась.
   – Нет.
   – Тогда это побочный эффект. Кстати, а как выглядит полкренделька?
   – Может, когда-нибудь я вам покажу. Когда буду соответствующим образом одета.
   – Вы все-таки пытаетесь меня возбудить.
   Стелла снова рассмеялась, не сводя глаз с уличных гимнастов. Логан бросил в коробку деньги, и они пошли дальше.
   – Кто такая Бетти Пейдж и почему ее лицо на всех этих рубашках?
   Китридж резко остановился.
   – Издеваетесь?
   – Ни в коем случае.
   – Думаю, вы не просто жили на Севере, вы жили в какой-то северной пещере. Бетти Пейдж – легендарная красотка пятидесятых и секс-символ на все времена.
   – Откуда вы знаете? Вас тогда еще и на свете не было.
   – Я считаю своим долгом изучать историю родной культуры, особенно когда речь идет о роскошных фотомоделях, снимавшихся в обнаженном или полуобнаженном виде. Посмотрите на это лицо. Соседская девчонка с телом Венеры.
   – Но она вряд ли умела ходить на руках, – обронила Стелла, и Логан рассмеялся, оценив ее шутку.
   Они прогулялись до конца улицы и вернулись по другой ее стороне, избавляясь от набранных за обедом калорий. Логан попытался заманить Стеллу в блюз-клуб, но после коротких колебаний она отрицательно покачала головой.
   – На самом деле не могу. Мы уже задержались дольше, чем я планировала. Нельзя злоупотреблять добротой Роз. На сегодня с нее хватит.
   – Приглашение остается в силе.
   Они сели в машину.
   – Я внесу блюз-клуб в свой список, а пока вычеркну Бил-стрит и кошачьего сома. Меня уже можно считать местной?
   – Не успеете оглянуться, как сами будете жарить кошачьего сома и класть арахис в колу.
   – Господи, зачем мне класть арахис в колу? Ладно, забудьте, – Стелла отмахнулась. – Это ваши южные штучки. А если я просто скажу, что провела чудесный вечер?
   – Я буду польщен.
   «Не было ни неловкости, ни скуки, ни напряжения», – подумала Стелла. Ну, если не считать первых минут. Оказывается, она забыла или почти забыла, как стимулирует и расслабляет мужское внимание. И – какой смысл притворяться? – она пыталась представить эти большие, загрубевшие ладони на своем теле.
   Когда они подъезжали к дому, Стелла увидела горящий фонарь над входом, освещенные окна холла и своей спальни. Роз оставила для нее включенным свет. Так сделала бы мать… или старшая сестра. Роз слишком молода, чтобы быть ей матерью.
   Карла, родная мать, всегда была слишком занята собственной жизнью, чтобы думать о таких мелочах, как свет над парадной дверью. Может, и это сыграло свою роль в одержимости мелочами ее дочери.
   – Какой прекрасный дом, – задумчиво сказала Стелла. – Он будто мерцает в темноте. Неудивительно, что Роз его любит.
   – Потрясающий. А когда зацветут сады, просто глаз не отвести.
   – Она могла бы проводить иногда экскурсии по дому и саду.
   – Когда-то Роз так и делала. Раз в год. Перестала после того, как вышвырнула этого подонка Кларка. Я на вашем месте не стал бы затрагивать эту тему. – Логан не дал Стелле возразить. – Если она захочет возобновить сию традицию, то так сделает.
   Уже привыкнув к его манерам, Стелла думала, что Логан обойдет капот и откроет ее дверцу.
   – Я жду не дождусь, когда наконец увижу сады в полном блеске. И я благодарна судьбе за то, что мне довелось пожить здесь какое-то время и познакомить детей с местными традициями.
   – Есть еще одна традиция. Поцеловать девушку на прощание.
   На этот раз он двигался медленнее. Стелла успела замереть в предвкушении и, когда их губы встретились, почувствовала, как мурашки разбегаются по коже, прокладывая дорожки к горлу, животу… Логан провел языком по ее губам, погрузил руки в волосы, погладил плечи, бедра и теснее прижал к себе.
   «Мышцы…» – отрешенно подумала она. О боже! Вот уж чего ему не занимать. Стальные мышцы, только теплые… Логан чуть переместился, прижал ее спиной к дверце, и его поцелуй стал яростным, жадным. В его объятиях она казалась себе маленькой и хрупкой, голова кружилась, ожившее тело звенело от желания.
   – Подожди, – умудрилась прошептать Стелла. – Подожди минутку.
   – Не сейчас.
   Логан жаждал гораздо большего, но понимал, что придется смириться с поцелуем, и не хотел спешить. Он впитывал сладость ее губ, эротичную дрожь ее тела и представлял, как мог бы овладеть ею быстро и жадно… Или сдерживая бушующее желание, пока не сойдет с ума.
   Отстранившись от нее, увидев ее затуманенные глаза, Китридж понял, что возможно все. Только в другой раз, в другом месте.
   – Будем притворяться, что остановимся на этом?
   – Я не могу… – Она оглянулась на дверь.
   – Не сегодня, – уточнил Логан.
   – Тогда не будем.
   – Хорошо.
   – Но я не могу бросаться в такие отношения, как в омут. Мне необходимо…
   – Спланировать. Подготовиться.
   – Спонтанность вообще не мой конек, а спонтанность… такого рода при двух детях практически невозможна.
   – Хорошо. Спланируй. Подготовься. И дай мне знать. Я чемпион по спонтанности. – Логан снова стал целовать ее, а когда отпустил, она уже не чувствовала под собой ног. – У тебя есть мои телефоны. Позвони. – Он отступил. – Иди в дом, Стелла. По традиции нужно не просто поцеловать девушку на прощание, но и подождать, пока она не исчезнет за дверью, а потом уйти прочь, с нетерпением ожидая новой встречи.
   – Спокойной ночи. – Стелла вошла в дом, как в тумане поднялась по лестнице, забыв погасить свет внизу, и услышала, вернее поняла, что слышит пение, только когда была в двух шагах от спальни своих сыновей.
   В одно мгновение она оказалась у двери. И увидела. Увидела в свете ночника силуэт, сияние белокурых волос, блеск глаз, смотревших на нее в упор.
   Ее обдало холодом, словно ледяная ладонь ударила гневно, наотмашь… и тут же холод исчез, как и видение.
   На подкашивающихся ногах Стелла метнулась в проход между кроватями, погладила две родные головки. Гэвин. Люк. Приложила ладони к их щекам, к спинкам, как давным-давно, когда они были младенцами. Так нервная мать убеждается в том, что ее дитя дышит.
   Паркер лениво перекатился на другой бок, приветственно заворчал, разок ударил по полу хвостом и снова заснул.
   «Пес чувствует меня, мой запах, знакомый запах. А как же с ней? Почему он не лает на нее? Может, я просто схожу с ума?..»
   Стелла разделась, приготовилась ко сну, отнесла одеяло с подушкой в комнату сыновей, легла между их кроватями и до утра охраняла от того, чего не может быть.

   12

   Роз в теплице поливала однолетники, выращенные за зиму. Скоро, очень скоро придется выставить их на продажу. Расставание всегда немного печалило ее, ведь не она посадит их и не со всеми из них будут обращаться так, как следует.
   Одни умрут от небрежения, другие от избытка солнца или его недостатка, но пока они свежие, здоровые и полны скрытых возможностей.
   И принадлежат ей.
   Придется их отпустить, как пришлось отпустить сыновей, и надеяться, что, как и ее мальчики, они раскроют все свои возможности.
   Роз скучала по сыновьям больше, чем сознавала до тех пор, пока в ее доме снова не появились мальчишки с их болтовней, запахами и беспорядком. Разумеется, присутствие Харпера приносит облегчение, но как же трудно удержаться от крайностей – окружать его излишней заботой или, наоборот, слишком сильно зависеть от него!
   И, хотя Харпер живет совсем рядом и они часто работают бок о бок, он никогда больше не будет принадлежать только ей. Как и младшие сыновья. Ей остались лишь их редкие приезды, телефонные звонки и электронные письма. И радость от того, что они счастливо строят свою жизнь.
   Она родила их, вырастила, воспитала. И отпустила.
   Она не из тех властных мамаш, которые не дают детям свободно вздохнуть. Сыновья, как растения, нуждаются в пространстве и воздухе. Но господи, как же иногда хочется вернуться назад лет на десять или двадцать и повозиться со своими бесценными мальчишками еще немного…
   Все, хватит сентиментальных воспоминаний, от них одно расстройство.
   Роз со вздохом выключила воду как раз в тот момент, когда в теплицу вошла Стелла.
   – Нет ничего лучше запаха влажной земли, правда, Стелла?
   – Для нас да. Взгляните на календулы. Такое впечатление, что они хотят вылететь отсюда. Я утром вас упустила…
   – Сегодня днем собрание садового клуба, и я пришла пораньше, чтобы составить пару дюжин композиций для украшения столов. Решила остановиться вот на этих вазах.
   – Отличная реклама. А я хочу поблагодарить вас за то, что вчера присмотрели за мальчиками.
   – Я получила огромное удовольствие. Вы хорошо провели время?
   – Да, даже не ожидала. Вы не возражаете, если мы с Логаном начнем встречаться?
   – А почему я должна возражать?
   – Мы оба у вас работаем…
   – Взрослые люди должны жить своей жизнью в любых обстоятельствах. Вы взрослые и свободные. Я думаю, сами решите, встречаться вам или нет.
   – И мы обе под встречами понимаем нечто другое.
   Роз начала прищипывать петунии.
   – Стелла, если бы вы не хотели секса с мужчиной, который выглядит так, как Логан Китридж, я бы встревожилась за вас.
   – Тогда, думаю, вам не о чем тревожиться. И все же я хочу сказать… Я работаю на вас. Я живу в вашем доме. Вы должны знать, что я не сплю со всеми подряд.
   – Ни секунды не сомневалась. Вы слишком осмотрительны, слишком рассудительны и чуточку слишком осторожны, чтобы спать с кем попало.
   – Еще один способ обозвать меня закомплексованной, – пробормотала Стелла.
   – Не совсем. Но даже если бы вы были неразборчивы в сексуальных связях, это все равно оставалось бы вашим делом, а не моим. Вы не нуждаетесь в моем одобрении.
   – Но хотела получить его, потому что, как и сказала, я работаю на вас и живу в вашем доме. И потому, что я вас уважаю.
   – Вот и прекрасно, – Роз перешла к бальзаминам. – Вы его получили. Я требовала, чтобы вы жили в моем доме, еще и потому, что хотела присмотреться к вам, узнать вас поближе. Я передала в ваши руки часть очень личного, очень важного для меня. Если бы через несколько недель я решила, что вы не тот человек, которого я могу любить и уважать, я бы вас уволила. – Роз оглянулась. – Как бы компетентны вы ни были. Компетентного работника найти не так уж и сложно.
   – Наверное, я должна вас поблагодарить.
   – Пожалуй, добавлю в композиции герань, тем более что у нас ее полно и она уже пересажена в горшки. Сэкономлю силы и время.
   – Сообщите мне количество, я внесу в инвентаризационную опись. Роз, я еще кое о чем хотела с вами поговорить…
   – Говорите, – Роз кивнула, выбирая растения.
   – О привидении.
   Роз приподняла оранжево-розовую герань и осмотрела со всех сторон.
   – Так что там с ней?
   – Я чувствую себя идиоткой, но… вам никогда не казалось, что она вам угрожает?
   – Угрожает? Нет. Пожалуй, слишком сильно сказано, – Роз поставила герань на пластмассовый поднос и взяла другую. – А в чем дело?
   – В том, что… кажется, я ее видела.
   – Ничего странного. Новобрачная Харпер обычно является матерям и маленьким мальчикам. Иногда и маленьким девочкам. Я сама в детстве видела ее несколько раз, затем довольно часто, когда одного за другим родила мальчиков.
   – Опишите мне ее.
   – Примерно вашего роста. – Разговаривая, Роз продолжала невозмутимо выбирать герани для садового клуба. – Худая. Очень худая. Лет двадцати пяти – двадцати восьми, хотя трудно сказать наверняка. И выглядит неважно, то есть даже для призрака. – Роз рассеянно улыбнулась. – Такое впечатление, что она была очень красивая, но некоторое время болела. Блондинка, цвет глаз где-то между зеленым и серым. И очень печальная. Серое платье… – или оно кажется серым – болтается на ней, будто она сильно исхудала.
   – Вот кого… вот что я видела. Фантастика, но я видела.
   – Она редко показывается не членам семьи, во всяком случае таково предание. Стелла, вы должны чувствовать себя польщенной. И не бояться.
   – Но я ощутила угрозу. Вчера вечером, когда вернулась домой и зашла проверить мальчиков. Сначала я услышала пение, что-то вроде колыбельной.
   – «Голубая лаванда». Ее фирменный знак, если можно так выразиться. – Роз отрезала маленькими садовыми ножницами тоненький боковой стебелек. – Она никогда не заговаривала со мной, да и ни с кем другим, насколько я знаю, но по ночам поет детям, живущим в доме.
   – «Голубая лаванда». Да. Эту старинную песенку я и услышала, когда влетела в комнату. Привидение… Она стояла между кроватями и смотрела на меня. Это длилось секунду, но она смотрела на меня. Ее глаза не были печальными, они горели гневом. Потом я почувствовала резкий холод, будто она в ярости ударила меня. А раньше я просто чувствовала холодок.
   Роз уже заинтересованно посмотрела на Стеллу.
   – Несколько раз мне тоже казалось, что я ее чем-то рассердила. Она вела себя как-то иначе. Очень похоже на то, что вы описываете.
   – Это случилось на самом деле.
   – Я верю вам, но, исходя из своего личного опыта, могу сказать следующее. Она кроткая, ласковая, а вспышки гнева я относила на счет дурного настроения. Я думаю, что у привидений бывает дурное настроение.
   – Вы думаете, что у привидений бывает дурное настроение? – медленно повторила Стелла. – Это выше моего понимания.
   – У людей же бывает дурное настроение. Почему после смерти они должны меняться?
   – Ладно, попробую сделать вид, что это не безумие, – решила Стелла, немного подумав. – Тогда, может, ей не нравится мое присутствие в доме?
   – За последние сто лет в Харпер-хаусе проживало много членов семьи и гостей. Она должна была привыкнуть. Если вы хотите переехать в другое крыло…
   – Нет. Вряд ли это что-то изменит. И хотя я вчера побоялась оставить мальчиков одних и спала в их комнате, я чувствую, что на них она не сердилась. Только на меня… Кто она?
   – Наверняка никто не знает. В приличном обществе ее называют новобрачной Харпер, но подразумевается, что она была прислугой. Няней или гувернанткой. Как я думаю, один из мужчин нашей семьи соблазнил ее и бросил, что еще более вероятно, если она забеременела. А предположить это вполне логично, поскольку у нее явная связь с детьми. Держу пари, она умерла в доме или где-то рядом.
   – Но ведь должны быть документы. Свидетельства о рождении и смерти, фотографии… Да что угодно!
   – О, документов великое множество.
   – Если позволите, я бы их просмотрела и попыталась выяснить, кто она. Я хочу знать, с чем или с кем имею дело.
   – Хорошо. – Все еще сжимая ножницы, Роз уперлась кулаком в бедро. – Странно, я даже не задумывалась, почему никто не сделал этого раньше, включая меня саму. Я помогу вам. Это будет очень интересно.

   – С ума сойти! – Хейли обвела взглядом огромный стол, на котором Стелла разложила фотоальбомы и коробки со старыми фотографиями, документы, ноутбук и несколько блокнотов. – Мы как банда Скуби![31]
   – Поверить не могу, что ты видела ее и ни словом не обмолвилась.
   Хейли, чуть ссутулившись, продолжала изучать свидетельства о родословной обитателей Харпер-хауса.
   – Я боялась, что вы сочтете меня сумасшедшей, – Хейли постучала себя по виску. – Впрочем, кроме одного раза, это казалось мимолетной игрой воображения. Раньше я никогда не сталкивалась с настоящим привидением. Классно!
   – Рада, что хоть кто-то получает от этого удовольствие.
   Хейли не просто получала удовольствие, она блаженствовала. И она, и ее отец любили книги и превратили свою гостиную в нечто вроде библиотеки – повесили книжные полки, поставили пару больших мягких кресел. Получилось очень мило и уютно.
   Но здесь была настоящая библиотека. Красивые книжные шкафы темного дерева занимали простенки между высокими окнами, уходили ввысь и растекались по стенам, окружая длинный стол в центре комнаты. Здесь имелись сотни, если не тысячи книг, но они не подавляли, смягченные приятной зеленью стен и кремовым гранитом камина со свечами в черных подсвечниках и многочисленными семейными фотографиями в рамках на каминной полке.
   Фотографии стояли повсюду. А восхитительные предметы искусства – вазы и статуэтки! А хрустальные часы! И, разумеется, цветы. Цветы украшали почти каждое помещение этого дома – здесь из широкой стеклянной вазы словно выплескивался фейерверк ярко-красных тюльпанов.
   Кресла – широкие, обтянутые натуральной кожей цвета сливочного масла – манили отдохнуть в них с книжкой. И хотя книжные шкафы подсвечивались, а в центре двухуровневого потолка искрилась огромная хрустальная люстра, множество ламп с плафонами из цветного стекла придавало помещению камерность. Ковры с растительным орнаментом, похоже очень старые, украшала кайма с экзотическими птицами.
   Хейли не могла представить, каково это – обладать подобной комнатой, а уж тем более декорировать ее, чтобы она стала такой великолепной – только это слово казалось ей подходящим – и в то же время уютной, как и их с отцом маленькая библиотека.
   А Роз сие знала. Хейли совершенно искренне считала Роз неподражаемой.
   – Это моя самая любимая комната во всем доме, – заявила Хейли. – Правда, я думаю то же самое о каждой комнате после того, как побуду в ней хотя бы пять минут… И все-таки главный приз я отдала бы этой. Она как будто сошла со страниц «Саутерн ливинг»[32]. Несмотря на все свое великолепие, библиотека действительно уютная. Я бы не побоялась уснуть на этом диване.
   – Понимаю тебя. – Стелла отложила просмотренный альбом. – Хейли, пожалуйста, не забудь, что дети ничего не должны знать о наших поисках.
   – Не забуду, не бойтесь. – Хейли вернулась к столу и наконец уселась в кресло. – Ой! А может, провести спиритический сеанс? Страшно, но было бы здорово.
   – К этому я еще не готова.
   – Чай и кофе для охотников за привидениями, – объявил вошедший Дэвид, ставя на стол поднос. – А еще печенье. Я подумывал об ангельском бисквите[33], но это было бы слишком банально.
   – Развлекаетесь?
   – Верно. Но я не против того, чтобы закатать рукава и помочь вам. Давно пора узнать, кто она такая. – Дэвид ткнул пальцем в ноутбук Стеллы. – А это зачем?
   – Для заметок, фактов, предположений. Не знаю. Я же только что начала.
   Вошла Роз с большой картонной коробкой в руках. На ее щеке красовалось грязное пятно, а в волосах поблескивали шелковистые нити паутины.
   – Хозяйственные счета. С чердака. Там есть еще, но пока, думаю, хватит. – Роз бухнула коробку на стол и ухмыльнулась. – Вот уж повеселимся! И почему я раньше не додумалась? С чего начнем?
   – Я предлагала спиритический сеанс, – откликнулась Хейли. – А вдруг она просто расскажет нам, кто она такая и почему ее душа застряла между мирами. А вы разве не знали? Так и получаются призраки. Души попадают в ловушку и иногда даже не понимают, что умерли. Жуть какая-то.
   – Спиритический сеанс… – Дэвид плотоядно потер руки. – Куда же я задевал свой тюрбан?
   Хейли расхохоталась, и Стелла постучала по столешнице костяшками пальцев.
   – Не могли бы вы веселиться не так бурно? Я считаю, что нужно начать с чего-то более обыденного. Например, попытаться датировать новобрачную Харпер.
   – Никогда не датировал привидения, – задумчиво произнес Дэвид, – но я за.
   Стелла покосилась на Уэнтуорта.
   – Датировать – это значит определить, в какую эпоху она жила. По ее одежде, прическе мы могли бы сузить временной отрезок.
   – Мода как путь к разгадке тайны, – Роз одобрительно кивнула и взяла из вазочки печенье. – Хорошо.
   – Умно, – согласилась Хейли. – Но я не заметила, в чем она была. Я видела ее мельком.
   – Серое платье, – подсказала Роз. – Закрытое. С длинными рукавами.
   – Кто-нибудь может сделать набросок? – спросила Стелла. – Я вполне справляюсь с графиками и диаграммами, но как портретистка безнадежна.
   Дэвид похлопал Роз по плечу.
   – У нас есть художник.
   – Вы можете нарисовать ее, Роз? Как помните?
   – Попробовать точно могу.
   – Я купила блокноты. – Стелла протянула один из них Роз и получила в награду улыбку.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация